Part 64 |Сон. Это был прекрасный сон|
11 мая. Прошло пять месяцев с того дня, как Том исчез. Пять месяцев без него.
Каждый грёбаный день я просыпалась с мыслью:
«Где ты, Том?»
Я вбивала в землю карты, посылала людей прочёсывать весь Сиэтл и пригороды, платила информаторам, влезала в грязь, лишь бы найти хотя бы след. Ничего. Словно он испарился.
Люди Тома начали исчезать. Один за другим, либо их "убирали", либо они уходили сами, не выдерживая давления. Я видела, как его крепкая империя трещит по швам, как всё рушится на глазах. И я...теряла надежду.
Живот рос. Каждое утро я смотрела в зеркало на отражение, на округлившийся силуэт и шептала:
— Он вернётся. Он просто не может нас бросить...
Но со временем страх становился всё громче.
«А что, если он умер?»
«А если Кенди всё же добилась своего и теперь он с ней?»
«Может, я была для него только очередной временной слабостью?..»
Эти мысли, как иглы, вонзались глубже с каждым днём. Я пыталась не показать этого перед охраной, перед оставшимися людьми, но...я ломалась.
Тихо. Незаметно. Внутри.
Марко ещё жив.
Он гниёт в подвале, где и должен. Ест, как пес, с пола, пьёт из крышки от банки.
Каждую ночь я спускаюсь туда не для пыток, а просто смотреть. Чтобы не забывать, за что всё это.
Он - напоминание о той ночи.
О моей боли.
И о том, что Том должен вернуться, чтобы поставить точку.
Я оставляю это ему.
__________________________
В эту ночь я не могла уснуть.
Беспокойный ребёнок шевелился, как будто тоже чувствовал мою тревогу. Я сидела в кресле у окна, укутавшись пледом, и вдруг заметила движение во дворе.
Один из охранников - Майло, крепкий и всегда немногословный шел к дому с чем-то в руке.
Я вышла в холл, тяжело дыша, положив руку на живот. Дверь открылась, и он молча протянул мне конверт.
— Что это? - хрипло спросила я, почти боясь дотронуться.
— Нашли на калитке. Без подписи. Только ваше имя.
Сердце ударило так, будто вырвалось в горло. Я сорвала бумагу с конверта и дрожащими руками развернула письмо.
Письмо было написано от руки.
Почерк явно женский: изящный, аккуратный, будто выведен на открытке с приглашением на чай, а не на похоронную весть. Бумага пахла чем-то приторным, дорогим духами или страхом.
На листе всего две строки:
«Том мёртв. Можешь его не ждать. Исчезни, Карен Блэк. Навсегда.»
Мир резко наклонился.
Слова расплылись, как чернила под дождём.
Я уронила письмо, будто оно обожгло мне кожу. Пальцы задрожали. Грудь сдавило так, что не хватало воздуха.
Я смотрела в пустоту, не веря, не понимая, отказываясь принимать то, что только что прочитала.
— Майло... - мой голос был едва слышным, сорвавшимся шёпотом.
Я подняла взгляд на него, но вместо его лица туман. Лицо расплывалось, как будто кто-то лил воду на стекло.
Ноги начали подкашиваться, я машинально схватилась за живот.
Острая боль пронзила меня изнутри.
— Что...что-то не так... - прохрипела я.
Майло бросился ко мне:
— Мисс Блэк?! Вы в порядке?!
— Ребёнок... - я задыхалась, тело будто погружалось в кипяток, по коже пошёл липкий холодный пот.
Мир закачался, меня бросало то в жар, то в леденящий холод.
Судорожный вдох.
Боль снова. Сильнее.
— Схватки? - спросил Майло, подхватывая меня на руки - Держитесь, мисс! Звоните в больницу! Живо!
Я пыталась что-то сказать, но губы не слушались. Глаза закрывались сами по себе.
Малыш. Только не сейчас. Пожалуйста. Не покидай меня. Держись. Держись...
И тьма...
___________________________
Сон. Это был прекрасный сон.
Солнце лилось мягким светом, будто гладило кожу. Поляну покрывала бархатная трава тёплая, свежая, почти живая. Воздух был наполнен запахом детства, свободы и чего-то давно утраченного. Ветер играл с моими волосами, плёл из них золотые нити.
Я обернулась и увидела его - Том.
