Предаваясь аромату вина | (Ni Jiu)

Хоть Кан Тонг и вернулся домой, однако тётушка была отправлена в «длительный отпуск». Лянь Цзюэ не планировал отпускать её, но вышло, как вышло. Ведь сейчас Шэнь Тинвэй беременнен, да и к тому же в семье уже есть ребенок. Поэтому было разумно убрать лишних людей, чтобы излишне его не беспокоить, и он сам смог позаботиться о себе. Но следует сказать, что у них особая ситуация, потому мужчина не готов идти на необдуманные риски.

Шэнь Тинвэй не выказал никаких возражений против этого. Ведь мужчина не привык, чтобы его обслуживали другие. Он только что услышал, как Лянь Цзюэ говорил об увольнении своей гувернантки. Потому, когда его желудок насытился, мужчина попросил Линь Чэня позаботится обо всём. В тот момент он немного забеспокоился о том, как на это отреагирует Кан Тонг.

– Скорее всего, нормально, – Лянь Цзюэ оторвался от статьи «Экономик Таймс» и взглянул на него. – Всё будет в порядке.

~***~

Шэнь Тинвэй и Кан Тонг так хорошо поладили, что не только он сам, но и Лянь Цзюэ этого не ожидал.

Должно быть, Кан Тонг обычно слишком одинок, ведь Лянь Цзюэ редко бывает дома, а его тетушка была уже в возрасте. Хоть они и были очень близки, однако иногда трудности в общении возникали. Так что всего за несколько дней он проникся любовью к своему новоиспеченному «старшему братцу», который «свалился с неба» и мог беседовать с ним, играть, учить его домашним делам и хорошо готовить.
Кан Тонг прилипчивый, но не надоедливый. Шэнь Тинвэю иногда кажется, что он специально делает так, чтобы у человека щемило сердце.
Если Шэнь Тинвэй занимался домашними делами, он подбегал, чтобы помочь ему, чем мог: если мужчина читал книгу, мальчик также находил книжку, чтобы спокойно почитать её рядом с ним. Когда мужчина вязал ошейник для котенка, Кан Тонг сидел на диване и смотрел мультфильмы и время от времени поглядывал на него.

Шэнь Тинвэй всегда был очень терпим к детям, особенно к таким разумным и послушным, как Кан Тонг.

Он предполагал, что в ближайшем будущем карьера Лянь Цзюэ может достичь пика. Мужчина каждый день уходил рано и возвращался поздно. Морщины между его бровями от усталости так и не прошла. Шэнь Тинвэй ничем не смог бы помочь. Потому ему оставалось только заботиться о доме как можно лучше. По крайней мере, пусть тогда хотя бы Лянь Цзюэ перестанет понапрасну беспокоится о нём и Кан Тонге.

После ужина мальчик переоделся в пижаму, однако спать ему не хотелось.
Кан Тонг всё ещё был на летних каникулах, поэтому он мог даже не беспокоиться о времени. А Шэнь Тинвэй ни в чём ему не отказывал. Он мог спать до тех пор, пока не устанет валяться в кровати. Однако следует сказать, что если маленький господин встанет поздно, то, естественно, заснет позже, чем когда ходил в школу.

Уже совсем скоро Шэнь Тинвэй надел на котёнка вязаный ошейник. Кан Тонг присел на корточки рядом с ним и некоторое время гладил домашнее животное по голове.

– Тоже хочешь такой же? – спросил его в шутку мужчина.

Кто же знал, что Кан Тонг на самом деле кивнет головой и спросит:

– Правда можно?

Шэнь Тинвэй рассмеялся и постучал себя по кончику носа:

– Ты тоже хочешь быть котенком?

На это Кан Тонг смущенно опустил голову.

Шэнь Тинвэй подумал об оставшейся пряже, которой должно было хватить, чтобы связать ему шарф. К тому же через несколько месяцев всё равно начнёт холодать.

– Думаю, с этим проблем не будет.

Когда Шэнь Тинвэй поднялся с дивана, он на мгновение почувствовал себя немного нехорошо. Кан Тонг, стоявший рядом, быстро подхватил его.

До той поры, пока мужчина не смог твердо стоять на ногах без дополнительной помощи, мальчик крепко держал его за руку и даже не осмеливался разжать её.

– Братец, ты плохо себя чувствуешь? – взволнованно спросил ребенок.

Физически Шэнь Тинвэй не испытывал дискомфорта, но по мере того, как плод в его животе растет в последнее время, он время от времени мог почувствовать легкие шевеления в своём животе… По мимо этого гормоны, о которых упоминал врач тоже претерпели изменениям. Если проще, то феромоны просто-напросто выходили из-под контроля.

Шэнь Тинвэй давно беспокоился о своих феромонах. Это началось с тех пор, как проявился как омега. Старшие в семье всегда были строги к нему и никогда не позволяли ему выпивать на улице. Поэтому каждый раз, когда его организм выделял феромоны, в его теле происходил настоящий взрыв. Сам-то он не любил выпивать, но от этого аромата у него на какое-то время начинала кружиться голова.

Он даже пожалел, что не посещал в школе достаточно уроков по здоровью и не знал, как бороться со случайными «феромонными» расстройствами, которые могут сопровождать беременность, или к каким средствам стоит прибегнуть, чтобы подавить их действие.

Шэнь Тинвэй успокоил не только себя, но и Кан Тонга. Он легонько похлопал мальчика по руке и сказал:

– Всё в порядке, просто я резко встал. Не переживай.

