грешник

ТЭХЕН

Вот, что тебе не рассказывают о том, какого быть оборотнем

Тебе не говорят, что тебе придется убегать из горящего здания в слишком тесных леггинсах с принтом радужных черепов, чтобы избежать привлечения к ответственности за поджег. Тебе не говорят, что добежав до машины, ты вспомнишь, что швырнул свои ключи в горшок с растением перед тем самым зданием, что только что поджег, и что тебе придется вернуться к месту преступления с такой осмотрительностью, которую только может иметь на три четверти взрослый человек в очень блестящих леггинсах, до того, как личные вещи будут обнаружены кем-то, кто назовет их «доказательства»

Тебе не говорят, что когда ты будешь со всей грацией и достоинством стоять на коленях в поисках ключей, то разорвешь по шву блестящие леггинсы от самой лодыжки прямиком к тому месту, что тебе дал Бог

Тебе бы наверняка сказали, что пребывать на публике голышом — незаконно, если бы ты спросил

Но тебе не говорят, как тяжело убегать от копов, когда ты только что побывал двумя видами животных в быстрой последовательности, а затем бежал до машины и обратно

Тебе не говорят, что этот парень с длинными волосами попытается дать тебе свой номер телефона, когда ты будешь бежать сломя голову обратно на парковку самыми окольными путями, чтобы не привести копов к твоему мустангу, который, как теперь тебе кажется, лучше бы сгорел в последнем созданном тобой пожаре

Тебе не говорят, как много людей начнут фотографировать на три четверти голого Ким Тэхена, бегающего по Санта-Монике

Тебе не говорят, какими горячими становятся черные сидения на солнце, а ты сидишь на них без одежды или почти без нее

Тебе не говорят, как даже несмотря на то, что ты не вспомнишь ничего из того, что случилось, пока ты был волком, ты будешь помнить взгляд на лице твоей уже-бывшей-девушки до этого и сразу после до конца своих дней

Тебе не говорят ничего. Хотя нет, это не так

Тебе говорят: «Давай, будь волком. Ты искал что-то целую вечность, и это, парень, именно то, что тебе нужно»

***

f live: Сегодня с нами молодой Ким Тэхен , бывший солист Наркотики. Он был на нашем шоу пять недель тому назад, сразу после того, как заключил контракт с Ким Джухён из SharpT33th.com. Мне послышался коллективный вздох? Не беспокойтесь, он, кажись, выжил. Ты как раз закончил с альбомом, так?

ким тэхен: Ага

f live: Как ты оценишь этот опыт по шкале от одного до десяти?

ким тэхен: Где-то между Ф и гидрой

f live: Такую математику я и ожидал от рок-звезд. До того, как мы вышли в эфир, ты сказал мне, что вам осталось записать всего одну песню. Что потом?

ким тэхен: Это ты мне скажи

f live: Ты кажешься таким уставшим от жизни. Как тебе Л.А.? Останешься у нас?

ким тэхен: Я люблю Л.А., но я все испортил. Не думаю, что это сработает

f live: Ты испортил гораздо меньше всего, чем большинство из нас ожидало

ким тэхен: Ну что могу сказать, я изменился. Мы послушаем отрывок этого трека сейчас?

f live: Вы, жители Восточного Побережья, вечно спешите

ким тэхен: Не думаю, что я на самом деле житель Восточного Побережья. Я...как там? Временно без места жительства

f live: Л.А. все еще хочет тебя, парень

ким тэхен: Если бы только это было правдой, Мэттью

***

ДЖИСУ

Я знала, что в скором времени мне придется вернуть Виртуального Тэхена Тэхену. Из календаря и радио я узнала, что он практически закончил альбом, и в скором времени закончится и шоу. Потом он покинет Лос-Анджелес

А затем и меня

Только все было не так. Я покончила с этим первой

Может, я просто оставлю его телефон у ворот дома

И тогда с этим и в самом деле будет по-настоящему покончено. Никаких неоднозначных концовок