Он стоял ко мне спиной, его силуэт был таким родным, что дыхание перехватило.
— Том! ТОМ! - крик сорвался с губ, отчаянный, ломкий.
Эхо отозвалось, но он не обернулся.
Я бросилась к нему. Бежала, как в последний раз сердце рвалось, земля таяла под ногами.
И вот я почти коснулась его... Он исчез. В одно мгновение. Как будто и не существовал. Я рухнула на землю, разбивая ладони о камни, которых не было секунду назад.
Я обернулась - он снова там, только уже в другой стороне, и идёт прочь. Я вскочила.
— Том! Стой! Это я! Карен! Пожалуйста! - кричала я, слёзы душили горло.
Я бежала снова. Но ноги стали вязкими, будто погружались в болото. Тело тяжелело, как в холодной воде.
И вот..я почти рядом, и снова он исчезает... Как будто его и не было, я старательно стала искать его взглядом.
И вот..вдалеке вновь появился он, теперь он шёл в сторону солнца. Свет за его спиной становился ослепительным, его тень удлинялась, и казалось, она жива - извивалась, как зверь, отрываясь от него.
Я рванула снова. Не сдалась.
– Том! Остановись! Ты меня слышишь! - кричала я - Это я, Карен! Не уходи! - голос трещал, выгорал. Я оступилась.
– Не оставляй меня! Прошу! - прошептала я, захлебываясь в слезах.
Ноги становились тяжелыми, а он всё отдалялся. И тогда...я услышала голос. Тоненький, звонкий. Детский. Голос показался мне родным. До боли родным.
– Мама!
Я обернулась, медленно будто всё замедлилось.
Передо мной стоял мальчик. Маленький, с тёплыми глазами, которые были точной копией Тома.
–Мама! Мамочка! - он подбежал и вцепился в меня, зарываясь лицом в мои волосы.
– Малыш! Ты здесь... Мой мальчик! - прошептала я - Мама рядом, всё хорошо.
Щелчок.
Холодный, металлический.
Как финальная точка.
Я подняла глаза.
Передо мной стояла Кенди.
Холодная, надменная, как статуя, в деловом костюме и шпильках.
В руках пистолет.
На лице безразличная усмешка.
И тут, меня начали отрывать от сына.
Я закричала, попыталась удержать его, но что-то сковывало мои руки.
Я опустила взгляд...
Корни.
Грязные, тёмные, скользкие - росли из земли, как змеи, и обвивали мои запястья.
Живые. Пульсирующие.
Природа сковывала мать.
Я выла от бессилия, но не могла пошевелиться.
Тело отказывалось слушаться.
— Не забирай его... Не трогай моего сына... ПРОШУ...
Кенди медленно подошла, крепко схватила мальчика за руку и потянула прочь.
Он плакал, звал меня, оборачивался...
— Мама! Не оставляй меня! МАМА!!
Я не могла сказать ни слова. Меня словно парализовало. Я рвала цепи корней, но они только сжимались сильнее, уже обвивая плечи, талию, тянули вниз, в землю, в мрак.
И тогда я увидела его.
Том.
Он стоял неподвижно вдалеке, за спиной Кенди.
Его глаза встретились с моими.
Полные боли, сломленные, как будто он всё помнил.
Но он не двигался. Не пытался спасти.
Он смотрел, и не шелохнулся.
Кенди подошла к нему, взяла его за руку.
Сын с другой стороны.
И они пошли втроём...
В закат.
Оставив меня одну.
Посреди пустого поля, которое с каждой секундой становился темнее и мрачнее. Корни росшие из под земли всё больше поглощали и тянули вниз.
Вокруг стало темнеть.
Свет уходил. Воздух сгущался.
Я оставалась одна. Сковываемая. Поглощаемая.
И всё, что я могла сделать это смотреть.
Молчать.
Погибать в одиночестве.
Слёзы лились градом.
Не просто слёзы, это была агония.
Боль, что вырывалась из самой утробы.
Слёзы матери,
которую мир оставил гнить, брошенной, забытой, на мёртвой земле.
Поле больше не казалось живым - трава завяла, солнце исчезло, небо стало свинцово-серым. Всё вокруг словно умерло вместе с надеждой.
Я стояла на коленях, влаги уже не чувствовала, дыхание рвалось, грудь вздымалась от рыданий, а руки безвольно висели, утонув в гниющих корнях, что уже сжались вокруг моих плеч.