Кан Тонг лишь подозрительно посмотрел на него, словно оценивая правдивость его слов.

– Всё действительно в порядке, – улыбнулся Шэнь Тинвэй.

Мужчина попытался отвлечь его внимание. И, немного приободрившись, он слегка приоткрыл глаза и спросил:

– Ну что… Тонг-Тонг, не хочешь поиграть с братцем в одну игру?

~***~

Когда Лянь Цзюэ вошел, мальчик стоял на коленках, облокотившись головой о диван, и, прикрыв глаза, вполголоса считал цифры:

– 51, 52, 53…

Лянь Цзюэ взглянул на время, показанное на настенных часах, и вслух задал вопрос:

– Почему ты ещё не спишь?

Когда Кан Тонг внезапно услышал его голос, он вздрогнул и с трудом смог выдавить из себя хоть какие-то слова. А потом он поднял голову и посмотрел на своего отца:

– А...… А мы тут с братиком Шэнем в прятки играем...

Найти место, где прятался Шэнь Тинвэй, не составило труда. Возможно, у Кан Тонга был такой характер, что он намеренно долго его искал. Потому как Шэнь Тинвэй оставил после себя много следов. Например, дверь кладовки была неплотно закрыта, а котенок сидел на полу с поднятым хвостом перед шкафчиком.

Раздвижная дверь со свистом открылась, и в гостиную внезапно хлынул яркий аромат. Это был сладкий и слегка кисловатый вкус фруктового вина, который изначально был скрыт в этом узком и герметичном пространстве. Как только дверь шкафа открылась, он хлынул наружу. Шэнь Тинвэй сидел, обхватив руками колени, а когда вдруг стало светло, он слегка повернул голову. Его глаза блестели. Сквозь затуманенный взгляд он рассмотрел широкую фигуру, стоящую на фоне света.

Сейчас было жаркое время года, и дверь в подсобное помещение открывали не часто, а кондиционер в гостиной, естественно, не справлялся.

Не говоря уже о том, что в таком узком шкафу будет невыносимо душно. Шэнь Тинвэй не пробыл в нём и минуты, однако его ноги уже немного затекли, а щеки, кажется, распарились от жары. Они выглядят неестественно красными.
Лянь Цзюэ лишь снисходительно посмотрел на него. Шэнь Тинвэй же, в свою очередь, не смог ясно разглядеть выражение его лица, скрытое тенями. Его взгляд всё ещё был затуманен, но проницателен.

Лянь Цзюэ, казалось, был зол.
Хоть Шэнь Тинвэй и не мог понять причину его гнева, он слегка вздернул подбородок:

– Лянь...

– Выходи, – холодно прервал его Лянь Цзюэ.

Сказав это, он развернулся и вышел из подсобного помещения, не взглянув на него.

Шэнь Тинвэй неуклюже вылез из шкафа, держась за живот, закрыл дверцу и, не говоря ни слова, последовал за мужчиной.

Кан Тонг стоял, опустив голову, теребя в руках подол пижамы. Когда мальчик услышал голос, он тихо поднял глаза и посмотрел на Шэнь Тинвэя, который находился позади Лянь Цзюэ. В трансе сжимая свои опухшие виски, мужчина заметил, что глаза Кан Тонга не сводили с него глаз. Потому он надулся и беспомощно улыбнулся молодому господину.

Сначала у Кан Тонга было недовольное лицо, но когда он увидел, как тот улыбается, ему невольно захотелось рассмеяться.

Как только он опустил голову и ухмыльнулся, Лянь Цзюэ бросил на него непонимающий взгляд. Так что ему пришлось быстро сдержать смех, не решаясь что-либо сказать.

Шэнь Тинвэй хотел сгладить ситуацию. Он быстро подошёл к Кан Тонгу и хотел сказать Лянь Цзюэ, что это была его идея, чтобы тот не винил во всём ребенка. Глава семьи не стал дожидаться, пока тот заговорит, и спросил с серьезным выражением лица и ровным тоном:

– Который сейчас час?

– ...

У Шэнь Тинвэя не было времени подумать над ответом. К тому же в этот момент его собственная «речь» застряла у него в горле. Он слегка поджал губы, понимая, что был неправ и потому не произнёс ни слова.

Слегка отяжелевший взгляд Лянь Цзюэ медленно скользнул по двум людям, сжавшимся перед ним в комочек, и, наконец, ненадолго остановился на животе, который Шэнь Тинвэй нежно прикрывал руками. Казалось, ему нечего было сказать по поводу их поведения, а потому он повернулся и собрался уже подняться наверх.

Шэнь Тинвэй переглянулся с Кан Тонгом, сморщил нос и тихо сказал ему:

– Кажется, твой отец сердится.

Кан Тонг понял, что сделал что-то не так, и что это «что-то» сильно спровоцировало его отца. Из-за угрызения совести мальчику ничего не оставалось, кроме того, как высунуть язык тому в след.

Лянь Цзюэ остановился, когда подошел к первой ступеньке лестницы и повернул голову в сторону. Неизвестно, заметил ли он выражение лица Кан Тонга, но его глаза всё равно немного потемнели.

– Иди сюда, – сказал мужчина серьезным тоном.

Кан Тонг неуверенно посмотрел на Шэнь Тинвэя и последовал за Лянь Цзюэ, опустив плечи.