Эхо (Рейтинг: G)
[ Поддержать меня:: 5536914039703933(Тинькофф) ]
Мой тг-канал: нечестивый рай
Песни для прочтения::
• Our Dance - Wax Tailor
• Mama's Gonna Give You Love - Emily Wells
• Strangers - Portishead
• Dancing Nihilist(Slowed Welly Well) - Pathetic
- Это было необходимо, - выдохнул он, и жар его дыхания опалил мое лицо клеймом неизбежности. - Надеюсь… надеюсь, однажды ты сможешь меня простить.
Воспоминания терзали душу, словно острейшие осколки: сумрак подворотни, звериный оскал бандита, поцелуй Ростислава – обещание без слов, надежда, рухнувшая в прах… и страх, липкий, всепоглощающий ужас, будто ледяная хватка смерти, парализовал волю, оставив лишь одно болезненное осознание: он прав. Я сломлена. Не готова. Будущее – непроглядная тьма, и лишь время – жалкая подачка, чтобы зализать кровоточащие раны.
Время, чтобы разобраться в бушующем море чувств, понять, кто я такая на самом деле. Время… необходимо время, чтобы собрать воедино истерзанную душу, обрести себя в этом хаосе. Страх грызет изнутри, как червь: я – всего лишь потерянная тень, которую легко выбросить за борт, раздавить, если проклятая память вновь покинет меня.
Конечно, я боюсь.
Но молчать я не могла. Мне нужно было высказать все, что клокотало внутри, выплеснуть всю боль и отчаяние, затопившие меня с головой.
- Почему? - прохрипела я, собирая по крупицам остатки сил. - Почему ты мне не доверяешь? Ты говорил, мы лучшие друзья еще с детства... - тошнотворный ком подкатил к горлу, отравляя горечью предательства и недосказанности.
Я безвольно сползла по креслу, упав прямо в его объятия. Он отчаянно прижал меня к себе, заключив в крепкое кольцо рук.
- Я дорожу тобой, - прошептал он, словно молясь. - И я никогда не позволю себе, чтобы с тобой что-то случилось. Это эгоистично, безумно... Но я не могу рисковать тобой... Ты такая... Хрупкая.
В его объятиях я почувствовала слабое, угасающее с каждой минутой тепло, но оно не могло согреть мою заледеневшую душу. Я понимала: он движим любовью, благими намерениями, но его ложь ранила глубже любого кошмара. Я хотела верить ему... Отчаянно хотела, но сомнение, словно ядовитый плющ обвивало мое сердце, разрастаясь с каждой секундой. Я не знала, кому верить, чему верить. Я потерялась в этом лабиринте лжи и недоверия, и выхода, казалось, нет.
И вот я сижу, зажатая в его объятиях. Клетка, выстланная любовью и благими намерениями, но все равно клетка. Мое сердце разрывается на части от осознания того, что человек, которому я была готова отдать свою жизнь, держит меня в неведении, ограждает от моей собственной правды.
Слезы подступают к горлу, обжигая его своим горьким пламенем, но я не позволяю им вырваться наружу. Я должна быть сильной. Я должна понять, что происходит. Черт бы побрал это слабительное... оно не должно было притуплять мои чувства!
Я подняла на него свой замутненный взгляд, и в моих глазах, наверное, отразилась вся боль мира. Я видела его растерянность, его страх, его... любовь. Но я не могу принять любовь, основанную на лжи. Отравлена, словно прекрасный цветок, политый ядом.
- Я хочу знать правду, - прошептала я, мой голос звучал тихо, но твердо. - Всю правду. Прошу тебя...
Он опустил на меня взгляд, и я увидела в его глазах отчаянную борьбу. Борьбу между желанием защитить меня и необходимостью быть честным. И я знала, что эта борьба разрывает его изнутри так же, как и меня. Я верила ему, что он дорожит мной. Но я не могла жить в неведении, полагаясь на его решения. Моя жизнь - это моя ответственность, и я имею право знать, что меня ждет.
- Я расскажу тебе все, - наконец выдохнул он, его голос дрожал от боли. - Но ты уверена... Уверена, что хочешь это услышать?
Я кивнула, готовая ко всему. Потому что лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Лучше боль познания, чем блаженство неведения. Потому что только зная правду, я смогу понять, кто я есть на самом деле. И только тогда я смогу решить, хочу ли я быть рядом с ним. Хотя, положа руку на сердце, есть ли у меня вообще выбор? Если не с ним, то с кем? С отцом, к которому я не испытываю даже капли нежности?
Быть с тем, кто врет для моей безопасности, или проторчать всю оставшуюся жизнь, скитаясь по больницам, словно безумная тень. Готова ли я? Готова услышать то, что может разрушить все, во что я верила? Но в глубине души я знала, что другого пути нет. Я должна пройти через этот ад, чтобы обрести себя.
Он начал говорить, и каждое его слово обжигало меня, словно раскаленное клеймо. Рассказ разворачивался, обнажая тайны, которые лучше бы остались похороненными в прошлом. Я слушала, затаив дыхание, чувствуя, как мир вокруг меня рушится на осколки. Боль пронзала мое сердце, вырывая из него последние остатки наивности. Я видела его страдания, его вину, но ничто не могло уменьшить ту боль, что сейчас терзала меня.
- Твоя мама забеременела тобой от наркобарона... Главы этой мафии, банды, называй как хочешь. У него есть два сына, близнецы... Один из которых и подстроил ту аварию, чтобы избавиться от вас обеих, но план провалился. После провала он пустился в бега. А встретились мы с его братом, который ни в чем не виноват и до сих пор работает с твоим отцом.
