Глава 9. Лес Тихих Ив
Райан
Я сижу за своим письменным столом, просматривая отчеты о сборах налогов с южных провинций. Цифры ровные, предсказуемые. Скука. В камине потрескивают поленья, за окном давно стемнело. И вдруг...
Дверь в мои покои с грохотом распахивается, и на пороге возникает Арес. Вид у него более чем красноречивый: рубашка наспех застегнута на одну пуговицу, камзол отсутствует, а галстук висит на шее, как повешенный преступник. Волосы всклокочены, но на лице – не уставшее удовлетворение, а тревога.
Я медленно откладываю перо и откидываюсь на спинку кресла, позволяя себе ухмылку.
— Ну что, друг мой, вижу, твоя «встреча» с той самой неприступной фрейлиной прошла более чем продуктивно. Она, надеюсь, жива?
Арес лишь машет рукой, отмахиваясь от шутки, и тяжело дышит, опираясь о косяк.
— Не до смеха, Райан. Проблема. На севере, в приграничной деревне Уэстфорд. Наши купцы. Местный феодал, лорд Бреннан, обложил их непосильными пошлинами. Дело дошло до драк, один из наших ранен. Они забаррикадировались на постоялом дворе и шлют гонцов. Требуют твоего личного вмешательства.
Он протягивает мне смятый свиток. Я разворачиваю его. Письмо написано нервным почерком, чернила местами размазаны. Описаны произвол и угрозы со стороны людей Бреннана. Важность проблемы понимаю сразу: если дать слабину, другие феодалы решат, что можно безнаказанно творить беспредел с королевскими торговцами. И это подрывает мой авторитет.
— И ради этого ты оторвался от... столь важного занятия? — поднимаю я бровь, но уже встаю. Шутки в сторону.
— Они пишут, что только твое слово может их спасти. Бреннан известный упрямец, местные шерифы его боятся.
— Значит, пора преподать урок упрямству, — говорю я, уже на ходу накидывая темный, простой камзол. — К дяде. Он должен знать.
Мы быстрым шагом идем по ночным коридорам. В кабинете Матиаса горит свет. Застаю его вместе с отцом Ареса, лордом-командующим Маркусом. Они склонились над картой северных рубежей.
— Райан? Арес? Что случилось? — Матиас поднимает встревоженное лицо.
Я кратко излагаю суть письма. Маркус хмурится, проводя рукой по своей седой щетине.
— Бреннан... Старый хрыч. Думал, после последнего предупреждения он поумерит пыл. Очевидно, нет.
— Я еду, — заявляю я твердо.
— Один? — тут же вскидывается Арес. — Это ловушка! Он мог специально спровоцировать конфликт, чтобы выманить тебя!
— Именно поэтому я поеду один, — парирую я. — Если это ловушка, то небольшая свита не спасет, а лишь выдаст мои опасения. Если же это просто глупость старого сквалыги, то моего появления хватит, чтобы его усмирить.
Начинается жаркий спор. Арес настаивает на сопровождении. Маркус предлагает отправить отряд стражников. Но Матиас, внимательно меня выслушав, кивает.
— Райан прав. Это проверка его силы и авторитета. Он должен справиться сам. Но ставим условие: у тебя есть сутки. Ровно. Если через сутки мы не получим от тебя весточку, Маркус высылает карательный отряд. Без лишних вопросов.
Я киваю. Страха нет. Есть лишь холодная, уверенная ясность. Ничто не может сломать меня. Никакой провинциальный феодал.
— Я согласен, — говорю я.
Арес хватает меня за локоть, когда мы выходим из кабинета.
— Черт возьми, Райан, будь осторожен! Это не придворная интрига, там все проще и грубее.
— Тем легче будет, — успокаиваю я его. — Прямые угрозы предсказуемы. Возвращайся к своей фрейлине. Когда я вернусь, хочу услышать все подробности.
Он что-то еще бормочет, но я уже поворачиваюсь к нему спиной и иду собираться.
Час спустя я уже на главном дворе замка. На мне простой, но безупречного кроя дорожный камзол, за спиной — легкая сумка с самым необходимым: водой, антидотом от самых распространенных ядов, деньгами и печатью. Подо мной – моя кобыла, Нокс. Абсолютно черная, как сама ночь, с гривой, струящейся, как шелк. Она нервно перебирает копытами, чувствуя мое напряжение.
К моему удивлению, несмотря на ночной час, на площади собрались люди. Горожане, слуги, даже несколько стражников. Они держат в руках зажженные факелы и машут красными платками – старый обычай, желающий путнику удачи. Их лица полны надежды и веры. Эта картина заставляет что-то теплое сжаться у меня внутри. Да, я все делаю правильно. Я – их король. Их защитник.
— Береги себя, бухгалтер! – кричит мне вслед Арес, стоя на ступенях. Я поднимаю руку в прощальном жесте и даю шпоры Нокс.