Корни дышали.
Жили.
Они жадно тянулись вверх, как будто хотели оторвать мою душу от тела.
– Не оставляй меня...
Голос был хриплым, сломленным, едва слышным, будто мне приходилось выталкивать его сквозь сдавленную грудную клетку.
– В этой тьме...в этой пустоте...
Я почти не чувствовала ног. Почва медленно, но неотвратимо затягивала меня в себя.
– Не оставляй меня, Том... - прошептала я, срываясь на вдохах, уже не различая реальность от кошмара.
Последний взгляд вверх где раньше было солнце, осталась только густая, чернильная тьма, будто небеса отвернулись от меня.
И тогда корни замкнулись.
Плотно. Жестоко. Бесповоротно.
Мир исчез.
Тишина поглотила всё.
А я...ушла в землю.
Как будто меня никогда не было.
___________________________
— НЕ ОСТАВЛЯЙ МЕНЯ! ПРОШУ! - завопила я, резко подскакивая с больничной койки, будто вынырнула из ледяной воды.
— Мисс Карен, тише... прошу вас... - прошептал Майло, с трудом удерживая меня и медленно укладывая обратно.
Я захрипела, оглядываясь в панике.
— Где он?! ТОМ?! Где ТОМ?! - я резко схватилась за живот. Он твёрдый. Выпуклый. Ребёнок...
Он жив. Он ещё здесь. Со мной.
Слёзы потекли мгновенно. Я зажала лицо ладонями, а грудь дергало от всхлипов.
— Он жив...он...Том... - выдохнула я в ладони.
— Мисс Карен... - Майло сел на край кровати и мягко положил руку мне на плечо. Его голос был натянут, в нём слышалась вина, усталость и отчаяние.
— Вы чуть не потеряли ребёнка...ещё немного и... - он не договорил. Просто опустил голову.
Дверь распахнулась. В палату влетели врачи, но трое телохранителей тут же встали между ними и кроватью.
— Отойдите. Не подходите. Не сейчас.
— Но ей нельзя так сильно нервничать! - возмутился один из врачей, оглядываясь на датчики, пищащие тревожным тоном.
— А если она не выплачется? Тогда что? Будет держать всё в себе до последнего? - спокойно, но с ледяной решимостью произнёс старший по охране.
— Я понимаю...но срок уже критический. Любой всплеск эмоций может закончиться...трагедией.
— Мы вас позовём. Сейчас - уходите. - безапелляционно отрезал охранник.
Врачи переглянулись, поочерёдно кивнули и один за другим вышли из палаты. Осталась только тишина...и мой надрывный, звериный плач.
Я завыла. Настоящий вопль боли вырвался из горла.
– ТОМ!! - глухо, до хрипа.
– НЕЕЕЕЕТ!!
Я вцепилась ногтями в простыню, потом в живот, потом снова закрыла лицо.
Слёзы хлестали, не останавливаясь. Я плакала так, будто теряла всё. Потому что...я действительно его теряла.
— ОН НЕ МОЖЕТ БЫТЬ МЁРТВ! НЕ МОЖЕТ!! - я задыхалась, меня трясло всем телом.
— ОН ОБЕЩАЛ!! ОБЕЩАЛ!!
Майло испуганно обернулся к охране.
— Позовите врача. Немедленно.
Один из охранников выбежал из палаты.
Я закатила глаза, дышать стало почти невозможно.
— Ребёнок...Том...Боже...Нет, нет, нет... - бормотала я, сгибаясь пополам.
Дверь снова распахнулась, врач уже с капельницей и шприцем.
— Нам срочно нужно её стабилизировать. Сильный нервный срыв. Давление скачет. - он подбежал, начал быстро готовить укол.
— Мисс Карен, пожалуйста... разрешите...это просто седативное. Вам станет легче...и ребёнку тоже...
— НЕТ! НЕ ВКОЛЫВАЙТЕ МНЕ ЭТО! - я закричала, отталкивая их, но руки были слабы.
Охранник придержал меня, как можно мягче.
— Простите, мисс...это во благо.
Укол.
Холодная игла вонзилась в вену.
Спустя мгновение мир стал вязким. Всё расплывалось.
Мои крики превратились в шёпот.
— ...не оставляй меня...Том... пожалуйста...
Глаза медленно закрылись.
Тишина.