Слезы, которые я так долго сдерживала, наконец вырвались наружу, обжигая щеки. Я плакала — не только о потерянной любви — о потерянной иллюзии. О мире, который казался таким прекрасным, а оказался построенным на лжи. Он попытался обнять меня, но я оттолкнула его. Мне нужно время, чтобы переварить все услышанное, понять, как жить дальше... с этой новой правдой.
Он смотрел на меня с мольбой, с надеждой на прощение. И я видела в его глазах искреннее раскаяние. Но сейчас... я не могла ничего ему обещать. Я должна разобраться в себе, в своих чувствах. Я должна понять — смогу ли я простить его ложь, и построить с ним новые отношения, основанные на доверии и честности. Но... я верю, что даже на самых неплодородных почвах могут вырасти прекрасные цветы.
Последним, что я почувствовала перед тем, как погрузиться в полную тьму, было прикосновение его губ к моему лбу. Холодный, отстраненный поцелуй, лишенный любви и тепла. Поцелуй предателя. И в этот момент я поняла, что потеряла не только память, но и его. Навсегда. Или... Мне так только кажется?..
Тьма поглотила меня, словно ненасытная бездна, унося в свои глубины последние отголоски реальности. Я словно парила в вакууме, где не было ни звука, ни света — лишь оглушительная тишина и давящее ощущение пустоты. В бесконечном просторном космосе, устланным космическими объектами, которые вовек не сосчитать. Умиротворение, столь желанное многими. Черная дыра впереди.
Но даже во тьме я чувствовала... как мое сердце разрывается на части, как каждая клеточка моего тела кричит от боли и предательства. Слова Ростислава эхом отдавались в моем сознании, словно приговор, вынесенный самой судьбой. Я - дочь наркобарона, пешка в чужой игре, объект охоты для безжалостных убийц. Моя жизнь - это ложь, моя память - это обман, а моя любовь - это лишь иллюзия, созданная для того, чтобы уберечь меня от правды.
Пробуждение было мучительным. Тело ломило от усталости, голова раскалывалась, словно от удара молотом, а во рту ощущался мерзкий привкус лекарств. Я открыла глаза и увидела над собой знакомый потолок, но даже он казался чужим и враждебным. Комната была погружена в полумрак, лишь тонкая полоска света пробивалась сквозь плотные шторы. Я попыталась приподняться, но резкая боль пронзила мое тело, заставив застонать.
В комнату тут же вошел Ростислав. В его глазах читалось беспокойство, но я не могла избавиться от ощущения - передо мной чужой человек. Тот, кто предал меня, обманул и лишил права на правду. Он подошел, протягивая руку, но я отшатнулась.
- Не подходи, - прошептала я, чувствуя, как слезы вновь подступают к горлу. - Я не хочу тебя видеть.
Он замер, словно пораженный громом. В его глазах отразилась такая боль, такая безысходность... что на мгновение я почувствовала горький укол сострадания. Но тут же одернула себя. Он сам выбрал этот путь, сам решил обмануть. И должен нести ответственность за свои поступки.
- Я знаю, что причинил тебе боль, - произнес он тихим, дрожащим голосом. - Но я это сделал лишь для того, чтобы защитить тебя.
- Защитить? - выплюнула я, с ненавистью глядя на него. - Защитить, лишив меня моей жизни, моей памяти, моей правды? Ты действительно думаешь, что я скажу тебе спасибо за это?
Он молчал, склонив голову вниз. Я видела, как он страдает, как ему тяжело, но моя боль была в разы сильнее. Я не могла простить. Не могла поверить ему. Сердце разбито вдребезги, а душа изранена. И я не знала, смогу ли когда-нибудь вновь кому-то довериться.
Тишина повисла в комнате, густая и давящая, словно саван. Каждый вдох давался с трудом, каждое слово отзывалось острой болью в груди. Я смотрела на Ростислава, пытаясь разглядеть в его лице хоть искру правды, хоть малейший намек на раскаяние. Но видела лишь усталость, отчаяние... и какую-то обреченность, словно он уже давно смирился со своей судьбой. И вдруг меня пронзила мысль: а что, если... он действительно хотел как лучше? Что, если его ложь была продиктована не корыстью, а в самом деле страхом за мою жизнь? Эта мысль, словно змея, заползла в мое сознание, сея сомнения и смятение.
Я прикрыла глаза, пытаясь унять дрожь, охватившую мое тело. Воспоминания нахлынули волной, смешиваясь с болью, обидой и отчаянием. Я помнила его заботу, его нежность, его... любовь. Помнила, как он оберегал меня от малейшей опасности, как смотрел с обожанием. Неужели... все это было ложью? Неужели все эти чувства были лишь маской, скрывающей его истинное лицо? Я не хотела в это верить, но правда была жестокой и неумолимой.
- Я не знаю, что мне делать, - прошептала я, чувствуя, как по щекам катятся слезы. - Я запуталась. Я не понимаю... кому верить, чему верить. Ты разрушил мой мир.
Он подошел ближе, невзирая на протест. Его рука коснулась моей щеки, и от этого прикосновения по телу пробежала волна дрожи. В его глазах я увидела такую тоску, что мое сердце дрогнуло. Хотела оттолкнуть, но не смогла. Его прикосновение было словно якорь, удерживающий на плаву в этом океане лжи и предательства.
- Я понимаю, что прощение - это слишком много, - проговорил он. - Но, пожалуйста, позволь мне остаться. Позволь доказать, что я достоин хоть капли твоего доверия. Просто позволь мне быть рядом...
Продолжение следует...