35 глава
Том 1 Глава 35
— А вы не знаете, у Аки...была невеста или хотя бы возлюбленная? — это, пожалуй, одна из немногих болезненных для него тем.
Не будем забывать, что их брак случайный, и, возможно, это навсегда. Его уже не противит мысль остаться подле него, но знать, что Акитас хоть немного бы жалел об этом.
Айке услышав этот вопрос еле как сдержала смех. Будучи той ещё сплетницей, она была бы рада рассказать о похождениях его мужа в молодости. Правда, пусть он сам об этом рассказывает и отдувается за такие выходки. Хотя, это все равно довольно мило.
Женщина успокоилась и ровным тоном ответил:
— Нет, что ты, ни невесты, ни подружки. Мы сами долгое время волновались по этому поводу, но теперь на одну проблему в нашей семье меньше, хо-хо. И душой и телом невинен. — она прикрыла улыбку и налила себе ещё чая. — А что насчёт тебя? — пусть она и могла поверить на слово своему правнука, удостовериться все же надо.
У лисиц и лисов очень хорошая чуйка на такие дела. Айке со стопроцентной вероятностью может заявить, что перед ней самый чистый девственник, из встреченных за всю жизнь. Это даже немного удивляло. Вполне вероятно, что на это повлияло неизвестное воспитание человеческого общества...
Айке подняла глаза на эльфа. Лицо, уши, даже шея — все было аппетитного красного цвета. Стоп, она не должна дразнить свою невестку.
— Кхм, понятно. — видя реакцию, ее ушки довольно затряслись. — А ты вообще знаешь, как надо заниматься сексом? — спросила в лоб бабулька.
Как из красного стать более красным? Казалось бы, невозможно, но, нет, такое действие можно было лицезреть прямо сейчас.
Даниэль в этот момент мог думать только о том, каким способом можно стереть собственное существование или, хотя бы, память. Он смущённо опустил голову, не зная, что и ответить.
Про эту жизнь и говорить не стоит, общество людей больно консервативное, а таковой уровень у церковнослужителей и подавно выше. "Даниэлла" же никогда даже порно не смотрела, пусть и знала основные шаги. Только это касалось обычного соития между мужчиной и женщиной.
— Божечки, в твоём возрасте это редкость. — она ободряюще улыбнулась и взяла юношу за руку, только от этого ему стало ещё хуже. — Так как вы оба мужчины процесс немного сложнее и к нему надо морально подготовится. Раз уж я здесь, то с радостью все объясню...
........
Чаепитие с Айке было очень познавательным. Женщина рассказала ему много нового и ушла только тогда, когда пришел Акитас. В тот момент Даниэль уже сидел с каменным лицом, потому как выносил психологические атаки около часа.
Лис пришел с вымученной улыбкой, будто все это время его пытали.
Встретив Айке он ничего не сказал, но поблагодарил и даже поклонился. Она сказала, что является его старшей, но кем именно? Судя по возрасту, она может быть старшей сестрой или женой старшего брата. Во всяком случае...
Акитас быстро перевоплотился в лиса и упал на кровать мордой вниз:
— Я хочу умереть. — фыркнул он, но, почувствовав приближение супруга, воспрял духом.
Даниэль с каменной походкой сел на кровать рядышком, при виде Аки его щеки стали немного горячими, но он старался это скрыть, его голос даже не дрожал и был вполне нормальным:
— Я не думаю, что встреча с родственниками отнимает так много сил. В любом случае, ты нормально не отдыхал, так что поспи, хорошо? — после "непринужденного" разговора с Айке у него было несколько подвешенное состояние, будто из него вытянули душу.
Аки уменьшился и юркнул жене на колени. Тот не сопротивлялся и покорно начал гладить милого мягкого и пушистого лисёнка по всем привлекательным частям тела, попутно сам того не понимая прокручивая тот разговор в голове.
Он уже принял решение начать строить с Акитасом романтические отношения. Конечно же, в какой-то момент времени они придут к тому самому, так что за эту информацию он даже должен быть благодарен. Правда, это не отменяет того факта, что теперь он думает о чем-то странном, когда маленький комочек шерсти лежит у него на коленях.
Акитас вел себя тихо, словно труп, чего не скажешь о его мыслях.
Подготавливать приветственный вечер не так уж и сложно. Но, честно говоря, последний раз он так много разговаривал в...никогда. У него никогда ещё так сильно не болел язык.
