33 глава
Том 1 Глава 33
Все, кто знал главную ветвь багрового клана более одного дня, за секунды впитывали в себя истории о единственной белой вороне. Клан, ставший могущественным за счёт браков между разными семьями и развлечений в городе, которые приносили им тонну золота, уж никак не мог похвастаться достойными воинами.
Да, это чистая правда. Ни сильных магов, ни сильных воинов, тем не менее багровый клан не бедствовал и их наемная армия, которая уже лет триста считалась личной, тому доказательство. И вот... Акитас.
Младший ребенок своих родителей с самого детства изучал боевые искусства и магию. Когда все его братья и сестры попереженились до 30, стали родителями до 70 и уже обзавелись внуками, он все ещё был одинок. Для того самого багрового клана лисиц это самая настоящая нелепица.
Хотя, приличия ради, стоит отметить, что он так же является одним из главных кандидатов на звание огненного лорда этих земель. Более того, этот путь, длинной в пятьдесят лет, он прошел в одиночку, сколотив состояние собственными силами и заслужив верных подданных.
По сути, он был и гордостью и позором клана одновременно. И вот, этот шебутной негодяй исчез на целый год, не оставив весточки. Нет, он уже так делал, и не на год, а на двадцать лет, но тогда он и правда оставил записку, да и раз в пару месяцев до его родителей доходили слухи о подвигах сына.
Когда служанка, наблюдающая за Аки с детства, как обычно с тоской в глазах пришла убираться в его доме, ожидая приезда молодого господина, увидела самое настоящее пришествие ни то дьявола, ни то святого. И вот, спустя десять минут, родители Аки уже пришли приветствовать его. Странным способом, но не суть...
— Какой же ты придурок... — мужчина, похожий на Акитаса примерно на 90 % схватил того под руку и начал агрессивно теребить его голову. — Знаешь, как заставил нас волноваться? Мы отправляли людей по всему континенту, а от тебя ни слуху ни духу.
Акитас лишь вздохнул, поднял голову и посмотрел на свою дорогую семью:
— На то были свои причины...
Большая часть главной ветви, славящейся своим дружелюбием и преданностью по праву крови, собралась в этой комнате. Прадедушка, прабабушка, его двоюродный дед, двоюродная бабушка, его бабушка и дедушка, родители, дядя, второй дядя, третий дядя...
Видя заполненную родственниками комнату, которые рады его видеть, но выражают это несколько грубо, Акитас мог лишь слабо вздохнуть. В нем с самого детства воспитывали почтение к старшим, так что будучи младшим ребенком, он может лишь покорно принять то, что из его волос скоро сделают гнездо.
— Какие ещё причины? Опять ушел в самосовершенствование небось? — мужчина лет сорока с повязкой на одном глазу, на котором были еле заметны следы возраста, на самом деле был его прадедом.
— Да ладно тебе, надо же его хотя бы выслушать. — лисица с точеной худенькой фигурой и милой родинкой в виде капли под глазом, мило улыбнулась и похлопал своего мужа по плечу.
После слов прабабушки, все испытывающе посмотрели на Акитаса. А, понятно. Сейчас начнется самая настоящая экзекуция. Хотя, нет, у него есть контраргументы, хорошие в их понимании новости и свои обстоятельства. Но почему-то зная все это, его спина все равно покрылась мурашками. Это будет очень долгий разговор
.........
— Прибьем их...
— Весь клан к чертям спалим.
— Нет, сначала заберём моего зятя и дочь со всем имуществом, примем в семью, а потом спалим.
— Может пустим их на ковры...
Акитас уже говорил, что багровый клан отличается своей особой преданностью к семье? За любого своего члена они готовы глотки выгрызать и глаза выкалывать, иногда и в прямом смысле, но чаще те делают что-то в разы хуже. Это и пугает и утешает в определенные моменты.
— Пока ещё не ясно, кто точно за этим стоит, поэтому поумерьте свой пыл. Я же только вернулся. — сказал Акитас, пытаясь случайно не развязать войну между самыми крупными кланами.
— Да где это видано, чтобы одного из наших пытались устранить таким грубым и гнусным способом? — фыркнул прадедушка, от чего его хвост так же гневно начал стучать по сиденью рядом. — Травить таким ядом, как Беломора, это же... — он буквально вскипел от гнева, ровно до того момента, пока его жена не схватила его за хвост, тем самым заставив заткнуться.
Женщина лучезарно улыбнулась и прищурив глаза сказала:
— Главное сейчас все хорошо. — женщина задумчиво посмотрела на Акитаса и продолжила. — Мне очень интересно, как ты вернулся и вообще выжил. Ну, рассказать ты ещё успеешь, а сейчас тебе надо отдохнуть, а потом мы устроим праздник и...
