23. Сладких снов
После окончания тренировки со студентами я еще долго пребывала в полнейшем недоумении. Ситуация с Чонгуком окончательно поставила меня в тупик относительно его персоны. В истории нашей академии не было таких студентов, кто являлся бы Пегасом и Грифоном одновременно. Считалось, что это несовместимые по своей сути магические склонности. Во всяком случае, на моей памяти таких студентов не было точно. Надо бы поговорить с Намджуном на эту тему.
Я тяжело вздохнула и подлетела на наколдованном облачке пониже к бескрайним морским просторам подо мной, очень низко. Приятно было пролетать так медленно над водой и болтать босыми ногами в теплом море. Очень любила это дело. Мне снилось море. Ну, вернее, я осознанно пребывала в таком сне, где мне виделось море. Просто бесконечная гладь спокойного моря, солнце в зените, от ярких лучей которого небольшие волны бликовали и ослепляли своими переливами. Тихо, спокойно. Никаких лишних звуков, кроме шелеста волн. Идеальное умиротворение. Да, верно, я смогла погрузиться на второй уровень сновидений, уровень осознанных снов, несмотря на свое плачевное состояние в связи с украденным телом. Но после всех физических контактов с Чонгуком обнаружила, что вновь могу самостоятельно погрузиться спокойно и на первый и на второй уровень сновидений. Мы с Чонгуком проверили мои переходы между волшебными материями и убедились в моем хорошем самочувствии. Полагаю, что больше всего на стабилизацию моего энергетического состояния повлиял как раз поцелуй. Такой нахальный и жаркий, что у меня до сих пор щеки алели при воспоминаниях об этом эпизоде своей жизни... и неумолимом желании повторить. А потом - продолжить. О том, что именно я жажду продолжить, старалась пока не думать, потому что тут уже не только щеки алели, а внизу живота начинал разгораться подозрительный пожар.
Я хмуро посмотрела на темную точку где-то там, на горизонте: знала, что это Чон сидит там, вдалеке, на тучке и сторожит меня. Он категорично отказывался оставлять меня одну даже на несколько минут. Я грозно рычала, что со мной не нужно нянчиться, на что Чон в ответ лишь понимающе кивал и повторял, что будет находиться где-то неподалеку, хочу я того или нет. И хоть я отправилась в этот сон о море одна, но Чон все равно тут же увязался за мной. Молча, тихо, на расстоянии, никак не привлекая к себе внимание, но я не могла не почувствовать его в своем сне. Устраивать скандал и выгонять отсюда метлой не стала, лишь обнесла себя дополнительным защитным куполом, чтобы Чон ни при каких обстоятельствах не мог подслушать диалог с моим сновидческим гостем. Гостя, правда, пока что не было видно даже на горизонте.
Ну где же он? Посмотрела на часы. Десять минут первого ночи. Мы договаривались встретиться с Юнги в полночь, но он опаздывал уже на целых десять минут! Неслыханная дерзость. Чтобы встретиться с любым человеком во сне, мне достаточно было того, чтобы он просто заснул. Едва он засыпал, как я могла при необходимости почувствовать его присутствие в материи сновидений и тут же выйти с ним на связь. Мне ничего не стоило найти любого конкретного человека во сне и заставить его видеть мой сон, в этом мне помогали мои способности Грифона. Но когда человек не торопился засыпать, или не мог заснуть сам, мне так же просто было усыпить его и на расстоянии. Этой технике я обучалась особенно долго, и освоить ее могли даже далеко не все сумрачных дел мастера. Во-первых, это было технически очень сложно сделать. Во-вторых, усыпить можно было только человека, который был хоть на единицу развития слабее тебя. В-третьих, этот фокус пожирал уйму сил, все равно что с ордой дилмонов сразиться, поэтому большинство моих коллег не видели смысла в этом умении вообще, считали растранжириванием энергии. А я, напротив, считала это отличной разминкой и предпочитала не экономить силы, а постоянно раскачивать свой магический резерв так, чтобы подобные фокусы не были для меня какой-то колоссальной потерей энергии.
Меня вообще по жизни никак нельзя было назвать экономным человеком, в том плане, что я во всем предпочитала не ужимать себя в возможностях, а расти так, чтобы любая трата, будь то финансовая или энергетическая, не являлась для меня болезненной. Сил у меня сейчас было достаточно, Джин и Наставник жёстких ограничений по трате магической энергии на меня не накладывали и даже рекомендовали побольше тренироваться для усиления духовной сущности. Так что я поразмыслила и решила, что сейчас самое время потренировать этот мой любимый фокус.