Более того, его семья... У лисов нет как такового чувства стыда и они спокойно обсуждают постельные темы, вроде того, кому какая поза нравится, и кто как разогревается перед сексом. Конечно, у них так же принято обучать младших членов семьи. Кто бы мог подумать что все его старшие родственницы проведут ему трёхчасовую лекцию с посылом "использовать только через пару лет".
Нет, он не спорит, там было много полезной информации, но его мозг все это представлял. Вот и как вы прикажете ему спать в одной кровати с супругом, если он не сможет уснуть? А ведь его милый эльф не просто так использует его как подушку последний год.
«Хотя, стоп, есть же лекарства для подавления либидо. Здесь я их в принципе не встречу, но надо будет дать задания подчинённым, чтобы они их нашли» — подумал лис, открыв свои красные глаза.
Аки и Даниэль встретились взглядами. На удивление, пришло взаимное понимание того, что их обоих ментально имели все это время.
— Знаешь, я тоже хочу спать... — пробормотал Даниэль, взяв Аки на руки и упав на кровать.
Это был слишком тяжёлый день.
..........
Температура в комнате казалась на пару градусов выше, от чего вся спина, лоб и бедра ощущались особенно мокрыми. Даниэль открыл глаза в полудрёме, не понимая, почему его тело пропускало мелкую дрожь от кончиков пальцев, до макушки.
В следующую секунду он вскочил и откинул одеяло. Пара довольных красных лисьих ушей с кисточками стояли торчком, как и его член.
Лис смотрел на него хищными глазами. Его пальцы сомкнулись на головке, ласково потирая лишь самый кончик. И без того белая нежная кожа блестела от слюней, а Аки лишь облизывал свои пухлые красные губы.
— Проснулся? А ты крепко спишь. — усмехнулся он, слегка сдавив пульсирующий орган, от чего стало даже немного больно.
Даниэль вскрикнул, но сразу же прикрыл рот рукой. Из уголков его глаз полились слезы, а все лицо залилось краской.
Вся картина перед глазами была одновременно и сочной, и смущающей, и невероятной. Сердце стучало с такой силой, что, казалось, могло остановится прямо сейчас.
— Что ты, черт возьми, сейчас делаешь? — процедил сквозь зубы Даниэль, не отводя глаза.
Лис не ответил сразу, вместо этого опустил пальцы вниз по стволу, мягко и лукаво улыбнулся, сказав:
— Ты слишком соблазнительно спал. — хвост зацепил ногу, от чего по коже юноши снова пробежали мурашки. — К тому же, ты во всех местах такой красивый, что я не удержался и попробовал.
Прежде чем он увидел больше, Дэн запрокинув голову вверх, как от стыда, так и от удовольствия. Температура тела Акитаса и так всегда выше его, а во рту вместе с влажностью и движениями языка создавалось ощущение, что по нему ползают маленькие горячие змеи.
Эта асоцииация пусть и была отвратительной, совсем не давала ему возможности отвлечься. Вся картинка перед ним стала расплывчатой из-за слез, всхлипы подступили к горлу. Никогда его ещё не доводили до слез подобным образом...
В одно мгновение мокрое и мягкое ощущение исчезло, Акитас отстранился, схватил его обеими руками за бедра и рывком придвинул к себе.
Дэн инстинктивно посмотрел, но лучше бы он этого не делал: глубокие хищные глаза игриво искрились, будто перед ним и правда была аппетитная закуска, которую стоит есть, не иначе как растягивая удовольствие.
Лис слизал капельки слез, образовавшиеся в глазах и мягко прошептал:
— Детка, не плачь. — от горячего дыхания остроконечные ушки затряслись, а тело Даниэля бессознательно сжалось и он вздрогнул. — Если тебе не нравится ртом, я буду использовать только руки. Или...тебе стыдно смотреть на меня, пока я это делаю? — Аки так и не получил ответа, но усмехнулся так, будто все это с самого начала было очевидно.
— Н-не смейся надо мной... — не успев как следует возмутиться, Акитас одним ловким движением перевернул его так, что теперь все, что он мог увидеть, это покрывало.
Его бедра, не прикрытые ничем, были постыдно подняты. Животная поза, дающая фантазии улететь в небеса, только уже спустя секунду, как лис и обещал, вместо языка, он ощутил горячие пальцы, медленно скользящие вверх и вниз. Потирая головку у самого входа, покусывая раскрасневшую шейку он медленно доводил его до пика, пока тот еле держался на ногах.