— Нет, сначала мне надо сказать вам кое-что важное. — вспомнив одну из первых причин, по которой он вообще согласился на такую шумную встречу, из-за которой волос на его голове явно стало меньше, заключалась в милом эльфе, все ещё спящем на его кровати. — Дело в том, что я и правда мог умереть. Мне помог один могущественный маг и по стечению обстоятельств... В общем, мы теперь женаты. — лис постарался выдать все на одном дыхании и без всякого энтузиазма в голосе, но по правде говоря, он очень сильно нервничал, ожидая реакцию родственников.
Настала гробовая тишина. Лисьи глаза, будучи по природе весьма узкими, наверное, никогда не были так широко открыты. Пара чашек, которые держали другие его родственники, попадали на пол.
Аки отвёл взгляд в сторону, понимая, что сейчас начнется...
Первым заплакала его мать:
— Не зря я молилась. — она обняла мужа, ее хвост энергично развевался. — Дорогой, наш сын все таки не импотент!
— Дорогая, наш сын оказался стойким деревцем, которое зацвело даже после столетней засухи. — с гордостью в голосе сказал отец, обнимая супругу. Даже не понятно, это честная реакция, или такой юмор.
Бабушка взяла прабабушку за обе руки, ее уши, как и хвост, тряслись от возбуждения:
— Матушка, отец, мой внук, мой внук... — женщина, выглядящяя не старше собственного внука с пучком на голове продолжала радостно с нескрываемым счастьем говорить и улыбаться, будто только что случилось чудо. Хотя, так и есть.
— Боже, я уже думал что придется женить тебя на первой встречной и ещё доплачивать ей... — после этих слов прадедушки, прабабушка сжала хвост мужа и мило прощебетала:
— Кхем, не слушай его, мы это обсуждали лишь единожды и на эмоциях, когда ты пропал. — она скрыла свою радость максимального уровня на лице и учтиво сказала. — Мы бы хотели познакомиться с этим анге... Кхм, со своей невесткой, да, я именно это и имела в виду.
Акитас хотел закатить глаза, но сам был немного счастлив, ибо его жену уже заведомо полюбили и вознесли до ангела все члены его семьи, что в некоторой степени было ожидаемо.
Он сказал:
— Даниэль сейчас спит. Телепортация на дальнии расстояния та ещё морока, так что пусть отдыхает.
— Так нашего благодетеля зовут Даниэль... — пробормотал прадед с серьезным лицом, пытаясь сделать лицо более серьезным, но улыбку все равно было трудно сдержать. — Кхм, нам надо многое подготовить перед свадьбой. Даже если вы уже провели церемонию, это все же свадьба моего правнука! Раз он человек...живут они вроде мало, хм... Надо достать у русалок лучшие снадобья долголетия, потом вам и переехать было бы неплохо...новые территории, так... — пока мужчина размышлял в слух, его хвост пытался неиствовать, но был давно пойман в теплые нежные руки его жены:
— Дорогой, пусть дети сами решают. Мы не должны смущать свою невестку, надо сначала познакомится. К тому же раз церемония уже...
— У нас не было церемонии и он не... — Акитас хотел было уже сказать, что его супруг не человек, но лучше было начать именно с этого, ибо его опять перебили.
Дедушка, прадедушка и отец почти одновременно сказали:
— В смысле не было? — следующие слова говорил только его отец.
— Ну... По стечению обстоятельств, у нас ритуальный брак. — увидев очередную порцию удивления, он продолжил. — В общем, все довольно сложно, но церемонии у нас не было.
Стоило ли им говорить, что его супруг и не воспринимает его как полноценного мужа? Его так реально могут исключить из семейного древа.
Дальше говорил его отец, скрестив руки на груди:
— Даже если и ритуальный брак, как вы не могли провести церемонию? Без официальной церемонии спать друг с другом нельзя. Мы тебя так воспитывали? Как можно разочаровывать так свою жену? Как он ещё от тебя не сбежал? Это же так важно для...
— Ему семнадцать. — решив, что после душещипательной истории, где он чуть не умер, бить его будут меньше, он все же решил это сказать. Да и, рано или поздно они бы об этом узнали.
И снова в комнате повисла гробовая тишина. Первым пришел в себя после этой новости его второй дядя:
— Он хотя бы в курсе, что тебе за сотню? Спустя тысячу лет люди мало что должны о нас помнить. — это был вполне логичный вопрос, на который Акитас не ответил так сразу.
Честно говоря... Он не помнит, что бы рассказывал Даниэлю о своем возрасте, но тот знает, что он старше. Так же, стоит заметить, что люди стареют не так как демоны, особенно лисы, русалки, суккубы, инкубы и прочие, которые в общем-то и не стареют нормальным образом. Если посмотреть на его прадеда, никто и не скажет, что ему восемьсот лет, что уж говорить о прабабушке, которая лишь на двадцать лет младше мужа.