«Спи», - коротко подумала я, воображая сидящего передо мной Юнги и подкрепляя свои мысли о нем коротким заклинанием.
Уже через пару мгновений пространство передо мной пошло сначала мелкой, потом - крупной рябью. А несколько секунд спустя я наслаждалась ворчащим Юнги, который плюхнулся с неба на наколдованное напротив меня облачко, но от неожиданно кувыркнулся вниз и упал в воду, прямо так, как был во всей одежде, «при параде», как говорится. Быстро вынырнул и, цепляясь за пружинящее волшебное облачко, вскарабкался на него, ругаясь, не как начальник отдела разведки в Инквизиции Генерального Штаба, а как какой-нибудь грузчик в порту.
- Ненавижу, когда ты так делаешь, - вместо приветствия буркнул Юнги, раздраженно убирая со лба мокрые черные волосы. - А я ненавижу, когда ко мне опаздывают на встречу. - Всего на десять минут! Я просто не успел добраться до кровати! Даже униформу снять не успел! - Юнги широким жестом показал на свою темно-фиолетовую мантию инквизитора, с которой ручейками стекала вода с облачка в море. - На целых десять минут, - сказала я, выделив интонацией слово «целых». - Ты знаешь, как я не люблю, когда не ценят мое время. - Я, между прочим, из-за тебя заснул прямо на рабочем столе! - пожаловался Юнги. - Что ты в такое позднее время делаешь на рабочем месте? - Работал, представь себе, - усмехнулся Юнги. - Денек сегодня выдался тот еще. Эти ожившие кошмары меня скоро с ума сведут! Нам катастрофично не хватает специалистов, которые будут помогать развоплощать эти опасные бродячие сновидения. Так что ты там поторопись как-нибудь с адептами, будь добра. - Думаю, уже завтра днем при острой необходимости можно будет отправить первую группу студентов, которую я натаскиваю быстро уничтожать ожившие кошмары. Адепты еще зеленые, но с поставленной задачей по уничтожению особо плотных наваждений справятся. Этой группы адептов хватит на первое время для помощи инквизиции, а я займусь более активно расследованием этого дела. Потому что, в любом случае, уничтожение оживших кошмаров - это просто как убрать симптомы болезни, без попытки ее вылечить. Нужно искать причину такого странного поведения наваждений и рубить проблему на корню. Случай сложный, за пару дней такие задачи не решаются. - Я понимаю, - вздохнул Юнги. - Но поныть хоть немного можно? На работе ныть нельзя, я там, видишь ли, большой начальник, на которого должны ориентироваться подчиненные. Хоть тебе в жилетку поплакаться... - Жилетки нет, но могу одолжить тебе свой капюшон, - хмыкнула я. - Сойдет для поплакаться? - Не любишь ты меня, - с картинным вздохом произнес Юнги, снимая мантию, которая после незапланированного купания в море стала тяжёлой и неприятно липла к телу. - Даже до дома мне не дала добраться! А я так хотел прийти домой, обнять жену, дойти до ванны, плюхнуться в нее и отмокать в ней какое-то время... - Ну вот ты и искупался у меня тут заодно. Чего жалуешься? Я тебе еще и время сократила, - ехидно произнесла я. - Зачем тратить время на отмокание в ванной в реальности, если можно совместить приятное с полезным и помыться прямо тут, в соленой водичке?
Юнги шутливо погрозил мне кулаком, но потом не выдержал и рассмеялся.
- Слушай, а почему ты всегда летаешь на тучках-облачках во снах? Сколько раз с тобой во снах встречались, я заметил, что это твой любимый антураж сновидений.
Я пожала плечами.
