Глава 46 Кротовый волк
— Господин сказал, чтобы ты приняла это, — приставленный к Шарлотте охранник протянул склянку с двумя круглыми странного вида таблетками.
— Я не буду это проглатывать, я даже не знаю что это, — Шарлотта отошла на шаг назад, готовясь к физическому ответу недовольного охранника.
Мужчина одним движением больно схватил у самих корней волос, согнул девушку вполовину и яростно зашептал ей прямо в ухо.
— На тебе метка, это значит, что у тебя нет выбора, — он надавил сильнее, а Шарлотта впилась ногтями в его руку, пытаясь высвободиться. — Сказали есть, значит ешь, сказали выпить яд, ты выпьешь яд, понятно?
— Пусти, ублюдок! — Шарлотта пнула его в опрометчиво незащищённое место, и он тут же отпустил девушку, скорчившись от боли. — Сказала не буду, значит не буду!
— Ах ты, дрянь, а ну иди сюда, — он опасно навис над Лоттой, прижав ее голову к стене. — Не хочешь сама, я помогу.
Не позволяя Шарлотте закрыть рот, надавив на щеки, он ртом достал пробку из склянки и запихнул одну таблетку, затем надвив на шею, он вынудил ее проглотить ее. Таким же образом была проглочена вторая. После этого мужчина отпустил ее, а Шарлотта вытерла вытекшую слюну, с ненавистью уставившись на охранника.
— Что со мной будет?
— Понятия не имею, господин делает всё, что пожелает, — он взял ее под локоть и потащил прочь из публичного дома.
— Больно! Отпусти же! Я сама идти могу, — Шарлотта выдернула локоть. — Куда мы идём?
— К господину, конечно же.
Эффект таблеток не заставил себя долго ждать: в ушах начало слышаться сердцебиение, которое со временем лишь ускорялось, глаза начали непроизвольно дёргаться, а все вокруг начинало плыть, тело становилось ватным, и, кажется, начиналась лихорадка. Лотта на пару секунд потеряла ориентир в пространстве, и это ее сильно напугало. Сердцебиение оглушало, все вокруг плыло, и было жарко словно в аду.
Стражник подхватил ее, и последние силы покинули Лотту
***
Открыв глаза, Лотта обнаружила комнату, в которой Коллекционер впервые брал у нее кровь. Лекарство все ещё действовало, поэтому Лотта до конца не могла сообразить, что происходит.
Затем зашёл он - ее кошмар, ее бесконечный страх, ее вечный враг, ее безудержная ненависть. Он зашёл весело с улыбкой на губах. Шарлотте было противно на него смотреть, но в то же время было страшно этого не делать.
— Что же так огорчило такую красоту? — он поднял ее подбородок указательным пальцем. — Неужели смерть мусора так впечатляет?
— Мусора? Разве, ха-ха, не так давно она не была "красавицей" в твоих глазах? Или ты только притворяется безумным? — Шарлотта то нервно смеялась, то в ее голосе слышался праведный гнев.
— Умереть так грязно, значит потерять свою ценность, как прекрасного, — спокойной ответил Коллекционер. — Но похоже, это слишком сложно для понимания.
— Ты!.. Ты!.
— Тише-тише, успокойся. У меня для тебя две новости, — он озорно улыбнулся, а у Шарлотты пробежали неприятные мурашки по спине. — Во-первых, я передумал. Ты пойдешь в шахты, а не к детишкам, так ты только всю картину там смажешь. Во-вторых, твоя кровь так хорошо распродалась. Ой, я имел в виду лекарство, — он проверил реакцию Лотты и удовлетворено придвинул металлический столик с блестящими ножами, шприцами, колющими предметами. — Заказчики требуют ещё. Представь себе, что это лекарство лечит даже тех, кто находится при смерти. Парочка толстосумов вылечило своих деток. Потом их толстосята придут ко мне, чтобы вылечить их детей. Бесконечный круговорот, хе-хе. Сильные порождают слабых, слабые приходят ко мне, а я владею их денежками.
— Они же... Знают из чего сделаны эти лекарства?
— Конечно, от этого и цена поднялась в несколько раз. Что-что, а продавать я умею, — лезвие блеснуло, но Шарлотта даже не дрогнула.