— У нас несколько особенная ситуация. — Акитас даже не знал, смеяться ему или плакать, но предвещая следующую тему сказал. — Мы ещё ничего такого не делали, успокойтесь.
Во времена его прадедушки было нормально выходить и в десять лет, но с одной поправкой: супруги начинали заниматься сексом только после двадцати лет, иногда и позже. Сейчас тоже можно встретить такие ранние браки, в основном у таких высокопоставленных семей, как и они, но там точно такие же "поправки", как и восемьсот лет назад.
На этот раз буря его миновала, хотя насчёт этого он не уверен...
— Сын, — отец Аки взял того за плечи и серьезно посмотрел тому в глаза, — ничего не было, потому что у тебя есть совесть, или потому что ты не знаешь как? Просто, учитывая твои выходки, совести у тебя нет.— после этих слов матушка ударила отца под ребрами и продолжила за него:
— Не смущай ребенка.
— Может он никого себе не находил как раз потому что не умеет. — получив второй удар и предупреждающий взгляд от старшего поколения, он немного изменил слова. — Подожди ещё пару лет, пока он не подрастет. Но если что обращайся за советом, я всегда... — последнее предложение он сказал уже шепотом, но жена все равно ударил его локтем в ребра.
Обсуждать такие темы в их обществе это нормально, но немного смущало то, что твои родители считали тебя импотентом. Хотя, учитывая их общий уклад жизни, тот факт, что он отказывался жениться уже был тревожным звоночком для них. Стоит так же добавить, что ворчали они на эту тему лишь первые три года, после громкого заявления Акитаса, так что в целом все не так уж и плохо.
Прабабушка, пока все не зашло куда-то дальше, похлопал пару раз в ладоши, обращая внимание на себя:
— Акитас, ты, верно, устал, но вся семья тебя так долго не видела, так что пообщайтесь подольше, да и дел так много появилось, хо-хо... — она выдала это быстро и нетерпеливо, после чего добавила. — Ну а оставлять нашу невестку одну мы не можем, так что я от лица всей семьи, как старшая, пойду и проведаю его. Одна. — она встала и зашагала к двери, на что ее муж хотел было возразить и пойти с ней, но она лишь взглядом сказала ему сесть обратно.
В семье, где старших слушают и почитают, прадедушка считался главой. А тот, кого слушается глава, априори главнее, так что всё логично.
Акитас тоже хотел встать и сказать, что это, вообще-то, его жена, но мать остановила его, взяв за руку.
— Верно, у нас ещё довольно много тем для обсуждения... К примеру, твои подчинённые, которые уже год ждут своего командира. Ну, это ты обсудишь с дедушкой и отцом, а сейчас вернёмся к главному. — с улыбкой она взяла мужа и свёкра за руку и выпроводила почти всех мужчин, оставив только сына, прежде чем закрыть за ними дверь она сказала. — Нам надо подготовить приветственную вечеринку, так что всем марш работать. Мама, сестры, мы будем заняты до ужина.
Мать посмотрела на Акитаса и сказала:
— Дорогой мой сынок, ты же понимаешь, что мы обязаны впечатлить нашу невестку и произвести наилучшее первое впечатление, да? — от этого настойчивого взгляда становилось не по себе. — Мы сделаем всё по первому разряду: от музыки и интерьера, до угощений и тем. Расчехляй все, что о нем знаешь! Твои старшие не облажаются, уж поверь! — энтузиазм горел в глазах старших, пока один столетний лис, желающий оказаться рядом со спящим возлюбленным, терял здоровые волосы на голове.
.........
Прабабушка, которую, кстати, зовут, Айке, неторопливо шла по необитаемым улочкам в усадьбе своего правнука. Тот не отличался хорошим вкусом, благо это поместье было чем-то вроде подарка от них, так что тут было красиво. Она бы умерла от остановки сердца, если бы новой невестке пришлось лицезреть ужас, составленный вкусом того несносного мальчишки.
Ее хвост покачивался, в то время как она вошла через заднюю дверь в поместье. Улыбка не сходила с ее лица, размышляя о том, какой будет ее невестка.
Раз уж мы говорим об Аки... Он существует, так что это уже хорошо. Человек семнадцати лет от роду, это, конечно, ещё ребенок, но Аки обещал, что подождёт.
Если говорить о вкусах во внешности, то, как таковой, у ее внука их и не было вовсе. Если быть точнее, он однажды заявил, что не женится, так что эта тема больше не поднималась.
В таком случае, человек... Хм, у нее нет идей. Может кто-то с голубыми волосами... Стоп, с голубыми?
В этот момент в ее глазах появились пряди пушистых воздушных голубых локонов. Глаза загорелись от мыслей о том, что это первая встреча с невесткой, поэтому она сделала доброжелательное лицо и уже хотела окрикнуть юношу, как вдруг перед ее лицом появилась жёлтая вспышка.