69
Маат открыла глаза от невыносимой боли, пронзившей все ее тело разом. Эта боль отличалась от всех тех, что она испытывала когда-либо. Мышцы разом свело судорогой, суставы поочереди начали выворачиваться, кости трескались, глаза словно выжигали, а в уши будто запихнули раскаленные спицы. Когда пытка прекратилась, богиня, словно утопающий, жадно заглотнула воздух и, обессилив, замерла, лежа на полу. К груди она прижимала серебрянное перо, которое ни на секунду не выпускала, даже когда боль поразила пальцы рук. Богиня очнулась там же, где по меркам времени верхнего царства не больше часа назад умерла смертная девушка, чьё тело, мысли, воспоминания и знания принадлежали теперь Маат. Богиня пока не знала, как ей воспринимать происходящее. Кем была Нил? Безусловно, Жрица была частью Маат, но в тоже время девушка уже имела свою собственную личность, немного, но отличающуюся от личности богини.
Она вспомнила все, и наконец все поняла, и поведение Апофиса, и то, ради чего он все это устроил, и свои странные видения, и странное поведение богов, все кроме одной вещи.
Кто я теперь?
Задала себе вопрос девушка, продолжая неподвижно лежать на каменном полу, усыпанном кирпичами обрушившегося потолка, однако на нее саму не упало и песчинки, все благодаря очерченному вокруг нее черному кругу. Маат сразу распознала защитное заклинание. В некоторых местах линия начала дымиться, давая понять, что заклинание слабеет, однако девушка не торопилась двигаться, мыслей было слишком много, от чего тяжесть в голове ощущалась почти физически.
Я Маат или все же Нил? Чего во мне больше, божественного или человеческого?!...
Грохот, хруст кости, а за тем и острая боль заставили девушку вскрикнуть, оторвав ее от размышлений. На левую ногу упал осколок кирпича в том месте, где черная линия полностью выветрилась. Притянув к себе изуродованную конечность, девушка ощупала перелом, ее ладони тут же испачкались в серебряной крови, а через мгновение рана начала затягиваться, с неприятным хрустом заново срастались раздробленные кости. Наконец девушка поднялась с пола и встряхнула почти полностью невредимую ногу.
Ее размышления отошли на второй план. Девушка сейчас знала наверняка только одно. Ей нужно сделать все, дабы осуществить изначальный план, который она придумала ещё девятнадцать лет назад, прямо перед собственным судом. Маат облокотилась об осколок колонны, стараясь побороть головокружение, воспоминания и чувства девятнадцатилетней давности вихрем закружились в голове, от чего заставили девушку опешить. Маат захлестнули злоба и обида, стянувшие внутренности в жесткий узел. Она ухватилась за край мраморного осколка и сжала кулаки. Послышался хруст, и камень рассекли несколько трещин, словно арестную лепёшку.
Девушка отпрянула. Маат снова вспомнила какого это иметь сильное бессмертное тело.
Заткнув перо за пояс, богиня задрала голову и оценила обстановку. Сердце Маат тут же кольнуло иглой обиды, из-за того, что ее храм так бессовестно превратили в руины, но встряхнув головой, богиня постаралась не зацикливаться на материальном.
Маат бежала по узким коридорам своего храма, прекрасно понимая, что через пару минут от них ничего не останется. Девушка уже слышала грохот, крики и леденящее душу рычание, которое не могло принадлежать ни одному существу, созданному Ра. В какой-то момент пол сильно затрясся, и Маат еле удержалась на ногах, остановившись, она присела на корточки и задрала голову, глядя на то, как с оглушительным грохотом откалываются куски стен. Сквозь маленькое окошко богиня увидела, как на солнечном свете сияла огромная чёрная голова Апофиса. Змей распахнул зубастую пасть и взревел. Маат пришлось закрыть уши, чтобы не оглохнуть, казалось от его рыка земля затряслась ещё сильнее, но богине нельзя было медлить. Стараясь держать равновесие, девушка поторопилась к концу коридора. Забежав в очередную арку, Маат тут же пришлось уклониться от упавшего куска потолка. Сделав кувырок, она прижалась лицом к холодному каменному полу и, тяжело дыша, старалась успокоить сердцебиение. После очередного землетрясения девушка всклочила и ринулась дальше по коридорам дворца, а позади неё продолали рушаться стены, крошились колонны и обваливалась крыша.
Все воспоминания Маат вернулись, поэтому она прекрасно помнила каждую комнату этого храма. Она провела в нем целые эпохи, пока ей не пришлось выйти замуж за Тота...
На секунду мысли богини вернулись к мужу, самые разные чувства захлестнули ее с ног до головы, смешавшись с теми, что она испытывала еще, будучи смертной.
Богиня резко остановилась и прописала себе пощёчину. Ей нельзя было отвлекаться на Тота, в такой ответсвенный момент ее мысли должнен был занимать только их с Апофисом план.
В том, что Тот поспешил убраться с острова с первым рыком Апофиса она была уверена. На какой-то миг эта мысль больно ужалила девушку.
Он всегда ведёт себя как трус!
