57 глава
Том 1 Глава 57
— Если вы так хотите, можем хоть сейчас устроить бой. — сузив глаза до прямых линий, будто змей искуситель, Акитас отвел руку в сторону, после чего показались его острые когти. — Весь лес Кон в нашем распоряжении. Я буду рад похоронить твою наглую рожу на моей земле. — лис, с виду потерявший и здравый смысл, с некоторым удовлетворением смотрел на обезумевшего Карша.
Если закон не может вас защитить, используйте этот самый закон, чтобы легально убить. На удивление, здесь это работало. Окажись Даниэль в рамках общества предыдущего мира, это было бы сделать в разы тяжелее.
Даниэль рассчитывал на такой исход, но все же считал, что развести кого-то на дуэль будет непросто. Когда в прошлом он читал о дуэлях со смертельным исходом из-за запятнанной чести, вряд ли думал, что сам окажется в такой ситуации.
Продумывая этот план, он раз двести советовался с Акитасом по этому поводу. И правда, драконы ценят честь рода выше собственной жизни. Остаётся только действовать, как они и задумывали.
Юноша незаметно посмотрел на брошь, подаренную Акитасом. Та самая, которая записывает и звук, и изображение, при том в хорошем качестве. Карш сам предложил дуэль, все доказательства есть. Если к ним обратятся после, все ещё есть оскорбительные слова Эмбер. Слова словами, а независимые железобетонные доказательства все же лучше.
Как бы то ни было...
— Муж, они запятнали мою честь, так и сражаться буду я. — одно конкретное слово проникло у одно пушистое красное ушко, смягчив изначально серьезный настрой, но это длилось буквально секунду.
— Нет. — даже Айке и Ней были против, но Акитас был особенно настойчив. — насколько бы сильным ты не был, сражаться с драконом...
Это был не вопрос чистой силы, а скорее опыта. С двумя источниками Даниэль был воплощением слова "сила". Только вот тот был молод, да и... Разрешать невесте сражаться в такой ситуации было бы ужасно.
Юноша сам не знал, почему настаивал именно в этот момент:
— Муж... — лицо Даниэля было ледяным с некоторой нескрываемой ноткой убийственности, которая попала в каждого, заставив почувствовать некий холодок в сердце. — Просто дай мне сразиться с ним. — эльф был непреклонен, поэтому Акитас не сразу заметил, как согласно кивнул.
— Прекрасно! Вы хотите, чтобы я сражался с ничего не знающим ребенком. — с пренебрежением прорычал Карш, от чего атмосфера стала более накопленной между двумя сторонами.
Ней смотрела то на Акитаса, то на Даниэля, но в общем была весьма обеспокоена таким поворотом событий. Айке же, напротив, была спокойна и даже немного весела.
Об этом мало кто знает, но у нее тоже был дар — чувствовать магию. Не такой же, как у эльфа, который все видел, но она могла буквально почувствовать эту силу. Даниэль был крайне силен. Такая концентрация энергии в молодом теле была немыслимой, особенно потому, что женщина не могла измерить ее глубину. Короче говоря, это весьма любопытно, ведь она не видела, как сражается ее невестка.
Как бы Айке не хотела посмотреть, ей пришлось сказать:
— И все же, отправлять младшего... — вспомнив, что она не только любитель смотреть на всякий горячие драки, но и глава багрового клана, она уже хотела остановить это, но ее прервал пугающе угрожающий голос эльфа.
Юноша давно не использовал такой тон, а потому получалось несколько неуклюже, но нарочитой глубокий голос предавал ему особого доминирующего шарма:
— Глава, я сражусь с ним. — непоколебимо, жёстко и... почему-то сексуально.
Последний пункт мысленно добавил Акитас.
Айке и Ней же, по необъяснимой причине, подумали, что к этого лорда дракона было мало шансов на выживание. Гнев был настолько очевиден для них, что две старушки невольно задумались, а не обидели ли драконы их невестку когда-нибудь ещё? А может эльфы ненавидели всех ящериц? Впрочем, теперь не надо было спрашивать.
Эльф повернулся к недовольному Каршу, от которого за версту пахло желанием его убить:
— По правилам у нас должен быть свидетель дуэли с каждой стороны. Мои будет достопочтенная глава клана — Айке Форсети.
