Эпилог
Двадцать лет спустя
Я взбежал по ступенькам к главному входу в Алегрию. В другое время тиены допросили бы любого, кто посмел ворваться в королевский небоскреб с бешено выпученными глазами, но сейчас они синхронно отпрыгнули в стороны, когда я распахнул двери и вбежал внутрь.
Если бы место моего назначения не находилось на двадцать седьмом этаже, я бы побежал вверх по лестнице в квартиру Силаса, подгоняемый тревогой, засевшей в груди, словно битое стекло. Но я знал, что на лифте будет быстрее, поэтому нажал на кнопку, не обращая внимания на любопытные взгляды тиенов Силаса, и стал ждать.
Неужели наступил тот самый день? Неужели сегодня, спустя двадцать лет, мой лучший друг и его муж понесут наказание? Кажется, только вчера я смотрел, как Неро надевает кольцо Сефу на палец.
Но внезапный телефонный звонок от Кинни, сенгила на пенсии и ныне личного врача Алегрии, мог означать только одно. Он сказал, что разобрал единственное слово, когда успокаивал бьющегося в истерике Неро - мое имя.
И я последний человек, кроме Илиша и Сефа, кто знает эту тайну. Мой Валентин скончался в двадцать четыре года и до последнего вздоха хранил наш самый страшный секрет.
Спустя, казалось, целую вечность, лифт приехал и двери открылись.
Я шагнул внутрь, но остановился. На полу лифта, держась за окровавленную челюсть, лежал Дрейк.
- Дрейки, ты в порядке? - я опустился рядом с ним на колени и осторожно запрокинул ему голову, чтобы лучше рассмотреть распухшую и быстро чернеющую челюсть.
Мой брат застонал, кровь уже засохла на кудрявых светлых волосах.
- Хозяин такой злой, - грустно проскулил Дрейк. Я ощупал его челюсть и поморщился - она явно выбита.
- Почему он тебя ударил? - прошептал я, нажимая кнопку двадцать седьмого этажа.
Дрейк снова всхлипнул и потянулся ко мне, как ребенок, просящийся на ручки. Пока лифт поднимал нас на этаж с апартаментами Силаса и Дрейка, я обнимал его и гладил по спине.
- Меня ударил Неро... - Дрейк шмыгнул носом. - Я хотел утешить брата, положил руку ему на плечо - Неро разозлился. Он в плохом месте вместе с... Сефом.
Я отстранился и посмотрел на него.
- В склепе?
Дрейк кивнул, его оранжевые глаза наполнились слезами.
Поняв все, я повернулся и посмотрел на панель лифта. Я знал, на каком этаже мне стоит сначала выйти: раньше там жил Неро, после того, как Гаррет переехал в собственный небоскреб, и до того, как они с Сефом перебрались в один из особняков в Скайленде. Квартиру переоборудовали под так называемый склеп. От апартаментов Силаса на два лестничных пролета вниз, мимо этажа с бывшей квартирой Илиша, в затемненную комнату, в которой... в которой стоят...
Бетонные гробы. Прямоугольные саркофаги с толстыми стенками, в которых покоятся бессмертные химеры, приговоренные отбывать наказание в вызывающей клаустрофобию темноте. Наказание может длиться днями, месяцами, а иногда и годами, в пустоте, без воды, без еды. Они умирают и воскресают в своих бетонных коконах в компании собственного безумия от одиночества.
- Сефа уже... его уже посадили внутрь? - прошептал я.
Дрейк кивнул, и мое сердце оборвалось. Я оглянулся, номера этажей неуклонно росли, и моя тошнота усиливалась вместе с ними.
Я нажал на кнопку с цифрой двадцать пять.
- Сходи к Кинни, пусть посмотрит на твою челюсть... - сказал я Дрейку, нежно похлопав его по плечу. - Держись пока подальше от квартиры Силаса. Может, пока погостишь у Гаррета?
Лифт остановился. Я встал, отвернулся от брата и нажал на кнопку этажа с больничным крылом Кинни. Дрейк, может, и бессмертен и привык к настроениям Силаса, будучи много лет его кикаро, но мне будет спокойнее, если хотя бы один из моих братьев окажется в безопасности и подальше от ада, в который я вот-вот попаду.
Дальше я зашагал, как робот, или, может, солдат, который идет в самый центр зоны боевых действий. Я знал, что, скорее всего, живым отсюда не выйду. Если Неро ударил Дрейка, нашего недалекого брата с мозгами скорее щенка, чем химеры, могу только представить, что он сделает со мной.
С тем, кто видел, как он делал Сефа бессмертным. С тем, из-за кого Сеф тогда умер.
Я глубоко вздохнул, передо мной тянулся бывший коридор Неро, и я пошел к двойным дубовым дверям. За ними больше не холостяцкая берлога моих братьев, увешанная плакатами с голыми мужиками, десятками стеллажей с оружием и всей электроникой на планете. Теперь там тускло освещенная комната, с пустыми стенами, оббитыми черными панелями, и окнами, закрытыми плотными черными шторами, не пропускающими ни света, ни свежего воздуха.
Я толкнул двери и шагнул на кладбище.
Вокруг царил мрак, холодную пустоту нарушали только два серых бетонных гроба на восточном ковре.