Маат перешла на шаг и постаралась отдышаться, она стиснула зубы и снова ударила себя по щеке.
Нельзя мыслям об этом идиоте позволять мешать плану!
Снова повторила про себя богиня.
Неожиданно навстречу девушке выскочил человек. Маат инстинктивно выхвалила металическое перо, но тут же снова запихнула его запазуху, когда мужчина просто пробежалась мимо, повторяя себе под нос слова молитвы. Проводив его взглядом, Маат вздрогнула.
Смогли ли люди спастись? Такими темпами Апофис разрушит весь храм, а жрецы и рабы будут погребены заживо под развалинами... Вот Апофис!
Однако сделав усилие над собой, девушка продолжила путь, стараясь не думать о судьбе невинных людей, так же, как она старалась не думать о муже.
Преодолев ещё несколько коридоров, Маат очутилась в гостевых покоях и снова чуть не угодила под обвал. Отскочив к стене, она запнулась о табуретку и растянулась на полу, больно ударившись головой об угол стола. В глазах на короткое время потемнело, и Маат еле слышно заскулила, но через мгновение снова стояла на ногах. Утерев серебристый кровоподтёк у виска, она снова бросилась вперёд, как вдруг весь храм снова затрясло, и нога богини провалилась вместе с полом.
Боль была настолько невыносимая, что можно было подумать, что обрушившиеся камни перемололи тело Маат в труху. Она ничего не видела и не слышала, лишь чувствовала, как ломалась каждая кость в ее теле, как рвалось каждое сухожилие, как хрустел каждый сустав.
Маат смогла открыть глаза только через какое-то время, когда бессмертное тело почти восстановилось, и с ужасом осознала, что ее полностью придавило каменными обломками. Она не могла даже толком сделать вдох, камни впивались ей в спину и затылок, оставив свободной лишь правую руку.
Маат почувствовала, как начала кружиться голова. Вокруг никого не было, а рев Апофиса доносился совсем рядом. Прислушавшись она даже услышала крики, скорее всего, принадлежавшие сражающимся богам.
-Какого Апопа!?
Чуть не плача воскликнула богиня. Как она могла так оплошать?! Сейчас ей нужно быть там, рядом с Апофисом, вместе с пером, которое она забрала с весов в зале суда, иначе план не воплотиться, и все ее страдания ослу под хвост, однако сейчас, лёжа на животе, придавленная со всех сторон камнями, Маат была беспомощна, как никогда ранее.
Богиня собрала все силы в кулак и дернулась, стараясь выскользнуть из-под камней, она старалась снова и снова, ломая ногти и царапая ладони. Маат разодрала спину и ноги до костей, но все равно никак не могла освободиться.
-Нил?!
Маат так пыталась вырваться из каменного плена, что совсем не обращала внимание на происходящие вокруг, поэтому была застигнута в распорах, увидев перед собой склонившуюся Монифу.
-Нил! Ра всевышний! Тебя раздавило?! Ты жива?!
На вечно саркастичном и слегка хмуром лице Монифы была паника.
-Да, я жива! Монифа, помоги, скорее! - Маат еле сдержалась, чтобы не наорать на жрицу за ее медлительность. - Возьми ту доску, и используй как рычаг, надо поднять самый крайний камень слева.
Монифа трясущимися руками схватила лежащий рядом обломок балки и пропихнула его между камнями. Ее слабые руки тряслись то ли от страха, то ли от напряжения. Маат из-за всех сил дернулась, снова разодрав в мясо спину, но на этот раз все же каменные тиски выпустили ее. Через пару рывков девушка смогла освободиться. Тяжело дыша она упала к ногам Монифы, а позади неё с грохотом рухнула гора обломков, подняв тучу золотой пыли. Девушки закашлялись и Монифа тоже опустилась к на пол.
-Спасибо.
Еле слышно пролепетала Маат, на что жрица лишь что-то промычала. Ее груди вздымались при каждом тяжёлом вдохе, щеки раскраснелись, а со лба градом стекал пот.
Вдруг Монифа резко отшатнулась от Маат, широко распахнув глаза.
-Какого...
Прошептала она, и ее лицо быстро побледнело. Жрица с ужасом уставилась на спину Маат, а точнее на раны, из которых сочилась серебряная кровь.
-Ты не Нил...
Охрипшим голосом прошептала Монифа, но не успела она договорить, как на них снова с треском обрушился кусок потолка, Маат успела оттащить девушку, прежде чем их черепа раскроил бы очередной камень.
Богиня почти навалилась на жрицу, от чего та еще сильнее побледнела.
-К-кто вы... и почему вы так похожи на Нил...
-Я и есть Нил, Монифа!
Прошипела Маат, раздражённая невменяемым повелением жрицы. Услышав свое имя из уст богини, девушка смогла прийти в себя.
-Но Нил, почему у тебя кровь... серебряная...
-Монифа! - Маат бесцеремонно перебила девушку, когда рядом с ними снова упал булыжник. - Слушай внимательно, сейчас ты попадёшь прямо в Абу-Сибел, поняла? - Маат вынула из-за пояса перо. - Не сопротивляйся, все будет хорошо. Я просто возвращаю долг за твою помощь.