- Да просто это действительно мой любимый способ передвижения в сновидениях. Я не могу так особо сделать в реальном мире, это очень сложно, зато тут можно летать на наколдованных облаках сколько угодно. - И тебе это повышает самооценку? - усмехнулся Юнги. - Возможно, - не стала отмахиваться я. - Они по своей структуре, мягкости именно такие, какими мне хочется их видеть и щупать, будто это мягкие пуфики, а не мельчайшие капельки, повисшие в воздухе. Так что считай такие облака чем-то вроде мебели в моих сновидениях... Но давай перейдем сразу к делу. Мне нужно поговорить о моем подопечном. - О Чонгуке? - хмыкнул Юнги. - Джин с Чимин мне все уши прожужжали о нем. Я вообще уже начал собирать о нем разную информацию, ориентируясь на рассказы коллег. Но ты, разумеется, проговори мне все важные детали, потому что восторженные рассказы моего отца и Чимин Пака в духе «Он так быстро помог нам избавиться от наших кошмаров!» не являются информацией, полезной для расследования. Кстати, ты-то мне скажешь, какие именно кошмары ожили для моего отца и для Чимин? Они молчат с важным видом и не признаются, отмазываясь общими фразами, а мне ведь жуть как интересно! - На этот счет пытай их, а не меня, - хмыкнула я. - У меня мало времени, ты и так задержался, так что давай уже к делу. Итак, Чон. Ты уже знаешь, что у него красные глаза? - Ну, если он учится под твоим руководством, то немудрено: уверен, ты своих адептов заваливаешь учебой так, что им спать и есть совершенно некогда, вот у них глаза и краснеют, - с невинной улыбочкой произнес Юнги. - Да ну тебя! - фыркнула возмущенно. - Я имею в виду, что у него радужка глаз красная. Натурально красная! У обычных людей таких не бывает. - Зато у некоторых видов нечисти бывает. - Но он не является нечистью, - я покачала головой. - И не является демоном. И некоторыми другими видами человекоподобных рас. - Это я уже понял. Но цвет глаз тебя все равно беспокоит?
Я неопределенно пожала плечами.
- Мне кажется, что это какой-то важный нюанс. Только объяснить свои предположения не могу, это на уровне внутренних ощущений. А еще он...
Минут пять я детально описывала Чонгука, передавала всю необходимую информацию Юнги, которая могла бы его как-то помочь в его поисках. Юнги слушал очень внимательно. Задавал уточняющие вопросы, кивал, хмурился, не перебивал. В общем, вел себя как образцово-показательный слушатель.
- Понял-принял, будем работать, - сказал он, когда я, наконец, закончила говорить. - Есть еще что-то, что мне важно знать о твоем странном подопечном? - Да вроде всё рассказала уже. Хотя, погоди... Знаешь, кое-что есть, - я задумчиво потерла подбородок. - Он говорил, что не видит сны. Вообще. - Сумрачный странник, который не видит сновидений? - хохотнул Юнги. - Какой прелестный каламбур. - Ну, то есть, он говорил, что засыпать обыкновенным образом не умеет. Понимаешь, получается, что его мозг никогда полностью не отдыхает. Я проводила с ним эксперимент и пыталась его усыпить, просто по-человечески усыпить, чтобы он прям надолго заснул. И знаешь, что? - У тебя ничего не получилось? - понимающе кивнул Юнги. - Заснул, но проснулся через минуту, хотя я усыпляла на убой. После такого усыпления обычно спят часами мертвым сном. Такое чувство, что он не умеет обыкновенно спать, как будто эта функция у него заблокирована. - Изнутри или снаружи? - А вот хороший вопрос. Не знаю, что на него ответить, - я развела руками. - Что еще мне следует о нем знать? Мне кажется, тебя что-то еще беспокоит, но ты никак не можешь сформулировать мысль. Или боишься ее озвучивать. - Есть такое дело, - хмыкнула я. - Ну, мы вроде не на экзамене, - улыбнулся Юнги. - Что там тебя беспокоит? Даже если какие-то невнятные ощущения - говори обо всем, любая мелочь может быть важной.
Я помолчала, обдумывая слова.
- Его обнаружили в тот же день, когда по Форланду стали особо активно гулять ожившие кошмары, - медленно протянула я. - Ну, то есть, они и раньше появились, но одиночные такие были, а в тот день прям пачками пошли. - Думаешь, Чон как-то с этим связан? - Возможно. Пока что моя основная рабочая теория заключается в том, что Чон каким-то образом перешел дорожку Темному Страннику. Что-то могло произойти между ними в тот день. Что-то, что послужило толчком к оживлению массы кошмаров в мире. Возможно, Чонгука пытались устранить просто как могущественного конкурента. - Это бы очень многое объяснило, - кивнул Юнги. - Самая рабочая версия, на мой взгляд. - Да, но в таком случае, она разбивается о факт того, что Чонгука никто никогда не видел ранее среди моих коллег. А мы все так или иначе друг друга знаем или можем быстро найти инфу о любом обученном сумрачном страннике. - Его вполне могли обучать индивидуально, а еще информацию о его обучении каким-то образом могли изъять из архивов Сумрачной гильдии, - пожал плечами Юнги. - Здесь может быть такое огромное количество вариаций развития событий, что я пока не рискну что-то категорично утверждать. В конце концов, никто из нас пока не знает и настоящей личности Темного Странника. - Да... Наверное... Тебе виднее, как инквизитору.
