Глава 3 - Комната, ставшая миром
Но мысли доброты, сочувствия и сострадания всегда были рядом. И стоило только начать искать выход, как они прорывались в сознание — точно раскалённый нож в масло. Даже когда ты понимаешь, что этот лабиринт — не твой, а другого человека, и он просто хочет найти дверь, чтобы вдохнуть немного воздуха, ты не можешь отвернуться. Потому что в этот момент понимаешь: я же такой же.
Ты тоже ищешь покоя. Ты тоже хочешь быть нужным. И тогда ты открываешь дверь.
В этот момент человек, которого ты впустил, находит облегчение. Он видит в тебе надежду. Ты — не ресурс, ты не спаситель, ты просто тот, кто захотел поделиться теплом. И это становится чем-то большим, чем жест доброты.
Ты начинаешь обустраивать комнату — сначала чуть-чуть, не ради чего-то, не ради благодарности. Просто от того, что тебе приятно. Ты творишь: стены превращаются в леса, потолок — в небо, пол — в землю. Ты оживляешь пустое пространство. Ты не стремишься к награде — ты просто счастлив видеть, как в его глазах появляется свет. Это чувство наполняет и тебя.
Но со временем, среди вдохновения и отдачи, ты замечаешь — в твою комнату стали заходить реже. И ты начинаешь сомневаться: а что, если те сады, что ты создал, уже не так прекрасны? Ты стираешь их, сажаешь новые. Человек возвращается — и снова восхищён. Его тепло питает тебя. Он будто говорит: «Ты всё делаешь правильно».
Ты продолжаешь строить. Днями. Ночами. Неделями. Месяцами. Годами. Потому что эта комната — твоё спасение. Потому что это стало смыслом.
Но что-то начинает меняться.
Ты перестаёшь быть творцом. Ты становишься исполнителем. Гость больше не просто благодарен — он начинает требовать. Он меняет твой мир под себя. Всё, что ты создаёшь, уже не вызывает восторга. Всё оценивается. Критикуется. Обесценивается.
Ты делаешь всё на 1000%. Но не чувствуешь радости.
Комната, которую ты когда-то наполнил светом, превращается в свалку. Леса выгорают. Реки загрязняются. Эмоции гостя больше не несут жизни — они оставляют след боли. Он забывает, что это место было создано для двоих. Забыл, как бережно ты впустил его в эту вселенную.
И когда он уходит, больше не закрывая двери — остаётся только серое небо, вечный дождь и мрак. А ты остаёшься — среди руин. Среди пепла своей доброты.