Эпилог
И все было тихо.
Тихо, если не считать моего дыхания, эхом отдающегося в черном туннеле. Тихо, если не считать далекого капания воды. Тихо, если не считать бегущих куда-то крыс. Прекрасная тишина, тишина моего детства.
Я хотела задержаться, потому что это место подарило мне воспоминания. Каждый запах и звук восстанавливали что-то глубоко внутри меня, что я потеряла. Но мне пришлось двигаться. Я вернулась туда, где время имело значение.
Поэтому я совершила гиперпрыжок. Прямо на платформу ССН Основной на орбите вокруг планеты. Я случайно выбрала случайный коридор, так что мне, наверное, повезло, что я не появилась на вершине какой-то бедной помощницы с поручениями.
Что-то казалось странным в этом месте. Я могла бы прийти сюда по знакомству, но это не было… в том же месте, что и раньше? Это было правильно? Ну, это выглядело так же, как всегда. Чистые металлические стены, простой ковер на полу, промышленное освещение. Два пилота, которых я смутно знала, вышли из соседней комнаты и увидели меня. Потом один взвизгнул.
Странный. Это был не тот прием, которого я ожидала. Хешо и Погибель все еще были без сознания, по одному в каждой моей руке, но я спрятала свое беспокойство.
— Адмирал Кобб? — спросила я у двух испуганных пилотов.
Тот, кто не кричал, указал на операционную.
Я пошла в этом направлении, гордая тем, что вспомнила имя Кобба. Будут ли восстановлены все мои воспоминания? Я держала два комплекта из них сейчас. Воспоминания Спенсы и Чета. Почему все казалось таким странным? И почему люди спотыкались, когда видели меня? Они отошли с бледными лицами, спинами к стенам, запинаясь.
Дверь в операционную была, конечно, заперта и мне не открылась. Тревога была включена, судя по пульсирующему красному свету, который начал мигать на стене.
Я перепрыгнула через дверной проем и попала на собрание командного состава. Не было только Кобба. Просто кучка высокопоставленных чиновников, одни из военных, другие из правительства. На привычном для Кобба месте во главе стола сидел…
Йорген? В адмиральской форме? Ну, он выглядел того же возраста, что и раньше, так что это было хорошо. Я не потерялась во времени. Мне казалось, что униформа должна иметь для меня значение, но сейчас я гиперпрыгнула рядом с его сиденьем. Он сразу встал.
Йорген был высоким. Такой неудобно высокий. С широко раскрытыми глазами, с таким идеальным лицом, которое я всегда считала пробивным. Потому что в глубине души я, вероятно, всегда признавала его привлекательным для поцелуев. Он наблюдал за мной с беспокойством, но, к счастью, не со страхом, пока я осторожно клала Погибель и Хешо на стол, отчего вице-адмирал Лоукинс вскакивала со стула с открытым ртом и глазами.
Я улыбнулась Йоргену.
Потом упала в обморок в его объятия.
* * *
Я проснулась с раскалывающейся головной болью. Я лежала на диване в гостиной рядом с конференц-залом, комнатой, которую Кобб украсил в более темных тонах и обставил настоящей деревянной мебелью.
Йорген завис рядом. Я застонала, пытаясь очистить свой разум от очень продолжительного сна. Я была… в месте, где время не имело значения, и я была пиратом. Мне понравился этот конкретный сон; У меня было это все время, и…
Ой. Ждать.
— Спенса? — спросил Йорген, опускаясь на колени возле дивана. - Ты чувствуешь себя лучше?
— Блаааар, — сказала я. - У меня такое ощущение во рту, будто кто-то использовал его, чтобы избавиться от гниющей пасты из водорослей. Есть что выпить?
Он улыбнулся. Скад, это было прекрасное зрелище. Я положила руку на голову и отдернула ее, обнаружив, что она покрыта белым мелом. Это было на диване, и…
Ага. Все это произошло.
— Сколько времени прошло с тех пор, как я уехала? – спросила я его.
- Около шести недель.
Именно то, что показал хронометр М-Бота в нигде. Это было хорошо, хотя при этой мысли я почувствовала укол потери. Как я собиралась помочь ему? Как я собиралась вернуть его?
Потом мне пришло в голову кое-что еще. Гораздо менее важное, но более непосредственное.
— О нет, — сказала я, зажмурив глаза и прижавшись к ним ладонями.
- Что? — спросил Йорген.
— Я действительно… упала в обморок?
Он усмехнулся.
О, Скад. Я имела ввиду, как какая-то изящная женщина в корсете.
