3.Теория Невероятностей vol.3 - Горизонт событий

«Найди то, что ты любишь,  и позволь этому убить себя»
(Ч.Буковски)

«Ты увидишь меня... Постарайся понять...» — вспомнила Регина его шёпот. А потом...

Около семи лет назад.
— Ну, и что мы здесь делаем? Зачем ты меня сюда притащил? — Кхамер скривился, окидывая взглядом окружение: крошечный городишка, невзрачная таверна на набережной. Хотя таверной это сложно назвать: всего несколько столиков, массивные деревянные стулья, нелепые навесы, закрывающие от солнечных лучей.

Мир Кхамера не впечатлил: отсталый и слишком загрязнённый, весь транспорт на колёсах с двигателями сгорания топлива. Полёты в пределах атмосферы! К тому же Мир наглухо закрытый: потоки магии сюда вообще не доходили. Скучная звёздная система: одна небольшая планета с комфортными для жизни условиями. Единственный доминирующий разумный вид гуманоидов-людей.

— Это не мир, а помойка! — заключил Кхамер.

— А ты пиво попробуй! — Страйф поставил перед хмурым приятелем запотевший высокий бокал с пенным напитком. Второй он забрал себе. Откинувшись на спинку стула, Чёрный Лорд насвистывал легкомысленный мотив. Бокал в его руке повернулся так, чтобы солнечные блики попали Кхамеру прямо в глаза.

Тот прищурился, мотнул головой и сделал глоток:

— Ладно, про пиво согласен! Мы здесь ради этого или чтобы ты поигрался? — спросил Кхамер с язвительной ухмылкой.

— Чем ты так недоволен? — Страйф широко улыбнулся, в глазах мелькнули хищные огоньки. — Приятное солнце, море под боком. Ты же стихия Воды, должен умиротворяться!

Кхамер сразу сдвинул брови:

— Это грязная лужа, а не море! И мне не нравится маскироваться! — пожал он плечами.

— Всего-то чтобы не пугать местных, — миролюбиво ответил Страйф. Сам Чёрный скрывал глаза за полупрозрачными стёклами очков.

— Что за дурные здесь привычки по одежде? — Кхамер заёрзал на стуле, пытаясь найти положение, при котором швы не царапали кожу. — Ткань грубая и непослушная! — добавил он, ослабляя воротник рубашки.

Страйф заливисто рассмеялся:

— Да ты просто ворчун! Это называется джинсы! Мы же в гостях, банальная вежливость — соблюсти традиции хозяев! Ты же из многосистемного мира, откуда такая зашоренность?

— Я не подстраивался ни под кого, независимо от системы, — буркнул Кхамер и уткнулся в бокал с пивом.

— Кроме своего хозяина. — Страйф прикусил губу, пряча улыбку.

— Наставника! — отбрил Кхамер, сверкнув глазами и высоко поднимая подбородок.

«Всегда был гордецом... — отметил про себя Лорд. — И усмирять гордыню не собираешься... Но это пока».

— Как скажешь! — произнёс он, склоняя голову.

— Тебе нравится меня провоцировать, да? — усмехнулся Кхамер.

— Ой, да брось! Последний Страж до тебя погиб более ста лет назад! И, честно говоря, чувства юмора у него не было! Мне было скучно... Дай насладиться беседой!

— Я с тобой уже несколько лет. Не наговорился ещё? — вернул колкость Кхамер.

— Ты мне нравишься! И мне кажется, ты на своём месте, — ласково улыбнулся Страйф. — Люди, кстати, весьма любопытны! Я бывал здесь раньше. Общался.

— Но они же просто смертные! Что интересного?!

— О, друг мой, они чуют внешний мир! — Лорд подался вперёд, потирая руки. — Есть те, кто видят многое, что происходит вне этой Сферы. Объяснить не могут, поэтому переносят в творчество: книги, картины, музыку, кино! Вообще, несмотря на крайне агрессивную социальную среду, их культура очень интересна! Тебе стоит изучить. — Он постучал указательным пальцем по столешнице. — Думаю, мы будем часто здесь бывать!

— Зачем? Что ценного в этом мире? — Кхамер сжал руки в замок, буравя взглядом старшего товарища.

— А я не сказал? — Страйф широко распахнул глаза. — Отсюда наш недостающий неофит.

