Шахрия

Следующий день у султана снова начался с боли. Он проснулся посреди ночи от чересчур пульсирующих висков и из - за странного чувства беспокойства, которое часто бывало у него беспричинно. Махмуд сел на край кровати, зажав голову в ладонях; во рту было сухо, он хотел поскорее утолить жажду. Он встал со своего места и медленно поплёлся к столу, где стоял графин с водой. Подойдя, он обнаружил, что сосуд пуст. Султан сонно прикрыл глаза и вздохнул: в висках всё так же пульсировала кровь. Он уже более бодрым шагом направился к дверям и открыл их. По неизвестной причине стражников рядом не оказалось и тогда султан крикнул:
      - Стража!
      В ответ была пронзительная тишина. Всё это стало его раздражать, и мужчина вышел из покоев, прикрыв дверь. Он шёл по коридорам и, казалось, что голову его что-то очень сильно сдавливает. Это становилось невыносимым. Ему чудилось, что стены сдавливают его, словно тиски. И в один момент, не выдержав, он сваливается на холодный каменный пол...
      Проснувшись, он обнаружил рядом с собой принцессу, лицо которой было встревоженным. Увидев, что султан открыл глаза, она улыбнулась.
       - Повелитель, вы напугали всех нас, - мягко сказала она, легонько поглаживая его руку.
       Мужчина наклонил голову в бок и яркий свет упал ему на лицо, отчего тот зажмурился; голова всё также гудела, лоб сдавливало от непривычного света. Махмуд поглядел на людей, которые находились рядом. На секунду ему почудилось, что все эти лица ему незнакомы, хотя они были так же взволнованы, как и принцесса. Вглядываясь в каждое из них, он узнал свою дочь Эсму, которая сочувственно улыбалась. Вдали комнаты он смог разглядеть Валиде султан, которая переговаривалась с лекарем. Это был Зеки, и султан спокойно вздохнул.
       Увидев, что султан очнулся, лекарь поклонился и направился к выходу, а Валиде быстрым шагом направилась к его постели.
        - Сын мой, я страшно испугалась за тебя... - полушепотом сказала, держась за его руку.
        Валиде улыбнулась и показала на принцессу.
        - Принцесса спасла тебя. Она нашла тебя в коридоре на холодном полу. Она спасла тебя и нас всех...
        София нервно улыбнулась, теребя в своей руке прозрачную шелковую ткань. Валиде султан встала и теперь взяла её руки в свои.
         - Тебя послал нам сам Всевышний, София. Вся династия будет у тебя в долгу. Ты спасла нашего султана, а это высшее, что может быть сделано для династии. Знай, что дворец Топкапы теперь и твой дом, а жители его твои преданные друзья!
          София с открытым ртом слушала речи Валиде султан и ей всё больше становилось неловко. Но девушка сразу взяла себя в руки и храбро выпятила грудь вперёд.
          - Я это сделала из чувства долга! Так как сама являясь монархом, я не могу позволить, чтобы наш союзник попал в беду. Я рада, что смогла помочь... И буду так что же рада продолжать служить вам!.. - она склонилась и опустила голову в пол, - А теперь позвольте мне пойти к себе, я малость устала.
          Султан кивнул ей головой, а Валиде проводила её гостеприимной улыбкой. Лишь Эсма султан недоверчиво поглядела на неё.
          Не успела София покинуть покои как вдруг в комнату врывается чья - то маленькая фигурка, бегущая к постели султана. Это оказалась Алеми султан. Она, узнав, что любимому отцу стало плохо, кинулась в его покои, не обращая на настояния матери и няни. Следом за ней быстрым шагом шла и сама Алие, которая тихо ругалась на свою дочь за то, что она так бесцеремонно выбегает в главную опочивальню.
          Девочка кинулась к отцу и обвила его шею своими руками. Султан наконец-то улыбнулся.
         - Простите нас, повелитель, Алеми очень упрямый ребёнок, я не смогла её удержать, - сказала Алие Махмуду, но глядя на уходящую принцессу, которая стояла подле Валиде султан.