То ли это был эффект тех таблеток, то ли ее подавленное настроение, обречённость и смерть на ее глазах вытеснили все эмоции в секунду. Она больше ничего не хотела говорить, только закрыла глаза. И когда Коллекционер не увидел должной реакции, он начал изощряться, особенно жестоко ее кромсать. Не будь у нее быстрой регенерации, то на ее руках не было бы даже живого места. Что уж там говорить, она бы раньше умерла от кровопотери.
Коллекционер гневно бросил инструменты куда-то в сторону и ушёл, оставив Лотту одну в окровавленной холодной темной комнате. Сейчас она все больше походила на фарфоровую куклу, вот только это все ещё был человек. Не так давно полный жизни, радости, забот, любви, тепла. Человек.
Всю свою жизнь находясь в свете, Шарлотта особенно сильно ощущала боль от тьмы. Она с особой горечью вспомнила те дни, когда ее главными заботами были выборы нарядов, учеба, выбор подарков, ответы на письма, чтение книг, беседы с Оскаром. Как сейчас поживает он, ее важная часть? Вместе с рождения, вместе все детство, и вот жизнь всё-таки их разлучила. Шарлотта давно не слышала его голоса, не видела его. А без него.... Внутри ощущалась какая-то пустота.
Из полубессознательного состояния Шарлотту вывели громкие шаги. Шуон вошел громко, явно давая знать о своем приходе, прошел мимо девушки, забрал все, что собрал его господин и снова вышел. Через пару минут он вернулся и начал развязывать Шарлотту.
"Не время опускать руки, только не сейчас," — узлы тяжело давались огрубевшим рукам Шуона. — "Я обещала Айре, что позабочусь о Сэе. Я обещала самой себе вернуться домой. И пусть я раз за разом буду больно разбиваться о землю, пусть раз за разом я прыгаю из одного капкана в другой, но я не могу сдаться. Ни здесь, ни сейчас. Ряди меня, ради моей семьи, ради Айры и Сэя, я выберусь."
***
Первая неделя была поистине незабываемой. Спертый воздух, плохая освещенность, тяжёлые кирки, долгие, нескончаемые смены, сон по четыре часа, вечные крики, упрёки, даже удары плетью в какой-то момент перестали быть такими болезненными. Страшно было видеть людей всех возрастов в подобном месте.
Шарлотта за этот год узнала больше жестокости, чем за всю её жизнь. Жизнь может быть поистине пугающей. И теперь она знала насколько хорошо она жила.
— Эй, Седовласка, поднимайся, — паренёк весь перемазанный грязью закинул кирку на плечо, — главный сказал, что мы переходим в другое крыло.
— Похоже, что я задремала, — Шарлотта быстро встала.
— Пошевеливайтесь, лентяи, — громкий голос надзирателя заставил их вздрогнуть и быстро примкнуть к группе.
— Мы же не в северо-западное крыло идём, правда? — с ужасом спросила Шарлотта.
— И правда, похоже, от нас захотели избавиться, — удручённо прошептал другой человек.
— Вы верите в то, что там живут монстры? — тихо и немного пренебрежительно спросил третий.
— Я сам слышал от туда какие-то жуткие крики. Мама, я не хочу умирать.
— Ну, с нами эти, — парень указал еле заметно головой в сторону охраны и надзирателей, — не думаю, что они бы пошли будь там реальная опасность.
— Умолкли все, — кончик кнута попал по нескольким спинам, несколько человек со стоном рухнули.
Вскоре охрана занялась открытием каменной двери, которая закрывала проход. Едва двери двинулись, начала сыпаться пыль с потолка, и неприятное чувство коснулось всех, заставив каждого насторожиться ещё больше.
Стража пихнула шахтеров вперёд себя, что все меньше оставляло надежды последним. Странный довольно узкий в сравнении с обычными шахтами тоннель с развилками казался вырытым не человеком. На стенах полно глубоких царапин, пол то уходил вниз, то с трудом можно было забраться в горку.
— Я может... Накрутил себя, но... За нами уже давно кто-то наблюдает, как мне кажется, — тихо прошептал парень.
— Конечно наблюдают, ты наших господинов за спиной не видел? — другой сплюнул на пол.
— И сколько мы ещё так или будем? — хныча, спросил мальчишка.