И возле одного из них, скрючившись и уткнувшись лицом в колени, сидел мой лучший друг. Его плечи тряслись, раздавались приглушенные всхлипы и вой. Я чувствовал исходивший от него запах агонии, почти так же отчетливо, как пыльный запах подсыхающего бетона.
- Неро... - прошептал я, придавленный к полу тяжестью его отчаяния. Я перевел взгляд с моего друга на бетонный короб, уже застывший, но с пятнами крови, мелкими трещинами и следами когтей на внешней крышке.
Сеф там... легкомысленный, беззаботный Сеферус. Парень с талантом рассмешить любого, кого встречал на своем пути, или, по крайней мере, скрасить его день. Химера, невероятно преданный и хороший брат, добрейшей души человек...
Он этого не заслужил.
С каждым шагом в комнате становилось все холоднее, я подошел к Неро, бросив мимолетный взгляд на гроб другого, неизвестного мне бессмертного.
- Неро? - повторил я. Мой брутальный рослый брат-богатырь еще никогда не выглядел таким маленьким, я опустился рядом с ним на колени. В этот момент он выглядел, как потерявшийся ребенок.
- Убирайся.
Я тут же встал на ноги и сделал шаг назад.
- Н-Неро, это Сангвин... - пробормотал я, запинаясь.
Неро поднял голову, когда глаза цвета индиго встретились с моими, мое сердце подпрыгнуло. Я никогда не видел, чтобы полыхающий в этих глазах гнев был направлен на меня. Мой брат-изверг смотрел на меня с такой лютой ненавистью, что мне захотелось оглянуться назад, чтобы проверить, на кого он на самом деле смотрит.
- Надо было оставить тебя в том гребаном подвале, никчемный кусок дерьма, - сказал Неро нечеловеческим тоном. - Шлюхан педофила, блядь. Ты... ты, блядь... ты, блядь... - нижняя губа Неро задрожала, и его глаза наполнились слезами. Пока он подбирал оскорбления, я наблюдал, как меняется выражение его лица. - Ты... если бы ты...
Неро придушено всхлипнул, закрыл рот рукой и душераздирающе завопил.
Я опустился на колени и обнял его. Неро прильнул ко мне и обхватил крепкими ручищами, уже не сдерживая рыданий.
- Прости меня, - прошептал я ему на ухо, хотя вряд ли он меня слышал. - Неро, прости. Я поговорю с Силасом. Обещаю, я сделаю для него все, что в моих силах.
- Он ненавидит замкнутые пространства! - закричал Неро, сломавшись в моих объятиях, он задрожал и начал задыхаться. Я никогда не видел его в таком состоянии и всерьез испугался за его рассудок. И его будущее.
- У него клаустрофобия. Он... он ненавидит гребаные замкнутые пространства! - продолжал кричать Неро. - Ему нельзя находиться там. Он же чиканется, ему будет страшно, темно... он потеряет рассудок!
- Ш-ш-ш, - я крепко зажмурился, но слезы уже катились по щекам. Неизвестно, слышит ли нас Сеф, но я могу только догадываться, что он переживает, находясь всего в нескольких сантиметрах от нас. - Я поговорю с Силасом.
- СИЛАС! - взревел Неро. Внезапно он оттолкнул меня и вскочил на ноги, его грудь вздымалась, кулаки сжались так сильно, что на предплечьях вздулись вены. Тогда я заметил, что его руки в крови и распухли. - Я убью его нахуй! Я, блядь, угандошу его к херам.
Я вскочил на ноги и положил руки ему на грудь, чтобы остановить.
- Нет, ты же знаешь, что это не поможет, - а что поможет? - Расскажи мне, как он узнал? Когда он узнал?
Зареванное лицо Неро сморщилось, он помотал головой.
- Удивительно, блядь, что он раньше не узнал, Сефу в этом году должно было исполниться сорок четыре, пусть мы и дали ему очки, покрасили волосы и держали в Кардинал-холле, сколько могли. Я не знаю, как Силас об этом узнал, но он вернулся из лаборатории в Крейге в бешенстве, - Неро стиснул зубы, развернулся и ударил по бетонному гробу Сефа. Теперь понятно, откуда взялись трещины и брызги крови.
- Что случилось с Силасом в Крейге? - спросил я, не пытаясь помешать Неро колотить по бетону, даже его недюжинная силища не поможет ему пробиться и освободить своего мужа.
- Скай, - Неро произнес это имя так, словно выплюнул кусок говна изо рта. - Вечно этот ебаный Скай. Надеюсь, он впустую потратил последние кусочки мозга этого долбоеба, и у него ничего не осталось. Пусть, блядь, навсегда останется один, он это заслужил. Пусть, блядь, познает все страдания мира, ебаный бесчувственный сукин сын. Нахуй Силаса. Он заслужил вечность в одиночестве, и я сказал ему об этом. Я рад, что он несчастен.
Еще одна волна мучительной душевной боли прокатилась по лицу изверга. Он отвернулся от меня и скрестил руки на груди над гробом Сефа, потом уткнулся в него лбом. До моих ушей донеслись отчаянные рыдания с подвываниями.
- Скай? - пробормотал я, оглядываясь через плечо. - Я... Неро, я поговорю с Силасом. Мы с Силасом немного на другой волне, за последние двадцать лет наша близкая связь не пропала. Я могу говорить с Силасом, как с другом, а не только как с хозяином... если кому-то и удастся достучаться до него...
Может... надо попытаться.
