10 - Сердечные муки
Жизнь - воистину несправедливая штука… Как бы тщательно человек ни строил планы, как бы ни лелеял надежды, она, будто назло, повернет все обстоятельства наперекосяк. Об этом с горечью размышлял Рин, хмуро шагая по вечерней улице и не торопясь возвращаться домой.
Вот уже пару недель прошло с тех пор, как по соседству временно поселилась симпатичная особа, при появлении которой парень каждый раз начинал так волноваться, что его щеки и кончики ушей заливались краской. И за это время он ни на шаг не сдвинулся в достижении своей цели – завладеть ее вниманием.
Рин с волнением осознавал, что день ото дня его все сильнее тянет к этой вредной и вздорной девчонке, но вот чувствовала ли она что-то подобное к нему, он понять никак не мог. Может, из-за того, что он с детства такой нетерпеливый и невнимательный, или же она хорошо умеет скрывать свои чувства…
Нет, помотал головой бесёнок, уж в проявлении эмоций Кана себя сдерживать не любила! Обычно она изо всех сил пыталась казаться скромной и милой барышней, но истинная ее суть – чертик в юбке – все время рвалась наружу.
Был и третий вариант, в который Рин верить совсем не хотел: он ни чуточки не привлекает ее. Хотя опыта в этих мудреных делах с девушками у него не было никакого. А ведь ещё постоянно рядом вертится Юкио, неустанно опекая их обоих, и, сам того не ведая, убивает весь романтический настрой.
Окумура вполголоса чертыхнулся, вспомнив, как вчера младший брат в самый неподходящий момент ворвался с улицы в кухню с громким возгласом: «Привет, братишка, как же безумно я голоден!». В это время Рин, пожелав проявить себя перед дамой с самой лучшей своей стороны, готовил умопомрачительный десерт, собираясь поразить ее в самое сердце.
Сообщив девушке, что никак не может понять, чего же ещё не хватает в его кулинарном творении, он как раз подносил к ее рту чайную ложку с кусочком торта, украшенного вишней. Рука и без того взволнованного повара вздрогнула от громкого стука двери, и угощение угодило на колени Айдо, которая сначала бурно возмутилась по поводу неуклюжести друга, а затем помчалась отмывать новые брюки.
Подобные разочарования происходили регулярно. Поскольку Юки в эти две недели запретил своей подопечной пересекать защитные барьеры, окружавшие общежитие, о каких-либо свиданиях на свободе не могло быть и речи. Максимум, что было дозволено – прогуляться вокруг здания, да посидеть в беседке во внутреннем дворике. На занятия в Академию студентка попадала только в сопровождении учителя с помощью ключей.
Все эти ограничения отнюдь не способствовали лирическим настроениям. Все надежды бесёнка
на сближение с объектом его воздыханий терпели крах. Остаться наедине с подругой не получалось из-за постоянного присмотра младшего братца, который, на взгляд Рина, чересчур уж рьяно исполнял свою роль надзирателя. На днях, посовещавшись о чем-то с ректором Академии, Юкио объявил, что срок пребывания студентки в стенах общежития увеличивается на неопределенный срок.
В общем, отношения с Каной вместо того, чтобы из дружбы перерасти во что-то большее, стремительно ухудшались. Упрямая девица вовсе не ожидала, что ее будут держать будто заключённую. Она злилась на вредного учителя, отстаивая свои права на свободу перемещения, рычала по глупым пустякам на Рина, который тоже отличался вспыльчивым и строптивым нравом.
Пару раз Окумуре-младшему даже пришлось встревать в их слишком уж бурные перепалки – они не только мешали ему работать, но грозили нанести серьезный ущерб общежитию. Во всей этой ситуации больше всех страдал именно юный сенсей – призывая к порядку обе стороны, он невольно попадал под перекрестный огонь.