Единственная проблема заключалась в том, как сильно я по нему скучала

Это никогда не пройдет. Легче никогда не станет. Я продолжала думать, что если загружу себя делами — закончить этот курс. подать заявления в колледжи, строить планы на будущее — то смогу отвлечься, перестану скучать по нему хотя бы на одну минуту в день

Но все в этом проклятом городе напоминало мне о нем. Через несколько дней после пожара мне позвонила Кристал
— Сладкая? Мне так жаль, что я накричала на тебя

В ее защиту уточним, что она обнаружила меня стоящей среды дымящихся остатков ее бизнеса

— Думаю, крик был приемлем

— Не на тебя, дорогая. Теперь я это понимаю. Мне так жаль, что я обвинила тебя

Также, оказалось, что ей жаль, что ее оштрафовали за то, что она приказала своему работнику нарушить правила пожарной безопасности, зажигая все эти свечи при отсутствии огнетушителей. Оказалось, что она надеется, что я не предъявлю ей иск

— Как скоро ты снова откроешь магазин? — спросила я. Я не хотела искать новую работу. Я хотела вернуться назад к нормальной жизни

— Вся осенняя коллекция уничтожена, — сказала Кристал. — Мне придется начинать все с нуля. Не знаю, сконцентрировала ли теперь там энергия. Я не знаю. Мне придется принять несколько жестких решений

— Мне так жаль, — сказала я. Удивительно было слышать это из своих уст. А еще удивительнее было то, что я на самом деле это подразумевала

— Ох, у меня была черная полоса. Так что это к лучшему! Все мои старые идеи пропали, и возникла новая Кристал! Давай приходи на следующую вечеринку. Мне все еще жаль, что накричала. Больше не буду. Ах! Мне надо бежать. Ну все, давай, дорогая

Я повесила трубку. Мысли о ее вечеринке заставили меня подумать о Марке, что заставило меня подумать о Тэхене

Я скучала по нему. Я скучала по нему все время

Единственное, что делало все немного лучше, это фойе в Доме Разрушения. Моя мать уже убрала все фотографии с помолвки и свадьбы, которые там висели. Ее с отцом фотографии были заменены на наши с ней, на которых мы выглядели идентично и по-сестрински. Или просто на нее, ухмыляющуюся в камеру с дипломом медицинской школы в руках. Только вот она должна была лучше подумать над последней фотографией. Потому что, хоть лица отца на ней и не было, технически, он все-таки на ней присутствовал. Эта ее ухмылка была направлена на него, пока он делал этот снимок

Хотя, для меня это было и не важно.
Я перестану любить Тэхена. Это был просто факт. Эта стена была доказательством того, что однажды мне станет плевать

Я закрыла глаза. Не полностью. Если я сомкну веки, это нарушит поверхностное натяжение, и тогда эти слезы сбегут

— Джису, тебе тоже стоит пойти, — скала Сынхи мне в спину

Мои глаза широко распахнулись, как будто они вот-вот выпадут. Я не повернулась

— Тоже? С кем?

— Со мной и с папой, — сказала она. — Мы собираемся...

— Нет, я занята, — я чувствовала, что она все еще стоит там, так что добавила, — Спасибо, что спросила

Она не сдвинулась с места. Мне не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что она собирала всю свою смелость, чтобы сказать что-то. Я хотела сказать ей, чтобы она просто выплюнула это, но у меня совершенно не осталось сил на грубость

— Ты не занята, — смело сказала Сынхи. — Я наблюдала. Что-то не так. Тебе не... тебе не обязательно говорить об этом, но я думаю, тебе стоит пойти с нами

Я не могла поверить, что так плохо скрывала свои чувства. И что каким-то образом потеряла остатки своей колючести, чтобы заставить Сынхи пожалеть, что пригасила меня