Пока говорила, нашарила в кармане пузырек с перламутровой жидкостью, вытащила его. Задумчиво покрутила в руках, потом откупорила бутылочку, капнула на себя немного перламутровой сыворотки и растёрла ее между ладоней, в тех местах, где еще остались бледные следы от ран. Они прямо на глазах стали еще бледнее, почти исчезли. Только зная, какие ожоги и раны были в этих местах совсем недавно, можно было разглядеть едва заметные бледные следы. Юнги, заметив бутылку в моих руках, встрепенулся:
- Откуда у тебя это? - Чон дал. Когда меня ранил Чистильщик, и мы телепортировались в Генеральный Штаб, Чон помог залечить раны, вывести яд из организма. С помощью ряда заклинания и вот этой штуки. - Ты вообще знаешь, из чьего волоса готовят подобные растворы? - взволнованно спросил Юнги, буквально пожирая взглядом бутылку с перламутровой жидкостью. - Из шерсти морской свинки, - фыркнула я.
Брови Юнги взлетели вверх.
- Прости, но ты не бредишь, случаем? - Почему ты задаешь такие странные вопросы? - я вскинула голову и внимательно посмотрела на сосредоточенного Юнги. - Что тебя удивило? У Чонгука есть фамильяр в виде морской свинки, и, поверь, именно из него выдирали волосок для изготовления этой невнятной жижи. Я сама видела.
Юнги покачал головой.
- Волосок для изготовления этой сыворотки был перламутровый? А этот, хм, фамильяр сам отдал волосок, или Чон насильно его отнял?
Я подозрительно уставилась на Юнги.
- Перламутровый. Странно длинный. И да, Чон просил фамильяра, чтобы тот сам его передал... Эй, да чего ты так разволновался?
Юнги вообще выглядел так, будто увидел новое чудо света и теперь пожирал его глазами, не в силах поверить тому, что видит.
- Дело в том, что этот волос скорее всего принадлежит...
Юнги вдруг пошел крупной рябью, как если бы его изображение пытались выключить. Голос его при этом пропал, вернее, доносились лишь редкие обрывистые слова: существо... сила... нельзя... Да и то, обрывки слов доносились будто издалека. Я тяжело вздохнула.
- Юнги, я тебя толком не слышу уже. Кажется, тебя пытаются разбудить. Если так срочно и активно будят, значит, у вас ночная тревога по части разбушевавшихся ночных кошмаров... Или утренняя тревога? Который там час уже? В общем, тебе явно нужно просыпаться, я не буду тебя больше во сне удерживать.
Юнги виновато улыбнулся и развел руками. Он прямо на глазах растворялся в пространстве, и напоследок я услышала лишь:
- Должен идти... потом поговорим...
А потом он исчез окончательно, и в моем сне снова стало тихо и пусто. Ну, не считая во-о-он той далёкой черной тучки на горизонте, на которой за мной приглядывал Чон. Я снова тяжело вздохнула. Ну вот так всегда! На самом интересном месте. Сиди теперь и гадай тут, что имел в виду Юнги... И ведь не достучишься до него сейчас просто так. Начальник, чтоб его. В форсмажорных ситуациях всё в боевом отделе на нем висело. Поднесла крохотную бутылочку с перламутровой жидкостью к глазам, задумчиво всматриваясь в содержимое. А ты, кажется, далеко не так прост, как выглядишь с первого взгляда, Хоби, да?
Какое-то время я просто сидела на облачке и думала... о разных вещах. Сумбурные мысли толкались в голове, как селедки в бочке, и я прикрыла глаза, медленно вдыхая и выдыхая в ритме дыхательной гимнастике. Успокаивалась, очищала сознание от фонового шума. Когда открыла глаза, в этом пространстве сновидений уже наступила ночь, и на небе сияла белизной луна. Всё правильно: я отдала мысленный посыл пространству перестроиться для меня так, чтобы я смогла как следует отдохнуть. А отдыхать предпочитала не при ярком солнечном свете, разумеется. Оставалось только кое-что одно мешающее. Вернее, кое-кто. Сняла вокруг себя защитный шумонепроницаемый купол и хмуро уставилась на далекую темную точку в пространстве. Даже сейчас я могла разглядеть ее на небе.
- Ну и? Долго ты там на меня еще таращиться будешь? - негромко поинтересовалась я, уверенная, что меня услышат. - Могу таращиться не там, а тут, - весело произнес голос за моей спиной.
