Глава 3
***
Он почувствовал весьма мощный, даже по его меркам поток энергии совершенно с неожиданного направления, по началу даже, не поняв откуда. Последний танец… Достаточно обыденное заклятие, когда ты бог в тринадцати мирах. За день не редко используется и с десяток раз, но источник… Источник заставлял напрячь память.
То, что вспомнилось, заставило бога крепко удивиться. Мир относительно небольших размеров, один из брошенных ими во время длительного налета за ценным металлом. Дел тогда было невпроворот...
Легкий, скорее символичный, чем действительно необходимый пас рукой, и он оказался в Прави – общем для всех богов плане мироздания, который, как и чертоги каждого бога, можно было считать малыми мирами, привязанными к одному главному для пантеона – Вотчине. Предстоял весьма и весьма детальный разговор с остальными…
***
Темнота не слишком длинного, пыльного коридора, завершавшегося массивной дубовой дверью нарушалась лучами закатного солнца, с трудом пробивавшимися через зашторенные окна. Особняк Сварезников в Гральске – столица княжества, но пока еще не столица ордена.
Переезд активно продвигался, и в ближайшие пару лет старый центр ордена, расположенный на отшибе Кузнена потеряет вес окончательно, но до этого еще нужно было дожить. Впрочем, Таил пока не испытывал проблем с последним. Возможно, сказывался природный дар, а возможно – обстоятельства и удачно собравшиеся вокруг него подчиненные. Руководить удавалось более чем эффективно, иногда даже эффектно. С наведением страха на окружающих проблем тем более не возникало, и этого хватало, чтобы радовать своей замечательностью орден.
Распивая небольшими и редкими глотками сильно разбавленное вино, он небрежно чертил какие-то схемы, изучал списки и не обращая внимание на имена переходил сразу к положениям. Возможно это и было излишним, но беглое изучение списков новых информаторов он считал для себя достойным занятием, когда освобождалась лишняя минутка. Чем прибавлял работы не только себе, но и остальным звеньям цепочки. В то же время это увеличивало надежность – наличие детальных списков “сговорчивых” информаторов на своих территориях было отличным способом избавить себя от мороки с восстановлением сети в случае смерти кого-то из руководства среднего порядка. Отчеты так же позволяли значительно быстрее, при случаях неординарных, выяснять, с чем были связаны столь скорые уходы информаторов из жизни.
Говоря менее развернуто – Таил был бюрократом до мозга костей и требовал соблюдения, как могло казаться, бессмысленных формальностей и от подчиненных. Такой подход, разумеется, мог бы вредить, будь он элитным скрытником, плетущим шпионские сети на территориях других орденов, но был более чем уместен для повседневного контроля за достаточно спокойными землями Сварезников.
Из всех скрытников ордена, Таила можно было бы назвать самым известным, не смотря на относительно недолгий срок нахождения в должности. Хотя остальные скрытники, вопреки своему названию и не были полностью неизвестными, но все же, их имена были несколько тише, чем его. Объяснялось это просто – место деятельности. Таил – скрытник на своей территории, часто выставляемый на показ как тот, с кем столкнутся неугодные. Если имена остальных в усталой брани или с наслаждением, поймав на просчетах произносили преимущественно вражеские управленцы, то имя Таила пугало каждого на территории Сварезников. Включая и чужих агентов.
С резни в родовом гнезде Гральских князей прошло несколько дней. Смерть Сакопа в планы определенно не входила. Он не просто умер, что само по себе добавляло проблем, но и обезглавил своей смертью княжество – молодой дурак не снизошел до того, чтобы оставить наследника. И ведь Таил предупреждал его, что заходить в замок к загнанному в угол опасно, но тому хотелось посмотреть в глаза поверженному врагу, позлорадствовать… Кто знал, что среди людей Олвита окажется маг Дажьбога?
И все же, несмотря на его неразумность… Он был частью ордена. Достаточно значимой частью, что бы его утрата ощущалась. В короткий срок государство лишилось сразу двух княжеских родов – казнь Олвита лишь вопрос времени. И если на место последнего в ближайшее время поставят новую “говорящую голову”, то Сакопа заменить будет не настолько просто – руководством в своем княжестве ему доверяли заниматься самостоятельно.