— Скажи да, — сказала Сынхи. — Я не буду тебя доставать

— Ты уже меня достаешь! — вспылила я. Она не выглядела пристыженной, хоть и сложила руки перед собой

— На улице так хорошо, — добавила она. — Я возьму свою эрху. Мы собираемся посидеть на пляже

Она опустила руки, а затем взяла одну мою. Ее пальцы были очень мягкими и теплыми, как будто у нее вообще не было костей. Какого черта? Конечно же, это не заставит меня почувствовать себя еще хуже. Когда Сынхи легонько потянула меня, я не сопротивлялась. По крайней мере, до тех пор, пока мы не дошли до двери

— Подожди, мои ботинки, — я также подразумевала мои волосы. И лицо. И одежду. И сердце. На самом деле, так много всего нужно было привести в порядок прежде, чем я покину дом

— Мы собираемся на пляж, — сказала Сынхи. Она отпустила мою руку и схватила пару шлепок моей матери из кучи обуви у стены. Она всунула их мне и пошла взять свою эрху

Невероятно, но все закончилось тем, что я везла ее на пляж в шлепках, спортивных штанах и танк-топе с прической, как у бомжа. Я остановилась на краю парковки, где кучка парней с лоснящейся кожей играли в волейбол. Мой дядя (бывший дядя?) Панвон уже был там, все еще одетый в свою форму работника скорой помощи, что ужасно напомнило мне о копах в эпизоде про басиста в шоу Тэхена. Он взлохматил волосы Сынхи, как ребенку (она ослепительно улыбнулась) и закинул руку ей на плечо

— Я собирался принести кексы. Но затем я подумал, что нет. Сынхи все равно сделает что-то, из-за чего все, что бы ты не принес, будет казаться дерьмом! Так что вместо этого я взял бухло!

Конечно, на самом деле он подразумевал не бухло, а просто местное пиво в бутылках, которые снаружи были влажными из-за конденсации. Сынхи была польщена, потому что она, конечно же, испекла идеальные кексы

Им было так весело вместе, что я почувствовала себя третей лишней, когда помогала нести вещи к пустому участку пляжа. Сынхи расстелила покрывало, а ее отец бросил на него кучу журналов «сделай-сам», которые он собрал для нее. Я правда хотела разглядеть в этом какой-то расчет, как будто он делает все это только в качестве компенсации за то, что бросил их с Мирэ, но не смогла. Потому что он был просто явно переработавшим и переутомленным работником скорой, который искренне рад уделить время тому, чтобы увидеться со своей дочерью, которую очень хорошо знал

Был всего один человек, который знал меня так хорошо

Станет лучше, когда он покинет город. Когда я не буду знать, где именно он находится. Мне нужно было избавиться от Виртуального Тэхена. Я подброшу его сегодня вечером. Я знала, что он собирался в студию, чтобы закончить альбом. Я оставлю его у него в машине

Я не могла позволить глубоко задумываться об этом

Сынхи и ее отец болтали, обильно жестикулируя своими руками, а потом Сынхи достала свою эрху и заиграла. Это было слышно на весь пляж, но всем было плевать. Это был Л.А. Чего они только не слышали

Я откинулась на локти, закрыв глаза, моя голова чесалась, потому что волосы разметались по песку позади меня. Мои босые ноги лежали на песке, и я зарылась в него пальцами

В моих мыслях Тэхен все еще продолжал класть свою голову мне на плечо на кладбище. Продолжал становиться волком. Продолжал выстраивать что-то и сжигать это дотла

Просто думай об учебе, Джису . Вот, что я сказала себе. Получить степень. Стать врачом. Это и есть жизнь

Я подумала, через какое время мой отец придет меня навестить и отвезет на пляж перед тем, как вернуться к своей жизни в Сан-Диего

Сынхи перестала играть

Мой дядя спросил
— Хочешь поговорить об этом?