Я обернулась. Это Чон резко поменял положение в пространстве, подплыл ко мне на своей тучке, перепрыгнул на мое облачко и внаглую уселся рядом. Я демонстративно отодвинулась и холодно произнесла:
- Оставь меня одну. Хочу отдохнуть. - Отдыхай, - пожал плечами Чон. - Я и сам не прочь отдохнуть как следует. А с кем ты всё это время трепалась? Не с любовником, я надеюсь? - А если и с ним? - хитро сощурилась я, развеселившись. - Значит, с родственником каким-то, - тут же сделал вывод Чон. - К любовнику ты бы обязательно полезла целоваться, чтобы меня взбесить. А ты не лезла, да еще и меланхолично наблюдала, как этот несчастный бултыхается в море. Значит, родственник, только с самыми близкими людьми ты можешь так нежно общаться.
Он улегся при этом на спину, подложив руки под голову, закинув ногу на ногу и мечтательно уставившись в звездное небо.
- Краси-и-иво тут, - протянул он. - А это и есть то самое твое любимое пространство сновидений, где ты всегда отдыхаешь, да? И куда иногда приглашаешь своих близких поболтать с ними в умиротворенной обстановке. - Как ты догадался? - я удивленно вскинула брови.
Это действительно было так, пространство было моей своеобразной спальней. Именно здесь я предпочитала отсыпаться и набираться сил, в полной уверенности, что меня тут никто и ничто не побеспокоит. Ведь здесь нет никого и ничего, кроме меня, спокойного моря, чистого неба и моих персональных облачков.
- Это пространство пропахло тобой насквозь, - ответил Чон. - Это как? Чужие сны ничем не пахнут.
Тот только пожал плечами.
- Не знаю. Мне - пахнет. Твоей магией, твоей энергетикой, твоим меланхоличным настроением. Уверен, что ты именно тут всегда отдыхаешь. Многие сумрачные странники предпочитают видеть во снах самые обычные спальни в снимых домиках, а ты даже тут выделываешься. Ой, то есть, я хотел сказать - выделяешься.
Я хохотнула. Это было правдой.
- Убиваю сразу двух зайцев таким способом: и на любимой морской природе нахожусь, и под убаюкивающий шелест волн быстрее расслабляюсь. Работает мне как медитация, отличный эффект. - А при чем тут зайцы? - не понял Чон. - Не вижу тут никаких зайцев... А можно как-то обойтись без убийства этих милых созданий? Я, честно говоря, не очень понимаю, как насильственная смерть этих животных помогает тебе расслабиться... Или это тоже какой-то особый ритуал вашего мира? Без жертвоприношения никак не обойтись?
Я сначала даже растерялась от столь странных вопросов, потом сообразила, что Чон не знал фразеологизм, восприняв мою фразу всерьез, и усмехнулась.
- Да это просто выражение такое. Означает делать два дела одновременно, извлекая пользу из обоих дел. - А-а-а-а, вот оно что! Любите же вы так странно выражаться в этом вашем забавном мире... - Ты точно не местный. Но, хоть убей, не понимаю, где ты так магии сновидений тогда мог научиться... - Не собираюсь я тебя убивать!.. - тут же вскинулся Чон. - Да это тоже просто выражение такое, - устало вздохнула я. - Советую тебе на досуге почитать словарик на эту тему, чтобы ознакомиться с часто употребляемыми фразочками этого мира... Что ты делаешь?
Я тупо уставилась на Чонгука, который вдруг ни с того ни с сего положил голову мне на колени и очаровательно улыбнулся, заглядывая мне в глаза.
- Собираюсь отдохнуть, как и сказал. Посторожишь мой сон? - Что? Я? Сторожить твой сон? Еще чего! - фыркнула, скрестив руки на груди и демонстративно отвернувшись. - Не собираюсь такими глупостями заниматься! И вообще, ты в себе ли? Кто тебе разрешал столь беспардонно ложиться мне на колени? - Я сам себе разрешил. А ты не будешь возражать, так как мы с тобой встречаемся, а когда мужчина встречается с женщиной, ему можно лежать и даже спать у нее на коленях, - уверенно произнес Чон, широко зевая.
Я от столь восхитительной наглости разинула рот.
