В паутине долга и чувств

Дро-Вейн. Дом Вейс и Кайрона Шадо.

Острый, отточенный службой слух Кайрона уловил отдаленный рокот мотора, а затем — уверенные шаги. К моменту, как входная дверь открылась, пропуская в дом знакомую фигуру, он уже стоял в прихожей, встречая супругу.

— Приятно видеть, что меня ждут, — голос Вейс прозвучал тепло, но с лёгкой ноткой напряжения. В последние дни мужчина всё чаще улавливал в ней это приглушённое беспокойство. Видимо, возвращение в большую политику давалось ей не так уж легко.

— Приятно, когда есть кого ждать.

Сделав шаг навстречу, Кайрон легко коснулся её плеч, предлагая помощь. Дроу привычно повернулась, позволив мужу снять с себя тяжелый плащ. Он подошёл ближе, чем это было необходимо, его дыхание касалось тонкой шеи, пока руки проворно избавляли жену от верхней одежды. Губы сами собой сложились в удовлетворённую улыбку, когда среди запахов мужчина обнаружил лишь знакомые дорогие духи да неповторимый аромат её собственного тела — ничего лишнего.

Разместив плащ в гардеробе, Кайрон заметил, что Вейс, присевшая на пуфик, не спешит разуваться. Без лишних слов он опустился на одно колено и ловко снял элегантные туфли, а после нежно провёл пальцами по икрам, разминая затёкшие мышцы. Дроу поймал себя на постыдном, собственническом удовлетворении, наблюдая, как от его прикосновений хмурые морщинки на лице жены разглаживаются, а поза становится расслабленной.

— В традиционном муже, оказывается, есть свои неоспоримые плюсы, — её пальцы нежно запутались в его коротких белых волосах, даря мимолетную ласку.

Уголки губ Кайрона дрогнули в сдержанной улыбке. Он не думал, что когда-либо удостоится звания «традиционного».

Двери гостиной и кухни надежно защищали жилую часть дома, не пропуская посторонних запахов, поэтому картина, открывшаяся Вейс, стала для неё сюрпризом. Кайрон обнял замершую супругу, заглядывая ей через плечо: собственноручно приготовленные блюда манили своим ароматом и видом, взволнованные потоком воздуха свечи отбрасывали причудливо танцующие тени — всё выглядело просто, но мило и романтично.

— Нравится?

Она задумчиво кивнула, не отрывая взгляда от открывшейся картины.

— Ты была так занята на этой неделе, — его губы нежно коснулись её виска, — что я решил устроить нам небольшое свидание. Выходить куда-то в пятницу вечером показалось слишком утомительным, поэтому я организовал всё здесь, дома...

— Это впечатляет, — Вейс повернулась в его объятиях, её изучающий, серьёзный взгляд встретился с его. — Не утомительно было меня ждать?

— Совсем нет.

За ужином они избегали серьёзных тем. Кайрон, стараясь развлечь её, рассказывал о своих последних днях: подготовке к приветственному вечеру, где клан Шадо официально примет его и представит высшему обществу, обустройстве дома — правда, пока он занимался в основном спортзалом... И всё это разбавлял фирменным самоироничным юмором. Вейс улыбалась и молча пила чай, отказавшись от алкоголя.

Постепенно смех бывшего офицера стал тише, а в голосе почти пропали игривые нотки.

— Что-то случилось?

Дроу провела пальцем по тонкому краю фарфоровой чашки.

— Я хотела поговорить кое о чём важном, но боюсь испортить вечер. Ты так старался.

— Целью всего этого было помочь тебе расслабиться. Если для твоего спокойствия нужно что-то обсудить, значит, обсудим. — Кайрон мягко улыбнулся, приглашая к диалогу, но в воздухе уже повисло лёгкое напряжение.

Вздохнув, Вейс обманчиво-небрежно откинулась на спинку стула и начала:

— Ты ведь знаешь, что после твоей проверки мне на стол лёг полный протокол? А позже — подробный анализ психоаналитиков.

Мужчина кивнул, ощущая, как холодная волна страха поднимается к горлу. Пальцы механической руки сплелись с живыми в нервном жесте.

— Знаю. Я же подписывал все соглашения.

— Разве тебе не кажется это несправедливым? — Она изучала его взглядом, словно редкий, потенциально опасный экземпляр. — Я знаю о тебе всё, вплоть до мельчайших травм твоего детства и подавленных комплексов. Ты же обо мне... крайне мало.

Брови Кайрона дёрнулись от неожиданности. Взяв паузу, он задумался, тщательно подбирая слова:

— Я не глуп, — тихо усмехнулся дроу. — Как бы это ни называлось, я — политический заложник и потенциальный шпион. Я понимаю, что многие твои жесты заботы продиктованы необходимостью обеспечить безопасность. А угрозой являюсь именно я.

Вейс кивнула, с удовлетворением отметив, что в его словах не было и тени горечи.

— Этот дом? Прекрасное место для уединения или идеальное место для изоляции. Здесь никогда не будет ни одного важного документа, в отличие от кланового поместья. Да и охраны... слишком уж много, — начал перечислять бывший офицер. — Работа в безопасности клана? Не только забота о моей реализации, но и возможность изучить мои способности на практике. Чтобы использовать их или... противостоять.