Потому что я плакала. Я села, согнула ноги в коленях и прижимала их все ближе, пока не уткнулась в них, плача

Жизнь — дерьмо

Сынхи положила свою руку мне на спину, что обычно я бы не позволила, но у меня не было сил протестовать

— Станет легче, — сказал он

Но я это знала. Это и было хуже всего. Хуже всего было то, что в конце концов вы забываете о людях, которых любили. И умерших, и воспитавших вас, и тех, с кем вы хотели бы проводить завершение дня

Еще до уроков СПМ я узнала, что тело производит три типа слез, и каждый из них имеет уникальный химический состав. Один из них вырабатывался регулярно, чтобы поддерживать глаза влажными. Другой пробуждался, когда какой-то мусор попадал в глаз, чтобы увлажнить его и избавиться от незваного гостя. А третий был для тех случаев, когда внутри вас обосновывается грусть. Слезы вымывают из тела химикаты, производимые депрессией. Вы выплакиваете свою грусть

Так что я знала, что есть научное объяснение, почему я чувствую себя лучше, когда поплачу

Но это не отменяло тот факт, что я почувствовала себя немного лучше

Наконец, я немного приподняла свою голову, чтобы лечь щекой на колено. Я спросила своего дядю
— Ты все еще любишь тетю Мирэ?

Я ожидала, что Сынхи сожмет руку на моей спине, но этого не случилось

Он сделал печальное лицо
— Она мне нравится. Она милая женщина

— Так что же случилось?

Дядя подумал над этим. Я подумала о том, что мое лицо наверняка выглядит как поле боя. Сынхи собрала мои волосы в конский хвост, а затем распустила их обратно

Наконец, он сказал
— Думаю, мы не были друзьями. Это была просто любовь. Безрассудная страсть. Так что, на самом деле, мы ничего не делали вместе, если это не было свидание. Нам нужен был повод. А спустя время мы оба перестали его находить. У нас были другие друзья. Мы не отдалились. Мы просто никогда и не были вместе. Это была неудавшаяся дружба

Я подумала о нас с Тэхеном. Были ли мы друзьями? Или это была просто безрассудная страсть?

Я почувствовала, как Сынхи положила голову мне на спину и вздохнула. Она, должно быть, выглядела грустной, потому что ее отец тоже выглядел грустным. Он сказал
— Выходи замуж только за своего лучшего друга, Сынхи. Это мой отцовский совет

Я сказала
— Я думала, ты собирался отпугивать ее парней дробовиком. Я думала это и есть отцовский совет

— Может быть, если речь идет о твоем отце, — сказал дядя — Он расстреливает множество вещей и радость тоже

Мы оба с ним остро, удивленно и виновато рассмеялись. Я села, сбросив с себя Сынхи, и повернулась так, чтобы упираться своими плечами в ее. Я протянула руку за пивом. Впервые за всю неделю я не чувствовала себя дерьмово. Я буду в порядке. Я переживу это

Я подумала о возвращении Виртуального Тэхена сегодня вечером. О вариантах: отдать его Тэхену лично в руки или оставить его у него в машине

Затем я подумала о третьем варианте

Я достала Виртуального Тэхена и свой телефон. Проверила, есть ли там номер телефона Джухён

— Мне нужно позвонить. Не возражаете? — я указала на Виртуального Тэхена. — Он вообще-то принадлежит Джухён. Я собираюсь вернуть его сегодня вечером

Когда я встала, Сынхи попыталась погладить мое плечо прежде, чем осознала, что я не позволю это теперь, когда уже не плачу. Он стукнула горлышком бутылки своего пива по моей. Мы узнавали друг друга лучше

