Глава 9(1)
Я очнулась, но не открывала глаз. Позади шумело море: выходит, либо мне удалось самой выбраться, но я этого не помню, либо меня выбросило штормом на прибрежный песок уже без сознания. Над моей головой кричали какие-то птицы. «Чайки…» – вспомнила я и открыла глаза.
Перед моими глазами маленький паучок карабкался вверх по сухой травинке.
– Будем жить дальше? – спросила я его.
Полежала еще немного и поднялась.
Справа и слева от меня простирался широкий песчаный пляж, а за спиной возвышлась дюна, поросшая кустарником и приземистыми соснами. Небо было серо-голубым, солнце скрывалось за дымкой, но я ощущала на лице его тепло.
А где же мое чудище лопоухое? Я вскочила на ноги и огляделась. Нигде ни души. Я пошла вдоль берега, крича: «Лопоухий, ты где? Отзовись!» Прошла в одну сторону, потом в другую. На берегу шторм оставил гряду мусора, в ней виднелись и крупные предметы: обломки деревьев, облепленные водорослями кусты, дохлые рыбы. Но ничего, что бы хоть издали напоминало моего друга.
Я прошла по кромке воды, вглядываясь в ямы между камнями, о которые разбивались все еще мутные после шторма волны. Ничего похожего на человеческую фигуру я не увидела. Неужели он утонул, и его штормом унесло в открытое море?
Я взошла на дюну, но и с нее никого не увидела на пустынном берегу. Еще какое-то время я бродила по ней, зовя его и плача от жалости. Мой единственный друг, с которым мы прошли через такие испытания. Такой глупенький, беспомощный и верный. Где же ты, Лопоухенький?
В сосновом лесу я обнаружила узкую тропинку и пошла по ней. Через некоторое время она вывела меня на шоссе. По нему в обе стороны мчались автомобили, а сбоку шла пешеходная дорожка, обсаженная олеандровыми кустами, сероватыми от пыли. Пыль или не пыль, но это были настоящие живые цветы, белые и розовые. Между кустами стояли каменные скамьи. Я села на одну из них, откинулась на спинку и закрыла глаза. Пахло олеандрами и бензином, разогретым асфальтом и морем. Как тут хорошо! И как смел он погибнуть возле такого берега?
– Простите, вам, кажется, плохо? Я не могу вам чем-нибудь помочь?
Я открыла глаза. Возле меня, участливо склонившись ко мне, стоял загорелый молодой человек в джинсах и белой майке.
– Можете, наверно. У меня во время шторма утонул друг. Здесь есть полиция, что бы сообщить о нем и попросить, чтобы за нялись его поисками?
– Кажется, я видел вывеску полиции не подалеку. Если позволите, я провожу вас.
– Буду очень благодарна. Я ведь нездеш няя.
Мы пошли по пешеходной дорожке и вскоре вышли к нарядным виллам за чугунными и каменными оградами. Возле них росли пальмы, опунции и юкки, бугенвиллеи и гибискусы и множество роз. Все в цвету, но немножко пыльные.
– Вы издалека приехали в наш город? – спросил незнакомец.
– Из-за моря. – Самолетом или пароходом?
– Кажется, мы плыли по морю. Но точно я сказать не могу, в суматохе как-то забылось, знаете ли…
– Это бывает. Вы приехали сюда с другом и сразу пошли купаться в незнакомом месте, да еще в шторм?
– Я думаю, это была его идея. Он такой романтичный…
– Это был ваш близкий друг?
– Единственный друг. И вот он утонул…
Это так печально.
– А у меня в этом городе совсем нет друзей.
– Вы давно здесь живете?
– Сколько себя помню, столько и живу.
Так, беседуя, мы дошли до широкой улицы с многоэтажными домами и большими магазинами. Навстречу и мимо нас шли нарядно одетые люди, беспечные и неторопливые. У многих в руках были пляжные сумки, зонтики и свернутые в трубку тростниковые подстилки, – типичная курортная публика.