         - Ничего, - хрипло ответил мужчина, а затем погладил светлую головку, - как ты, красавица?
         Девочка выпрямила спину и села подле него, сделав умное и в то же время обидчивое личико.
         - Дело в том, я прошу у мамы новые покои, но она мне говорит, что я ещё маленькая, чтобы иметь отдельную комнату... Я очень хочу свою комнату и не хочу жить с Касымом и матушкой! - воскликнула она, надув губки.
          Все присутствующие улыбнулись. Однако Алие ещё больше обозлилась.
          - Алеми... - прошипела она, тем самым напугав маленькую султаншу.
          Девочка прижалась к груди отца и захныкала.
          - Дорогая моя! Не нужно так, - мягко сказал Махмуд, чуть поднявшись, - я дам приказ Рукийе калфе, чтобы она подготовила тебе самые шикарные покои во всём дворце и ты там будешь жить одна! - он потрепал её за щёку.
           - Но повелитель!.. - тут же запротестовала Алие.
           Взгляда падишаха было достаточно, чтобы она замолкла.
           - Вернее, я хотела сказать, - немного помолчав, добавила она, - что Касым обидится, если покои дадут только Алеми, он ведь как никак старший наследник.
           Падишах немного призадумался, но согласился. А Алие даже представить себе не могла, что благодаря Алеми, её дети, наконец, получат свои покои.

           Перед тем, как уйти, лекарь, который осматривал султана после того, как тому стало не по себе, попросил Валиде встретиться с ним, дабы поговорить о здоровье падишаха. Она же, обеспокоенная этим, согласилась и уже через час она поджидала его в саду, где играли султанские дети. Зеки, озираясь по сторонам, подошёл к шатру Валиде султан, на руках которой была двухмесячная Рейниса султан.
          - Ты только глянь, какие у неё глаза, - вдруг сказала она на радостях, - точно как небо!
          Лекарь немного улыбнулся.
          - Да дарует Аллах нашей султанше долгих лет жизни, - ответил он.
          - Так о чём же ты хотел поговорить со мной, Зеки?
          - Госпожа, я на протяжении долгого времени служу вашей семье, династии. Я знаю кто как и чем болеет, я осведомлен об этом больше всех. Однако... мне всё же кажется, что... Ох, дело в том, что повелитель тяжело болен, госпожа моя... Только прошу вас, не беспокойтесь! Есть очень важное дело, я хочу вас об этом попросить...
          - Что же? - обеспокоенно спросила Валиде султан.
          - Узнайте, принимает ли повелитель какие то лекарства, - тихо и слишком загадочно сказал лекарь, немного наклонясь вперёд.
          - К чему ты клонишь? О каких лекарствах ты говоришь? - также шёпотом заговорила Валиде султан.
          - Я уже видел, человека с такими проявлениями от этого лекарства и... Хм... если мои догадки подтвердятся, будет очень плохо.
           - Какие догадки?! - закричала султанша и малышка, лежащая на её руках, заплакала, - чш-ш-ш... Тише, моя дорогая внученька... Хатидже, отнеси её матери.
          Пожилая верная служанка, стоящая неподалёку, забрала маленькую госпожу, и Валиде была вновь во внимании.
         - Зеки, не молчи же! О чём ты говоришь?
         - Госпожа, прошу вас, - испугался лекарь и попятился назад, - вы только узнайте, принимает ли наш султан лекарства не вашего ведома. И да! Прошу вас, сделайте это так, чтобы он не узнал об этом, иначе...
        - Иначе что? - без эмоционально спросила султанша.
       Тот отрицательно покачал головой.
       - Вы обязательно обо всём узнаете, но сейчас не время.
      Лекарь развернулся и ушёл прочь.