- Да в смысле?! - у меня аж глаз нервно дернулся. - Кто тебе сказал, что мы встречаемся?!! - Не кто, а что - твои поцелуи, - хмыкнул Чон. - Язык тела говорит куда лучше обычного языка. И не спорь, пожалуйста, все равно ты прекрасно понимаешь, что я прав, просто ты пока не смирилась с этим, тебе нужно больше времени, я понимаю. Но у меня сейчас нет сил на споры, давай ты завтра продолжишь ёрничать, а я демонстративно повздыхаю, как будто мне стыдно, и всё такое? А то ты меня умотала вусмерть на тренировке сегодня. Так что я даже посплю минут пять, видимо. Мне нужно перезагрузиться.
Сказал это - и заснул. Мгновенно так, как по щелчку пальцев, как по нажатию кнопки. Просто закрыл глаза и вырубился. Дыхание стало ровным, поверхностным, ресницы мелко подрагивали во сне. Я дикими глазами вытаращилась на Чонгука, сладко сопящего на моих коленях. Ну и что мне делать с этим чудом? Какое-то время просто сидела так и разглядывала Чонгука. Лунный свет отражался в его очках, бликовал, мешая всматриваться в лицо. Очень хотелось снять с него очки и полюбоваться им как следует, но рисковать так не стала. Поэтому просто смотрела на лицо Чонгука, пожалуй, впервые столь откровенно разглядывая его в такой близи - пока он сам не видел моего к нему повышенного интереса, да. Рассматривала маленький шрам - у Чонгука была немного рассечена бровь в одном месте. Интересно, где он этот шрам получил? Разглядывала руны на защитных очках, внимательно приглядывалась к материалу очков. Он, кстати, был мне не знаком. Я ранее думала, что это обычные пластиковые или металлические очки. Ну или что-то вроде выкованного геро́сскими эльфами артефакта. Но очки были сделаны не из пластика, не из металла, серебра и стали, а, ну... Хм, а я даже не знала, с чем сравнить. Я бы скорее назвала это концентрированной энергетической субстанцией. Такой концентрированной, что она аж твердой выглядела. Но если присматриваться долго к оправе очков и при этом дышать в медитативном темпе, настраиваясь на энергию окружающего пространства, то можно было ощутить текущую в них энергию. Да и при касании к очкам в подушечках пальцев возникала странная легкая щекотка. Забавное чувство. С трудом подавила желание погладить Чонгука по голове, поводить подушечками пальцев по его щекам... С шумом выдохнула и недовольно поджала губы. Джейд, соберись! Это уже перебор. Ну нельзя же так голову терять, в самом деле!
Я вздохнула. Чон... Он будил во мне давно забытые чувства. Разжигал в сердце пламя, которое этот внутренний орган давно не видел. Не то чтобы у меня не было возможности кинуться на шею кому-нибудь - таких желающих мужчин как раз хватало - но желания терять голову давно уже не возникало. Да и просто любую попытку физического контакта пресекала. Зачем оно мне? От этого потом может быть больно, поэтому лучше лишний раз не привязываться к человеку, не испытывать к нему сильных эмоций. Яркие эмоции туманят разум, а яркие негативные эмоции в делах сердечных представлялись мне одной из худших разновидностей пыток. Я намеренно отсекла всё это из своей жизни. Но Чон... Я снова вздохнула. Этот мужчина как будто заставлял меня просыпаться после долгого мрачного сна... Закусила нижнюю губу и всё-таки потянулась ладонью к волосам Чонгука - руки так и чесались запустить пальцы в эти черные волосы и взлохматить их еще больше! Он же всё равно крепко спит и ничего не поймёт, верно? Но стоило мне об этом подумать, как Чон шевельнулся, зевнул и сонно заморгал, открывая глаза. Я тут же отдернула ладонь от его волос, и вообще руки за спину убрала, как какая-нибудь нашкодившая девчонка. Думаю, выражение лица у маня было соответствующее виноватое. Впрочем, Чон не обратил на это никакого внимания. Он еще раз широко зевнул, сладко потянулся и тепло улыбнулся мне.
- Уф-ф-ф, отлично выспался! Знаешь, на твоих коленях просто сказочно спится. Считаю, что мне необходим такой крепкий сон на регулярной основе.
Я непонимающе поморгала. Слова Чонгука вызвали во мне такое недоумение, что я даже пропустила мимо ушей его толстые намеки.
- В смысле? Ты же заснул несколько минут назад! - Так я и сказал до этого, что мне минут пять для сна хватит. Что не так? - Ты всегда так мало спишь?
Чон неопределенно пожал плечами.