— Из закрытого, немагического Мира? Ты не шутишь? — прищурился Кхамер. — Но у него же не будет никакой магии!

— И что? Это навык, его достаточно легко развить! — небрежно дёрнул плечом Страйф. По губам скользнула лукавая улыбка. — И кто сказал, что это он?

Кхамер резко откинулся назад, стул под ним жалобно скрипнул:

— Женщина? Второй Страж — женщина?! — Его зрачки сузились в щёлочки, а губы плотно сжались.

Страйф вальяжно раскинулся на стуле, подпирая подбородок ладонью:

— Что за ханжество, я не пойму?! — Его брови игриво поползли вверх. — Ты же вроде... предпочитаешь только женщин? — последние слова он растянул, покручивая бокал между пальцев.

Кхамер хищно усмехнулся:
— А это имеет отношение к тому, зачем мы здесь?

— Мог бы давно уже расширить кругозор! Ведь не знаешь, — Страйф намеренно сделал паузу, — от чего отказываешься!

Как же ему нравилось злить воспитанника! Наблюдая, как забилась жилка на его шее, Лорд мысленно покатывался от смеха.

— Я тебе уже устал повторять: не лезь в мою постель! Кого я туда привожу и что я там делаю — тебя волновать не должно! — На скулах Кхамера заиграли желваки. Каждое слово — острое, будто удар клинка, а глаза уже пытают алой каёмкой от гнева.

— Друг мой, от тебя такой выброс энергии, что это не может меня не волновать! — Страйф широко улыбался, барабаня пальцами по столу. — Ты даже не представляешь, какой это ценный ресурс для меня! Тебе жалко? Я же всего лишь смотрю. Не вмешиваюсь! Моё присутствие тебя смущает?

Кхамер сделал глубокий вдох, задержал дыхание, замедляя участившийся пульс:
— Ты же издеваешься сейчас, — усмехнулся он. — Не поведусь, извини! Ты не шутил насчёт неофита?!

— Вообще нет! — покачал головой Страйф, поглаживая запотевший бокал.

— Жаль, — поджал губы Кхамер. — А ты уверен, что нам это надо? Женщиной управляют эмоции, никакой дисциплины и самоконтроля! Ни ума, ни стойкости, ни характера... Что? — резко спросил он, глядя, как Страйф, подперев подбородок одной рукой, не моргая, с восторженным выражением лица смотрел на него.

— Наслаждаюсь! Тебе бы поменять круг общения! А вообще — влюбиться тебе надо, парень! Вот прямо чтобы коленки дрожали! Ох, как ты тогда запоёшь!

— Зачем мне это? — скривился Кхамер. — Чтобы мной управляли гормоны, мои или тем хуже, чужие, а не разум?

— Ты не прав, — внезапно серьёзно заговорил Страйф. — В этом мире есть поверье: мужчина, сердце которого не обожгла любовь к женщине, только наполовину мужчина. Любовь — это сила, огромная! Неподвластная ни законам времени, ни пространства. И единственная, которой невозможно управлять! Даже таким, как я. К ней стоит относиться с уважением.

— Теперь я заслушался! — с наигранным восторгом произнёс Кхамер. — Но не заинтересовался, извини! А ты рассуждаешь с таким пылом, словно жаждешь этого сам!

— Увы! — Страйф пожал плечами и рассеянно улыбнулся. — Ни одно существо не сумеет полюбить подобного мне! А если и рискнёт — то долго не протянет. Чувства мне недоступны, только в виде... — он плотоядно щёлкнул языком, — ресурса и деликатеса! Но это не значит, что с ними не надо считаться!

— Да, я помню... Твои дегустации, — откинулся назад Кхамер, нахмурившись и скрестив руки.

Он не вмешивался, но не одобрял то, как порой Чёрный Лорд развлекался с выбранными им жертвами. Как бы ни начиналось и что бы ни было в процессе, исход один: поглощение ещё живого существа беспощадным созданием Хаоса в его истинной форме.

— Никто не жалуется. Поверь, в этот момент им не больно, даже напротив! — Страйф довольно усмехнулся, но про себя отметил: не следовало допускать близости между его сестрой и подопечным. Может стать помехой, он будет сопротивляться зарождению нужных Страйфу чувств! Надо бы детали выяснить...

— Слушай... А давай поиграем! — Внезапно сменил тему Страйф, прищёлкнув пальцами. — Наш неофит, она сейчас здесь. Попробуй найти её!