- Если хочешь, — сказал он, — представь себя великим героем-воином, который, спотыкаясь, бредет домой с поля битвы к своим товарищам и падает от ран.
— Да, конечно, — сказала я, открывая глаза. Красный свет все еще мигал. — Эм, это из-за меня?
Он взглянул на него.
- Ну, когда ты появилась из нигде, покрытая белой пылью, блуждающая по залам, как призрак… это обеспокоило некоторых людей.
- Они должны ожидать от меня таких вещей.
- Спенса, — сказал он, — твои глаза сияли белизной. Подобно…
Как один из них.
О, Скад. Я как бы была одним из них. В основном я чувствовала себя собой, но моя душа изменилась. Каким-то образом слилась с искателем, которым раньше был Чет. Я чувствовала, что его опыт и понимание связаны с моими собственными.
Это… было большим делом. Из тех, о которых я действительно не хотела думать прямо сейчас. Как я собиралась сказать своему парню, что половина меня теперь стала межпространственной жуткой мерзостью вне времени и пространства? По крайней мере, можно ли было сформулировать это менее глупо?
Или, может быть, сначала нужно было объяснить что-то более важное.
— Йорген, — сказала я. - Я это сделала. Было очень тяжело, но я справилась.
— Что именно? – спросил он. — Вернулась к нам?
— Более того, — сказала я. - Я нашла их секреты. Я пробралась… в логово дракона… и украла его золотую чашу.
Он ухмыльнулся.
- Я понятия не имею, что это значит, но мне нравится, как ты говоришь это сама.
- Это означает, что где-то в моем мозгу, и в том, что я могу объяснить о прошлом искателей, есть решение, как победить их. Они боятся меня, Йорген. Сейчас больше, чем когда-либо.
— Это хорошо, — сказал он. - Потому что мы здесь в каком-то месте…
— Что за место?
— Я объясню, — сказал он, — но сначала я должен заверить всех остальных, что мы не подвергаемся нападению делверов. Можешь немного подождать? Нам есть о чем поговорить.
— Я могу дождаться подведения итогов, — сказала я. — Но не ради более важного.
- Более важный? — сказал он, потом посмотрел на меня и, кажется, понял. — О, да. Я…
Я схватила его за шею и поцеловала. Я только что прошла через все измерение. Я не была в настроении быть застенчивой. Он наклонился в поцелуе, и я почувствовала, как будто все мое тело вспыхнуло. С теплом. Его тепло.
Когда мы наконец разошлись, он широко улыбнулся.
- Мне это было нужно, — сказал он. - Спасибо. Тебе просто повезло, что ты застала меня в тот день в этом месте, когда я принимал душ.
Я кивнула в сторону другой комнаты.
- Вперед, продолжай. Разберись с ними. Тогда мы поговорим.
Предстояло еще так много сделать. Вселенная, которую нужно спасти. А пока я отдыхала, пока Йорген шел обратно в другую комнату. Оттуда я услышала знакомый голос, Хешо разговаривал с чиновниками.
— Значит, они двинулись дальше без меня? – говорил он. - Каури захватила корабль! Почему, я не могу выразить, как я горжусь ими. Да я вижу. Я пытался помочь, но тем самым все же мешал им. Человек, ты должен сказать моему народу, что встретил того, кто называет себя Изгнанником в маске. Они узнают отсылку из древней пьесы. Это то, кто я есть сейчас, и то, кем я должен быть.
Вошел Йорген, и чиновники слушали его, пока он всех успокаивал. Адмиралы на десять или более лет старше его приняли его слова. Как будто… он действительно как-то руководил. Думаю, я была не единственной, кому было что рассказать. Я лениво оглянулась через плечо и нашла монитор, показывающий Россыпь. Он находился на орбите другой планеты.
Наша планета вращалась вокруг другой планеты?
Это было ново.
Я почувствовала, как разум коснулся моего. Бабуля? Ей было любопытно, но она была рада услышать от меня. И этот другой разум, меньший, был Погибелью. Она не спала в другой комнате с Хешо.
Оба выразили обеспокоенность. Я полагала, что они могли заглянуть глубоко внутрь меня и знали правду. Что меня изменили. Что ж, каждое путешествие меняет того, кто его совершает. Это проделала со мной очень большую работу, но я все еще чувствовала себя самой собой, просто улучшенной версией. Душа с большим количеством дополнительного кода.
По крайней мере, теперь я знала, почему искатели так боялись меня. Они не просто боялись того, кем я была, или того, что я узнаю. Они боялись будущего.
И того, кем, как они знали, я стану.
Спенса вернется через ….