МЕНЬШЕЕ ЗЛО. Глава 31
Чена, Анкорда
Двадцать восьмой день Матира, год 1489 с.д.п
Рерих VII нервно расхаживал из стороны в сторону по небольшому кабинету в западном крыле замка. Руки были напряженно сцеплены за спиной, грузная походка приобрела настораживающую резкость, брови хмуро сошлись над переносицей. Генерал Эллард Томпс молча наблюдал за ним, улавливая его сгущающееся раздражение. Отголоски настроения короля он почувствовал загодя, пока шел в кабинет по витиеватым темным коридорам замка. Ничего хорошего от позднего вызова в эту комнату ждать не стоило: король приходил сюда для уединенных разговоров со своими доверенными лицами, и это редко сопровождалось благими вестями.
Не было их и в этот раз.
Томпс бросил скорбный взгляд на эревальну, сонно мурлыкающую на своей подушке. Она выглядела довольной после проделанной работы, произнеся речь, которую жрец Карл Бриггер надиктовал ее собрату в Сельбруне. Трудно было винить эревальну в своих бедах — несмотря на умение передавать сообщения, она не понимала смысла человеческих слов, — однако Томпс отчего-то осуждал ее за принесенное послание. Впрочем, он давно убедился, что от иных одни проблемы.
— Самонадеянный идиот! Фанатик! Бешеный помешанный пес! — с трудом сдерживая силу своего голоса, рычал Рерих.
Томпс тяжело вздохнул, мысленно соглашаясь со словами короля. Речь шла о Бенедикте Колере и его безумном плане, который был подробно изложен в сообщении из Крона. Колер планировал нападение на Малагорию и собирался заручиться поддержкой Совета Восемнадцати. Целью являлось свержение Бэстифара шима Мала с трона и упразднение его диктаторской власти в стране. Томпс питал к аркалу личную неприязнь, поэтому эта идея в какой-то степени вызывала у него воодушевление, однако она была сопряжена с рядом сложных и скандальных обстоятельств, на которые не получалось закрыть глаза. Одним из них было рассекречивание информации о Мальстене Ормонте. По официальной версии анкордский кукловод был казнен вместе с Кровавой Сотней, эта ложь стала жертвенным предвестником окончания Войны Королевств. Томпс с трудом представлял, что будет с Анкордой, если обнародовать правду.
Колер и Бриггер уточняли: правда о том, что Мальстен Ормонт жив, крайне опасен и снова хочет заручиться поддержкой аркала, будет подана с самой выгодной стороны для Рериха. Но и Анкорде в таком случае следует проявить особенно активное участие в грядущей малагорской операции.
Конец сообщения вызвал у Томпса опасения, что Колер лишился рассудка. Если верить вестям из Крона, Ормонт обладает способностью играючи прорываться сквозь красное, что продемонстрировал недавно в Олсаде. Притом у Колера якобы есть способ наделить воинов Совета способностью сопротивляться нитям Ормонта. Все это звучало безумно, и больше всего Томпс удивлялся тому, что этот бред поддерживает Карл Бриггер. Старик слыл негибким и осторожным, он вряд ли согласился бы на подобную авантюру, если б она не была оправдана...
Развернувшись слишком резко, Рерих задел бедром угол стола и зашипел от боли. Эревальна встрепенулась на подушке и возмущенно заклокотала, взмахнув перепончатыми крыльями.
— Да замолчи ты! — в сердцах прикрикнул на нее Рерих.
Томпс устало взглянул на короля. Тот был на грани отчаяния, и его стоило успокоить как можно скорее, пока он не потерял контроль над собой.
— Если желаете знать мое мнение, Ваше Величество, нам придется принять условия Культа. Колер и Бриггер не оставляют нам выбора.
— Приструнить бы этого выродка! — воскликнул Рерих.
Томпс покачал головой.
— Приструнить Колера можно, только если отправить его на незапланированную встречу с Рорх, Ваше Величество, — отрезвляюще спокойно произнес он. — Но я не рекомендовал бы этого делать. Колер однажды помог спасти репутацию Анкорды...
— Сейчас он ей угрожает, — не согласился Рерих.
— Боюсь, его смерть в будущем будет угрожать нам не меньше. Стоит посмотреть правде в глаза, Ваше Величество: у нас не вышло устранить Мальстена Ормонта собственными силами. И, если верить сообщению из Крона, не получится без того особого способа, который предлагает Колер.
— Он не раскрывает, как собирается это сделать!
— И я его понимаю. Я бы тоже на его месте не раскрывал — как раз ввиду тех мыслей, которые сейчас витают в этой самой комнате, — миролюбиво кивнул Томпс. Король был недоволен услышанным, но заставил себя поумерить гнев. Генерал продолжил: — Мы можем не поверить ему. Можем даже убить Колера, но в будущем ложь о Мальстене Ормонте все равно будет раскрыта. Он жив. Он опасен. Он наверняка жаждет мести. И если ложь вскроется, многие обратят внимание и на раннюю кончину Колера. На след Анкорды могут и не выйти, но репутация страны попадет под еще больший удар.
Рерих некоторое время молчал.
— Колер берет на себя большую ответственность, призывая Совет к малагорской операции, — сказал Томпс. — И, если мы его поддержим, а авантюра провалится, отвечать за это будет Колер. Причем, скорее всего, лично он, а не весь Культ.
Рерих недоверчиво поднял бровь.
— То есть, по-твоему, мне лучше активно поддержать его? Быть в числе первых, кто выскажется в пользу операции, выделить немалое количество воинов... — Он вздохнул и устало потер переносицу. — Проклятье, репутация Лжемонарха и так маячит у меня за спиной! Любым своим действием я могу укрепить ее.
Томпс понимающе кивнул.
— К сожалению, никаких гарантий у нас нет. Я бы рад гарантировать, что поддержка Вашего народа останется с Вами в любом случае, но это не так. Тем не менее люди Анкорды с большей вероятностью укрепятся в своем суеверии относительно Лжемонарха, если Вы откажетесь поддерживать Культ, чем если поддержите. Сейчас у нас есть шанс выйти из этой истории с наименьшими потерями. Не могу представить, как разовьется ситуация, если мы не станем сотрудничать с Колером.
Рерих бросил досадливый взгляд на эревальну.
— В таком случае, мы его поддержим. И да помогут нам Боги.