- Когда я ушел, он кричал на Периша и избивал сенгила, - с мрачной язвительностью произнес Неро. - Надеюсь, он неимоверно страдает. Надеюсь, он будет одиноким всю свою гребаную бессмертную жизнь. Он забрал Сефа только потому, что он... он... - Неро снова взревел и опустил голову на руки. - Санджи, он там совсем свихнется. Сеф... Сеф там сойдет с ума.
Не сказав больше ни слова, бросив последний сочувственный взгляд на бетонный гроб, я покинул Неро и направился обратно к лифту.
Пока я поднимался на двадцать седьмой этаж, мучительные крики Неро звенели у меня в ушах и отравляли сердце, и этот яд останется нам навечно, присоединивших к другим образам и звукам, засевшим в голове. Они до сих пор всплывают в виде ярких ночных кошмаров. Даже в сорок лет я все еще просыпаюсь с криками и в холодном поту. Джек всегда рядом, чтобы успокоить меня и заверить, что я не вернулся в подвал Джаспера.
Мы с Джеком вместе уже двадцать лет.
В глубине души мне хотелось, чтобы он был сейчас рядом со мной, но мозгом я понимал, что для его же блага ему лучше вернуться в наш небоскреб, подальше от этого моря хаоса, в котором я плавал, как рыба в воде.
Дверь открылась, и, словно я вошел в камеру пыток, меня встретили мучительные крики боли и хриплый, резкий голос, в котором я сразу узнал Силаса.
Я вбежал в квартиру и не остановился даже, когда увидел, как Силас яростно хлещет кнутом Периша.
- Силас! - закричал я. Периш корчился на полу, весь в рваных кровавых ранах и без глаза. Кожа в некоторых местах выдралась прямо с мясом, ученый превратился в чудовищно изувеченный кусок плоти. И я понял почему, когда отобрал у короля кнут - в переплетение кожаных веревок были прочно вставлены лезвия и иглы, все в крови и с кусочками кожи.
Мое внимание привлекло что-то в стороне. Я посмотрел налево и чуть сознание не потерял. Сенгил Силаса, восемнадцатилетний паренек по имени Дакота, лежал на спине в луже крови. Его туловище был изуродовано, на животе зиял глубокий разрез, из которого тянулась тонкая кишка, словно ее зацепило лезвием кнута. Она растянулась по ковру почти на метр, оставляя под собой кровавые разводы.
- Какого хрена? - закричал я, бросил кнут и схватил Силаса за плечи, поражаясь демонически бесстрастному выражению на его лице. - Что ты, блядь, творишь? - я встряхнул его, слыша шарканье - Периш отползал на безопасное расстояние.
Дьявол уставился на меня, бледный, поджавший губы. Демонические зеленые глаза встретились с моими красными, и внезапно он поднял руку и наотмашь со всей силы ударил меня по лицу. Нечеловеческая сила удара сбила меня с ног, и я тяжело рухнул на пол.
Краем глаза я заметил мелькание кнута с лезвиями. Имя Силаса успело сорваться с губ прежде, чем острая боль пронзила спину, за ней последовал хлесткий звук, затем второй.
- Силас, ОСТАНОВИСЬ! - закричал я, пытаясь отползти, но прозвучал третий. На этот раз я почувствовал и услышал, как со спины сдирается кожа, холодок подсказал, что оголились мышцы на лопатке. - Силас!
- Я всех вас убью! - внезапно закричал Силас, хотя в его тоне не было и намека на ненависть, которую подразумевали слова. Голос короля звучал опустошенно, отчаянно и так же мучительно, как у Неро. - Всех! Вы ничтожества, вы никогда не станете им! Никто из вас никогда с ним не сравнится! С вами покончено, я замурую ваши мутировавшие тела в бетон, неудавшиеся выблядки! - последнюю часть он прокричал так громко, что его голос сорвался от напряжения, и в тот же момент мне в спину прилетел еще один жестокий удар, на этот раз я услышал, будто разлепились две липучки.
- Кто? Скай? - крикнул я в ответ и быстро вскочил на ноги, уворачиваясь от очередного удара. Длинный кожаный кнут рассек воздух над моей головой, осыпая меня кровью и кусочками собственной кожи.
Широко раскрытые глаза Силаса, в изумрудных радужках которых полыхало адское пламя, уставились на меня. Его лицо покрылось пятнами крови и ошметками мяса, а синяя рубашка - фиолетовыми пятнами. Он походил на серийного убийцу в кровавом финале своей истории, хотя, возможно, так оно и было.
С моим королем что-то не так, бессмертие Сефа не могло довести это до такого состояния. Глядя на этого безумного бессмертного, я понял, что Сеф, скорее всего, стал, жертвой состояния Силаса, а не его причиной.
- Какое отношение это имеет к Скаю? - я умоляюще протянул к нему руки, пытаясь вспомнить, что я обычно делал, когда Силас злился. Но он так давно не терял над собой контроль. Илиш всегда мог с ним справиться, но Илиш в Крейге, они с Перишем пытались создать...
Я посмотрел на умирающего Периша, на меня смотрел один голубой глаз, все остальное было красным, и что-то булькало в горле.
- Что произошло в лаборатории?
Ну конечно это связано со Скаем. Каждый раз, когда я видел своего короля в таком невменяемом психозе, это было связано с его гребаным мертвым партнером, человеком, которого мы ненавидели всей семьей, хоть и никогда с ним не встречались.