Набрав ее, я подумала, что действительно это делаю

Это и есть жизнь. Вот она какая. Это происходило

***

ТЭХЕН

Последний трек занял вечность, и я знал, что для телевиденья это довольно дерьмово. Я оставил его напоследок, потому что это было сложнее всего — я не был хорош в том, чтобы растягивать что-то прекрасное. Недостаток слов легко было спрятать за взрывными барабанами и закрученным темпом. Люди простят что угодно, если под это можно танцевать

Но «Любовники (Убийцы)» не была танцевальной мелодией. Она должна была стать финалом, последней в альбоме, последним звуком в ушах слушателя. Я не мог смухлевать

Мы провели семь часов записывая ее. Думаю, что Чонха, что Джошуа хотели меня убить, но были достаточно умны, чтобы не говорить это вслух. Я заставил Чонху записать ее барабанную партию в девятый — десятый? может, и десятый — раз. Я сидел в большой звукозаписывающей комнате на виниловом диване с наушниками на голове, слушая, как Чонха играет на установке в звукоизолированной будке. Джоуша выглядел спящим на противоположном конце дивана

В другой стороне бездушной студии Канмин и Лиа, казалось, тоже надеялись на сон. До сих пор, это был не самый захватывающий эпизод. Я все еще ждал, что Джухён начнет возмущаться, но она тоже казалась уставшей от этой игры

Чонха снова начала прокладывать путь через песню. В отличии от нас всех, она совершенствовалась с течением времени, как будто открывала другую версию себя. Если она стала делать это настолько лучше, после десятого раза, я непременно должен заставить ее сыграть еще три-четыре раза и посмотреть, что произойдет. Было немного стыдно, что мне потребовалось целых шесть недель, чтобы научиться с ней работать, а сейчас это вроде как был уже конец

Конец

Большая часть моего мозга оставалась в мустанге снаружи. Прежде, чем прийти сюда, я упаковал все, что привез из Ныкте-Фоллс, обратно в коробки и сложил их на небольшое заднее сидение. Сегодня я ночевал у Джошуа, а утром занимался чем-то вроде подведения итогов с Джухён и парочкой журналистов из нескольких журналов. А затем...

Я даже не знаю

Я не хотел возвращаться в Корею. Но я не мог здесь оставаться. Я видел ее везде и во всем. Может, однажды я смогу вернуться обратно, но не сейчас, не так. Я не мог проводить каждый день, глядя на Лос-Анджелес, но не чувствуя его внутри себя

Я положил голову на руки, слушая. Не было ни единой причины на то, чтобы заставлять Чонху перезаписывать ее барабанную партию. Она была хорошей. Поработать требовалось над моим вокалом. Я звучал как под анестезией

Стоя, я провел ребром ладони по горлу, обращаясь к звукорежиссеру в микшерной комнате. Я попытался запомнить его имя, но у меня не получилось, а теперь, в самом конце этой игры, казалось бессмысленным пытаться сделать это снова

— Нормально. Хорошо. Но я должен вернуться туда

Все, кроме Джошуа, испустили коллективный Джошуа. Он просто сказал
— В конце концов, это должно будет закончиться, Тэхен

— Это закончится, когда я так скажу

Я прошел в небольшую стеклянную звукоизолированную будку

Там я снова натянул наушники, и пока звукорежиссер настраивал оборудование и готовился записать очередную вокальную дорожку, я попытался придумать, как бы мне усовершенствовать то, что вышло с предыдущей попытки. Может, в этот раз мне стоит просто добавить еще один слой созвучия голосов

Или, может быть, я должен перестать звучать так, как будто мне разбили сердце

Я заерзал. Я прекрасно знал, что камеры могут видеть меня через стены кабинки. Это была золотая клетка

— Ладно, — сказал звукорежиссер. — Ты молодец. Иди и сделай это

Я услышал теперь уже бесконечно знакомые звуки синтезатора, которыми начиналась «Любовники (Убийцы)», удары Чонхи по барабанам и затем молниеносную и короткую басовую партию Джошуа. Мой голос запел мне в уши, тот Тэхен был уставшим, его сердце было разбито, а сам он скучал по дому, который пока еще не покинул, но вот-вот собирался это сделать. Я продолжал ждать, когда какая-то часть песни начнет умолять меня добавить еще один слой, но ничего особо не выделялось

