Свидание вслепую

Эш выглядит как кот, слопавший канарейку, а я третий раз беззвучно произношу: «Член в штанах». Стоит сказать, что приятелю чертовски повезло, ведь свободное место образовалось у самого края стола, где он и сидит. То есть, Софи соседствует лишь с ним.

Когда она обратилась к нему с целью позаимствовать шариковую ручку, он улыбнулся и кивнул. Нет, на этом история не закончилась. После того как Софи стянула со стола блокнот, которые размещают перед совещанием для каждого присутствующего, уродец убедился, что она увлеклась речью Остина, и запустил в каштановые волосы пятерню, из которой отчетливо выпирал средний палец. Мужчина, возраст которого близится к тридцати двум годам, показал мне средний палец, как будто бросил вызов. Как будто мы гребаные школьники, которым понравилась одна девчонка. «Это война» — буквально сказал он.

Я на мгновение прикрываю веки и делаю глубокий вдох.

Прояви чуточку терпения, Джефф, надерешь его задницу немного позже.

К тому времени, как фокусирую внимание на презентации, Остин передает эстафетную палочку в виде пульта Корсону. Он переключает слайд, и за его спиной возникает карта северной Каролины города Шарлотт, где жирными областями выделены участки, куда мы намерены нацелиться. Корсон несет ответственность за Северо-Восточные штаты, тогда как четверо других отвечают за остальные. Это выглядит как дробление территорий, на каждую из которых приходится свой человек. Всего пять: Средний Запад, Горные штаты, Тихоокеанские штаты, Южные и Северо-Восток. В задачи Остина входит сбор информации воедино, определение цели и хода совещания. Также он отвечает за техническую часть в виде презентаций, а еще с недавних пор он поднимает вопросы о внутренних делах компании. Проще говоря, он наши глаза и уши, что происходит в отделах и за их пределами. Помимо шестерых мужчин, в конференц-зале я, который руководит парадом. Эш, чья роль основана на установлении контакта между компанией и городской администрацией. К сожалению, мы не можем выкупить землю и возвести жилой район без их согласия. Отец, который периодически заглядывает, убеждаясь, что мы, в частности, я, не сбились с курса. Он все еще не может отойти от дел. Я понимаю. Он построил компанию с нуля и хочет увидеть, как мы осваиваем новую нишу. Я бы не стал противиться его советам. Все это его заслуга. Каждый присутствующий разделяет мое мнение.

Хрупкая Софи выделяется среди восьмерых мужчин. Первую часть совещания она явно чувствовала дискомфорт, сгорбив плечи, но по истечении небольшого количества времени они расправились. Прямые золотистые локоны струятся по шелковой блузке медного оттенка и заправлены за уши, но всякий раз, когда она склоняется над блокнотом и что-то записывает, несколько прядей выбиваются и падают на лицо. И она каждый раз заводит их за уши.

Четыре, если попросят назвать точное число движений ее руки.

Один, если необходимо указать количество идиотов в зале.

Ноль, если поинтересуются, сколько раз она посмотрела в мою сторону.

Да-да, точность швейцара во мне не дремлет.

Эш периодически заглядывает в ее блокнот и, судя по унылому выражению его лица, Софи до сих пор не начиркала свой номер телефона. Это вызывает легкую улыбку. Полагаю, она поставит его на место, раз уж проделала то же самое со мной. Помните, я говорил что-то о размытых границах? Забудьте. Так было лишь с моей стороны. Софи держится кремнем, хоть ранее и позволила безобидный сарказм. Я ответил взаимностью. Но как удержаться? Наши маленькие пререкания делают меня твердым. Никто из предыдущих ассистентов не осмелился бы перечить мне прямо в глаза. Не то чтобы я этого желал. Скорей, задница смельчака в ту же секунду могла оказаться на улице в статусе безработного. Софи — мое маленькое исключение.

Когда в конференц-зале гремят сразу несколько мужских голосов, отец слабо пихает меня локтем и вполголоса спрашивает:

— Не слишком ли она юна?

— Ей двадцать семь. — Я поворачиваю голову и смотрю в зеленые глаза, которые унаследовал. — У нее припрятан опыт работы ассистентом. И не ты ли просил довериться выбору Стеллы, говоря, что у нее глаз наметан?

— Я не об этом. Нас ждет душевный разговор между отцом и сыном.

Отдаю себе должное, я и бровью не повел.

— Никаких служебных романов.

— В самом деле двадцать семь? — Отец бросает на нее оценивающий взгляд. — На вид будто только вчера подбросила шапочку выпускника.

— Я поделюсь с мамой тем, что ты пялился на мою ассистентку. И табачными секретами тоже.

Он выглядит оскорбленным, но в следующее мгновение разражается смехом. Взгляды присутствующих обращаются к нам, но меня интересует лишь тот, что принадлежит Софи. За прошедший час это первый раз, когда ее взгляд встречается с моим. Она прерывает зрительный контакт практически сразу. Закрывает блокнот и кладет поверх ручку.

И тут мой отец выдает:

— Юная леди, хочу взглянуть на ваши заметки.

Опешив, Софи выглядит растерянной. На ее лице столько эмоций, и все они умещаются в понятие «страх». Оно и не удивительно.