Сквозь дверь просочились неровные звуки шагов. Таил поднял взгляд вверх за пяток секунд до того, как в них постучали. В проеме оказался мало чем примечательный “воитель ордена”, коих было не мало. Звучало громко, но на деле они находились где-то между ополченцами и городскими стражниками, функции которых обычно и выполняли. Вооруженные в основном дубинками, редко чем-то серьезнее, одетые, если повезёт, в стеганку, а то и вовсе простую рубаху... В основной своей массе – воинами их было назвать нельзя. Благо Асварда, кроме таких как эти, хватало и действительно умелых воинов. Эти выполняли ровно то, что от них было нужно.
— Ваш благродие … — простенький говор с проглатыванием гласных звуков, слыша который от “воителей”, в основной массе – выходцев из деревень, сложно было удивляться. Он сразу показался странным Таилу. Одно дело, когда встречаешь таких простых парней в городском патруле, но совсем другое – в охране второй по важности резиденции ордена. Если факт того, что одет он был не серьезно еще мог не вызывать подозрений – иногда случалось, что сторожили и такие, то говор… Городских жителей, желающих поднимать оружие за орден хватало, и именно горожане обычно и занимали почетные должности, как более обеспеченные материально, а затем быстро заслуживали право стать полноценными бойцами. Кроме того, звучал он не трезво. Не в стельку, но явно слегка пьян. Нет, парень явно не при исполнении, но почему тогда не в стельку… И что он делает тут в такое позднее время?
— Чего хотел? — Вопрос был задан что бы подтолкнуть, сама цель волновала мало. Таил смотрел человеку в глаза. И глаза его говорили о многом. Он явно нервничал, и не сильно пытался это скрыть. Занятно.
— Там эт, Вас кличут, Ваш благродие…
— Правда? И кто же? — отвечал скрытник с легкой ноткой сарказма, испытывая собеседника. Ситуация все еще была не однозначной, и трудно было сказать, что он замыслил и почему.
— Дык этот… Казначий наш, с ценами скумекать не может, вот... — явно выдумывал на ходу воитель.
— А, ну раз казначей, тогда пойдем, проводишь — Сарказм в голосе окончательно пропал, создавая ощущение вовлеченности в ситуацию. Собеседник молча кивнул. Таил не расслаблялся – напротив, напрягся. Казначей уехал на неделю в Кузнен вчера утром.
Стоило скрытнику шагнуть за дверь, как слева в его висок стремительно выкинули руку с кинжалом. На автомате Таил отпрянул, поворачиваясь к противнику корпусом, но столь резкого развития событий он не ожидал… Боль, пронзающая все тело, хотя источником явилась лишь одна точка… И зачем только такое извращение? Неужели было бы недостаточно понятно, что удар пришелся по глазу, если боль концентрировалась бы только в нем? С губ чуть было не сорвался крик, но он чудом сдержался. Отскочив назад на шаг, создавая тем самым безопасное расстояние, одновременно выхватил из-за пояса легкий изогнутый клинок – популярное на родине оружие, которому не хотелось отказывать даже здесь.
Предательское солнце уже зашло, коридор окутывал полумрак, так неудачно укрывающий в противнике все, кроме силуэта. Впрочем, намотанные на лицо тряпки не могли скрыть полностью, хотя Таил и лишился глаза. Парнишка, по-видимому, был не очень крупным. Скорее даже… Хилым? Как он вообще попал сюда, и почему ему подыгрывает эта деревенская шваль? Тело вновь пронзило болью, в оставшемся целым глазу начало темнеть, но падать нельзя… Шаг вперед. Сдрейфил. Отходит, прекрасно, просто замечательно! Лишиться глаза от удара неумелого мальчишки!
Видя нерешимость противника и здраво оценивая свое состояние, Таил тоже не рисковал нападать. Напротив, он так же отступил, пытаясь поймать взглядом и “воителя”. Нельзя пренебрегать им, но и убивать нельзя – может что-то знать. Самым разумным в данной ситуации было бы…
— На помощь! В резиденции чужак! Вооружен! — отлично, голос все еще не ослаб, осталось лишь дождаться любого из многочисленных патрулей. Патруль должен быть, и должен быть жив, верить в обратное не хотелось. И было бы глупо. Будь напавший в состоянии избавиться перед этим от стражи – не опасался бы раненного противника, а сумей он подстроить все так, чтобы тут никого не оказалось… Что ж, тогда здесь был бы не он, а кто-то действительно сильный. В это хотелось верить… Вера оправдалась. Соперник развернулся и бросился бежать, сворачивая за угол. Расслабляться рано, резкий разворот к сообщнику… И что это за бродячий цирк?