Внезапно, вспомнив кое-что, мальчишка-демон до крови прикусил себе нижнюю губу и так сильно сжал кулаки, что ногти больно впились в ладони. Этот мерзавец Амаймон… Он - его враг номер один, и, неважно как, любыми способами, Рин собирался навсегда загнать его обратно в ад, чтобы он больше не смог достать дорогих ему людей.
Бесенок помрачнел, вспомнив тот разговор, когда Кана, устав от расспросов, сдалась натиску друга и рассказала ему, кто же был ее похитителем. Наверно, в тот момент по его разозленному лицу все было ясно и без слов, потому что девушка, испуганно вцепившись в его плечи, начала умолять, чтобы тот не смел искать встречи с ее обидчиком ради глупой мести. Рин, несмотря на слезы, стоящие в ее карих глазах, наотрез отказался слушать эти просьбы.
Именно поэтому уже больше недели ребята почти не разговаривали друг с другом, ограничиваясь лишь приветствиями. Айдо, обычно такая смешливая и жизнерадостная, часто отмалчивалась и хмурилась, и паренек чувствовал, что больше не выдержит ее печальных взглядов.
Эта поздняя прогулка с невеселыми размышлениями неожиданно добавила Рину решимости. В общежитие он вернулся уже затемно и, поднявшись на второй этаж, собрался с духом и постучал в дверь комнаты, где жила Кана, с намерением прямо сейчас поговорить с ней обо всем, что так долго волновало его, не давая уснуть по ночам...
***
Несправедливость мира особенно сильно возмущала в этот день не только лишь мальчишку-бесенка Окумуру Рина. Мягко говоря, «не в духе» сегодня был еще один из сыновей Сатаны. Юный повелитель демонов прямо в пыльных и перепачканных грязью ботинках сидел, ссутулившись, в просторном ректорском кресле, нетерпеливо ерзая в ожидании прихода своего старшего брата.
В обычно холодных и бесстрастных глазах Амаймона полыхала нешуточная злость и желание немедленно кого-нибудь прибить или хоть что-нибудь сломать. Хотя в кабинете принц находился всего с четверть часа, места себе он уже не находил, ведь ожидание всегда было для него самым ненавистным занятием.
Наконец, тяжелая дверь распахнулась и в просторную комнату, нервно помахивая тростью, шагнул господин Мефисто. Остановившись на пороге, он скривился и окинул взглядом внушительную гору оберток от конфет на своем недавно идеально чистом столе. Не терпящим возражений тоном ректор приказал:
- Пошел вон из моего кресла. Сейчас же!!!
Сверкнув сердитым взглядом поверх кучи мусора, Амаймон нехотя уступил брату его законное место, а сам уселся прямо на столе перед ним, свесив ноги. Откинувшись в любимом кресле, Фель хмуро уставился на принца, ожидая начала очередного спектакля. Принц уже в который раз затянул свою занудную песню:
- Долго еще ты будешь прятать ее? Я ведь все равно найду то, что принадлежит мне!
- Ты всегда был излишне самоуверенным малышом. Да еще отец тебя совсем избаловал, позволяя абсолютно все. Уж поверь мне, ты не сможешь так просто преодолеть мои барьеры, на это у тебя уйдет не один год…
Конечно, Мефисто прекрасно осознавал, что не сможет вечно держать девчонку под замком. Судя по жалобам Юкио, эта особа совершенно не желала даже несколько недель спокойно посидеть взаперти, пока Фель приводит в чувство своего зарвавшегося братца-хулигана.
«Одни беды с этим подрастающим поколением, - покачал головой всемогущий глава Академии. – Да будь я хоть несколько веков на ректорской должности, все равно, наверное, не сильно бы преуспел в воспитании молодежи!»
Исподлобья буравя взглядом Мефисто, повелитель нечисти вцепился подрагивающими пальцами в край стола, царапая лакированную поверхность ногтями:
- Не понимаю… В твоей Академии навалом самых разных девиц, а тебе жалко для меня всего одну? Что плохого, если я немного развлекусь с ней?