Вчера я задержался, закопавшись в электронном архиве, и нашел резюме пятилетней давности. Кроме него обнаружил ранее отправленные заявки на стажировку в период обучения на четвертом курсе. С третьей попытки ей удалось попасть в компанию. Но она могла оказаться тут еще год назад, если бы не отказалась. С чего бы ей, черт возьми, отклонять предложение, тогда как после получения диплома написала целое эссе, почему должны взять именно ее? Очевидно же, она хотела работать здесь. Стелла пришла лишь четыре года назад, до нее кадрами занимался другой человек. Мне отец передал власть три года назад. Из всего вышесказанного можно сделать заключение, что Софи уже давно могла основаться здесь.

— Неплохо. — Одобрительно кивает отец, заполучив блокнот. — Мне импонирует твоя последовательность.

Я наклоняюсь и пробегаю взглядом по написанному.

Софи разделила совещание на основные пункты и подпункты. Из содержимого можно сделать вывод: она планирует изучить все, о чем говорилось вплоть до местности, стройматериалов и имен, которые упоминал Корсон.

— Как давно вы, дорогая, работаете на должности ассистента?

— Пять лет, — отзывается Софи, позволив слабую улыбку.

Отец прищуривается.

— Разве я упустил ценный кадр? Не хочу хвастаться, но по рейтингам у нас одни из лучших условий труда на рынке.

— Я знаю, сэр... — Она резко замолкает, поджав полные губы, после чего продолжает: — То есть, да, я в курсе. Я отправляла резюме пять лет назад.

— Всего единожды? — Отец качает головой. — Вам нужно проявлять чуточку настойчивости.

Джозеф Ривера даже не представляет, какое одолжение делает для меня сейчас. Я мысленно подстегиваю его в надежде, что он узнает что-то еще.

— Я решила набраться опыта и попробовать немного позже.

— Пять лет — немного? Это целая жизнь, дорогая.

Отец поворачивается ко мне.

— Стелла разве не наводила порядки в архиве?

— Было дело, — подтверждаю я, в упор смотря на Софи. — Годом ранее мисс Вуд отклонила приглашение.

Софи съеживается. В ее глазах читается немой вопрос «О чем это ты говоришь?».

— Огромное упущение с вашей стороны, юная леди. Я рад, что вы все же решились.

— Спасибо... — Выудив что-то наподобие улыбки, отвечает она.

Очень даже предсказуемо, что Софи нагоняет меня в коридоре после совещания. Каблуки ее туфель играют зловещую симфонию по полу, едва ли не оставляя трещины в покрытии. Она подхватывает мой ритм, но несмотря на рост примерно пять футов и восемь дюймов[1], изящные ноги, все равно не может полностью поспеть за мной.

— Год назад? — Между шепотом и шипением, с укором замечает Софи, тыча в меня пальцем. — Никто не звонил мне год назад!

Я киваю сотрудникам в качестве приветствия, когда они проходят мимо. Некоторые оглядываются в нашу сторону, полагаю, не поверив собственным ушам. Им стоит продолжать в том же духе. Границы, будь я проклят. Границы. Ни один из них не располагает смелостью Софи, либо же ее очаровательной внешностью. Ну, либо я просто не заинтересован в них, как в своей ворчливой ассистентке.

— Значит, мы можем сделать вывод, что у вас имеется личный секретарь, мисс Вуд.

— У меня НЕТ личного секретаря!

— В таком случае, откуда мне знать, кто отвечает на ваши звонки? В картотеке черным по белому написано «предложение не актуально».

Поймав указательный палец Софи, который до сих пор наставлен на меня как холодное орудие, я даю себе фору и держу его еще несколько секунд, прежде чем отпущу. Если это шанс коснуться ее, я не упущу возможность. Мне нравится ощущать мягкость ее кремовой кожи под своей. У нас разные температуры тела. Я чаще всего холодный, как утверждает мама, хотя не испытываю этого изнутри, наоборот, иногда мне даже жарко. Софи же невероятно теплая. От нее несет жаром. Я не прочь согреться с ней.

— Не угрожай мне этим, болтушка, — вполголоса говорю я, указав на руки.

Я заглядываю в приемную и жестом останавливаю Люси, которая подскакивает, чтобы, судя по всему, подать мне пальто. Не понимаю, за какой черт она делает это. Я в состоянии снять верхнюю одежду с плечиков.

— Запишите всех, кто звонил и по какому поводу, — предупреждаю Люси. — Я свяжусь с каждым по возможности на следующей неделе. И раз уж сегодня пятница, можете уйти в четыре, только идиот будет звонить к пяти.

Просияв, моя секретарша кивает.

— Спасибо, сэр.

Я накидываю пальто и вышагиваю к лифту.

Дел до задницы, но я просовываю ногу между дверьми, чтобы они не закрылись, и поворачиваюсь к сердитой ассистентке.

— Я понятия не имею, с кем разговаривала Стелла. Она не из тех, кто работает вполсилы и совершенно точно не поставила бы отказ просто так. Кто-то принял звонок, Софи, и этот кто-то ясно дал понять, что ты не заинтересована.

— Спасибо, мистер... — Она прикусывает язык, а на ее щеках выступает румянец.

— Мяу, — подмигнув, напоминаю я и захожу в лифт. — Вы тоже свободны в четыре, но интуиция подсказывает, задержитесь до позднего вечера.

— Маловероятно.

[1] Примерно 176 сантиметров.