Аритмия II [ПУБЛИКУЕТСЯ]

ИСТОРИЯ СТАРШИНЫ

Выглянув из окна, капитан скучающим взором осмотрел унылый пейзаж внутреннего дворика. Несколько тополей. Серый, местами просевший асфальт. Выкрашенный белой краской бетонный забор из плит, формой напоминающих плитку шоколада. Никаких изменений, всё, как всегда. Обеденный перерыв вечерней смены пролетел быстро, пора на службу. Он уже собирался вернуться в кабинет, как въездные металлические ворота со скрежетом распахнулись, и во двор зарулила патрульная машина с номером 902 на капоте. Она подъехала вплотную к зданию и остановилась у заднего входа. От любопытства капитан вытянулся в струнку и даже привстал на цыпочках. Правда, безрезультатно — с той точки, где он стоял, невозможно было что-либо рассмотреть.

Разочарованный, он сел на деревянный стул и уставился на поднос с грязной посудой. Капитан был уже немолод, но относился к тому редкому типу людей, которые с годами не утрачивают вкус к жизни и сохраняют по-детски неподдельный интерес ко всему необычному.

902я, 902я, это не Фролова ли экипаж? Так-так, занятно...

— Пилипенко, — обратился он к младшему офицеру за соседним столиком, — патрульная машина 902 — это твоего что ли отдела архаровцы*?

— Моего, — бодро отрапортовал тот.

— И кто у них там за старшего?

— Да Витька Щеглов.

— Понял, спасибо.

Пока капитан выстраивал цепь логических умозаключений о том, что там могло произойти, на пороге столовой показался патрульный ДПС с продольной нашивкой на погонах. Вошедший являл собой типичный пример советского гаишника старой закваски. Гладко выбритый, слегка полысевший в свои далеко за пятьдесят от постоянного ношения фуражки, он был одет в парадную форму с белой рубашкой навыпуск, с трудом скрывающую его заметно округлившееся пивное брюшко. Старшина вертел головой, с видимым удовольствием вдыхая носом витающие в воздухе ароматы борща и квашеной капусты.

— Да вот и он, — сообщил сидящий по соседству офицер, одернув капитана за рукав. — Позвать его?

— Не нужно, я сам, — сказал капитан тихо и добавил уже во весь голос:

— Старшина!

Вошедший видимо не догадался, что обращаются к нему, потому как взял поднос и пристроился на раздачу, переминаясь с ноги на ногу.

— Виктор! Щеглов! — окликнул капитан так, что все присутствующие разом обернулись. — Ну-ка подь сюды!

Теперь старшина убедился, что зовут именно его. Виновато положив поднос на место, он поплелся к столику капитана.

— Здравия желаю, товарищ капитан!

— Это что такое? У тебя что — смена закончилась раньше времени? Ты какова делаешь посередь рабочего дня в участке?

Старшина замялся.

— Ты что — выговор захотел в личное дело?

— Товарищ капитан, тут такое дело — мы прохожего одного у набережной забрали. Пришлось сюда подскочить. Младший сержант сейчас оформляет. А я вот, пока минутка свободная, решил зайти перекусить...

Капитан в недоумении почесал кончик носа.

— Ну-ка, старшина, присядь за стол да расскажи по порядку. А то я что-то ничего не пойму.

Старшина сел за стол и голодным взглядом обвел поднос с пустыми тарелками.

— Так вот, значится, мы с младшим сержантом Петренко патрулировали маршрут рядом с Липками. Всё шло своим чередом, без происшествий, то есть. Потом поехали вдоль набережной и тормознули на перекрестке у Михайлова Взвоза. Там еще место такое — спуск к Стелле на набережной, а тут по Лермонтова машины несутся. Тротуаров нет, пешеходы под колеса лезут, перекресток светофором не оборудован. А пешеходный переход — он, понимаете, с другой стороны. Не там, где все ходют, а там, где как раз никто не ходит. Я уж и рапорт писал начальству, чтобы знак хотя бы повесили с этой стороны, ну или «зебру» нарисовали, но там такая сейчас неразбериха с энтими...

— Ближе к делу, старшина! — перебил капитан, нахмурив брови.

— Да, простите, товарищ капитан! — старшина сбился, и теперь нужно было как-то начать снова. — Так вот, мы остановились на перекрестке, потому как дело уже к вечеру было, и энти все повалили с Проспекта на набережную. Праздники всё ж как никак! Ну и мы встали, чтобы не случилось чего. Нам же эти происшествия на дороге вообще не нужны. Мало того, что одними рапортами замордуют, так потом еще и без премий останешься...