- Убирайтесь! - закричал Силас, крепко сжимая в руке рукоять кнута. Он задыхался и хмурился. - Вы все... просто оставьте меня. Каждый из вас - сплошное разочарование. Безумные, испорченные создания. Больше никаких химер, - кнут выпал у него из рук. - У меня почти получилось... Сангвин, я почти разгадал код. Но опять провал, у нас осталось всего три фрагмента мозговой ткани Ская, еще три попытки и все закончится. Я больше никогда его не обрету.
Я наблюдал, анализируя его поведение. В его безумии начали появляться первые трещинки, но я так и не научился определять, когда к нему можно приближаться. Силас был моим другом, моим хозяином, и я любил его, но я никогда не влиял на него так, как Илиш. Силас, признавал он это или нет, видел в Илише опору и тянулся к нему в такие моменты. Я не был для него опорой.
- Но, хозяин, у тебя все еще есть три фрагмента, - осторожно начал я. - А как насчет юного Лайкоса? Еще несколько лет, и он начнет работать над кодом химер, для этого ты его и создал, - мальчику было уже семь, его отдали на воспитание лучшему ученому Силаса, не занимающегося химерами, и его мужу. Силас создал Лайкоса самым гениальным из всех существующих химер-ученых, чтобы он работал над ДНК будущих химер и - это знали только самые близкие к Силасу люди - создал клон Ская.
Силас схватил ближайшую статуэтку и запустил в меня. Я пригнулся, и она ударилась о шкафчик рядом с местом, где лежал Периш, свернувшись кровавым калачиком.
- Чтобы он проебал последние три фрагмента? - прорычал Силас. - А могло быть четыре. У меня могло быть четыре попытки, если бы один контейнер не потратили на ебаного Сефа. Или пять, если бы мелкий розовоглазый недоносок не разбил один! Если бы он не сдох, я бы сделал его бессмертным, только чтобы убивать к херам снова и снова!
Я стиснул зубы не только при упоминании Сефа, но и из-за того, что он заговорил о Валене. До своей смерти Вален два года был моим партнером. Я временно оставил Джека и заботился о Валене, когда узнал, что тот умирает из-за своих эмпатических способностей. Я подарил моему обделенному, депрессивному сенгилу и другу лучшие два года в его жизни, прежде чем он из нее ушел.
И не жалею об этом.
Мне пришлось проглотить злобные нападки Силаса. Не время отстаивать честь моего мертвого парня, надо спасать Сефа. Хотя перспектива достучаться до Силаса и успокоить его настолько, чтобы он освободил мужа Неро, на данный момент казалась невозможной.
- Но благодаря Валену мы смогли забрать оставшиеся семь, - спокойно сказал я Силасу. - Если бы не Вален, кейс...
Я пригнулся, когда над головой пролетела еще одна статуэтка.
- Уёбывай отсюда! - заорал Силас. - Забирай всех своих сраных братьев и эту сучку-неудачницу дочь и убирайтесь нахуй из моего города, - он сжал челюсти и секунду помолчал. - И приведи сюда их партнеров. Всех до единого, и всех тупорылых отпрысков Эллис. Приведи их ко мне.
Я вытаращился на него, не стоило даже уточнять, зачем Силасу понадобились партнеры химер - он собирался перебить их всех в херам. В этом я ни капли не сомневался.
Потому что, если у Силаса не будет Ская, то почему у его химер должны быть спутники жизни?
Я должен что-то сделать, но что? Да, Силас вне себя от ярости, но в конце концов он же успокоится, так ведь? Остается толко максимально сократить количество мертвых тел вокруг него, пока к нему не вернется самообладание.
Я пришел сюда умолять его освободить Сефа, но теперь вынужден уговорить короля не выгонять нас из Скайфолла и не убивать наших партнеров.
- Джека тоже приведи.
У меня пересохло во рту, и я перевел взгляд с двери на лицо Силаса.
Зеленые глаза полыхали на бледном лице, заляпанном кровью мертвого сенгила, Периша и моей. Удивительно, как она не кипела и не пузырилась на его лице от неистовой ярости, которую оно излучало.
- Силас... - прошептал я, медленно шагая к нему. - Любимый, я знаю, тебе кажется, что Неро предал тебя, я понимаю, ты расстроен из-за того, что мозговая ткань заканчивается... - еще один осторожный шаг, и тело Силаса напряглось при моем приближении. - Но отослать нас и убить наших партнеров - это не выход. Позволь нам помочь...
Он снова ударил меня по лицу.
- ХВАТИТ! - внезапно заорал я. Не знаю, то ли я устал от его избиения и потери крови или просто мое терпение лопнуло, но, невзирая на последствия, мне резко надоело быть грушей для битья. - Силас Деккер, ты необоснованно жесток и ведешь себя, как ебаный тиран. Успокойся, блядь, и веди себя как король, а не как сраный диктатор! - я резко повернулся к Перишу. - Доберись до Кинни и убедись, что с Дрейком все в порядке.
Периш уставился на меня, его зрачок сжался до размера булавочной головки на фоне льдисто-голубой радужки. Затем взгляд переместился за мою спину на Силаса. Ученый поспешно кивнул, встал и побежал на выход.