— Ваш благородие, жинку и дитяток моих она… — мужичок лежал на полу в поклоне и молитвенно бормотал извинения… Что с ним такое? Сначала решился на предательство, а сейчас уткнулся в пол и не предпринял вообще ничего? Не помог ни одному ни другому?
— О ком ты, что за “она”? — Плохо, голос дрогнул, и руки опускаются. А только ли в глаз? Может чего-то не заметил?
— Дык ведьма эта, что вас… — Ведьма? Она? Или бредить со страху начал или… Во имя Трепки, а точно ли это был парень?.. Мысли начинали путаться, а ноги слабеть.
— Довольно, помоги уже, пока кто нормальный не пришел — Силы кончились. Таил рухнул на землю, роняя из рук клинок.
Мысль о том, что задело не только глаз была верна. Своего противника скрытник явно недооценил. Пока он уклонялся от удара в висок, второй рукой ему успели нанести удар в туловище, незамеченный на контрасте. Один из важнейших участников ордена истекал кровью на полу перед своим кабинетом, а рядом сходил с ума его “младший товарищ”, ставший предателем. Не без причин – его семье угрожали, вероятнее всего могли даже похитить, но он предал. В попытках спасти семью от одних, он обрек на жестокую кару как минимум себя.
По коридору разлился оранжевый свет пламени – факел одного из патрульных. Сквозь опускающееся веко глаза Таил узнал в нем много раз виденного ранее солидного солдата в кольчуге. С ним пришли еще двое, не менее серьезных. Больше в этот вечер он ничего не запомнил.
***
Она бежала. Бежала изо всех сил. Никогда раньше ей не было настолько страшно. Одно дело – выбивать долги из невооруженных забулдыг, или оставлять письма с предупреждениями в комнатах у зажиточных граждан пока их нет дома… Да даже убивать конкурентов заказчиков. Но то, что было сделано сегодня – совсем другое дело. Сейчас она даже не понимала, каким образом вообще смогла решиться на такое. Не понимала, но не жалела ни секунды, скорее гордилась тем, что смогла провернуть ТАКОЕ. Пусть ей и не удалось удостовериться, что “орденский ублюдок” мертв, но после потери глаза и резкого укола кинжалом в печень шансы выжить стремились к нулю. В печень ведь? Не мимо?..
Выбраться… Осталось только выбраться. Сердце бешено колотилось, окружение мылилось во мраке. Вопреки всякой логике, говорящей, что после такого не выживают, голос скрытника звучал так, словно ничего и не было. Она четко видела кровь, но сам он словно и не почувствовал ударов, даже не дернулся… Слухов про элитных скрытников ходило много, но ни один из них не гласил о их бессмертии… Он точно мертв, точно…
Еще один поворот и вот оно – заветное окно, выходящее на крышу кухонной пристройки. Только бы ни на кого не наткнуться… Раздвинуть занавески, тяжелые, словно намоченные водой, распахнуть створки окна… Быстрее, быстрее… Дальше по коридору раздался гулкий, быстрый шаг, человек пять, нет, десять… Звук отражаясь от стен бил не по ушам, а по нутру, словно каждый из них ступал не по дощатому полу, а по ней самой, втаптывал в землю… Одним прыжком взобравшись на подоконник, она словно арбалетным болтом вылетела в проем, и не сбавляя темпа побежала по шиферу. Прохладный вечерний ветерок ударил в лицо, создавая иллюзию спасения, но радоваться было рано.
И почему она не отравила своего “помощника” чем-то более простым и летальным, пообещав затем противоядие? Зачем был нужен именно этот навороченный яд? Мало того, что стоил как хороший клинок в лучшей городской лавке на главной улице, так еще и отравленный выдаст все, что запомнил, как отойдет от эффекта… Конечно, вряд ли запомнил много, но скорее всего сможет вспомнить, что угрожала женщина. Только сейчас начало доходить, что, сложив это с редкостью самого яда, завезенного с земель ордена Чистильщиков, понять кто именно был исполнителем с ресурсами Сварезников не составит труда. Лихо болотное, и надо же было покупать его самостоятельно… Можно ведь было найти посредника, по возможности нескольких, после избавиться от них... Но сейчас было слишком поздно.