Уже было позднее утро, и солнце, вышедшее из дымки облаков, стало разогревать воздух. В такое утро надо выходить из дома в светлом платье и соломенной шляпе. Мы как раз проходили мимо магазина одежды с манекенами и зеркалами в витрине. Незаметно для спутника я скосила глаза на свое отражение и успокоилась: я была одета соответствующим образом. На мне было простое белое платье, очень открытое и вместе с тем скромное и элегантное, и шляпа из соломки с широкими полями вполне к нему подходила. Я опустила глаза и похвалила себя за то, что выбрала для этой погоды очень открытые босоножки.
– Вы никуда не спешите? Может быть, мы выпьем по чашечке кофе?
– С удовольствием. Кажется, я не успела это сделать дома, торопясь по делам.
– Вы их уже закончили?
– Я их решила отложить. В сущности, они не такие уж важные.
– Давайте присядем! – сказал он.
Мы как раз поравнялись со столиками, стоящими на тротуаре перед маленьким кафе. Мы сели, и он решил продолжить знакомство.
– Как вас зовут?
Стоит ли называть свое имя? А впрочем, какое это имеет значение…
– Жанна. А вас как зовут?
– Джордж.
Никогда не встречала никого с таким именем.
– Двойной эспрессо? – спросил Джордж.
– Да, как всегда.
Себе он заказал большую кружку простого кофе.
Мы сидели, пили кофе и глядели на море, видневшееся в просвете между домами на противоположной стороне улицы.
Я допила свой кофе и решила, что было бы неплохо пройтись по набережной. Поставила на столик пустую чашку, встала и пошла через дорогу.
На одном из домов я увидела вывеску «Полиция». Почему-то мне на одно мгновение показалось, что у меня есть какое-то дело в этом учреждении, но поскольку сразу не вспомнилось, какое именно, я решила, что, скорее всего, это какие-нибудь пустяки и не стоит тратить на них такое спокойное утро. Я прошла мимо полиции и скоро вышла на набережную.
На пляже уже было полно загорающих.
Кто-то купался в море, молодежь занималась серфингом или играла в мяч, но еще больше людей просто прогуливалось по набережной.
Шелестели на ветру серо-зеленые приземистые пальмы с бочкообразными волосатыми стволами. В пестрых киосках торговали мороженым, напитками, сувенирами и разной пляжной мелочью.
Я подошла к барьеру, отделявшему набережную от пляжа, облокотилась на него и стала смотреть на море. Над моей головой кричали чайки, из ресторана доносилась спокойная блюзовая мелодия. Неподалеку от меня остановились две девушки в купальных костюмах и стали кормить чаек кусочками хлеба.
Низко надо мной пролетела какая-то большая белая птица, кажется, альбатрос, и вдруг что-то выронила прямо к моим ногам.
Я опустила глаза и увидела, что это небольшой круглый хлебец. Сначала я небрежно откинула его кончиком ноги, но потом подняла и тоже стала кормить чаек.
Позже, когда птицы мне надоели, я снова прогуливалась по набережной, останавливаясь у киосков и разглядывая сувениры. В конце набережной начинался парк. Я решила зайти туда.
Возле парка мне навстречу попался высокий молодой человек в синих джинсах и белой майке. Его красивое загорелое лицо показалось мне смутно знакомым. Поравнявшись со мной, он замедлил шаг и как-то неопределенно поклонился. Я вежливо и спокойно кивнула в ответ.
– Простите, – сказал он, останавливаясь. – Я вас не сразу узнал. Это действительно вы?
– Да. А это вы. Мне еще издали ваше лицо показалось знакомым. Как давно мы не виделись!
– Я слышал, вы совсем пропали. Куда-то уезжали?
– Да, я была довольно далеко отсюда.
– Путешествовали?
– Нет, это было не путешествие.
– Деловая поездка?
– Что-то в этом роде. Но мне не хочется о ней вспоминать. Там были какие-то неприятности…
– А сейчас вы куда-нибудь спешите?
– Нет. Просто вышла прогуляться по на бережной.
– Можно, я составлю вам компанию? Мы так давно не виделись…
– Я буду только рада. Мне уже наскучило гулять одной. Впрочем, вы ведь знаете, я все гда скучаю… – Он пошел рядом.