       Разглядывая росписи на стенах гарема и над дверьми, София уже успела обойти дворец раз пять, если не больше. Однако её вовсе не интересовали эти стены, она облумывала свой план, слова своего отца, который отправил её сюда, к их врагам... У глубине души она ненавидела его, ведь он даже продал бы свою дочь дикарям, если бы от этого была какая-то польза. Впрочем, принцесса ненавидела его также. София выдохнула. Слова отца никак не выходили у неё их головы. Он отправил её сюда, зная, что она больше не вернётся отсюда живой. "Старый напыщенный индюк, вот пойду и расскажу султану о его планах!", - подумала со злостью принцесса. Но вдруг её мысли ушли прочь и она поняла, что то, что она делает, это не для отца. А для великой Франции. Принцесса подняла голову вверх, где отсутствовала крыша, и посмотрела в ясное небо исполненным надеждой взглядом и лучезарно улыбнулась.
       - Принцесса? - послышался незнакомый голос сзади.
       Темноволосая обернулась и увидела за собой женщину со странным тюрбаном на голове. Это была Лалезар калфа. Она с интересом рассматривала стоящую перед собой принцессу.
        - Я Лалезар калфа, к вашим услугам, - поклонилась женщина, одетая не по статусу, - если вы пожелаете, я расскажу вам о жителях дворца, о самом Топкапы. Я уверена, в будущем эти сведения будут вам полезны.
         Лалезар калфа всегда была готова всем угодить, но это было отнюдь не потому что ей хотелось кому то помочь от чистого сердца, а ради того, чтобы возвыситься в чужих глазах и получить, если удастся, бакшиш. Это была женщина с жёстким нравом, но в этом и была её своеобразное преимущество. Она была хитра и изворотлива, возможно, поэтому она до сих пор пользуется популярностью во дворце.
        - Что ж, - приветливо улыбнулась принцесса, - буду рада знакомству. В таком случае расскажи мне обо всём, о чём я должна знать!
         Лалезар улыбнулась.
          - Гаремом управляет Валиде султан. Никакое дело не проходит здесь без её ведома и она единственная всегда всем заправляет в гареме. Если вы, конечно, не обладаете правами выше её, - Лалезар улыбнулась, глядя на принцессу исподлобья, - если хотите угодить ей, то делайте милое личико и помалкивайте. Она не любит болтушек. И так, перейду к самому главному... Жён и любимец у султана мало. Его главной женой, с которой он заключил никях, является Алие султан...
         - О, я слышала о ней... Так она единственная его жена? - любезно заговорила принцесса.
         - Да, но думаю ненадолго.
         - Почему?
         - У него есть ещё одна любимица - Жизель хатун. Я, право, не видела такой любви и сильной привязанности, как к этой девушке. Он ценит её. Однако в последнее время он к ней охладел.
          - Почему же?
          - О-о-о... Она ведь, бедняжка, бесплодна... - тихо проговорила Лалезар, подойдя ближе к Софии.
          - То есть она не может иметь детей? - чуть восторженно воскликнула принцесса.
          Калфа кивнула.
          - Ну - ка, - принцесса взяла ее под руку, - расскажи мне об этой девушке, а лучше покажи. Я хочу о ней всё знать!
          - Как - то в один день наш повелитель отправился на невольничий рынок... Почему? Не знаю. Возможно, он сам не знает, почему. Но на тот момент у него был переломный момент в жизни - его сын сгорел в санджаке.
           Принцесса наигранно ахнула и покачала головой.
           - И в те дни наш повелитель был сам не свой... Бродил ночью по дворцу, а порой и вовсе уезжал куда-то. Все были очень взволнованы этим, но до тех пор, пока он не встретил эту девчонку.
           Принцесса напряглась и продолжила слушать.
           - Агнесса (так звали её раньше) была болезненной девочкой: худая, низкорослая, бледная, замученная такая. Но у неё поразительная внешность! О, таких волос и глаз не сыскать на всём белом свете!.. Хм, я немного отвлеклась. Так вот, когда он привёл её сюда в гарем, он впервые за долгое время начал улыбаться. Да, эта девушка являлась для него чем - то большим, чем просто наложницей, по крайней мере мне так кажется.
       - Почему кажется? Хочешь сказать, что он охладел к ней? - съязвила принцесса.
        - Дело в том, что повелитель очень хотел от неё ребёнка, но она не смогла ему его дать. Сейчас он редко зовёт её к себе. Впрочем, сейчас мало кого вообще зовёт на хальвет.