— Ну, давай! — Кхамер усмехнулся, допил пиво, поставил бокал на стол и присмотрелся к окружению.

Солнце переходило к закату, людей на набережной было немало. Кхамер внимательно и неспешно оглядывал всех в поле зрения. Зная пристрастия Страйфа к насмешкам, он изучал не только женщин, но и мужчин, находящихся там. Никакого отклика... Просто люди. У некоторых — слабое эхо подобия силы. Хотя это скорее их собственная приверженность местной религии или суевериям. Никого даже отдалённо с задатками мага. Но Страйф говорил, это неважно. Кхамер просканировал ещё раз всех, кто попадал в поле зрения.

— Здесь нет никого, кто бы меня впечатлил, — вынес он вердикт.

— Что, вообще никого не видишь? — Огорчение тенью легло на черты Страйфа.

— Только одно, — кивнул Кхамер. — Справа от меня у ограды стоит женщина. У неё амулет. В нем есть сила. Небольшая, но она... Странная.

Страйф несколько раз неспешно хлопнул в ладоши:
— Браво, друг мой! Это она и есть.

Кхамер внимательно осмотрел отмеченную женщину: обычный человек, темноволосая, чуть старше его. Ничего, только подвеска в виде расправившего крылья дракона.

— Кроме кулона, в ней нет ничего особенного! Ты уверен, что она? — разочарованно спросил он.

— Не понравилась? У неё красивые глаза, присмотрись! — Страйф прикрыл веки и мягко улыбнулся.

— Что? Глаза?! — выдохнул сквозь зубы Кхамер. — Мы тебе новое развлечение, что ли, подбираем?

— Что сразу мне? — засмеялся Лорд. — А, может, тебе? Глядишь, растопит твоё ожесточённое сердце, смягчишься...

— Ты издеваешься?! — Кхамер резко поднялся. — Я пошёл отсюда, надоело!

Страйф схватил его за руку:
— Ну извини, я пошутил! Сядь, прошу!

Кхамер постучал костяшками пальцев по столу, дёрнул головой и нарочито медленно сел.

— Что ещё? — буркнул он.

— Я уверен, это она. Но ты считаешь, я ошибся, так?

— Ну, допустим. И что дальше?

— Давай пари! — предложил Страйф. — Она сейчас пойдёт мимо. Ты и я, оба уходим из видимого всем спектра. Я подойду ближе, ты остаёшься. Разделимся. Больше ничего. Если она наш неофит, она почувствует нас обоих.

— А если нет?

— Так о том и пари! Тогда ты выиграл!

— На что спорим? — Глаза Кхамера вспыхнули азартом.

— Выбирай свою ставку! — повёл плечом Страйф.

Кхамер вытянулся на стуле, скрестил руки на груди и задумался. Ветер подул в их сторону и донёс музыку, немного тревожную, но чем-то цепляющую... Он прислушался:

Young man came from hunting faint, tired and weary
What does ail my lord, my dearie?
Oh, brother dear, let my bed be made
For i feel the gripe of the woody nightshade.*1
--
*1. Источник — S. Lee, D. Pemberton, песня «The Devil & The Huntsman»
--

Кхамер усмехнулся — пальцы непроизвольно отстукивали ритм мелодии по столу, прежде чем он резко наклонился вперёд.

— Давай так. — Его голос звенел от сдерживаемого вызова. — Если она пройдёт мимо и не заметит хотя бы одного из нас, то... Ты со мной сразишься на мечах! Хочу знать, на что ты способен!

Страйф откинул голову с театральным вздохом, ладони взметнулись вверх в показном смирении:

— Прости, мой мальчик! Много лет назад я поклялся, что не возьму в руки никакое иное оружие!

— Да на тренировочных! Давай! — Кхамер нетерпеливо ударил по столу кулаком. Воин по своей природе, он отчаянно желал испытать и себя, и старшего товарища!

Чёрный только покачал головой:

— Я обещал другу. — Его слова растеряли все оттенки веселья. — Верному другу! Которого лишился очень много лет назад. Я не нарушу слово!

Кхамер разочарованно выдохнул, бровь презрительно поползла вверх:

— У друга есть имя? — спросил он, похлопав ладонями по подлокотникам.

Страйф медленно снял очки, с неестественной аккуратностью положил на стол и поднял взгляд.