Чем быстрее становились движения, тем меньше юноша соображал. Горячее и томное ощущение внутри вырывалось наружу и полностью опустошило его вместе с разрядкой. Остроконечные ушки затряслись, глаза покрылись довольной дымкой, а ноги все же перестали его держать.
Ожидаемой встречи с кроватью не произошло: все ещё дрожащего эльфа подхватил лис, перевернул и посадил себе на колени лицом к лицу. Не задумываясь, он обхватил твердые в определенных местах бедра ногами и прижался к Аки.
Пара рук, прежде нежно ласкавшая его внизу, теперь крепко прижимала его к не менее раскалённом у телу. Юноша обхватил его шею и прижался к раскрытым губам.
Язык беспрепятственно проник внутрь, исследуя каждый сантиметр, облизывая зубы и нёба, заходя все дальше и дальше, лишая возлюбленного кислорода. Тот по-началу неуклюже отвечал, но в какой-то момент инициатива полностью перешла в руки мужчины.
Так повторилось несколько раз, прежде чем его губы и язык выпустили из заложников. Пока Даниэль пытался отдышаться, ловкие руки уже расстегнул половину пуговиц его ночной рубашки.
Горячие, мягкие и мокрые после поцелуя губы прижались к бледной худенькой шее. Почти незаметная вереница засов перекрывалась серией заигрывающих укусов, после каждого из которых эльф тихо вскрикивал и лишь сильнее извивался, заводя одного зверя.
Одна из шаловливых рук полностью накрыла особенно мягкую область. Разминая и играясь, словно с податливой глиной, его пальцы без спросу скользнули глубже, дотрагиваясь до прежде неприкосаемого местечка, от чего юноша на его руках заметно сильнее запротестовал. Поймав зубами недовольные губы, он заглушил всхлипы и стоны, начав медленно и аккуратно поглаживать напряжённое отверстие.
Как только он немного расслабился, кончик пальца проскользнул внутрь. От неприятного ощущения вторжения все его тело содрогнулись, а брови стали нахмуренными.
— М-м, подожди, это б-больно. — он слегка отодвинулся, чтобы набрать воздуха в лёгкие.
Акитас не убрал руку, лишь мягко сказал:
— Во сне ты не почувствуешь боли.
— Ч-что?
........
Тяжело дыша, Даниэль распахнул глаза. Его грудь вздымалась, как если бы его сердце собиралось устроить марафон, но уже спустя секунду он заметил обеспокоенный взгляд Акитаса. Одна его рука была у него на щеке, медленно поглаживая и тем самым успокаивая, другой же придерживал его за плечо.
— С тобой все хорошо? Тебе приснился кошмар? — смотря на слезы, взгляд Аки стал тяжёлым и он сжал губы в одну сплошную линию от беспомощности. — Подожди немного, я принесу тебе воды. — стерев капельки слез, он быстро сбежал с кровати и оставил того одного.
Солнце здесь всходило рано, но даже то ещё еле как проглядывалось сквозь облака. Казалось, что заснули они не более чем один или два часа назад.
Затуманенный взгляд, все ещё приходящий в себя был направлен в потолок. Нахмурившись, он поднял одеяло, но почти сразу же опустил обратно.
Стоило ли радоваться, что это всего лишь сон, или задаваться вопросом, почему ему такое приснилось? Более того, его половое созревание с мокрыми снами началось неожиданно поздно. Хотя, будучи под впечатлением от дневного разговора, становилось понятно, откуда у этой проблемы росли ноги.
Право дело, это сложно назвать проблемой, ведь, если верить Айке, в его возрасте это вполне нормально. Это, пожалуй, единственное, чем он может успокаивать себя в данный момент.
Благо, ванная комната была близко, так что он быстро решит проблему с мокрым нижним бельем. Только вот, если это повторится ещё раз, кто знает, не доведет ли он себя до реального погребения живьём от стыда.
« Нет, раньше же такого не было... Может я и правда сексуально неудовлетворен? Я уже две жизни как девственник, этого стоило ожидать. Только почему именно сейчас?» — юноша быстро встал с кровати, открыл окно на проветривание и побежал в ванну.
Эту проблему можно решить двумя способами: переселиться в другую комнату или сделать первый шаг. Сможет ли он прижать Акитаса к кровати и сказать: "трахни меня здесь и сейчас"? Конечно, нет. Но такими темпами они ещё лет двадцать будут к держанию за ручки идти. Нет, они живут долго, но это уже слишком. Решено! Делаем первый шаг! Только как?