Я закрыл глаза и просто прислушался к своей несчастной спетой исповеди

Я не хотел уходить

Я был в наушниках, так что скорее почувствовал, чем услышал, как открылась дверь. В кабинку ворвался поток кондиционированного воздуха

Я открыл глаза

Джису стояла на пороге, холодная и элегантная, как пистолет

Через стекло я увидел позади нее направленные на нас камеры и Джухён, стоящую возле двойных дверей, открытых в ночи. Несколько сотен человек, собравшихся на стоянке, вытянули шеи, чтобы увидеть происходящее внутри

Я не понимал

Джису ступила в кабинку. Подойдя, она сняла наушники и аккуратно положила их на табуретку рядом со мной. По ее лицу я не мог понять, что было у нее на уме

Улыбка Джухён была такой огромной, а объективы камер так открыто были направлены на Джису, из чего я понял, что, невероятно, но она, должно быть, согласилась сниматься. Согласилась участвовать в шоу Ким Тэхена. Десятки лиц толпой приближались к двери, пытаясь получше разглядеть, что происходит внутри. Они выглядели так, как будто это было... задумано

— Джису, — начал я. Но я не знал, что происходит. так что не мог закончить предложение

— Та-даам, — сказала она. Большой микрофон рядом со мной уловил ее голос, и он раздался в наушниках, что лежали на табуретке. Ее лицо угрожало улыбкой. Настоящей

— Джису, может, мне не нравится «та-даам», — сказал я, несмотря на то, что в мире не существовало ничего, что нравилось бы мне больше

Она знала это, так что просто плотно сомкнула свои руки вокруг меня. Это был первый раз, когда она обняла меня прежде, чем я ее. Первый раз, когда я почувствовал, что она обнимает меня так, как будто хочет этого больше всего на свете

Достаточно громко, чтобы микрофон снова уловил это, она сказала
— Останься

Но я оставался. Это она всегда была той, кто уходит
— Откуда мне знать, что ты тоже останешься?

Она прошептала мне в ухо
— Я люблю тебя

Она положила голову мне на плечо, а я прижался к ней, и мы просто обнимали друг друга. Хоть раз что-то было значимым. Я подумал о каждом мгновении стоя на краю, реальном или нет, в поисках чего-то реального или нет, никогда не находя то, что мне было нужно

Я почувствовал это сейчас. Вот, что мне было нужно

Сердце переполнял солнечный свет

Я не хотел думать о камерах, но теперь, когда я снова мог дышать, это было сложно. И сложно было не осознавать, что Джису создала идеальный финальный эпизод этого шоу, потому что она была чертовски гениальна и знала меня. Эта толпа, должно быть, сейчас умирает внутри

Я почувствовал, как Джису дрожит, и у меня ушло мгновение на то, чтобы понять, что она беззвучно и уничтожающе смеется

— Хорошо, — прошептала она мне в ключицу. — Просто сделай это. Я знаю, что это у тебя на уме, так что просто сделай это

Она подняла голову. Я посмотрел на нее. Достаточно громко для того, чтобы микрофон смог это уловить, она спросила
— Зачем ты вообще приехал сюда, Тэхен ?

Я коснулся ее подбородка. Это место, это прекрасное место, эта девушка, эта прекрасная девушка, эта музыка, эта жизнь
— Я приехал сюда ради тебя

И ее рот изогнулся, потому что она знала, что эти слова не становятся менее реальными от того, что я говорю их перед толпой

А затем у нас был идеальный поцелуй. Людьми в студии овладело абсолютное безумие

Я знал, как сделать все правильно, когда был просто Ким Тэхеном

Но вместе мы сделали это лучше