— Есть. Буреносец.

Тьма залила его глаза, а в глубине вспыхнули молнии.

Кхамер шумно сглотнул, уставившись в пол, рука непроизвольно потянулась к горлу.

— Извини, — кашлянул он, поморщившись. — Не сообразил. Тогда... Ты неделю поработаешь со мной над маршрутами. Есть один... Не могу провести корабли через кольцо блуждающих астероидов и не попасть под дозоры патрулей. Потерял уже двух первоклассных пилотов!

— Мой юный контрабандист! — усмехнулся Страйф. — Согласен!

— А твоя ставка?

Чёрный лорд склонил голову вбок, с загадочной улыбкой глядя на напарника.

— Воу, воу! — Кхамер дёрнулся на стуле. — Только не подкладывай мне никого из твоих деликатесов!

Страйф рассмеялся, отбросил чёлку с лица:

— Я с тобой так не поступлю! Ты... — он погрозил указательным пальцем, — обучишь навыкам боя одного ученика, что я выберу. В своё время.

Кхамер на мгновение замер:

— Принимаю!

— Значит, по рукам! — Страйф протянул ладонь, Кхамер пожал в ответ. Пари состоялось. — И пусть удача всегда будет с вами! — со странной ухмылкой добавил Чёрный.

Не прошло и секунды, они оба исчезли для окружающих. Страйф прошёл вперёд, встав в центре тротуара.

Кхамер развернулся в сторону береговой линии, прислушиваясь к зацепившей мелодии. Об этом говорил Страйф, упоминая интерес к местной культуре?

Женщина, о которой они поспорили, всё это время стояла боком к ним, смотря на море. Её окликнули, она обернулась, махнула рукой и пошла вперёд, держась за перила. Между ней и Страйфом было расстояние в несколько шагов, Кхамер же сидел поодаль, наблюдая за развитием ситуации. Когда она проходила мимо, он рассмотрел её получше. Глаза красивые? Ну да, Чёрный не лукавил... А так — всего лишь женщина, разве что ноги чуть длиннее обычного. Сутулится. Мышечного корсета не хватает спину удерживать. Кхамер неодобрительно покачал головой — в ней ни одной искры сил! Ну какой из неё предел Хаоса?

Она даже не повернула голову в сторону Кхамера, приблизилась к Страйфу и... тоже прошла мимо! Кхамер ударил кулаком по раскрытой ладони, предвкушая победу. С широкой улыбкой он взглянул на Страйфа, тот пожал плечами. Но... провожал взглядом объект пари.

И тогда женщина споткнулась, обернулась, уставившись на то место, где стоял Страйф. Её взгляд застыл, она хмурилась и смотрела прямо на него. Страйф не шевелился, только продолжал самодовольно улыбаться.

Кхамер вздохнул, поднялся, хотел сделать шаг, но сам замер как вкопанный, — недоуменный взгляд ничего не понимающей женщины упёрся прямо в него! Её грудь быстро вздымалась, зрачки расширились. Она побледнела, суетливо озиралась вокруг. Глаза метались между ними обоими, не видя никого.

«Да что происходит?!» — Кхамер прочёл по её губам. Она схватилась за амулет, дрожащие пальцы гладили крылья дракона.

К ней подошли две женщины, подхватили под руки, без остановки щебетали. А она натянуто засмеялась, глядя только на подруг, вцепилась в них.

Страйф приблизился к Кхамеру, улыбка сияла триумфом.

— Ты выиграл, — сухо бросил Кхамер, едва заметно пожав плечами.

— Я веками разыскивал подобных вам и обучал! Уже нюх! — усмехнулся Страйф. — Не кисни, приятель, уж если Мироздание отметило, значит, толк из неё будет. А с маршрутами помозгуем и без пари!

Кхамер скептически скривился. Он заметил, что женщина-неофит, снова остановилась и украдкой, через плечо, продолжала оглядываться в их сторону.

А Страйф смотрел ей вслед. Не улыбка — оскал хищника, наблюдающего за добычей. В глазах — яростное возбуждение, что Кхамер инстинктивно отпрянул, кожу жгло. Сквозь утончённые черты всегда сдержанного Лорда проступило нечто... древнее, ненасытное.

— Пойдём, пока хватит! — неожиданно ровным голосом произнёс Страйф, хлопнул друга по плечу. — А то мигрень на ближайшую неделю мы ей обеспечим!