          Принцесса София и Лалезар калфа прошли в ташлык и тут же остановились, когда последняя на этаже фавориток увидела Жизель.
          - Принцесса, вон она, гляньте... Да, это она там, вверху...
          - Ну, не такая уж она и красивая, как вы говорите. Я бы сказала, что она простушка! - промурлыкала девушка, скривив рот.
           Принцесса никогда не терпела, когда говорили, что есть девушки красивее неё. Это был страшный удар по самолюбию.
          К Лалезар калфе подошла Хатидже калфа, служанка Валиде султан, и что то прошептала ей на ухо.
           - Принцесса. Я вынуждена вас покинуть. У меня не отложенные дела, - женщина поклонилась и ушла.
           А София осталась у дверей в ташлык и мило улыбалась нерадостным лицам девушек, которые со злобой и завистью смотрели на неё и о чём то перешёптывались. Принцесса подняла голову на вверх и встретилась с взглядом зелёных глаз и широко улыбнулась, помахав ей рукой. На это Жизель ответила суровым взглядом.

        Лейла султан, прибыв во дворец, сразу же отправилась в покои матушки, которой, к сожалению, там не было. Девушка с грустью присела на кровать и обвела эту уютную комнату взглядом. Здесь она родилась, выросла, провела свою юность. Здесь были самые сокровенные моменты в ее жизни. Пускай ей только пятнадцать, но ей казалось, что вся жизнь уже прожита и все важные минуты уже прошли. Грусть охватывала её со всех сторон. Она лишь ждала свою любимую мамочку, которые пригреет её на груди, погладит волосы и скажет, что всё будет хорошо, ведь она рядом. Лейла упала на подушку и уже громко заплакала. Она не понимала, от чего ей так плохо. Нужно только спросить у матери совет и станет гораздо лучше... Дверь, наконец, открывается и в покои вошла Алие султан, которая о чём то разговаривала с Нилюфер. Увидев дочь, она прекратила разговор и отправила служанку из покоев.
       - Моя любимая, что случилось? - мягко сказала она, сев рядом и взяв её руку.
        - Ах, я совсем не знаю, мама... - всхлипнула юная султанша, - от чего я плачу...
        - Ну - ка, расскажи, как твои дела в новом дворце, ты редко приезжала сюда за два месяца.
         - Плохо, матушка. Реис так редко меня оповещает. Говорит, что у него работа и он вечно занят, - хныкнула Лейла, перестав плакать, - А ведь я ещё так молода, почему он со мной так поступает, а?
          Услышав его имя, Алие ещё крепче сжала руку дочери, из - за чего та чуть взвизгнула.
          - Э-э-э... Паша ведь занимает вторую должность в совете. Разумеется, у него много дел, пойми его... - чуть строже заговорила Хасеки, - перестань плакать, это не такое серьёзное дело.
          - Просто мне кажется, что я уже пожилая женщина или вовсе вдова...
          Алие, услышав эти слова, выпучила глаза и уже хотела отчитать свою дочь, как вдруг в комнату вошли Касым и Алеми, которые, по - видимому, вели увлекательную беседу. Этих детей можно было считать по истине дружными и любезными, когда они были рядом друг с другом. Касым обожал Алеми, а Алеми в души не чаяла в брате.
           - А вот когда я стану султаном, я тебе не новые покои подарю, а дворец! - воскликнул юноша.
           Султанша и Шехзаде увидели свою сестру и бросились её обнимать.
           - Лейла, а почему ты плачешь? - спросила Алеми, гладя её чёрные волосы.
           - А вот ей делать нечего, вот она и хнычет! - хихикнул Касым, чуть толкнув сестру в плечо.
           Лейла улыбнулась.
           - Так вот, Алеми, если наш отец умрёт, я стану султаном... - продолжил он, важно расхаживая по огромным апартаментам.
          - Что ты такое говоришь, Касым?! - заворчала Лейла.
          - Ой, Касым, не говори так!.. - запищала Алеми, закрыв уши.
          - Касым, что за слова такие? - поддержала Алие из вежливости, хотя сама была отнюдь не против того, чтобы её супруг скончался.
