Part 55 |месть пришла|
Я стояла напротив гроба, деревянного ящика, в котором лежала та, кого я уже никогда не обниму. Моя мама. Мария Блэк. Теперь просто тело. Просто прах. Просто тишина. Вокруг люди, чёрная ткань, шепоты, гудящие взгляды. А в груди глухая пустота. Я в ловушке. Куда ни повернись везде Коул. Его люди. Его тени. Он сжал мою жизнь в кулак. И теперь...он сжал меня.
Священник начал говорить, его голос был ровным, будто не касался его.
Он повторил точно те же слова, что я слышала в своём бреду, в той полусмертной галлюцинации, где рядом стоял Том..И это убило меня во второй раз.
– Сегодня мы собрались, чтобы попрощаться. Чтобы предать это тело земле: земля к земле, прах к праху, пепел к пеплу - в надежде, что душа Марии Блэк найдёт покой в вечности.
Пусть Господь примет её в Свои объятия, где нет больше боли, страха и слёз. Здесь, среди тех, кто её любил, её путь завершается. Но для неё - всё только начинается. В памяти - она будет жить. В сердцах - звучать. В нашей вере - воскреснет. Пусть земля будет ей мягкой, а свет вечный пусть озаряет путь.
Священник сделал паузу, дал людям тишину для молитвы и взглянул на небо. Потом перекрестился:
— Да пребудет с ней мир. И с нами - надежда. Аминь.
Аминь.
Покой... Для неё может быть. Для меня никогда.
Я рухнула на колени прямо на сырую землю. Пальцы вцепились в грязь, голова опустилась, волосы упали вперёд, слёзы капали, как дождь. Но потом что-то оборвалось.
Из груди вырвался звериный вой.
Я не кричала, я выла. Словно всё внутри меня рвалось наружу.
– ВСТАВАЙ. - холодно бросил Коул, потянув меня за край платья - ВСТАВАЙ, Я СКАЗАЛ.
Мои руки дрожали, тело было слабым. Но внутри уже не было страха. Только пепел. И пепел горит.
– Сдохни, мразь. - прошипела я, не поднимая головы - СДОХНИ! - закричала я, вскочив на ноги, как пламя.
Я горела. Я смотрела на него глазами Тома. И в этот миг я не была жертвой.
Я была яростью.
– ДА ЧТОБ ТЫ СГОРЕЛ В ЭТОМ ГРОБУ!
– ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ЛЕЖАТЬ ТАМ! ГНИТЬ! СТАНОВИТЬСЯ ПЫЛЬЮ!
И тогда хлопок. Щёлк! Удар.
Щёку обожгло. Меня отбросило назад. Я рухнула, захлёбываясь своими же слезами. В глазах всё плыло. Тело не слушалось.
И тут:
– КАРЕН!
Голос.
Его голос. Голос, которого я ждала как спасения.
Том.
Я подняла взгляд и увидела его. Грозу. Бурю. Моё спасение.
Он шёл, держа в руках автомат. Его глаза были красными от злости, губы сжаты в одну тонкую линию.
– Думал, я тебя не найду, ублюдок? - его голос был как выстрел - Я сожгу весь этот чёртов мир, но Карен обидеть я не позволю.
Перестрелка началась мгновенно. Люди Коула валились один за другим.
Месть пришла.
Коул рванул ко мне и схватил как щит, прижал к себе, как трофей. Я чувствовала его жар, липкие ладони, бешеное дыхание.
– Хренов Том! - прошипел он, прячась за мной.
– Проблемы, Коул? - спокойно сказал Том, подходя ближе.
– Это тебе за каждый её синяк. За каждую каплю крови. За каждый её крик.
Выстрел. Боль в теле Коула. Пуля попала прямо в плечо. Он пошатнулся.
Ещё выстрел. Ещё. И он рухнул.
Я вырвалась, и не думая побежала. Прямо к Тому. Прямо в его объятия.
Он подхватил меня на руки, как будто я единственное, что осталось живое в этом чёртовом мире.
– Солнце моё... - прошептал он, укрывая меня от ветра и выстрелов.
– Том... - я всхлипывала, едва веря, что он здесь, что он настоящий.
Он понёс меня к машине. Один из его людей открыл дверь, и Том аккуратно усадил меня на заднее сиденье. Кевин сидел впереди. Как только увидел меня сразу повернулся.
– КАРЕН! Чёрт, ты жива!
– Иди сюда, давай... - он протянул ко мне руки, сжал крепко, как брат. Я обняла его в ответ. Мне не нужно было говорить. Он и так всё понял.
– Смотри за ней. Я вернусь. - сказал Том, поцеловав меня в лоб.
– Эй! Ты куда, идиот?! - окликнул Кевин, уже хватаясь за автомат.