– Вы любите море? – спросила я, чтобы наше молчание не показалось ему тоскливым.
– Да. А вы?
– Тоже. Человек, которого я любила и потеряла, очень любил море. Синее море.
– Как его звали?
– Зачем вам это знать? Это совершенно не важно, это было так давно, что я сама за была его имя.
Мы помолчали.
– Я тоже любил женщину и потерял ее.
Мою жену. Она умерла.
– Как жаль.
Мы вошли в парк и подошли к пруду со странными зелеными лебедями. Рядом в большой круглой беседке располагалось кафе.
– Не хотите ли выпить по чашечке кофе?
– Да, с удовольствием. Кажется, я сегодня утром не успела сделать это дома.
Мы уселись за столик так, чтобы видеть море в просветах между деревьями. К нам подошла молоденькая официантка.
– Двойной эспрессо? – спросил мой спутник.
– Да, как всегда.
Себе он взял большую чашку простого кофе. Я вспомнила, что он всегда пил простой кофе с большим количеством молока и сахара.
Неподалеку от нас крутилось под музыку огромное обзорное колесо с легкими открытыми кабинками. Я бездумно загляделась на него.
– Как вас зовут? – спросил он.
Стоит ли называть себя? А впрочем, почему бы и нет…
– Энн. А вас?
– Егор.
Никогда не встречала никого, кто бы носил такое имя.
– Вы ведь недавно приехали в этот город? – спросил Егор.
– Да, недавно. Но он уже успел мне надо есть.
– А хотите полюбоваться на него сверху?
Город того стоит, уверяю вас!
– С удовольствием.
Мы расплатились, встали и пошли к колесу. По деревянным ступенькам поднялись на помост, где кабинки задерживались на короткое время, чтобы люди могли занять места. Каждая кабинка была на одного человека. Мой знакомый пропустил меня вперед, а сам сел в следующую. Колесо двинулось, и моя кабинка, чуть подрагивая и покачиваясь, поплыла вверх.
Город сверху выглядел довольно нарядно, несколько больших парков и сады вокруг особняков очень украшали его. Особый шарм ему придавали старинные замки на холмах, окружавших город и бухту. Но как, однако, все это пригляделось и надоело! В сущности, все приморские курортные города похожи один на другой.
Колесо приостановилось, и моя кабинка зависла на самом верху. Отсюда была видна вся бухта. С одной стороны ее запирали высокие, с виду совершенно неприступные скалы, уходящие прямо в море, с другой далеко, до самого горизонта тянулась полоса желтых пляжей. Вдоль нее угадывалась почти такая же длинная полоса отмелей. Городские пляжи кое-где прерывались поросшими сосновым лесом дюнами. Довольно скучный ландшафт.
Моя кабинка пошла вниз и вскоре коснулась помоста. Я открыла дверку, вышла на помост, спустилась по ступенькам и пошла к выходу из парка. Я утомилась, и мне захотелось вернуться в пансион, принять душ и лечь в постель.
В пансионе портье, увидев меня, молча снял с доски ключ от моей комнаты и протянул его мне.
– Почты для меня не было?
– Нет, мадам. Сегодня не было.
Я поднялась к себе, разделась, приняла душ и легла в постель. Решила посмотреть перед сном телевизор, взяла с тумбочки пульт и принялась бездумно нажимать кнопки. По всем программам показывали совершеннейшую чушь, и я ни на чем не смогла задержать внимания. Тогда я достала снотворное и приняла две таблетки, чтобы уснуть сразу и наверняка. Мелькнула мысль: а не выпить ли все таблетки, сколько их там осталось в флаконе, чтобы завтра не просыпаться и не начинать еще один долгий и ненужный день? С этой мыслью я и уснула.
Утром я проснулась поздно, с разбитым телом и тяжелой головой, и решила, что больше так продолжаться не может. Надо взять себя в руки и отдыхать, как все нормальные люди, ведь для тоски и тревоги, в сущности, нет никаких оснований.