Когда дубовые двери за ним закрылись, я повернулся к Силасу, безучастно смотревшему на пустое место, которое только что покинул Периш.
- Остались только мы, - сказал я, подходя к нему еще на шаг, и, пока он не заметил, ногой отшвырнул упавший кнут подальше. - Поговори со мной.
- Отвалите от меня, - прошептал Силас с по-прежнему отсутствующим взглядом, словно он видел что-то не от мира сего. - Вы все - убирайтесь нахуй из моего города. Я не хочу видеть вас, ошибок природы и научных экспериментов. Я изнасилую и убью ваших гребаных партнеров и плюну на их могилы.
Я покачал головой и легонько коснулся его плеча. Воспользовавшись краткой передышкой в потоке его безумной ярости, я осторожно притянул его к себе.
- Да, любимый, ты так и сделаешь.
- Я ненавижу вас, - сказал Силас, но не отодвинулся от меня, когда я обнял его и прижал к груди. - Я так сильно вас ненавижу.
- Я знаю, - я начал его укачивать. - Но мы все равно тебя любим.
- Сангвин, ты не представляешь, насколько близки были Илиш и Периш, - прошептал Силас. - Я держал его в своих объятиях, Сангвин. Его звали Адлер, и я держал его на руках. Я покормил его из бутылочки.
Поскольку он меня не видел, я с облегчением прикрыл глаза. Думаю, худшее позади. Мои братья никогда не узнают, как близки были их партнеры к насилию и казни или той же участи, что постигла мужа Неро двумя этажами ниже.
- Что с ним случилось, любимый? - спросил я.
Силас молчал какое-то время.
- Я хотел удостовериться, что он рожденный бессмертным, поэтому я его задушил. На следующее утро я проснулся, а Илиш показал мне холодное, окоченевшее маленькое тельце в черном мешке для трупов, - руки Силаса обхватили меня за талию, хотя болезненно давили на раны от кнута и лезвий. - Но я должен был проверить.
Я погладил его по спине.
- Но, любимый, почему ты не можешь создать не бессмертного клона Ская и сделать его бессмертным?
Силас покачал головой.
- Мне не нужен кто-то, похожий на Ская. Я хочу Ская. А химера с чертами Ская - это не мой Скай. Мой Скай был неудержимым демоном, которого все боялись. У него силы было больше, чем у нас всех вместе взятых. Он был злым, бесчувственным социопатом, но в то же время... веселым, харизматичным, умным и любящим, когда мы оставались наедине.
Силас отстранился, и я увидел слезы в уголках его глаз.
- Я хочу рожденного бессмертным с ДНК моего Ская, разве я многого хочу? Почему... - лицо Силаса внезапно сморщилось. - Почему я не могу забыть его, Сангвин?
Божечки, он доверился мне. Это меня заинтриговало, но в то же время я чуть ли не ссался от страха. Прямо сейчас я танцевал с дьяволом и понимал, что должен действовать осторожно.
- У меня больше десятка химер... - прошептал Силас. - И все же я чувствую себя одиноким. Я могу любого из вас уложить в свою постель, обнять... но в то же время чувствую себя так, словно нахожусь в пустой комнате и кричу во все горло, чтобы кто-нибудь... меня услышал.
Потому что ты сам этого хотел, ты всегда держал нас на расстоянии вытянутой руки. Ты сделал себя хозяином, а нас - домашними питомцами. Единственный, кому ты доверяешь - Илиш, а Илиш...
За последние двадцать лет чувства Илиша к Силасу изменились, и не в лучшую сторону.
- Почему бы тебе не создать химеру, чтобы она стала твоим партнером? Хотя бы до тех пор, пока Лайкос не создаст твою Химеру Х, - предложил я, с любовью поглаживая его по плечам. Я изо всех сил старался держаться, но кровь, стекающая по моей спине, заднице и ногам, свидетельствовала об ухудшении физического состояния. Сегодня вечером мне придется прикончить себя.
- Вы мои рабы, а не партнеры, - с горечью сказал Силас. - Эта химера только возомнит о себе лишнего и создаст проблемы. Прямо как Илиш.
От этого дополнения у меня округлились глаза, но я решил скрыть удивление.
- Король Силас, тебе все равно нужен кто-то. Ты не можешь нести всю тяжесть этого мира только на своих плечах, и если ты настаиваешь на том, чтобы не создавать нового, выбери одного из нас, того, кому ты действительно можешь довериться, и кто не будет тебя осуждать.
- Нет такого, - прошептал Силас. - Вы все можете продолжать свою идеально охуительную жизнь, которую я вам подарил. Со своими гребаными парнями и мужьями, и любить их больше, чем меня.
- Не говори так, - резко сказал я. - Мы любим тебя больше, чем...
Внезапно раздался громкий хлопок. Мы обернулись на распахнувшуюся входную дверь, в которую, к моему ужасу, вошел совершенно обезумевший Неро.
- Освободи его... - сказал изверг низким угрожающим голосом, его глаза покраснели и опухли от слез. - Освободи его, Силас.
Силас застыл рядом со мной.
- Я сказал тебе все, что хотел сказать, Неро. Убирайся нахуй из моей квартиры и из моего города. Отныне вам всем запрещено появляться в Скайфолле, как гребаным провалам и дефективным тварям. Уёбывай.
Блядь. Я надеялся, что наш короткий разговор по душам развеет эту безумную идею, но, похоже, вторжение Неро только все усугубило.