          - Ну, а что? Я лично слышал разговор Валиде султан и лекаря какого - то. Он сказал, что повелитель болен. Про лекарство какое-то говорил... Ну, я, в общем-то, больше ничего не знаю. Даже Алеми подтвердит мои слова, матушка! - указал на неё пальцем Касым.
          Девочка угрюмо кивнула головой.
          Алие подняла взгляд на сына и скртвилась в улыбке.
         

        
          Падишах грациозно восседал на троне и внимательно слушал новости из Ускюдара. Хотя, по совету лекаря, ему нужно было ещё немного остаться в постели, дабы состояние не ухудшилось, однако он не послушал его, пренебрег его советом. Дослушав пересказ Реис паши, он встал и подошёл к окну.
          - Как обстоят дела с оружием? Вы занимаетесь литьём снаряжения? Венгрия нас долго ждать не будет...
          - Повелитель, я как раз хотел вам сообщить важную весть, - весьма несдержанно заговорил Реис.
          - Говори.
          Паша подошёл к падишаху и сказал на ухо:
          - Король Венгрии, Карл 3, мёртв... Престол заняла его дочь, Мария Терезия.
          Султан невольно расширил глаза и удивлённо посмотрел на улыбающегося пашу.
          - Мне необходимо начать с ней личную переписку! - воскликнул султан.
          Он резко обернулся и посмотрел на пашей, среди которых не обнаружил великого визиря, Ахмеда пашу.
          - Где снова Ахмед паша? - спросил падишах, нахмурившись.
          - У него проблемы со здоровьем... - небрежно сказал Салих паша.
          - Что ж, ладно. У меня имеются важные новости, связанные с советом дивана. Я решил внести некоторые изменения... Итак, отныне великим визирем становится Реис паша. Таково моё решение.
           Среди пашей прошлось волнение, они перекинулись крайне неодобрительными взглядами. А Гючлю выразил своим взглядом все чувства, которые он мог показать. Чувства переполняли его. Мужчина кинулся в ноги султану и поцеловал подол его великолепного кафтана.
          - Повелитель, это великая честь... Я... Я клянусь, что вы ни за что не пожалеете о своём решении. Клянусь честно и добросовестно выполнять все обязанности, которые вы мне дали. Храни вас Аллах!
          - Надеюсь, что я не ошибся в своём выборе, Гючлю, - сказал падишах и покинул совет.
          Реис встал с колен и с гордостью посмотрел на пашей, явно не довольных выбором султана.
          - Что ж... Ты добился своего!.. - высокомерно сказал Салих паша, - дай Аллах ты долго продержишься на этом посту.
          Паши усмехнулась, а Реис, стоявший в стороне от всех них просто улыбнулся.
          - Продержусь, не тревожьтесь. А то начнутся проблемы со здоровьем... Как у Ахмеда паши, - он улыбнулся и покинул залу.
           - Вот же хитрый лис! - послышался голос кого - то из пашей.

           В покоях, где разместилась Эсма султан, были тихие вечерние посиделки. Дочь падишаха так сдружилась с Жизель, что теперь позволяет ей говорить с ней на "ты" , и та, в свою очередь, продолжает называть её на "вы". Для неё подобного рода дружба совершенно нова и неизведанна, что попробовав её один раз, хочется пробовать многократно.
           Они сидели за низким столиком с черепаховым покрытием, который находился рядом с балконом, откуда дул тёплый ветер и немного колышел тонкие занавески. Девушки принесли им кофе и немного сладостей, дабы не портить аппетит перед ужином. Солнце близилось к горизонту и лучи его мягко ложились на мебель, стоящую в этих апартаментах. Создавалось чувство полного умиротворения и спокойствия, которое редко может посещать души жителей Топкапы.
         - Жизель, ты точно в порядке? - обеспокоено спросила Эсма, - ты даже не съела и кусочка. Попробуй, локма и пахлава очень вкусные.
         - Спасибо, госпожа, у меня нет аппетита. Тошнит даже немного.
         - Может быть я позову лекаря?
         - Спасибо, но не нужно. Утром мне было хуже, сейчас гораздо лучше...
