3 - Несносный брат
В то время как Юкио вбивал в головы будущих экзорцистов жизненно необходимые знания, господин Мефисто, насвистывая, направлялся в свой личный ректорский корпус с парой увесистых пакетов в обнимку. Он только что лично совершил обход своих любимых лавочек, заодно принеся извинения кондитеру, чей магазин был накануне практически разорен младшим братом.
Поначалу хозяин был настроен весьма сурово, требуя двойного возмещения ущерба, нанесенного хулиганом-сладкоежкой. Однако, включив свое природное очарование, Мефисто уже через несколько минут учтивой беседы заставил его буквально растаять. В конце концов, мужчина добродушно рассмеялся, соглашаясь с Фелем, что буйный Амаймон, вихрем пронесшийся по лавке, просто «милый озорной мальчуган», у которого и в мыслях не было кому-нибудь навредить.
Хозяин ни за что не хотел отпускать вежливого джентльмена без внушительной скидки. В благодарность Мефисто уверил его, что обеспечит магазинчику две трети всей прибыли. «О, это ничтожная жертва ради моих любимых, тающих во рту бисквитов от шеф-пекаря!» - восхищённо восклицал Фель, мягко высвобождая ладони из сердечных рукопожатий упитанного кондитера.
Поистине, дар внушения, которым в совершенстве владел Мефисто, творил чудеса с самыми несговорчивыми личностями. Правда, сам он предпочитал объяснять свои успехи в общении с людьми личным обаянием и харизмой. Участливо внимая болтовне добродушного хозяина, обольститель человеческих душ размышлял, какое же интересное это занятие - выискивать слабости в характере самых сложных собеседников, а потом с обворожительной улыбкой коварно использовать их в своих целях.
Ректор вовсе мог бы не тратить свое драгоценное время на самостоятельный обход всех кондитерских, а поручить это кому-либо из своих доверенных лиц. Просто сегодня он был в беспричинно прекрасном настроении и прямо-таки источал любезность всем своим внешним видом. К тому же, только ему хорошенькие продавщицы, застенчиво краснея и весело щебеча, всегда вручали самый свежий и лучший товар. Так что Фель справедливо гордился своим талантом покорять женщин с помощью лишь пары лукавых улыбок и комплиментов.
Погода располагала к неспешной прогулке, поэтому Мефисто даже не стал использовать ключи для быстрого перемещения, решив, так сказать, целиком и полностью ощутить себя обычным смертным.
«Мои несчастные детишки сейчас грызут гранит науки, понукаемые беспощадными учителями, - сочувственно покачал головой ректор. – Однако им это только на пользу! Ну а я своими неусыпными заботами об их образовании заслужил себе роскошное чаепитие».
Через полчаса Мефисто оказался в своем просторном светлом кабинете, в котором всегда царили чистота и порядок, до тех пор, конечно, пока там не показывался Амаймон. Фель аккуратно поставил аппетитно благоухающие пакеты на чайный столик и, подойдя к окну, взглянул на залитый солнцем двор. «Интересно, чем сейчас занят мой милый братец? Скорее всего, как обычно устраивает где-то погром».
Вздохнув, он решил насладиться недолгим спокойствием в одиночестве, пока не пришло очередное сообщение о разрушениях, регулярно учиняемых нахальным принцем демонов. Стоило ректору подумать об этом, как прямо перед его лицом по ту сторону стекла возникла физиономия Амаймона, полностью оправдывая выражение «Вспомнишь заразу – появится сразу». Потянув на себя створку окна, Мефисто впустил братишку внутрь.
Фель в последнее время перестал запирать от младшего что бы то ни было, прекрасно понимая: тот разнесет все что угодно на пути к желаемой цели – будь то просто закрытый на ключ ящик с любимыми леденцами, или же какое-то препятствие драке с Окумурой Рином.
Принц не без изящества, свойственного лишь аристократам, прыгнул на подоконник. В его руках опасно зашаталась башня из всевозможных свёртков. «Тоже занимался шопингом», - сделал вывод Мефисто, криво улыбнувшись.
В последнее время страстью Амаймона были разнообразные радиоуправляемые модели: он уже собрал все, что только можно – вертолеты, танки, машинки, роботы-трансформеры… Весь этот хлам, безусловно, притаскивался сюда, в кабинет, и не всегда успевал быть убран с глаз долой до прихода посетителей.