- Откуда мне знать, что все ограничится лишь одной студенткой? Наскучит эта, наверняка ведь примешься за других! И как я буду объясняться перед их родителями?! – ректор, уже устав злиться, откровенно забавлялся над юным бесом, который упорно не хотел постигать сложных порядков человеческого общества.
- Значит, ты отказываешься отдавать ее мне? – прорычал Амаймон, еле сдерживаясь, чтобы не отломать от стола изрядный кусок древесины.
- Именно так. Забудь же о ней! – с притворным сочувствием улыбнулся Фель. - Поверь мне, ты совершенно не в ее вкусе! Я просто стремлюсь оградить тебя от лишних разочарований. Зачем завязывать отношения, которые принесут одни лишь сердечные муки!
Произнося последнюю реплику, ректор театральным жестом прижал обе ладони к груди и страдальчески закатил глаза. Со стороны могло показаться, что глава Академии слегка тронулся умом.
Тут же после произнесенных слов в воздухе вокруг стола, на котором продолжал восседать взбешенный принц бесов, внезапно закружился вихрь, поднявший конфетные фантики и бумажные листы в воздух до самого потолка. Усилившись всего за пару секунд, этот ураган с легкостью оторвал от пола пару стульев.
- Немедленно прекращай свои выходки! – гневно вскочил Фель, отбросив шутки в сторону. - Тебе, кажется, снова пора напомнить, где ты находишься, и кто я такой!
С этими словами он схватил своего брата за грудки и уложил его на спину, заставил стол с грохотом подпрыгнуть. Амаймон растерянно захлопал глазами:
- Брат, я… я не хотел! Сам не знаю, как это получилось! Я не собирался разносить твой кабинет!
Судя по его побледневшему лицу, это была чистая правда.
- А ну-ка, глубоко вздохни и успокойся! Вот так, умница! Теперь выдох…
Послушно выполнив указания Мефисто, внезапно разволновавшийся принц смог взять себя в руки и унять неожиданный порыв своей силы. Фель аккуратно усадил взъерошенного и тяжело дышащего брата обратно на стол и задумчиво потер подбородок:
- Раньше с тобой такого не происходило… Неужели ты настолько огорчился моим отказом?! Ну что же такого в этой юной особе, что ты не можешь найти себе другое развлечение?
Судя по угрюмому молчанию повелителя демонов, повесившего голову на грудь, он и сам не мог ответить на такой сложный вопрос.
- Что с тобой поделать… Раз ты так просишь, я устрою вам встречу. В моем присутствии. И лишь на полчаса!
Амаймон резко вскинул голову с беспорядочно торчащими прядями зеленых волос, всем своим видом показывая, что не согласен с такими условиями.
- Ну раз не хочешь, больше не предложу! – равнодушно пожал плечами Фель.
- Я согласен! – процедил принц, гордо скрестив на груди руки.
- Вы поглядите на него, - криво усмехнулся ректор. – Будто одолжение мне сделал! Но, смотрю, ты становишься уступчивей и, кажется, начинаешь исправляться.
- Так где девчонка?! – нетерпеливо перебил его Амаймон, проворно спрыгивая со стола. – Я хочу к ней прямо сейчас!
- Не так быстро, милый мой братец. Для начала, поучим с тобой правила этикета и обращения с дамами. Я давно кое-что приготовил для тебя, все руки не доходили усадить тебя за чтение...
С этими словами Мефисто выгрузил за стол из ящика несколько увесистых книг поучительно-воспитательного содержания и со сладкой улыбкой добавил:
- Даю тебе неделю на изучение материала, затем строго проэкзаменую, и, если буду удовлетворен твоими стараниями, то, так и быть, приведу Канами Айдо в этот кабинет. Ах да! Прежде всего, ноги в руки, и быстро принялся тут за уборку!