         - Это всё из-за приезда принцессы, да? Или из-за того, что повелителю сегодня было плохо? Не беспокойся, ему гораздо лучше, лекарь сказал, что это из-за переутомления. А что насчёт принцессы... То я думаю, она тут ненадолго. Странная она какая-то... Я не могу понять одного.
         - Чего же?
         - Что она рано утром делала рядом с покоями султана? Этот факт не даёт мне покоя. Что задумала эта принцесса? Валиде султан уже в ней души не чает, впрочем как и отец... Она успела всех к себе расположить. Мне кажется, у неё есть какая-то цель.
         - Вы хотите сказать, что она шпионка? - прищурилась Жизель.
         - Не знаю... Но с принцессой этой явно что-то не так.
         В двери вдруг постучали.
         - Войди.
         Двери отворились и в покои вошла Хатидже калфа, приближенная Валиде султан.  
         - Жизель хатун, Ребекка сказала мне, что ты здесь, - проговорила женщина.
         - Что случилось?
         - Валиде султан ждёт тебя.
         - Хорошо, я скоро подойду... - улыбнулась Жизель и отвернулась от неё.
         - Она ждёт тебя сейчас, - настойчиво сказала калфа.
         Жизель испуганно посмотрела на Эсму султан, которая также насторожилась.  
         - Хорошо, я сейчас приду.
         Войдя в апартаменты Валиде Айше султан, Жизель поклонилась и недоумевающе поглядела на пожилую женщину в бордовом одеянии.
         - Жизель, как ты себя чувствуешь? Выглядишь неважно... - спросила она весьма недоверчиво.
         - Всё в порядке.
         Взгляд у девушки был действительно уставшим и измученным. Казалось, что она долгое время не ела и не спала. Под раскосыми глазами образовались мешки, а лицо стало ещё белее, пропал румянец.
          - Я позвала тебя по важному поводу, Жизель, - продолжила султанша и вздохнула, посмотрев в окно, - ты должна помочь мне.
          - Что я могу сделать для вас госпожа?
          - Ты должна сейчас отправиться к повелителю, - женщина резко встала и направилась к наложнице и продолжила уже шёпотом, - найди у него лекарство.
          - Я не понимаю... Какое лекарство?
          - Не задавай лишних вопросов. Просто найди у него лекарство!
          - Но я ведь не знаю, что за лекарство я должна искать, - чуть возмутилась Жизель, - скажите мне, и я обязательно выполню вашу просьбу.
          - Понимаешь в чем дело, Жизель... - она вздохнула, - повелитель болен. Да... Но есть шанс... Вернее, мы можем ему помочь. Если ты найдёшь лекарство, конечно.
           Девушка всё так же стояла в недоумении, но скоро в ее памяти промелькнула какая то мысль, что не дала ей покоя. Жизель сделала такое выражение лица, которое не могло оставить без внимания Валиде султан.
          - Что такое? Ты что-то знаешь? Говори!
          - Госпожа, - казалось что - то вспомнила девушка, - я помню один случай, когда к повелителю приходил один лекарь...
         - Какой лекарь? Зеки? Ты его видела?
         - Нет, я его никогда не видела.
         - И что он сделал?
         - Он сказал, что падишах должен принимать лекарства и повелитель пригрозил ему, чтобы тот молчал, никому не говорил о том, что он болен.
         - Хм... Когда это было?
         - Если мне не изменяет память, то это было почти год назад...
         - О Аллах... Мой сын болеет так долго, а я даже не знаю об этом... Почему ты мне об этом не сказала, а?! - разозлилась султанша.
         - Госпожа, я ведь...
         - Лучше иди, Жизель! Прошу, иди и без лекарства не приходи!
         Девушка быстрым шагом направилась к двери и скорее покинула покои. Сердце бешено стучало в груди. Ей захотелось спрятаться, она чувствовала себя виноватой перед Валиде. Ведь правда, почему она не сказала ей об этом? Может быть повелителю стало бы лучше, если б она сообщила обо всем. Слёзы начали подступать к глазам, но она надавила на них и набрала в грудь воздуха. Ей нужно срочно направиться в покои Махмуда, чтобы найти это чёртово лекарство!