(П/А: я знаю, что вклиниваться не хорошо, но тут вообще кто-нибудь помнит, что у лисов была такая шикарная фамилия?)
— Моим свидетелем будет младшая госпожа дома Вакайни, Эмбер Вакайни.
Только сейчас Даниэль удосужился как следует посмотреть на молодую девушку. Она была бледна, как полотно не начатой картины. Множество эмоций, от стыда, гнева и смертельного страха вплоть до непонятно откуда взявшейся печали, отразилось на ее личике в чистой цветовой гамме. Надо ли Даниэлю думать о чувствах девушки? Как бы то ни было, если бы не она, ему бы пришлось самостоятельно создавать удобный случай для вызова на дуэль. В некоторой степени он был благодарен, но гнев его был неумалим.
............
Когда Даниэль только узнал, что с Акитасом поступили очень плозоя отравили и довели до предсмертного состояния... Честно говоря, это было только жалостью. Казалось, это было так давно, но за это время его чувства поменялись.
Он признался самому себе в чувствах, а потому сдерживаться не собирался. Он искренне ненавидел того, кто заказал убийство его будущего супруга. Более того, все, что было связано с домом Вакайни вызывало а нем неподдельный гнев и в равной степени удушающее отвращение.
Это были далеко не полыхающее чувства, скорее в своем сердце он давно похоронил всех этих подлых ящериц. Было бы прекрасно найти каждого из них и начать медленно отрезать им все конечности, чтобы те поняли, как больно бывает тому, что вынужден медленно, но верно умирать.
Казалось бы, виноват должен быть только один, но лично Даниэль, не найдя объяснения таким иррациональным садистским чувствам, просто решил...решил немного сгладить порыв своей незримой прежде стороны незамысловатым способом.
— Какой быстрый. Я думал, что с такой неповоротливой тушой ты будешь медленнее. — с безразличием оглядывая побитого им самим дракона, юноша даже не пытался замедлить атаки.
Эльф спокойно левитировал над землёй. Пространстао в радиусе ста метров подним, на ним и вокруг него было заполнено искрящимися шариками. В некотором смысле, ее зная контекста, это было даже красиво.
После начала боя, они двинулись глубже в лес, чтобы не задеть других. Теперь они были одни, это место было частной собственностью его мужа, так что можно было бить в полную силу. Сама Айке сказала, что можно оставить здесь один сплошной кратер, они не будут против.
Так или иначе, настроение Даниэля теперь было немного лучше. Красный дракон, которых он видел на картинках в предыдущем мире, теперь выглядел неважно. Размером он был с десятиэтажное здание, а размах крыльев внушал трепет. В глазах полыхало пламя...теперь уже в одном глазу.
В основном, юноша отталкивал того все дальше и дальше с помощью серии взрывов, так что не удивительно, что ближайший живые существа были на почтительном расстоянии, а сама огнедышащая ящерица выглядела плохо.
Без одного глаза, с оторванной плотью после взрывов, разбросанными чешуйками. Только такой вид вызывал в нем хоть какое-то спокойствие.
Видя количество огненных частиц в воздухе, эльф понимал, что у противника осталось не так много маны, в отличие от него. Пусть Даниэль и стрелял исключительно снарядами из маны, запас его магии был больше. Кроме того, он задействовал и свой второй огненный источник, благо, ещё ничего не начало гореть.
— Ничего не хочешь сказать. — солнце уже начинало заходить, так что сражались они уже больше пяти часов. — Если я тебя убью, мне за это ничего не будет. Было бы славно высказаться перед смертью. — это был первый раз, когда эльф улыбнулся, пусть и снисходительность того жутко выбесила приятного дракона.
— Наглый... — не успел договорить Карш, как в его лицо прилетела очередная молния.
Онемение от таких ударов заставляло на секунду потерять сознание. Все было перемешано и спутанно, но Толика гнева всегда поддерживало в нем силы. Только по прошествии времени становилось понятно, что весь было энтузиазм уже начинал угасать.
«Чпсть драконов и правда... Впрочем, он бы не стал убирать оппонента с помощью такого гнусного метода, будь у него честь» — мысленно фыркнул эльф, подогнув ноги под себя.