— Ты сказал, что вы задержали кого-то? — нетерпеливо напомнил капитан.

— Да-да, я ж об том и толкую. Мы встали с двух сторон улицы — я в машине остался, а сержанта я на другой стороне поставил. Ну чтобы он людей на переход направлял.

— Старшина, вот чего ты мне заливаешь сейчас про трудовые будни патрульного ДПС? Что я про них не знаю, сам патрульным когда-то начинал! Я же тебя русским языком про задержание спрашиваю. Вы что — каждый день прохожих задерживаете?

— Никак нет, товарищ капитан! Так я и рассказываю. Мы, значится, подежурили минут пятнадцать-двадцать. Тут я вижу — из ресторана напротив выходит пара. Ну как пара? Мужчина и девушка. И направляются они через обе улицы аккурат наискосок, не взирая ни на знаки, ни на патрульную машину. Сержант Петренко им еще посвистел в свисток, так они даже ухом не повели. Идут себе через дорогу в сторону остановки такси и только меж собой хихикают.

— А ты?

— Ну, я врубил сразу служебную сирену, тогда только они обернулись. Вышел из машины и отвел их с проезжей части на обочину.

— И кого вы задержали — мужчину или девушку? А главное, старшина, на хрена?

— Товарищ капитан, сейчас, — краснея, засуетился старшина. — Сейчас всё будет ясно и понятно!

Она вытер лоб засаленным форменным рукавом и торопливо продолжал:

— Я, главное, с ними корректно. Представился по всей форме. Говорю им вежливо: «Добрый вечер! Старшина Щеглов, четвертый отряд ДПС ГИБДД по Ленинскому району, предъявите ваши документики».

Девушка отчего-то прыснула со смеху. Мужчина, напротив, как-то сразу напрягся.

— А в чем собственно дело, командир?

— Для начала предъявите паспорт или другой официальный документ.

Мужчина достал из кармана водительские права и протянул мне. Тут подоспел Петренко:

— Проблемы?

— Всё под контролем, — говорю, — я разберусь.

Заглянул в его права — а они в Москве выданы.

— Так-с, — говорю, — значит если вы приехали к нам из столицы, так и правила дорожного движения можно уже не соблюдать? Вы почему переходите дорогу в неположенном месте?

Мужчина слегка опешил.

— Я и не знал, что у вас тут всё так строго стало.

Ну, я решил провести ему небольшую лекцию по ПДД, а то еще придавят москвича где-нибудь в переулке...

— Так... Фомин... Даниил Петрович... Вы же сами водитель. Вы понимаете, что, переходя дорогу в неположенном месте, можете создать помеху для движения транспортных средств? А потенциально — и аварийную ситуацию для других участников дорожного движения! Может у вас там в Москве и можно ходить куда вздумается, а у нас ходют как положено. У нас тут предусмотрен штраф за переход улицы в непредусмотренном месте. Я вынужден выписать вам квитанцию за нарушение правил дорожного движения.

— Погоди, старшина, не суетись! Ну какой я москвич? Я ж свой, местный. Просто экзамен на водительские права пересдавал в Москве, а так-то я отсюда, из-за реки.

Я стою молча, не спорю.

— Ну че ты взъелся, старшина, сейчас всё порешаем! Можем мы отойти, потолковать с глазу на глаз?

И посматривает искоса на сержанта.

— Ну давай, говорю, отойдем. Петренко, присмотри тут за машиной и за дамочкой.

Услышав это, дамочка фыркнула, достала сигареты и закурила. Мы отошли вдвоем метров на пятнадцать. Он начал заливать мне в уши:

— Командир, зачем нам с тобой проблемы? Давай порешаем на месте, без этих вот квитанций и штрафов. Сколько у вас тут принято? Штука нормально будет?

Ну, думаю, москвич совсем космонавт. Штраф-то пятьсот рублей за переход. Поучу тебя уму разуму.

Он в это время достает тысячу и сует мне. А я ему в ответ:

— Вы понимаете, что вы сейчас делаете? Взятка должностному лицу при исполнении — это уголовное преступление. Вы в тюрьму что ли собрались?

* (устаревш.) агент полиции (в дореволюционной России)