[не] идеальное крещендо

Музыка умеет расставлять все по местам. После записи Суен и Хендери я знал, чем должен заняться в первую очередь. Это нужно было сделать немедленно...

В «Bluestem Bistro» Лейлани уже ждала меня. Она была одета в довольно открытое красное платье. Кажется, работник кафетерия положил на нее глаз, так как не отрывал восхищенного взгляда от ее спины.

Супарат при виде меня широко улыбнулась. Мы не виделись с того неловкого случая, когда она поцеловала меня, а я убежал. Не самый мой благородный поступок... В общем, прошло больше недели с нашей последней встречи. Лейлани пыталась до меня дозвониться, но я не отвечал на ее звонки, потому что был слишком подавлен из-за разрыва с Плюшкой Пак.

- Не знала, что ты ходишь по таким местам – обвела рукой пространство Супарат.

- Тут отличный кофе – присел я напротив нее на стул. – А за чизкейк можно и душу отдать...

Я замолчал, потому что ко мне подошел официант. И я заказал кокосовое молоко. Пристрастился к этому после знакомства с Суен. Если задуматься, то после знакомства с ней я столько всего нового для себя открыл. Например, перекусы в ночных забегаловках были особенно вкусными.

- Ты так быстро исчез в тот раз – первой начала разговор Лейлани с упреком во взгляде. – И не отвечал на мои звонки. Я пыталась встретиться с тобой на вечеринках, но ты даже там не появлялся.

Супарат говорила сдержанно, но ее раздражение выдавали крепко сцепленные пальцы.

- Да, мне нужно было уйти – озвучил я самую очевидную вещь.

- Я так и поняла – фыркнула с негодованием Лейлани. – Боже, Тэхен! Я всего лишь обнажила свою грудь, а ты убежал так быстро, как будто я показала тебе пушку.

- Ты обнажила свою грудь? – удивленно вскинул я брови, пытаясь вспомнить этот момент. – Серьезно?

- Да! Ты даже этого не помнишь?!

Супарат точно была очень зла на меня. Она могла бы швырнуть в меня своим стаканом, но ограничилась лишь нахмуренными бровями. Возможно, если бы на моем месте сейчас был другой парень, то Лей точно бы врезала ему. Однако я был ее слабостью, как бы слащаво это ни звучало.

- Нет. Я помню только то, что ты поцеловала меня – честно ответил я. – А потом я осознал, что должен уйти к Суен...

Возмущению Супарат помешал официант, который принес мой заказ. Лейлани с замешательством посмотрела на мой стакан с молоком. В ее взгляде было столько разочарования, что я был уверен в одной вещи – я ей разонравился окончательно.

- Ты... изменился – произнесла Лейлани, заглянув мне в глаза. – Раньше ты не был таким скучным. Что с тобой произошло?!

- Ничего. Просто я влюбился – ответил я с абсолютным спокойствием. – И теперь мне не нужно искать что-то, потому что я уже нашел все в ней.

Супарат точно не понимала моих слов, судя по озадаченному выражению на лице. Она просто поднялась со своего места, кинув на стол несколько купюр:

- Я не хочу больше терять времени. Пока, Тэхен.

- Пока, Лей. Я надеюсь, у тебя все будет хорошо – бросил я ей вслед последнее пожелание.

Наше прощание было лаконичным. Возможно, я бы хотел остаться с Супарат друзьями. Однако время нас изменило. И мы искали друг у друга разные вещи. А когда предпочтения не совпадают, то люди прощаются...

В своем доме я первым делом почувствовал странное напряжение. Как будто кто-то ждал меня. Точнее, ждал меня, конечно, всегда Джин. Он исполнял роль родителя, совести и напоминалки «Ты знаешь, который час?». Но сейчас было семь вечера – время ужина. Мой брат не мог упрекнуть меня в позднем прибытии, даже если бы захотел.

Я зашел в гостиную, чтобы начать отстаивать свои права, когда в мои объятия бросилось синее пятнышко. Это оказалась Плюшка Пак! Она так крепко сжимала меня в своих объятиях, как будто боялась того, что я исчезну. Мои руки автоматически сжали ее в ответном объятии.

- Плюшка Пак, что ты тут делаешь? – спросил я Суен, поглаживая по спине. – Я думал, ты задержишься на записи альбома.

- Она все отменила – вместо Пак ответил Джин, который сидел на диване. – Суен сделала это, потому что ты внезапно исчез. Где ты был?!

Я не хотел признаваться в том, что встречался с Лейлани, пока меня обнимала Суен. Однако мне нужно было это сделать, если я хотел начать с ней новые отношения, где нет места лжи.

- Встретился с Лейлани Супарат – произнес я так быстро, как мог. – Мы...

Плюшка Пак тут же отпустила меня, как я и предполагал.

- Мы с ней попрощались – продолжил я, снова приобняв Суен за плечи. – Я сказал ей, что влюблен в одну скрипачку. И мне больше ничего не нужно, кроме Плюшки Пак.

Пак снова обняла меня. Это было безумно приятно, но ее молчание меня беспокоило.

- Плюшка Пак, почему ты отменила запись? – спросил я у нее с любопытством.

- Я испугалась, что ты с собой что-нибудь сделаешь – пробормотала глухим голосом Суен. – Я слышала, ты сходишь с ума, когда сильно переживаешь. Например, начал бы принимать...

Я метнул на Джина подозрительный взгляд с возмущенным вопросом:

- Что ты ей наплел обо мне?! Я не какой-то идиот с обкуренными мозгами! Хватит рассказывать Суен всякую чушь...

- Кажется, мне пора прогуляться – поднялся на ноги Джин. – Удачного разговора!

