Глава 22
Мне не удалось долго проспать, сон беспокойный и прерывистый. Я распахнула глаза и глубоко вдохнула свежий воздух, пытаясь унять головную боль и собраться с мыслями.
— Мне кажется, я знаю, зачем десептиконам нужен Осколок, — начала я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Это связано с символами, которые я видела.
Оптимус внимательно посмотрел на меня, его голоформа казалась особенно сосредоточенной.
— Символы? Расскажи подробнее.
— Они появились, когда Сэм отказался помочь и когда мы коснулись Осколка. Это было как вспышка, яркая и болезненная. Символы… они были похожи на древние письмена, какие-то кибертронские иероглифы, сплетенные вместе.
— Ты сможешь их расшифровать?
Я покачала головой.
— Нет, но я чувствовала… связь. Как будто они пытались что-то сказать. И еще… я чувствовала энергию. Мощную, темную. Как будто Осколок Искры — это лишь ключ к чему-то большему.
Оптимус нахмурился.
— Ты думаешь, десептиконы ищут не просто силу Осколка?
— Я думаю, они хотят что-то активировать. Что-то древнее, что связано с Искрой. Что-то, что может уничтожить все живое.
— Есть ли у тебя предчувствие где они могут быть? — в его голосе послышалась тревога.
Я закрыла глаза, пытаясь вновь увидеть символы, почувствовать энергию. В голове кружились обрывки воспоминаний, обрывки знаний, доставшиеся мне неизвестно откуда.
— Я вижу… — прошептала я — Пустыня. Песок. Древний город… затерянный во времени. Я чувствую там сильное скопление энергона.
Оптимус резко затормозил, припарковав машину на обочине.
— Ты должна немедленно связаться с Ленноксом. Это нужно сообщить им.
— Оптимус, я… Я чувствую, что это не все. Есть еще кое-что, что я должна тебе рассказать.
Я глубоко вздохнула, собираясь с духом. Слова давались с трудом, словно я вытаскивала их из самого сердца тьмы.
— Когда я коснулась Искры в Мишн-Сити… я что-то увидела. Не просто будущее, а… возможности. Разные пути, по которым может пойти наша война. И один из них… Он заканчивается гибелью Кибертрона. И Земли.
***
Мишн-Сити. Слово звучало в голове Элли, словно погребальный звон. Не просто город, а портал в бездну, распахнутый перед ней во время той битвы, когда она прикоснулась к Искре. До того момента она была обычной девушкой, с обычными заботами и мечтами. Теперь же... Теперь она была чем-то иным, сосудом для видений, которые терзали ее сознание.
Она помнила все, как будто это произошло вчера. Хаос и разрушение, оглушительный рев трансформеров, крики испуганных людей. Ад, воплотившийся на земле. Но сквозь пелену страха и паники, она увидела ее - Искру. Яркую, пульсирующую энергией, словно сердце вселенной.
Любопытство, смешанное с безрассудством, толкнуло ее вперед. Она протянула руку, не в силах сопротивляться манящему сиянию. И в тот же миг, сознание ее раскололось на тысячи осколков.
Это был не просто прикосновение, а погружение в поток времени, в калейдоскоп вероятностей. Она увидела будущее, точнее, бесчисленные варианты будущего, каждый из которых мерцал перед ней, словно мираж в пустыне.
Она увидела Землю, поглощенную пламенем, Кибертрон, превращенный в безжизненную пустыню. Она увидела Оптимуса, поверженного, с потухшим взглядом, символизирующим надежду, угасшую навсегда. Она видела десептиконов, правящих миром, поработивших человечество.
Но были и другие видения. Земля, процветающая в мире с автоботами, Кибертрон, возрождающийся из пепла. Оптимус, поднимающийся с колен, его глаза вновь сияют надеждой, ведущей за собой союз, способный противостоять тьме.
Видения мелькали, сменяя друг друга с головокружительной скоростью. Она чувствовала радость и отчаяние, надежду и ужас, все смешалось в единый, невыносимый вихрь эмоций.
Самое страшное было то, что она видела себя во всех этих будущих. Разную. В одной реальности она была героем, жертвующим собой ради спасения мира. В другой - предателем, склонившим голову перед десептиконами. И в каждой из этих реальностей, ее действия имели решающее значение.
Сознание ее было переполнено обрывками информации, пугающими образами, предостережениями, которые она не понимала. Тогда, в стрессовой ситуации, всё настолько быстро забылось, что она больше не вспоминала тех видений, словно память сама заблокировала всё связанное с теми событиями, но сейчас, почему-то воспоминания пронеслись перед глазами словно это было вчера.
Теперь же, она знала, что ей больше не удастся бежать. Судьба, увиденная в Мишн-Сити, настигла ее, и ей предстояло сделать выбор. Стать героем, предателем или просто пешкой в чужой игре. Решение, которое определит будущее не только ее, но и всего мира.
***
Оптимус молчал, и я чувствовала, как его взгляд проникает в самую мою душу.
— Ты видела будущее, — наконец произнес он — Но будущее не высечено в камне. Его можно изменить.
— Я знаю. Но… В этом будущем… я вижу себя. Я не та, кем кажусь. Я больше, чем человек.
Я замолчала, не в силах вымолвить ни слова. Мне было страшно. Страшно признаться в том, что я сама до конца не понимала. Страшно увидеть в глазах Оптимуса страх или недоверие.