Внезапно пол снова задрожал, послышались истошные крики полные боли. Шарлотта обернулась: из развилки высовывалась половина громадного волка, занимающего почти весь тоннель; половины стражи уже не стало, и от них осталась красная лужа, кто-то был придавлен волком, а кто-то уже проглочен.
— К-кротовый волк! Бежим вперёд!
От испуга Шарлотта встала как выкопанная. Разум кричал "беги", пока она наблюдала, как зверь ее заметил и двинулся в ее сторону. Все ее нутро знало, что если она не двинется, то точно не сможет вернуться домой. Но тело совершенно не отзывалось на эти крики, а тем временем зверь уже стоял на лапах, готовый пуститься в погоню за своей добычей.
— Дура, не стой на месте! — парень дёрнул Лотту за руку, и они вместе побежали за толпой.
Пронзительный вой заставил стены дрожать, а людей закрыть уши, но они упорно продолжали бежать. В ушах у Лотты звенело, она не слышала, что ей говорили другие. Она была немного дезориентирована, но крепкая хватка парня вела ее уверенно вперёд.
— ..еред... есть... укрыт... — долетали лишь обивки фраз.
Пол дрожал все больше. Зверь выл, бился спиной о потолок, бился на поворотах в развилках. Ему было очень тесно, но, кажется, не упустить добычу уже стало не необходимостью, а делом принципа. Пара отставших людей уже стала его обедом, задержав его.
— Не смотри! — парень крикнул прямо на ухо Лотте, и все ускорили бег.
Вскоре Шарлотта поняла, о чем говорили окружающие. Тоннель впереди обрывался, лишь почти у самого потолка был проход. Дружно все начали подсаживать тех, кто не доставал до выступа, а затем на четвереньках ползи вглубь тоннеля.
Зверь был как никогда близко.
Мужчина, который должен был подсадить Шарлотту, увидев зверя на опасно близком расстоянии, бросил виноватый взгляд и сам забрался с помощью наверх. Сердце пропустило удар. Шарлотта чувствовала дыхание смерти за своей спиной. Она хватались за камни, за выступы, но они обваливались, а роста забраться ей не хватало.
— Хватайся! — парень, что был с ней сегодня весь день, протянул руку сверху, опасливо глядя то на Лотту, то на зверя.
Одним рывком корпус Лотты был поднят на этот подъем, парень отодвинулся и начал тянуть Лотту. На секунду Шарлотта подумала, что она спаслась, как вдруг она почувствовала безумную боль в ногах. Лицо парня побледнело до цвета бумаги, но руку Лотты он не отпустил, на его глазах появились слезы, а Лотта от шока сначала не поняла, что произошло. Рывком зверь вытащил ее, стиснув зубы сильнее, тем самым ломая кости ног.
Шарлотта кричала так, как никогда не кричала. Даже боль от издевательств Коллекционера казалась совсем незаметной. Голос совсем быстро охрип, а зверь, почувствовав вкус крови Лотты, передумал сразу ее проглатывать. Он ещё раз пожевал конечности, которые уже успели зажить. Шарлотта свешивалась из его пасти, отчаянно хрипя и крича, от боли она рыдала, но хруст костей не прекращался. Превозмогая боль, Лотта ударила волка в нос, но тот лишь зарычал и начал задним ходом возвращаться назад.
На руках и лбу Лотты выступили вены, она ногтями впилась в твердый нос, но даже не смогла его поцарапать.
— Я выцарапаю тебе глаза, отродье, — прошипела она, — будь у меня палка или хоть что-нибудь, — она продолжала кричать от боли.
Схватившись рукой за шерсть на морде, Лотта чуть подтянулась и свободной рукой потянулась к единственному уязвимому, по ее предположению, месту - глазам, но не смогла до них дотянуться. Она вспомнила свой меч и то, как бы он ей мог помочь. Вкладывая последние силы в руки, Лотта увидела свечение браслета, что говорило о сильном выбросе святой силы.
"Меч, какой-нибудь меч, пожалуйста!.."
Камень треснул, но не рассыпался, а тем временем в руке Лотты появился лёгкий роскошный меч. Не раздумывая ни секунды больше над этим, она воткнула его в глаз волка по самую рукоять. Волк истошно завыл и начал биться головой то о стены, то о полоток. Шарлотте то же хорошо досталось. И всего через минуту волк рухнул всей своей тушей на пол. Шарлотта потеряла сознание от удара головой об этот каменный пол.