       Прибыв в свой дворец, Реис в главной комнате нашёл Лейла, которая расхаживала по дому вдоль и поперёк. Паша снял свою верхнюю одежду и отдал её служанке. Настроение у него было наилучшее. Наконец, он добился своего, и место великого визиря теперь его.
        - Добрый вечер! - крикнул он Лейле, - как у вас дела?
        Лейла улыбнулась, когда увидела его, и подошла.
        Мужчина спрятал руки на спиной и так же ей улыбнулся.
        - Всё хорошо, - ответила она.
        - Славно. У меня есть отличные новости. Вы желаете их услышать? - мужчина всё так же широко улыбался.
        - Давайте! - в ожидании чуда Лейла плюхнулась на диван, и Реис сел подле неё.
        - Отныне печать великого визиря теперь моя! - воскликнул он, - конечно, она мне далась тяжким трудом, но я справился.
        Улыбка Лейлы сползла вниз - это не то, что она хотела услышать.
        - Поздравляю...
        - О, а это вам.
        Гючлю достал из - за спины шкатулку и открыл её. Внутри лежало самое прекрасное из колец, которые только могла видеть Лейла. Оно было с огромным алмазом, который на лёгком свету переливался всеми цветами радуги.
         - Ах, Реис, оно чудесно! - воскликнула Лейла, захлопав в ладоши.
         - Прошу, надень его.
         Девушка выполнила его просьбу, и теперь это великолепное ювелирное изделие было на её пальце. Она вытянула руку и с большим интересом смотрела на него.
         - Оно просто великолепно! - девушка кинулась мужу на шею и стала крепко прижимать его к себе.
         Хотя, судя по всему, ему стало совсем неудобно. Он немного отрёкся от неё и даже слегонца похлопал её по плечу.
         - Пойдём! - сказала она, хватай его за руку.
         - Куда?
         - В нашу спальню! - улыбнулась она.
         Мужчина ещё больше замялся.
         - Но я не могу.  
         - Так почему?! - заистерила Лейла, отбросив его руку.
         - Поймите меня... Теперь, когда я занимаю эту важную должность, меня вам будет порой не хватать, ибо времени на семью у меня совсем не останется! Прошу вас, не обижайтесь на своего раба, - жалобно сказал он, отчего Лейла хитро улыбнулась.
         - Ладно. Но ночью я вас жду! - ухмыльнулась она, покинув залу.
         Реис понял, что ему ничего осталось делать, как пойти к жене ночью, чтобы удовлетворить её потребности.

         Жизель, обойдя стражу покоев султана, вошла внутрь и стала искать то самое лекарство, про которое ей сказала султанша. Сначала она начала с его письменного стола, но там кроме бумаг, документов, ничего не было. В столе было пусто. Девушка обежала взглядом комнату и наткнулась на шкафчик, висевший рядом с дверью. Она правилась к нему и, когда она открыла створку, то обнаружила банку со странной жидкостью. Она открыла её и перелила в маленькую колбу, чтобы сразу отнести Валиде султан. Но вдруг она услышала голос султана и сердце её ушло в пятки. Она быстро закрыла банку, поставила её на полку и закрыла створку. В покои вошёл падишах и первое, что он увидел была Жизель, стоявшая рядом. Она неуклюже поклонилась и султан сразу заподозрил что-то неладное.
       - Жизель, что ты тут делаешь? - прищурившись, спросил он.
       - Эм... Я пришла к вам! - она кинулась ему на грудь, - вы так давно меня не звали, что я сама решила к вам прийти!
       Махмуд улыбнулся и крепко прижал девушку к себе, попутно её раздевая. Тем временем девушка спрятала колбу с лекарством в свои юбки и теперь она была покойна, что просьбу султанши она выполнила, осталось лишь принести его. Но она вдруг почувствовала такую слабость, режущую боль, что пол перестал чувствоваться под ногами. И картинка перед глазами стала медленно мутнеть. Казалось, что на глазах появилась чёрная пелена, и Жизель начала терять сознание...