Мы вылетаем за ворота и мчимся по ночной дороге. Ветер бьет в лицо, смывая всю придворную суету. Я чувствую себя живым, свободным. Лес, поля, холмы – все проносится мимо в темном вихре. Я узнаю некоторые места, мы останавливаемся у ручья, чтобы дать Нокс напиться. Рассвет застает нас в пути, окрашивая небо в нежные персиковые тона.
К полудню мы добираемся до половины пути – до границы того самого леса, что зовется Тихие Ивы. Название вызывает у меня лишь усмешку. Дремучие сказки для пугливых детей. Говорят, его самую густую чащу никто не проходил. Что ж, я рожден, чтобы рушить такие сказки.
Лес и вправду выглядит мрачновато. Деревья стоят плотной стеной, их ветви сплетаются в плотный полог, сквозь который с трудом пробиваются лучи солнца. Воздух влажный, густой, пахнет прелыми листьями и влажной землей. Даже Нокс, обычно бесстрашная, фыркает и слегка пятится. Но я уверенно направляю ее вглубь.
Атмосфера становится тяжелой, дышать действительно сложнее. Тишина давит на уши, она не живая, а мертвая. Мы продвигаемся по едва заметной тропе. Все идет хорошо. Слишком хорошо.
Первый свист стрелы застает меня врасплох. Острое жало с глухим стуком вонзается в ствол сосны в сантиметре от моего лица. Проклятье!
Я резко разворачиваю Нокс. Из-за деревьев выезжают несколько всадников с плотно закутанными лицами. В их руках – луки. Стрелы летят градом. Я пригибаюсь к шее лошади, лавируя между деревьями. Нокс храпит от страха, но повинуется моим командам. Я слышу, как одна из стрел пронзает воздух у самого моего уха. Они стреляют не чтобы ранить, а чтобы убить. И судя по синему налету на наконечниках – отравленным оружием.
Я ловок, и мне удается уворачиваться. Но вот раздается сдавленный стон Нокс. В ее круп впивается короткое, метательное копье. Я срываюсь с седла, катаюсь по земле и мгновенно вскакиваю на ноги. Подбегаю к ней. Копье глубоко. Я с силой выдергиваю его.
— Терпи, девочка, терпи, — шепчу я, вскакиваю обратно в седло, и мы несемся дальше, оставляя преследователей позади.
Я усмехаюсь их неуклюжей попытке. Неужели они думали, что так просто справятся с наследником Вальриума?
И в этот момент мир взрывается болью.
Новое копье, прилетевшее, кажется, из самой чащи, с оглушительной силой вонзается мне в бок. Удар такой мощи, что я мгновенно теряю равновесие и падаю с Нокс на землю. Боль адская, разрывающая. Я падаю, согнувшись пополам, и чувствую, как тепло разливается по моему боку. Копье пронзило мышцы, кажется, задело что-то важное. Легкое? Сердце? Дышать невероятно больно.
Я истекаю кровью. Глаза слипаются. Я пытаюсь дотянуться до рукояти копья, но пальцы не слушаются, они ватные. Нокс лежит рядом, тяжело дыша, ее рана тоже смертельна. Перед глазами проплывают картины: лица горожан с красными платками, ухмылка Ареса, суровое, но полное веры лицо дяди... Я обещал им... Обещал вернуться...
Силы покидают меня. В кармане камзола лежит антидот, универсальное противоядие... Но дотянуться... нет сил... Свет меркнет.
И тут... появляется она.
Словно из самого воздуха. Силуэт в лучах солнца, пробивающихся сквозь листву. Я не вижу лица, ни единой черты. Только очертания. Ангел? Смерть?
Увидев меня, она не медлит ни секунды. Ее фигура быстро движется ко мне. Она, не раздумывая, срывает с себя подол платья – слышен звук рвущейся ткани. Двумя резкими, уверенными движениями она выдергивает копья – сначала из Нокс, потом из меня. Боль пронзает с новой силой, но затем наступает облегчение. Она туго перевязывает мою рану, ее пальцы удивительно ловкие и быстрые.
Потом она наклоняется, ее руки обыскивают мои карманы. Находит флакон с антидотом. Она приподнимает мою голову, и я чувствую прохладу стекла у губ. Несколько капель горькой жидкости попадают в рот. Такое же она проделывает и с Нокс, вылив ей остатки на рану.
И... она исчезает. Так же внезапно, как и появилась. Будто ее и не было. Я лежу, пытаясь понять, не галлюцинация ли это от потери крови. Но боль утихает, и я чувствую, как яд теряет свою силу. Жизнь по капле возвращается ко мне.
Шок, смятение, дикая, всепоглощающая благодарность... и жгучее, острое желание. Желание найти ее. Узнать, кто она. Кто эта девушка-призрак, что спасла меня из объятий смерти в самом сердце запретного леса. Я не видел ее лица... но я обязан ее найти. Обязан.