-Что? Стой!
Монифа ничего не понимала, но Маат это особо не волновало, она не хотела оставаться перед жрицей в долгу, тем более ее тронуло, что девушка, вопреки всему бросилась ей на помощь.
-Я сказала стой!
Монифа выбила из руки Маат перо, которым та уже очертила в воздухе линию. Оно со звоном прокатилось по усыпанному камнями полу. Жрица тут же вздрогнула под убийственным взглядом, которым наградила ее Маат. Богиня взмахнула кистью, и перо, поднявшись в воздух, через мгновение снова оказалось у неё в руке, от этого Монифа опять побледнела и поздно сообразила, что Маат ждёт от неё ответа за свои действия.
-Кто ты? И почему выглядишь, как Нил!
Заикаясь повторила вопрос жрица.
-Я и есть Нил, точнее была ей, до недавнего времени, - Добавила богиня, чуть помедлив, - Теперь я снова Маат.
-Снова?!
-Да, да, снова! Монифа, это неважно! Можешь как-нибудь спросить Исиду, думаю, она что-нибудь, да расскажет об о мне...
-Но как такое возможно?!
-Монифа! - Маат прикрикнула на жрицу так, что она вздрогнула. - Не трать мое время!
Ее рука изящным движением снова нарисовала в воздухе линию. Монифа взвизгнула, когда увидела, что за пером осталась тонкая светящаяся линия. Маат схватила жрицу за плечо и толкнула к трещине, после чего жрица Исиды с визгом исчезла в ослепляющем сиянии.
Маат с облегчением вздохнула, и уже была готова двинуться дальше, как позади послышались крики. Богиня обернулась и увидела, как в коридор вбежали ещё несколько человек, в которых Маат узнала других верховных жрецов. Мужчина, в воинском обмундировании тащил на себе сразу двоих потерявших сознания человек, одной из которых была девушка в вуали. Позади него, еле поспевая, бежали жрецы Баст и Хаткор.
Маат недолго думая замахала им руками. Изначально она не собиралась спасать людей, богиня вообще о них старалась не задумываться, но все же решила помочь, раз уж они были рядом.
-Сюда!
Заорала она, перекрикивая грохот.
Жрец Гора рванул к ней, в его глазах горели недобрые огоньки.
-Ты че встала, дура! Быстро давай...
Он уже хотел было схватить Маат за руку, но его остановила жрица Хаткор, она первая заметила серебряную кровь, испачкавшую богине обрывки алого калазириса.
-Кто ты?
Спросила она, напряжённо оглядывая Маат, но богиня не собиралась тратить время на пустую болтовню.
-Я Маат! МААТ! Богиня правды! В трещину! Сейчас же!!!
Жрецы опешили, они бы могли засомневаться в словах девушки, если бы не ее глаза, загоревшиеся серебром. При виде этого даже воин попятился, а Маат была готова уже сама схватить его и силком затащить в трещину, оставшуюся ещё после Монифы, однако понимала, что последнее, на что хочет тратить время - это на драку с глупыми людьми.
-Да Апоп! Это я открыла портал, вы просто окажетесь в Абу-Сибеле, Монифа уже там!
Но жрица Хаткор отступила еще дальше, а мужчина занял оборонительную стойку.
Да Апоп! Я больше не могу тратить на них время!
Подумала богиня, услышав в очередной раз рычание. Она бросилась дальше по коридору, но жрец Гора вовремя успел преградить ей дорогу.
-Почему тогда ты не убегаешь через этот ... портал?! Как такое вообще возможно, что мы попадём на другой конец Египта, сделав всего шаг?!
Он был зол и испуган, а Маат была готова вспороть ему горло сию секунду, но постаралась умерить злобу, готовясь к диалогу.
-Мне надо к остальным богам, придурок! Я больше не могу тратить время на вас!
Огрызнулась она.
Вдруг мальчишка Баст выбежал вперёд и рыбкой нырнул в трещину, чем удивил не только Маат, но и двух других жрецов. Богиня могла поклясться, что на его лице в этот момент играла лукавая улыбка.
-Дакарей!
Воскликнула жрица Хаткор, в то время, как лицо воина побелело, он сделал шаг назад, но девушка схватила его за руку и потянула к порталу.
-Здание обрушится с минуты на минуту! Это хоть какой-то выход!
Воскликнула жрица Хаткор, в ее глазах горел страх, но она сделала шаг в сторону трещины и провалилась в молочное сияние. Жрец гора остался стоять один, придерживая на плечах бесчувственные тела. Он смотрел на Маат с отвращением, но все же запрыгнул в щель, растворившись в ней, как и трое предыдущих людей.
Маат наконец-то выдохнула.
Какие твердолобые!!!
Спасибо всем, кто дождался продолжения, очень извиняюсь, просто выдались тяжелые полгода егэшка вступительные и все такое, спасибо всем, кто продолжает читать), буду очень рада поддержке. В ближайшее время планирую добить работу