– Сиди с ней. Это приказ. - бросил Том, и вышел в грохот выстрелов.
Он шёл туда, где была бойня. В его руках автомат. В его глазах небо, полное молний.
– СУКИ! - проревел он и начал стрелять.
Без пощады. Без цели. Просто кара.
Люди падали. Крики. Пули. Кровь на песке.
И только когда его схватили свои, повалили на землю, разоружили, он перестал стрелять.
– УСПОКОЙСЯ, ТОМ! ЭТО ВСЁ! - кричал кто-то из своих.
Но он всё ещё дышал, как зверь. Его грудь вздымалась, руки дрожали. А я... смотрела на него из машины, и понимала - он спас меня.
Но теперь мне нужно будет спасать его.
Люди Тома втолкнули его в машину почти силой. Он вырывался, дышал, как зверь, в его глазах до сих пор горела ярость. Один из бойцов, обернувшись к Кевину, быстро и резко бросил:
— Советую вам сесть за руль. Следуйте за нами. Без отклонений. - его голос был сухой, безэмоциональный. Это был приказ.
Кевин кивнул, не задавая лишних вопросов. Он молча сел за руль, бросив быстрый взгляд на меня через зеркало заднего вида. Я сидела сзади тихо, неподвижно. Смотрела в одну точку, в пол, как будто застывшая в янтаре.
Но на душе стало чуть легче. Он рядом. Том рядом.
Он сидел рядом со мной, на другом краю заднего сиденья. Грудь всё ещё ходила ходуном, руки были сжаты в кулаки так крепко, что костяшки побелели. Он дрожал. Не от страха. От ярости. От беспомощности. От всего, что он увидел на мне.
– Он...он тронул тебя. - прошептал Том, глядя в пол, будто не мне, а самому себе.
Я чуть повернула голову, сил всё ещё не было, но его голос возвращал меня. Он был единственным якорем в этом аду.
– Том... - тихо сказала я, почти одними губами.
– Прости меня. - он всё так же не смотрел на меня - Прости, что не успел. Я должен был быть рядом...я не... я...
Он оборвал себя. Кулаки ударили по сиденью, машина едва не качнулась от резкости его движения. Кевин оглянулся на секунду.
– Том. Держи себя в руках. Ты ей сейчас нужен не ярким, а целым. Понял?
Том кивнул еле заметно, лицо было каменным. Он медленно повернулся ко мне, его голос стал чуть тише:
– Я найду в себе силы. Ради тебя, Карен.
Я не ответила. Просто потянулась дрожащей рукой и положила её на его кулак. Он вздрогнул от этого прикосновения. Кулак начал медленно разжиматься.
– Я тут, Том. – прошептала я.
Он кивнул, прикрыл глаза на секунду, как будто только теперь позволил себе вдохнуть. Он наклонился ближе и прошептал:
– Никто больше к тебе не притронется. Никто.
Машина поехала, колонна медленно двинулась вперёд, за поворотом скрылись первые машины сопровождения. Мы ехали через лес, мимо того самого кладбища, где земля только что приняла мою мать. А я смотрела в окно.
Молча. Внутри меня шёл дождь.
___________________________
Мы заехали на территорию знакомого мне особняка. Но сейчас я увидела его иначе. Это был дом Тома. Его крепость. Его свет. Белые колонны у входа, вылизанные дорожки, кованые ворота с его фамилией. Высокие окна, из которых лился тёплый свет. Просторный фасад, залитый солнечными лучами. Всё дышало жизнью, чистотой, защитой.
Не тюрьма. Убежище.
Ни Том, ни его люди не вели себя скрытно. Мы въехали уверенно, будто возвращались домой после победы.
Машины замедлились и одна за другой въехали во двор. Люди выходили молча выверенные движения, оружие на плече, холодный взгляд, но никакой паники. Они не суетились. Не торопились. Они знали: тут территория Тома.
Один из людей открыл дверь машины, Кевин помог выйти Тому, другой мне. Я еле стояла на ногах, но держалась, за что-то внутри. Том подошёл, обнял меня, укрыл собой, как щитом. Он провёл меня внутрь, не отпуская ни на шаг. Руки всё ещё в следах от пыли, лицо жёсткое, но в глазах, когда он посмотрел на меня, появилась тень мягкости. Кевин следовал за нами.
Том молча и аккуратно повел меня в свой кабинет. Как только дверь закрылась за нами, я рухнула на стул. Всё тело словно сдалось.
– Я сейчас принесу тёплую воду - тихо сказал Том, присев на колени передо мной - Всё хорошо, солнце моё. Всё уже позади.
Я ничего не ответила. Просто смотрела на него, на его глаза, полные боли, злости, любви всего сразу. Он вытер слезу с моей щеки.
– Ты не одна, Карен. Я с тобой. И теперь всегда.