Он замолчал, уставившись в одну точку. Вейс почудилось, будто она видит, как в его голове что-то щёлкает:

— Я тут подумал. Ты ведь очень стараешься создать впечатление полного доверия. Кажется, ты даже матери не озвучивала, почему так хочешь побыстрее определить меня на службу, — его глаза подозрительно сощурились, а в голосе появились веселые нотки. — Хочешь кого-то поймать на живца?

— И да, и нет, — дроу кивнула, пряча в тени хищную улыбку. — Нас в любом случае будут атаковать, так лучше это делать в заранее подготовленном месте.

— Это правильно, — кивнул Кайрон, соглашаясь.

С минуту они смотрели друг на друга, чувствуя себя в одной лодке. Но тема разговора ещё не была исчерпана.

— Подробный отчёт — это тоже оружие. Твоё оружие против меня. В то время как "заложнику" обладать подобным непозволительно. Я знаю правила игры, и они меня устраивают.

Его ответ был точен и предсказуем, соответствовал тому, что Вейс знала о муже. Признаться, ей бы хотелось лично присутствовать на том допросе, но это ничему не пошло бы на пользу — ни политике, ни личным отношениям. Даже сейчас витающая в воздухе смесь недоверия, долга, симпатии и обид вязала рот, как от неспелой хурмы. Идиллия семейной жизни последних недель исчезла, оставив неприятное послевкусие. Свечи всё так же игриво отбрасывали тени, но атмосфера больше не была томной.

— Ты безусловно прав, но я всё же не хочу, чтобы ты считал моё отношение игрой. Ты мне... весьма симпатичен, и будь ситуация другой, я бы никогда не полезла тебе в душу без твоего разрешения.

— Как я и говорил, меня всё устраивает. — Кайрон кивнул, принимая слова жены. — Да даже в таких условиях твоё отношение лучше, чем можно было ожидать. — Он опустил взгляд, рассматривая переплетение пальцев: живых из плоти и холодных, созданных из металла. — Признаю, я бы, пожалуй, был разочарован, если бы ты слепо доверяла, никак не защитившись.

Дроу улыбнулась: — И всё же, в этом доме у тебя больше прав, чем ты думаешь.

Чисто по-женски Вейс ждала большего. Мужчина осторожничал, проявляя себя только в рамках классической матриархальной роли, в которой был уверен. Создавалось впечатление, что он боится её, всегда стремясь угодить. Неприятное ощущение.

— Мне бы хотелось видеть больше тебя, мне нужен муж, а не слуга. Я выбрала мужчину, который в радикально матриархальном обществе проявлял инициативу в отношениях, пробивался по карьерной лестнице, оставляя позади ставленников кланов. Я хочу того, кто рискнул подать заявку, имея неподходящее социальное положение.

Пальцы живой руки сжались в кулак, механические чуть дрогнули в напряжении. Он хотел что-то сказать, но отвернулся, выдыхая. Вейс впервые ощутила острый привкус злости мужа, надеясь, что эта эмоция всё же направлена не на неё.

— Не пойми неправильно, мне приятна твоя забота, твои старания, но не то, что ты меня боишься. Если тебя беспокоит, что ты не знаешь, где пролегает та или иная граница, просто спроси.

— Я не боюсь тебя...

— Страшишься допустить ошибку и потерять моё расположение, — резко парировала дроу. — Знаешь, то, каким ты видишь меня, удручает.

Одна из свечей на столе вспыхнула в последний раз, озаряя зловещим светом суровое, искажённое шрамами лицо мужчины, и погасла. Некоторое время между супругами царила тишина.

Подождав достаточно, но так и не получив ответа, Вейс поднялась со стула, собираясь подойти к мужу, что сидел с поникшей головой. Ощущение холодной отстранённости и безысходности было не тем, чего она хотела добиться. Но её порыв оценили неправильно:

— Мне стоит спать сегодня в другой спальне?

— Что? — она замерла, не успев сделать и пары шагов.

— Я понял твоё разочарование. Теперь пытаюсь понять, насколько оно велико.

Дроу поморщилась от горького сарказма, где-то внутри эхом отдалась чужая боль. Она поравнялась с его стулом и легко коснулась плеча.

— Хотелось бы, чтобы твоя половина кровати сегодня по-прежнему была занята, — её голос ещё не был мягким, но всё же нёс в себе абсолютную уверенность.

Мужчина повернулся и, коснувшись её руки, слегка потянул к себе. Поддавшись безмолвной просьбе, Вейс сделала шаг, оказываясь почти вплотную к мужу.

— Хорошо, — его большой палец несколько нервно погладил нежную кожу её ладони, — мне надо ещё немного времени, чтобы привыкнуть.

— Оно у тебя есть.

Дроу успокаивающе коснулась волос мужа. Сизый дымок, всё ещё поднимавшийся от догоревших свечей, навевал чувство вины. Не стоило начинать разговор сегодня. Неделя была тяжёлой, и копившееся раздражение просилось выйти наружу. Но всё же говорить именно сегодня было ошибкой.