Да, эффект от него, конечно, интересный, и она даже понимала, каким образом ей навязали идею, что именно он ей поможет – заставлял человека беспричинно нервничать, повышал доверие ко всем окружающим, так еще и выматывал так, что через какое-то время жертва крепко засыпала. Убедить, что взяла в плен жену и детей труда не составило, в целом конечно все прошло гладко, но… Но обычный крысиный яд мог бы дать даже больше пользы! Если бы он не сдрейфил, как вышло сейчас, то огрел бы скрытника дубинкой со спины, дабы быстрее получить противоядие. Затем его самого "убрали" бы свои же. Прямо на месте. А может и сочли единственным виновным, при определенном везении… Лихо, нужно открутить голову этому подонку. Продает не хуже, чем сам Велес, если не лучше, бог многое теряет в его лице.
Особняк оставался далеко позади. Шум не поднимали, хотя и могли. Колокольня в особняке была, и в любой момент могли забить по городу общую тревогу, но почему-то не стали этого делать. Или репутацию берегли, или не успели. Девушка надеялась, что верным окажется первое, потому как во втором случае можно было не покинуть город. Потеряв особняк из виду, она сбавила ход до быстрого шага и размотала на лице ткань. По ветру сразу пустились золотистые и слегка вьющиеся локоны. Мягкие черты овального лица окутала легкая вечерняя свежесть. Пустынные улицы навевали ощущение безопасности, резко контрастируя с особняком, где каждый шорох был риском, не смотря на сопровождение местного. А ну как решат узнать, что он тут забыл, еще и с посторонними?
Десяток минут быстрого шага и ярко-голубые глаза вцепились в заветные ворота. Уже закрытые, но малую дверцу рядом по обыкновению сторожил один из немногих стражей, относящихся скорее к городу, чем к ордену. Понятное дело, что это скорее формальность, и при необходимости с него тоже достанут информацию, но обычного контроля за ним было несколько меньше, чем за остальными. Более того – он заранее был предупрежден, что она будет отбывать поздно вечером, кроме того – угощен бутыльком крепкой настойки. Завидя девушку, тот приветственно улыбнулся, пожелал приятной дороги, придержал тяжеленую дверь, и даже уверял, что проводил бы, но служба не позволяла. По некоторой неловкости движений усатого стража было понятно, что настойка тому понравилась. Оно и к лучшему. Картинно улыбаясь в ответ, она выпорхнула из ворот и придав темпа шагам рванула к конюшням.
Ее встретил парнишка лет семнадцати, подрабатывающий конюхом у своего дяди. Увидев ее, он засиял, приветливо помахал руками и срываясь на бег вбежал внутрь здания, чтобы отвязать и вывести лошадь. Выходил он уже ведя с собой белоснежную лошадку за поводья.
— Привет, Синилла! Как ты, как прошло?
— Приветики, Федот, все в порядке! Письмо отнесла, спасибо что остался допоздна! Выручил! — подплыв к парнишке недавняя убийца чмокнула ничего не знающего парня в щеку, и тот чуть покраснел от смущения. Терзаний от этой манипуляции Синилла не испытывала. Ровно, как и не боялась, что он знает ее имя. Изначально она, конечно, планировала от него избавиться, что бы не сболтнул лишнего, но парня спасли мысленные рассуждения во время побега – когда будут искать, найдут даже раньше, чем дойдут до конюшен. Первым подозрением и зацепкой станет особый яд, эффект которого явно узнают, а если и нет, то по описанию сопоставят факты, и поймут, что напавшей была именно известная в торговых кругах и слишком много на себя взявшая “коллекторша”.
Ей удалось убежать, что можно было назвать чудом, но ошибок, сильно усложняющих ей дальнейшую жизнь было сделано не мало… Впрочем, видимо такова цена мести за убитую сестру… Взяв из рук Федота поводья, внебрачная дочь князя Олвита оседлала свою лошадь, махнула рукой на прощание и рванула что есть мочи, прочь от города…