- Ну да, видимо. - Вот прям минут пять - и всё? И ты прям чувствуешь себя бодрым и выспавшимся? Серьёзно? - Да что не так-то? - Всё, - потрясенно выдохнула я. - И, знаешь что? - М-м-м? - Мне сейчас очень хочется окунуть тебя в чан со святой водой. Не факт, что поможет, но мне хотя бы морально легче станет.
Чон рассмеялся, и смех у него был такой заразительный, что я сама почти улыбнулась - во как он меня расслабить умудрился!
- А в вашем мире люди все спят долго, да? - отсмеявшись, спросил он. - Вообще считается, что для здорового сна нужно хотя бы восемь часов. Я редко сплю так много, но пять-шесть часов мне совершенно необходимы для восстановления. - Ого, - присвистнул Чон. - Так много? - Слушай, ну ты правда как с Луны свалился, - покачала я головой. - И ты точно не человек. - Возможно, - не стал отбрыкиваться Чон. - Но тебя и саму сложно назвать обычным человеком, не так ли? - Верно, - кивнула я. - Я фортеми́н. Это ну-у-у, можно сказать, что такая раса сверхлюдей. Ну или - могущественных существ, которые выглядят как люди. Но при этом мы обладаем специфичными магическими навыками и особой выносливостью, не свойственной обычным людям и волшебникам. Все мы обучаемся в академии Армари́ллис - академии закрытого типа, где нас, фортеминов, натаскивают на борьбу с нечистью. Жажда сражений у нас в крови. Нас еще называют солдатами равновесия, потому что мы стоим на защите равновесия миров и появляемся там, где нужно восстановить энергетический баланс. Чимин Пак, которого ты видел в инквизиции, как раз является Наставником в этой академии. Вся моя семья там обучалась. - Я так понимаю, что все твои родственники - эти так называемые фортмеины? - полюбопытствовал Чон. - Солдаты равновесия? - Ага. У моих родителей-фортеминов такие сильные магические гены, что мы все тоже с неординарыми способностями уродились. Каждый со своей спецификой, но все-таки. - А твоя способность в чем выражается? - Я единственный фортемин во всем Армариллисе, который свободно владеет магией сновидений, - хмыкнула я. - И в сражении с нечистью сочетаю боевые приемы фортеминов и сумрачных странников, что дает особый эффект. Это позволяет мне быть объективно лучшим Грифоном среди всех сумрачных мастеров. У меня отменное чутье на сумрачную нечисть. Я опасный противник в бою, потому что у меня очень большой магический потенциал, мелкую нечисть это разгоняет даже без вступления в битву. Ну и в целом... Сочетание разных магических техник дает крутой результат. - Поня-я-ятно. Слушай, а получается, что наш с тобой ребенок тоже родится этим, как его, солдатом равновесия, в общем, - мечтательно произнес Чон. - Раз у тебя такие сильные эти ваши фортеминские гены. Хотя, интересно, а какие магические черты при этом наши дети унаследуют от меня?.. - Чего-о-о?! - тут же взвилась я, аж подскочив на месте. - Какие еще дети, о чем ты вообще?! - О мальчике. Или о девочке. Или о двойне, - как ни в чем не бывало пожал плечами Чон. - Такое же заранее нельзя точно знать, да? Хотя, наверное, твой братец Джин с пророческим видением может знать такие вещи, да? Надо будет поинтересоваться у него на этот счет. Если он по каким-то причинам не может сканировать меня своим магическим чутьем, то пусть в твое будущее заглянет и скажет, кто у нас с тобой родится. Надо будет спросить его при следующей встрече. Мне жутко интересно!
Я так опешила от всех этих рассуждений Чонгука, что совершенно растерялась, как на такое реагировать.
- Ты псих, - твердо сказала я, качая головой. - Абсолютный, совершенный псих. Дико самоуверенный. - Как раз в твоем вкусе, да? - Да с чего ты взял?! - Твои поцелуи мне об этом поведали, - сладко промурлыкал Чон.
Я только махнула рукой и отвернулась. Если честно, у меня уже попросту не было сил спорить, тем более на такие идиотские темы. Сделаю вид, что ничего не слышала, да!
- Что, ты еще не перешла к стадии принятия, да? - с хитрым прищуром глянул на меня Чон. - Застряла пока на стадии внутреннего торга? Ну ничего, ничего... Где-нибудь через годик обнаружишь себя в глубоко беременном состоянии на кухне нашего дома...