- Неро... - медленно произнес я, заслоняя короля от изверга и поднимая ладони. - Уходи. Ты ничем не поможешь.
Неро, не отрывая взгляда от короля, смотрел на него, как разъяренный бык на красную тряпку.
- Освободи его, - повторил он. - Освободи его, Силас, или я проломлю твой гребаный череп.
Силас встал передо мной и опасно сузил глаза.
- Еще одно твое слово, Неро, и он никогда оттуда не выберется. А теперь убирайся нахуй.
Неро взревел и бросился на Силаса.
Я выпрыгнул вперед, заслоняя короля, и когда Неро схватил меня, чтобы оттолкнуть, я обогнул его и запрыгнул на спину. Просунув одну руку ему под шею, я согнул ее в локте и сжал.
- Неро, отставить! - закричал я, пока он пытался меня сбросить. Я крепко в него вцепился, но он брыкался и раскачивал меня так, словно я объезжал дикую лошадь. - Я понимаю, ты расстроен, но... - внезапно Неро схватил меня за волосы и со всей силы дернул вперед, вызвав новый приступ боли. Но я держался, чувствуя и слыша, как скальп сдирается с черепа, через мгновение боль и давление меня оглушили. Когда моя рука разжалась, Неро перекинул меня через плечо, и я с грохотом проломил спиной диванный приставной столик.
Застонав, я попытался подняться.
- У НЕГО КЛАУСТРАФОБИЯ! - услышал я крик Неро. - Он там свихнется! - Неро всхлипнул. - Положи туда меня, я это сделал, это была моя идея. Положи туда меня!
Поднявшись на ноги, я не сводил глаз с Силаса, тот прошел мимо изверга к шкафчику, возле которого кровь Периша все еще впитывалась в ковер.
- Мне похуй, свихнется и хуй с ним, - с горечью сказал Силас. - Пришло время для очередной чистки, с нетерпением жду возможности лицезреть ужас на ваших лицах, когда выкошу ваших партнеров с лица земли одного за другим. Вы все гребаная генетическая катастрофа, - он выдвинул ящик комода. - И раз Кесслер теперь возглавляет Легион, я не вижу причин, почему твоя тень должна касаться моей.
- Как насчет того, чтобы закатать в бетон тебя? - тихо произнес Неро. - Может, нам положить тебя вместо Сефа? Все равно без тебя в твоей гребаном городе нихера не измениться. Мы же все делаем за тебя. Это ты ничтожество, а не мы, и все это знают, от Илиша до Дрейка. Ты просто обезумевший маньяк, которого все ненавидят. Вот почему никто не хочет быть с тобой рядом, вот почему ты заставляешь нас терять...
Силас обернулся с револьвером в руке. Без каких-либо эффектных речей, он поднял руку и выстрелил Неро в голову.
Я даже не дрогнул, когда мой друг отшатнулся с темной дыркой во лбу, из которой тут же потекла кровь, и даже сердце не екнуло, когда Силас снова выстрелил ему в лицо, снеся челюсть.
Силас убрал револьвер обратно в комод, от пронзительных звуков выстрелов в замкнутом помещении у меня заложило уши.
- Уходи, Сангвин, - глухо прозвучали слова Силаса, и сквозь звон в ушах послышался хлопок закрывающейся деревянной двери.
- Силас... - осторожно позвал я.
Меня встревожило, что из его глаз исчезли гнев, страсть и огонь, ненависть к каждому, кто переступал порог этой квартиры. Он выглядел...
Сломавшимся.
- Уходи, - повторил Силас, все еще уставившись на полку в комоде, такой печальный и опустошенный, каким я его еще никогда не видел. Он напомнил мне... блядь, он напомнил мне меня.
Мысленно я увидел себя, до того как пришел в Скайфолл, и потом весь последующий дикий год. У меня часто возникал такой же мертвый взгляд. И даже сейчас, когда Сеф страдает внизу, а вокруг меня мертвые Неро и сенгил, я испытывал к королю больше печали и сочувствия, чем когда-либо раньше, мало того - я проникся его горем и понял его. Потому что, несмотря на то, что он совершал и продолжает совершать ужасные поступки, я знал, почему он их совершает.
Когда я барахтался на самом дне своей жизни, мой король вытащил меня из-под кровати. Он любил меня, несмотря на мое безумие, заботился обо мне и взращивал семена доверия, которые сам же и посеял. Силас позволял мне быть с моим парнем, любовью всей моей жизни, в течение двадцати лет и даже с пониманием отнесся к моей просьбе встречаться с моим сенгилом, когда мне сказали, что Валентин умирает.
И вот я стою перед своим королем, и хотя для многих моих братьев он просто король и хозяин, для меня Силас что-то большее. Я увидел, как маска сползла с его лица, и не испытал ни ужаса, ни разочарования. Потому что под маской ненависти, ревности и одержимости скрывается... человек с чувством юмора, терпеливый, добрый и великодушный.
Я понял, какой на самом деле Силас Себастьян Деккер.
Я зашел с лифт и нажал кнопку вестибюля, твердо убежденный, что, возможно, я последний человек на земле, который знает и принимает его таким, какой он есть, учитывая растущую неприязнь Илиша.