Но Оптимус просто смотрел на меня, и в его глазах не было ни страха, ни осуждения. Лишь сочувствие и… узнавание.
— Ты принадлежишь к Древним — тихо произнес он — К тем, кто хранит в себе искру созидания и разрушения. Твоя судьба — не просто быть человеком. Ты — часть чего-то большего.
— Но что это значит? — прошептала я.
— Это значит, что ты сыграешь ключевую роль в грядущей войне, — ответил Оптимус — И мы должны быть готовы к тому, что тебя ждет. Но, прежде всего, мы должны найти Осколок.
Взяв меня за руку, Оптимус в очередной раз завернул. В голове не было ясности, сумбур и страх не давали трезво смотреть на вещи. Одно я знала точно — это только начало.
***
Оптимус рассекал ночную мглу, скорость была подобрана с осторожностью, но за ней чувствовалось неотложное стремление. Он знал, что время — драгоценный ресурс, особенно сейчас, когда над миром нависла тень новой угрозы. Взгляд скользнул на Элли, сидевшую рядом. Она держалась отстраненно, погруженная в собственные мысли, и в ее позе читалась усталость, словно тяжкий груз давил на ее хрупкие плечи.
Подъехав к отелю, Оптимус сбавил ход. Уютное здание, утопающее в мягком свете фонарей, казалось тихой гаванью в бушующем океане надвигающейся войны. Он выключил двигатель, и салон наполнила звенящая тишина, нарушаемая лишь слабым гулом ночного города.
— Приехали — тихо произнес Оптимус, стараясь не напугать Эллину.
Она вздрогнула, словно очнувшись от глубокого сна, и с тревогой огляделась. Кивнув в знак понимания, она порылась в сумочке в поисках чего-то.
— Я провожу тебя — предложил Оптимус, открывая свою дверь.
Эллина попыталась возразить, но он уже обошел машину и протянул ей руку, предлагая помощь. Она колебалась лишь мгновение, прежде чем принять его поддержку. Ее пальцы были холодными и слегка дрожали.
— Спасибо — прошептала она, выбираясь из машины.
Поддерживая ее за локоть, Оптимус медленно повел Эли ко входу в отель. Ночной портье, сонный и немного удивленный, проводил их взглядом. Оптимус проигнорировал его любопытство, сосредоточив все внимание на Элли.
В лифте царила тягостная тишина. Элои избегала зрительного контакта, рассматривая узор на стенах, и Оптимус чувствовал ее напряжение, словно натянутую струну. Он хотел сказать что-то, подбодрить ее, но не знал, какие слова подобрать. Все казалось неуместным, поверхностным на фоне бури, что бушевала в ее душе.
Наконец, двери лифта открылись, и они вышли в узкий коридор, освещенный мягким, приглушенным светом. Элли, словно ведомая интуицией, быстро нашла свой номер. Она поднесла карту к замку, услышала короткий щелчок, и дверь отворилась.
— Спасибо за помощь — повторила она, делая шаг внутрь.
Оптимус последовал за ней, осматривая скромную, но уютную комнату. В воздухе витал легкий аромат лаванды, создавая атмосферу уюта и покоя.
— Полагаю, тебе нужно отдохнуть — осторожно заметил Оптимус, наблюдая за тем, как девушка сжимает руки в кулаки.
Она пожала плечами, отводя взгляд, и он понял, что она снова пытается отгородиться от него.
Оптимус сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Его руки мягко коснулись ее лица, заставляя ее посмотреть на него. Он чувствовал, как ее кожа вздрагивает под его прикосновением.
— Не лги мне, моя Искра — тихо проговорил он — Я вижу, что ты напугана. Дай себе шанс передохнуть.
Глаза Элли наполнились слезами, и она опустила голову.
— Я не знаю, что делать — прошептала она, и в ее голосе звучала отчаяние.
Оптимус бережно обнял ее, прижимая к себе. Она была такой хрупкой, такой уязвимой, и ему хотелось защитить ее от всех бед мира.
— Я знаю — прошептал он в ответ, нежно поглаживая ее по волосам — Но ты не одна. Я здесь. И я не позволю тебе пострадать.
Она крепко обняла его в ответ, и он почувствовал, как ее тело дрожит от сдерживаемых эмоций.
— Что будет дальше? — спросила она, отстраняясь от него и глядя в его глаза.
Оптимус взял ее за руку, чувствуя, как ее пальцы судорожно сжимают его ладонь.
— Дальше мы будем готовиться — ответил он с твердостью в голосе — Я знаю, ты видела многое. И я знаю, что тебе страшно. Но ты не должна сдаваться. Ты важна. И ты нужна нам.
Девушка кивнула, вытирая слезы, и в ее глазах появился слабый огонек надежды.
— Мне нужно время — проговорила она, чуть более уверенно — Мне нужно время, чтобы все обдумать и примерно понять как дальше действовать.
— Отдохни. А завтра мы поговорим.
Он направился к двери, но, остановившись на пороге, обернулся к Элли.
— Я всегда на связи, если понадоблюсь и Би должен уже стоять на парковке — сказал он, и в его голосе звучала искренняя забота.
Он вышел, оставляя Эллину в тишине ее комнаты, наедине со своими мыслями и страхами. Он знал, что перед ней стоит сложный путь, но он верил в ее силу и решимость. И он обещал себе быть рядом, когда она будет готова сделать следующий шаг.