Теперь Даниэль сидел в небе, скрестив ноги. С таким скучающим видом он был похож на возвышенного монаха, который познал мир и при этом устал от всего сущего.
— Так борешься, хотя сам чуть не убил моего мужа. — теперь нечего было скрывать, особенно учитывая, что их никто не слышал. — стоило бы подумать о том, что за него кто-нибудь начнет мстить. Да и меня выгораживает твоя приходящая гордость. Аж бесит. — фыркнул эльф, вытянув палец.
На кончике белого пальца начали собираться белые искрящиеся бомбы. Постепенно они слились в один плотный шар, от которого исходил угрожающий треск. Раз ему разрешили оставить кратер, то он так и сделает.
Дракон, еле державший голову прямо, посмотрел на эльфа с непонятными сложными чувствами. С определенной долей любопытства, юноша все же подождал с активацией его самого мощного оружия.
Молчание продолжалось не так долго, но атмосфера между ними была такой напряжённой, что и пара секунд казалась вечностью. В этой паре красных глаз, так не похожих на лисьи, было что-то, чего он никогда не видел.
Вскоре Карш открыл рот, его голос был гораздо более грубым и рычащим, чем в человеческой форме:
— Тебе не дано понять. — такая насмешка была провокационной, но юноша по какой-то причине не посчитал ее неприятной. — Впрочем, это уже не важно. В качестве последнего желания...не трогай больше мою семью. Крови одного должно быть достаточно. — дракон слегка склонил голову, что, впрочем, выглядела как борьба на последнем издыхании.
Удивительно. Такой гордое существо может попросить о помиловании своих близких. И вот, теперь он признал свою вину. Сам того не осознавая, он погладил подушечками пальцев записывающее устройство на воротнике одежды.
— Раз это последнее желание, я его исполню. За грехи не должны платить родители и дети. — впервые за время боя в нем заговорила рациональность, так что ему было не сложно дать такое обещание, но какое-то странное чувство несоответствия не давало ему покоя.
Красноглазая ящерица склонила голову. Обычно, интуиция никогда не подводила Даниэля, но в этот момент он почувствовал что-то странное, когда смотрел то на шарик, способный в мгновение ока оставить от дракона только одно название, даже без мокрого места, то на Карша с таким покорным и смиренным видом. У того оставалось ещё немного сил, но он не атаковал, хотя минутой ранее был готов убить его, пусть даже и ценой своей жизни.
— Действительно, равноценный обмен. — пробормотал Даниэль, когда маленький шарик сорвался с его тонкого пальца.
.............
Оглушительный взрыв раздался на всю округу. Казалось даже в красном городе их было слышно. Лисы, свита дома Вакайни и сама Эмбер с некоторым напряжением наблюдали за битвой вот уже пять часов. Хотя, лисы были более расслабленными, чем остальные. Две почтенные лисицы не гнушались распивать чай, вероятно, забыв о том, что тут шла дуэль, а на кону жизнь их любимой невестки.
Следовать за сражающимися было невозможно, поэтому они оставались тут. Но всякий раз, когда раздавался взрыв, Эмбер вздрагивала, а свита дракона шепталась. Было понятно, что это не огненная магия их Карша.
Это было больше похоже на одностороннее избиение. Даниэль, оказавшись в багровом клане мог получить много любых материалов и книг, не трудно было и взглянуть на коллекцию багрового клана. Короче говоря, скачок в магии был поразительным. Так что это добавляло очередной плюсик к почти безграничной силе эльфа.
И вот, все затихло, после оглушительного взрыва, пожалуй, раз в десять мощнее того, что они слышали ранее. И все стихло. Остался лишь "гриб" вдалеке, разносящий пыль и запах плоти.
Акитас неосознанно дотронулся до своего быстро бьющегося сердца. Он был уверен в своем супруге, но беспокойство не то, что он мог контролировать. Да и, каким бы эльф не был сильным, он остаётся зелёным юнцом, которого он дразнил обычными поцелуями. Тем не менее, кажется, он неосознанно отвык от жёсткой стороны своего супруга. Хотя, пока в их отношениях все хорошо, он мог и не привыкать к этому заново.