Поездка к небоскребу, где мы жили с Джеком, оказалась самой долгой в моей жизни. За эти двадцать минут я принял для себя много решений, от большинства из которых у меня щемило сердце. Но другого выходя я не видел. Хоть и говорил себе, что делаю это, чтобы защитить свою семью и партнеров моих братьев, на самом деле я делаю это, потому что моя преданность Силасу Деккеру сильнее любви к моей семье.
Я никогда не забуду, что Силас сделал для меня, когда я был слаб, и, видя, в каком состоянии он сейчас, я собирался сделать то же самое для своего короля.
И не только это... если я буду рядом с Сефом... возможно, ему я тоже смогу помочь. Хотя бы сохранить рассудок.
Мой Джек, мой маленький серебряный демон, сидел на диване с Джеттом на коленях. Мой первый котенок, теперь ему двадцать один год, лежал, положив голову на ногу моего парня, и выглядел довольным жизнью.
- Ты как? Ты... у тебя вся одежда в крови, что с твоей курткой? Ты ранен? - увидев мое лицо, Джек побледнел, осторожно убрал ногу из-под Джетта и встал.
Я уже чувствовал, как мое сердце разбивается вдребезги, осколок за осколком падают на пол и исчезают в темной бездне, разверзшейся под нами. Но я знал, что должен сделать, поэтому взял себя в руки, хотя жжение в горле говорило о том, что я могу сорваться в любой момент.
Я дотронулся ладонью до его лица, и в ответ он наклонил голову навстречу моему прикосновению.
- Я люблю тебя и всегда буду любить, diligo*, - сказал я ему, и его глаза удивленно распахнулись. - Но мне пора вернуть свой долг Силасу.
*diligo (лат.) - любить, высоко ценить, почитать.
- Ч-что? - прошептал Джек. Его черные глаза мгновенно наполнились слезами, напоминая темный океан в безлунную ночь. - Что случилось, Сангвин? Ты же не серьезно сейчас?
Я обхватил его лицо руками, наклонился и поцеловал. Его губы задрожали под моими.
- Я вернусь за тобой, но сейчас... Силас нуждается во мне больше, чем ты.
Джек отшатнулся, меня огорчила, но не удивила резкая смена печали на гнев на его лице.
- Силасу? Ты нужен Силасу? Какого хрена ты ему нужен? О чем ты? - Джек повысил голос. - Он сказал, что ты можешь встречаться с кем хочешь, так что, блядь, не заливай мне. Он что, заставляет тебя это делать?
Я покачал головой и направился обратно к двери в коридор. Я даже не закрыл ее, когда вошел.
- Нет, он не заставляет меня это делать.
- Тогда почему? - требовал ответа Джек. - Зачем ты это делаешь, если он тебя не заставляет?
- Однажды я вернусь за тобой, - повторил я, и мое горло сжалось еще сильнее. Я с трудом сглотнул, хотя решимость меня быстро покидала.
- Вернешься за мной? - Джек внезапно сорвался на истеричный крик. - Как будто я какая-то гребаная шлюха в борделе, ожидающая постоянного клиента? Пошел ты! Зачем ты это делаешь? Скажи мне! Что там произошло? Ты только сказал, что Сеф у него и съебал. Что, блядь, произошло?
Я не могу тебе сказать - это секрет, который я скрывал от тебя много лет.
- Сангвин! - закричал Джек, когда я вышел за дверь и направился к лифту. - Я был твоим парнем двадцать лет. Ты никогда ничего от меня не скрывал, так что расскажи мне, расскажи, что случилось.
Я нажал на кнопку лифта и на мгновение закрыл глаза, глубоким вдохом наполняя легкие воздухом, но мне казалось, что я вдыхаю дым адского пекла.
- Мне нужно быть с ним сейчас, он очень плох. Ты знаешь, я в долгу перед ним, и склонен к му...
- Ты, блядь, не мученик! - заорал Джек, а потом я услышал, как он всхлипнул. - Прекрати строить из себя сраного мученика! Ты поступил точно так же с Валеном, когда мы узнали, что он умирает. Ты идешь и жертвуешь своим счастьем ради других, а в итоге бросаешь меня. Не делай этого снова, ты ничего не должен Силасу! Сангвин, я - твой гребаный парень. Когда ты уходишь на эти альтруистические миссии, ты страдаешь сам и заставляешь, блядь, страдать меня. Остановись, не в этот раз, Сангвин. Не сегодня!
- Я обязан ему жизнью, - прошептал я, перед глазами мелькнуло лицо не только Силаса, но и Неро. Если я... если я сделаю это... я смогу помочь Сефу. Я знаю, что смогу. - Моя жизнь принадлежит им.
- НЕТ, НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ! - Джек бился в истерике, у меня защипало глаза. Боль в его голосе была невыносимой. - Прошло двадцать лет, ты вернул свои долги! Сангвин, прекращай это самопожертвование, теперь ты сам себе хозяин. Ты ничего им не должен, - когда я входил в двери лифта, он всхлипнул: - Сами, пожалуйста!
Я вошел в лифт и обернулся - Джек стоял на коленях, прижав руки к груди. Он умолял меня.
Я должен быть сильным. Я должен быть сильным. Я могу помочь, и я помогу. Однажды он поймет, почему. Дело не во мне или в нем, а в том, чтобы спасти семью, Силаса и Сефа.
- Я люблю тебя, не поступай так со мной. Не поступай так с собой. Тебе пора стать Сангвином и перестать ставить их счастье выше своего, выше нашего, - умолял Джек. - Пожалуйста, Сами.