Увлечения братца, а с ними и багаж безделушек, менялись с молниеносной скоростью, и у Феля все никак не доходили руки выделить неугомонному демону один из спортзалов Академии под личный склад всего этого барахла. Надо сказать, что во всех окрестных детских благотворительных учреждениях отлично знали щедрого ректора, каждую неделю отправлявшего им роскошные посылки с игрушками, которые ещё не успел сломать принц.
«Хоть бы только он не начал угонять настоящий транспорт. Не удивлюсь, если однажды выгляну в окно и обнаружу на лужайке разбитый самолёт или что-то в этом духе», - нахмурился, будто туча, Мефисто, наблюдая, как только что распакованный игрушечный вертолет внушительных размеров бьётся об хрустальную люстру под управлением сосредоточенного Амаймона.
«Вот где настоящий ад! Не рядом с нашим дьявольским папочкой, а здесь, у меня в кабинете! Отец просто устал его терпеть и повесил на меня».
Амаймон был просто невыносимо любопытен. Вместе с тем, внешне он всегда оставался на удивление бесстрастным, что ещё больше придавало одержимости его поведению. Маниакально набрасываясь на что-то для себя новенькое, он так же быстро охладевал ко всему. Зато, если не получал желаемого, продолжал бесновался до тех пор, пока все не выходило именно так, как хотел он. Мефисто не раз с усмешкой замечал вслух, что младшему братишке в Геенне просто-напросто тесно.
- Надеюсь, ты честным образом купил все это, а не стащил? Привычка присваивать себе одной лишь грубой силой абсолютно все, что только понравится, не доведет тебя до добра, - пророчески изрёк Фель, погрозив пальцем.
В ответ Амай, не отвлекаясь от пилотирования, сунул одну руку в карман пиджака, извлек кредитку золотого цвета и кинул ее на стол со словами:
- На ней больше ничего не осталось.
- Как?! Ты опустошил ее за каких-то пару недель? А я ведь почти полгода зарабатывал эти деньги!
Принц-иждивенец с недоверием покосился на брата, в глазах его можно было прочесть примерно следующее: «Зарабатывал? Не ври».
- Так, ладно. – Мефисто раздраженно провел ладонью по лицу. – Я должен выпить чаю для успокоения и приняться за дела. Ты голоден?
- Я только что из кухни Академии, - покачал головой хулиган.
- Опять, небось, перевернул там все вверх дном… Тогда, будь так добр, веди себя тише, а не то я соберу все твои обновки в одну большую кучу и спалю ее к чертовой матери, - по-братски нежно улыбнулся Фель, обнажив клыки.
Принц отшвырнул в угол пульт, и вертолет, лишившись управления, потерпел крушение на изящно сервированный чайный столик ректора.
- Когда-нибудь ты у меня навсегда останешься в обличии зеленого хомяка… - зловеще произнес Мефисто.
Амаймон, не придав очередной угрозе значения, улегся на диванчике для гостей, закинув ноги на мягкую спинку. На полу рядом с собой он предварительно сгрузил стопку глянцевых журналов и целую охапку манги. Занявшись изучением печатной продукции, принц ненадолго затих.
Периодически Фель, вздрагивая, раздраженно поднимал недовольный взгляд от своих бумаг, когда братец небрежно отшвыривал в сторону прочитанный журнал. Один из таких приземлился у ног ректора, отскочив от шкафа. С любопытством взглянув на обложку, Мефисто расширил глаза от удивления: издание оказалось весьма откровенного содержания.
- Гляжу, ты перешел с комиксов на мужские журналы? Что же интересного для себя ты там нашел?
- Изучаю человеческий мир, как ты мне и советовал, - отозвался ленивый голос с дивана.
- Весьма интересный подход, - усмехнулся Фель, собираясь отправить глянец в мусорку, но, вдруг передумав, убрал его в ящик стола. «Скорее всего, он просто сгреб все, что попало под руку в газетном киоске…»
Наблюдая за Амаймоном, подперев ладонью щеку (все равно, пока этот мальчишка здесь, на работе не сосредоточишься), Мефисто обратил внимание, что тот частенько бросал взгляд на настенные часы, будто нетерпеливо поджидал какого-то времени.
«Ах, точно. Наступит большая перемена и начнется охота на студентов», - сообразил ректор и оказался прав. Ровно в час дня неутомимый хулиган вскочил с дивана, в два шага достиг окна, и, махнув на прощание рукой, растворился в прозрачном воздухе.
- Не смей попадаться никому на глаза, слышишь?! – донеслось ему вслед строгое напутствие.