Глава 10
Зак не пришёл на тренировку. Впервые. И я очень сомневаюсь, что это пьянка выбила его из колеи. Конечно, есть вероятность, что он не смог оторваться от своей новоиспечённой барышни... Что тоже вряд ли. Ни разу ещё секс не мешал ему встать на ролики. Он просто решил меня наказать. Не знаю за что, но выглядит это именно так.
Проторчав на поле без дела больше часа, я возвращаюсь досыпать в комнату. Найл храпит, но мне по фигу.
Встречаемся мы всей командой только на вечерней тренировке с Уилом. Зак, Полароид, Найл, Рон, Кристоф Буже и я. Все мы по одну сторону сетки. С другой стороны ещё пятеро игроков, имён которых я не знаю, если не считать Гуфа.
Все собраны, несмотря на бессонную ночь. Ждут свистка от Уила. Мяч на середине поля. Я и нападающий от команды соперника должны его разыграть. Тренер взмахивает рукой. Свисток. И... я моментально упускаю мяч, не успевая до него даже дотронуться. Мой фейл сразу же лишает нас преимущества. Гуф тоже в нападающих, как я и Пол. Рон и Зак в защите, Найл и Буже центровые, они на подхвате и у тех, и у этих. Но им нельзя пересекать линию сетки, даже касаться её нельзя.
Гуф и ещё один нападающий с той стороны, здоровенный детина в шлеме с надписью "цветочек", уже на нашей половине поля. Мы с Полом преследуем их, пытаясь отобрать мяч, Найл напряжён, готовый сорваться в любую минуту. Я поглядываю на Зака. Он сосредоточен только на игре. При встрече он не объяснился, не извинился и не прокоментировал вчерашнее поведение. Я могу лишь гадать. Но то что вертится в голове, кажется странным и нелепым. Я вновь отвлекаюсь и на меня наезжает "цветочек". С грохотом врезавшись в ограждение, я опускаюсь на колени. Тут же подкатывает Рон и помогает мне поднятся. Свисток тренера:
- Рон ты на защите! Какого?! Пшёл на место. Немедленно!
Рон разводит руками, но слушается. Оклемавшись, я вклиниваюсь в борьбу и иду в наступление. Полу удаётся забрать мяч у противника. Пас мне. И вот я веду. До поля соседа считанные метры. Я уже пригибаюсь, чтобы проскользнуть под сеткой, но тут мне прямо в ноги, наперерез обрушивается Гуф. Я врезаюсь в сетку так, что слетает шлем, отлетаю назад и слышу радостный вопль команды противника:
- Гол!
Лёжа, я оборачиваюсь и смотрю на Зака. Его реакция предсказуема. Он разочарован. Во мне. Как будто я создана только для того, чтобы его разочаровывать.
В этот вечер мы получаем ещё 13 голов против семнадцати забитых нами. Но это никого не касается. Все помнят лишь начало и мой провал.
После игры, перед тем как скрыться в раздевалке, Роджерс всё таки удосуживается перекинуться со мной парой фраз.
- Завтра в 5, чтобы был здесь. Тебя ваще нельзя с поводка спускать. Соберись, бля. Играешь, как баба. Чё за реверансы?
- Сегодня тебя не было... - пытаюсь оправдаться я.
- И что? Пока не отсосёшь, не встаёт?
Не знаю, зачем он унижает меня. Но это больше похоже на броню, которой он хочет от меня оградиться. Это больше похоже на то, что он пытается себя защитить. От меня.
- Я редко сосу, - злюсь я. - Только привелегированным игрокам. Ты еще не дорос, Роджерс.
Его глаза становятся уже, мышцы идут буграми, и он очень напоминает кобру перед прыжком. Но я не двигаюсь с места. Наоборот завожу руки за спину, демонстрируя безоружность. Пусть бьёт.
Увы, мне не узнать, обрушил бы Зак на меня свой гнев или нет. Нас прерывает Уил.
- Вперёд, Кас. На разговор.
Я сплёвываю сквозь зубы у ног Зака, как когда-то делал он, и, не оглядываясь, следую за тренером.
В кабинете Уила меня ждёт разгром:
- Касим, это было ужасно! Ты никогда так не играл! - на очень повышенных тонах изьясняется тренер, поэтому обращается ко мне, как к парню. - Это что за бесконечные оглядки? Ты вертишь головой, как страус. Нет, это конечно, хорошее свойство, бегло смотреть по сторонам, но господи, по направлению мяча! Что за растерянность на арене? Что за... Дома всё хорошо? - вдруг резко меняет он интонацию на настороженную. Видимо, я выгляжу очень жалко.
- Дома всё отлично.
- А у тебя? Я же вроде посодействовал, тебя переселили. Новый сосед? Найл, вроде.
- С ним тоже всё отлично.
- Тогда что? - снова ревёт Уил. - Хорошо, что не было директора. Ужасная, провальная игра! Команда противника из другой школы не даст вам столько поблажек!
- Да, ладно, мы ж всё равно выиграли. Как обычно, - бормочу я.
- Ты что не понимаешь? Через три недели матч. Открытие сезона! Это тебе не хухры-мухры! Нельзя завалить открытие! Мало тренировок? Я увеличу! С завтрашнего дня!
- Не надо. Мы и так занимаемся с Роджерсом.
- Тогда чего тебе не хватает?
- Видимо, члена, - шепчу я.
- Члена? Какого ещё члена? Вас итак шестеро, всё как положено, - потом до него доходит. - Пошла прочь! Пошёл! Иди и отрасти!
- Так точно, - я вяло отдаю под козырёк и выхожу. Мне всё равно. Мне совершенно всё равно. Впервые по фигу, что думают о моей игре. И это очень дурной признак.
В комнате Найл пытается со мной поговорить по душам. Тоже интересуется, всё ли у меня в порядке.
С чего они все засуетились? Не так уж я была и плоха. Просто хуже чем обычно. Процентов на семьдесят.
Весь оставшийся вечер я с нетерпением жду ночи, чтобы наконец уединиться и думать лишь о нём. Детально, до мельчайших подробностей воспроизводить в памяти его красивые черты лица, его взгляд наглый, с вызовом, вены на шее, натянутые как струны, которые хочется перебирать в ожидании гортанного стона, его руки такие грубые, сильные, забитые татуированной россыпью иероглифов. Его тело... Интересно, какое оно? Я никогда после игры не заходила в общую раздевалку на стадионе, всегда переодевалась в комнате, в душевой. Моё упущение.
Закария, как злой демон, утягивает меня на самое дно, где балом правят страсть, пороки и алкоголь. Я знаю, что там темно, и не видно света, но я не боюсь темноты, я жажду её всем сердцем. Сопротивляться не имеет смысла.