Я. НИЧЕГО. НЕ. СЛЫШУ. Чон, игнорируя мое перекошенное лицо, продолжал мечтательным голосом:
- И ты будешь утром стоять у плиты, вся такая красивая и нежная, в изящном платье... Я буду сидеть рядышком, попивая чай, любоваться тобой и тем, как ты с любовью жаришь блинчики с начинкой из острого перца... - Я не умею жарить блины!! - не выдержала я. - Я вообще ненавижу жарить блины!! - Если это единственное, что тебя смущает, я могу тебя научить! - жизнерадостно отозвался Чон. - Я отлично умею жарить блины. - Вот сам их и жарь, - буркнула я. - Для тебя? С удовольствием! А ты будешь сидеть рядом, вся такая глубоко беременная и прекрасная, и... - Ну нет! Я буду стоять позади тебя и би-и-ить сковоро-о-одкой, - с чувством произнесла я. И тут же хлопнула себя ладонью по лбу. Что я несу... - А я перехвачу твою руку на подлёте, отшвырну сковородку в сторону и ка-а-ак начну жарить!.. Не блинчики, в смысле...
Чон продолжал вдохновенно мечтать вслух, а я закусила нижнюю губу, но губы всё равно предательски расползлись в широкой улыбке. Мне было ужасно смешно всё это слушать. Такой Чон был забавный и прямолинейный в этих своих мечтах. Пожалуй, если бы не переутомление, я бы даже вполне по-человечески рассмеялась вслух. И это было удивительное, давно забытое чувство. Широко зевнула и потерла сонные глаза. Я жутко устала, день выдался безумным.
- Ложись спать, - негромко произнес Чон. - Рецепт блинчиков потом можем обсудить, так уж и быть.
Ну спасибо, сразу легче стало!
- Боюсь засыпать, - честно сказала я. - Боюсь закрыть глаза и не проснуться, раствориться во сне. Не знаю, можно ли вообще спать в моем состоянии. - Со мной - можно, - уверенно сказал Чон. - Ложись давай, тебе нужно отдохнуть.
Он похлопал по облачку рядом с собой, но я помотала головой.
- Еще чего! Не собираюсь я с тобой в обнимочку лежать! И я же сказала, что боюсь развоплотиться ночью. Так что никаких снов, пока не найду свое тело. Потерплю как-нибудь, ничего страшного. - Тебе нужно отдохнуть, - упрямо повторил Чон. - Не собираюсь я к тебе сейчас приставать - ты и так еле сидишь, вон какой у тебя взгляд мутный. Я хочу лишь помочь тебе расслабиться, проконтролировать твой сон и проследить за тем, чтобы ты и не думала никуда развоплощаться. - Нет, - я снова помотала головой. - И не нужно на меня давить и уговаривать, это бесполезно, и не вызывает во мне ничего, кроме жесткого отторжения.
Чон тяжело вздохнул.
- Джейд, в последний раз просто прошу тебя: ложись рядом со мной и спи, тебе нужно отдохнуть. Пока ты спишь, я буду подпитывать тебя своей магией во сне заодно. А будешь спорить со мной и брыкаться - я тебя просто усыплю, и всё. Ты даже не заметишь. - Меня нельзя усыпить так, чтобы я даже не заметила, - громко фыркнула я. - Меня вообще нельзя усыпить! Если тебе удалось меня в свой сон утянуть при нашем знакомстве, это еще не дает тебе право думать, что я не способна...
Но Чон перебил меня:
- Спи, - коротко сказал он, глядя мне в глаза.
Я даже подумать ни о чем не успела, как заснула прямо так, сидя. За какую-то долю секунды, будто кто-то выключатель нажал. Отключилась мгновенно, заснув очень крепким сном, и уже не могла видеть и чувствовать, как Чон умильно посмотрел на меня, завалившуюся набок и сладко засопевшую.
- Усыпить ее нельзя, угу, как же... Любого можно усыпить, моя милая Джейд, - певуче говорил он, укладывая меня поудобнее на облачке и заботливо укрывая наколдованным одеялом. - Просто для этого сила усыпляющего мага должна быть выше хотя бы на сотню с лишним уровней, вот и весь секрет. Ты, конечно, очень сильная, Джейд, но до меня тебе еще явно очень далеко в сновидческой магии.
Этот его монолог я не слышала, конечно, как и не видела, что Чон какое-то продолжительное время просто сидел рядом и любовался спящей мной, а потом улегся рядом, обнял, и с его ладони при этом непрерывно вливались в меня золотистые искорки магии. Зато помню то чувство тепла и уюта, которое сопровождало меня весь этот сон. Не знаю, что снилось, ничего не запомнила, но мне было так хорошо и спокойно, будто я наконец-то обрела смысл жизни.