Мой брат поспешно ушел, оставив нас с Плюшкой Пак наедине. Этот придурок умел быть тактичным, когда хотел этого. Нужно купить Джину новую виолончель за это.

- Я просто хотел поставить точку между мной и Лейлани – сказал я Суен, мягко подтолкнув ее к креслу. – Мне нужно было это сделать, чтобы вернуться к тебе. Понимаешь? Я хочу быть с тобой честным с этих пор...

- Это ты поставил кляксу на моем рюкзаке?

- Можно я буду честным с тобой с завтрашнего дня?

Плюшка Пак присела на кресло с веселым смехом. Этот звук музыкой отозвался в моем сердце. И я присел на корточки напротив нее.

Примерно четыре месяца назад мы с Плюшкой Пак ходили в кинотеатр. И я случайно пролил на ее рюкзак черничный топпинг, предназначенный для моего поп-корна, пока Суен отлучалась. Когда она позже спросила меня об этом, то я яростно начал это отрицать. Это произошло автоматически...

- Да. И я компенсирую тебе это новым рюкзаком – улыбнулся я Пак, сжав ее руку. – Но у нас теперь все хорошо? Помни, от твоего ответа зависит качество твоего нового рюкзака.

Плюшка Пак несколько секунд молчала, но потом закивала со счастливой улыбкой:

- Да. Когда ты ушел...

Я тут же поцеловал ее, притянув к себе за талию. Она нерешительно обняла меня за шею, как будто я мог рассыпаться от неосторожного касания. Кажется, моя девушка принимала меня за нежный цветок.

Суен первой оторвалась от моих губ, чем вызвала у меня разочарованный вздох. Я хотел целовать ее подольше, чтобы растянуть счастье. А еще я безумно скучал по ней, пока мы были в ссоре. Мне необходимо было чувствовать ее рядом с собой.

- Ты бы мне нравился больше, если бы не перебивал меня – усмехнулась Плюшка Пак, откинувшись на диван. – Я же хотела тебе рассказать...

Она с задумчивым видом замолчала, а потом всплеснула руками:

- Все! Мой романтический настрой ушел! Я просто скажу тебе, что ты своим исчезновением жутко напугал меня. Почему ты ушел? И ничего мне не сказал?

- Мне понравилось ваше звучание – признался я ей, немного смущенный своей же искренностью. – Вы сочинили прекрасную мелодию... Это определенно сто баллов из десяти! Все! Я это сказал!

Я поднялся на ноги, начиная нервно ходить кругами перед Пак со сбивчивым бормотанием:

- У вас получился прекрасный дуэт. Идеальный, я бы сказал...Я еще не слышал ничего подобного. Мне казалось, что я уже все знаю о музыке, но вы доказали мне, что это не так! Я понял, что ужасно отстаю от вас... Все то время, что я тратил на тусовки были полным идиотизмом. А в это время вы продолжали совершенствоваться. Уровень вашего мастерства...

- Тэхен! – остановила меня за руку Суен. – Ты не скрипач.

- Спасибо за напоминание...

- Нет! Я не об этом – рассмеялась Плюшка Пак, встав напротив меня. – Наши стили отличаются, но это не делает тебя хуже. Ты потрясающе талантливый музыкант! Помнишь, как у нас украли нашу песню? Я совсем не чувствовала отчаяния, потому что знала, что ты сможешь создать песню еще лучше. У тебя могут красть музыку, но никто не сможет отнять или скопировать твой талант!

- Можно я расплачусь, как маленькая девчонка?

Я шутил, но чувствовал огромную признательность. Плюшка Пак смогла растворить это клокочущее чувство беспокойства во мне. Я без шуток испугался, когда услышал игру Гуаньхэня и Суен. Они были на другом совершенном уровне. И мне показалось, что я бесконечно отстал от них. Однако слова Плюшки Пак меня успокоили. Она никогда не врала, когда дело касалось музыки.

- Ты очень талантливый, Тэхен – еще раз повторила Пак на полном серьезе. – Хендери тоже так считает. Мы слушали твою нарезку с новыми песнями.

- Правда? – польщенно улыбнулся я, погладив Суен по голове. – Спасибо.

Это было глупо, но я чувствовал некую удовлетворенность от факта, что Гуаньхэн считался с моим музыкальным талантом. Он сам был безумно талантливым, и его мнение было важно для меня. После записи я начал понимать, почему его считали гением.

- И я хотела извиниться, что постоянно требовала у тебя уважения к скрипке, когда сама никогда не играла для тебя на пианино – сказала мне Плюшка Пак, задумчиво почесав свою шею. – Я хочу тебе сыграть...

Суен под моим удивленным взглядом подошла к пианино. Уселась на пуфик с нервничающим видом, и сыграла мне «Summer» Джо Хисаиши. Я внимательно слушал, чувствуя гордость и любовь по отношению к Плюшке Пак.

Мелодия закончилась особенно звонким звучанием. Она была сыграна абсолютно неправильно, но мне очень понравилось.

- Я люблю тебя, Плюшка Пак – улыбнулся я своей девушке, слегка облокотившись о пианино.

- Тебе настолько понравилось? – обрадовалась Суен с гордым блеском в глазах. – Так и знала, что преподаватель Браун ко мне придирается...

- Она права! – перебил я ее с усмешкой. – Я тебя обожаю, Плюшка Пак, но играешь ты на пианино... весьма посредственно. С какой ошибки мне начать? Во-первых...

Весь вечер я обучал Плюшку Пак правильно играть композицию, уметь держать ритм и маскировать ошибки (не самое благородное качество пианиста). Это было очень весело. Суен отвечала на мои подколки игривыми замечаниями, но в целом очень серьезно отнеслась к занятию. Потом пришел Джин, и мы все отправились ужинать. Кажется, это был лучший вечер в моей жизни.