Я закрыл глаза и почувствовал, как слезы текут по щекам.
Но я все равно открыл их и нажал кнопку первого этажа.
- Прости меня, - прошептал я. Не в силах больше сдерживаться, я всхлипнул и зажал рот рукой. - Я люблю тебя.
Джек, со слезами на глазах и дрожащими плечами, смотрел на меня, когда двери лифта закрылись. Последнее, что я запомнил о своем парне прежде, чем он стал мне просто братом, - это как он стоит на коленях и умоляет меня остаться.
Но я не мог остаться, и, возможно, однажды я смогу объяснить ему почему.
Двадцать минут спустя я шел по коридору обратно в квартиру Силаса, хотя мне казалось, что я иду долиною смертной тени.
Правда я, вразрез с продолжением того отрывка из древней книги, не боялся зла. Для меня, возможно, единственного человека во всем мире, Силас никогда не был злом, и поэтому моя обязанность - стать тем, кто его успокоит. Задача, с которой никто в моей большой семье не справится. Последний человек, который знал и понимал загадку по имени Силас Деккер, в последние несколько лет медленно поворачивался к нему спиной.
Я остановился перед приоткрытой дверью и поднял глаза к потолку. На мгновение мои глаза закрылись, в темноте я увидел лицо своего парня, и в той же темноте я отпустил его, испытывая слабое утешение от того, что мы оба бессмертны, и однажды моя ладонь снова найдет его нежные пальцы и сожмет. В последние минуты свободы я желал ему всего наилучшего и, чтобы показать себе, что, в отличие от Силаса, я не ревнивец, я даже пожелал, чтобы он нашел кого-нибудь другого, пока я снова не смогу заявить свои права на него как своего партнера.
Позволив себе последние секунды меланхолии, я прогнал ее глубоким вдохом... и вошел в двери.
С ужасом я понял, что Силас вообще не сдвинулся с места. Затравленный король стоял перед залитым кровью комодом, уставившись пустыми глазами на выдвижной ящик. Все еще мертвый Неро лежал в метре от него, а бедный изуродованный сенгил был так же холоден, как и озноб, сотрясавший мое тело.
Не говоря ни слова, я подошел к нему. Я заботливо положил руку ему на плечо и погладил, но Силас не двигался. Я с грустью задался вопросом, что же происходит в этой светлой голове, потому что по себе знал, что чем неподвижнее тело, тем громче мучительные голоса в сознании.
Готов поспорить, голоса, которые когда-то терзали мою голову, не идут ни в какое сравнение с теми, что звучат в голове Силаса.
Эта мысль заставила меня сжать его плечо, влажное и напряженное.
- Мой король, если ты позволишь мне, - тихо сказал я. - Я бы хотел посвятить тебе свою жизнь.
Силас оторвал взгляд от комода, мои слова, похоже, вывели его из гипнотического транса.
- Что? - спросил он безжизненным голосом, в котором не осталось и следа прежней ярости.
- Я хочу стать твоим сенгилом. Хочу посвятить свою бессмертную жизнь заботе о тебе и твоем счастье до тех пор, пока ты сам не захочешь, чтобы я находился рядом. Если позволишь.
Силас обернулся и посмотрел на меня, невыносимо печальный и страдающий. В этот момент мой король-монстр казался всего лишь потерявшимся беспризорником, оболочкой того ужаса, которым был всего час назад.
- Почему? - прошептал Силас.
Я осторожно взял его за руку и слегка сжал ее.
- Потому что я люблю тебя, - я нежно поцеловал его пальцы. - Больше, чем я люблю Джека, и больше, чем люблю свою свободу. Позволь мне служить тебе, хозяин.
Я внимательно смотрел на него, обводя взглядом каждую черточку лица, анализируя малейшее изменение в мимике. Желая оценить каждую реакцию, чтобы понять, в этом ли он нуждается, посчитает ли он мое желание помочь ему полезным. Я очень сильно хотел помочь своему королю, ухаживать за ним и заботиться о его теле, разуме и душе, восстановить его так же, как он восстановил меня, без осуждения.
Любовь Илиша к Силасу всегда таила в себе корыстные намерения, пусть холодная химера этого и не признавала. И, возможно, моя отчасти тоже, хотя моя затаенная надежда на то, чтобы помочь Сефу, занимала лишь малую часть стремления помочь моему королю.
Сеф... страдающий клаустрофобией Сеф. Если Силас позволит мне войти в его сердце и в его дом, я могу помочь тебе. У меня есть идеи, я почти все спланировал. Как и Силасу, я дам тебе инструменты, которые помогут пережить невыносимое однообразие, которое, как я знаю, вы оба испытываете.
Все будут счастливы, кроме одного человека, но однажды я ему все объясню.
- Пожалуйста, Силас. Я люблю тебя больше, чем любого из них, и ты это знаешь, - мои губы снова нежно коснулись его пальцев. - Позволь мне служить тебя. Позволь мне быть рядом с тобой.
Король пустыми, равнодушными глазами смотрел, как я поглаживаю его руку. Его молчание окутало нас обоих, и под этим покровом мы простояли в тишине больше минуты.
Я уже почти сдался и поставил крест на своей идее, когда он кивнул и произнес только одно слово в ответ.
- Хорошо.