Сейчас.
Регина вздрогнула, распахнула глаза. Холодный пот, учащённый пульс — сны такими реалистичными не бывают. Нет. Это его воспоминание. Обрывки приходили без спроса, терзали её даже в любое время дня и ночи.

— Что с тобой? — Кхамер уже сжимал её плечи.

— Сон приснился. Точнее, воспоминание.

— Страйфа?

— Угу... И твоё тоже. То, где вы следили за мной, — пояснила Регина. — До того как к вам попала. На море.

Кхамер потёр переносицу и нахмурился, глядя в сторону:

— Точно... вспомнил. Мы тогда поспорили, я проиграл. Ты чего дрожишь? — удивился он, гладя её по спине.

— Слишком ярко. До малейших деталей. Тяжело воспринимать. Если так пойдёт дальше... Я свихнусь!

Кхамер откинул пряди от её лица, помассировал шею:

— Это твоя кровь. Справишься. Он всегда верил в тебя.

— Да уж. Если бы ещё хоть какую-то логику в этих архивах выстроить! — Рена обхватила себя руками, уткнулась в колени лбом.

— Ты ожидаешь какой-то упорядоченности в памяти создания Хаоса? — беззлобно усмехнулся Кхамер. — Любимая, я думал, что даже ты не настолько его идеализируешь!

Регина обернулась к мужу и горько улыбнулась:
— Он и правда был идеален. Даже в своей жестокости, — вздохнула она. — Родной, я выйду на террасу, подышу.

— Я с тобой, — тут же поднялся Кхамер.

— А мелкий?

— Спит. А если проснётся — услышим.

Рена накинула на себя длинный пеньюар и пошла вниз. Радионяня тут же перекочевала с тумбочки в карман. Сына мать чувствовала и без помощников, но человеческие привычки неискоренимы.

Возвращённые способности позволяли не зависеть от постоянного нахождения на Земле, но Регина часто сюда возвращалась. Особенно когда они с Кхамером выкупили уютный двухэтажный коттедж в Фетхие — тихом городке на побережье Эгейского моря. Дом находился вдали от основных построек, на возвышении, укрытый садом из гранатовых, фиговых деревьев и сосен.

Рена подошла к перилам и замерла, глядя вдаль. Кхамер устроился на плетёном диванчике возле стены позади неё.

— Джин, — мягко окликнул Кхамер и похлопал по мягкой сидушке, Регина подошла, свернулась рядом с ним клубочком. Голова удобно легла на его колени. — Ты измучилась, — продолжил он. — Поговори со мной.

— О чем?

— О нём. У тебя есть другой повод терзать себя?

Регина приподнялась, искала иронию во взгляде Кхамера. Он смотрел на неё, не улыбался — лишь накрыл её ладони своими.

— Ты не шутишь? — осторожно спросила она.

— С кем тебе ещё обсуждать, если не со мной? — пожал Кхамер плечами. — Джин, я хочу помочь. Что грызёт твой покой? Ты плохо спишь, нервничаешь постоянно.

— Не знаю, милый. — Рена поёжилась, вновь опуская голову ему на колени. — Разве так... правильно?

— В горе в радости, помнишь? — Кхамер методично перебирал пальцами её волосы. — Я не могу избавить тебя от этого горя, но хотя бы облегчить.

«А, может, он прав?»

— Не хочу принимать... что его нет, — призналась Регина, пряча лицо в ладонях.

— Не всё сказала?

— Не только. — Ком в горле мешал ей говорить. — Иногда думаю... Я бы хотела рассказать про нас. Какой кабачок у нас получился! Он бы был Амину учителем. Странным дядюшкой, который чудит, но его почему-то любят! Чтобы он жил...

Едва слышимый всхлип сорвался с её губ. Регина крепко прижалась к Кхамеру, а он гладил её подрагивающую спину.

— Расскажи мне, — его ладонь замерла возле лопаток жены, — всегда было любопытно. Почему ты не боялась? Страйф чем-то воздействовал? Магия? Вещества, гипноз? Ведь Хаос внушает ужас. Я видел, что он делал с другими.

— Нет, ничего такого. Просто... не боялась, — Рена глубоко вздохнула. — Знала, что со мной ничего не случится. Доверяла.

— Но ты понимала, что он такое. И что можешь не вернуться, раствориться в нём?

— Да, понимала... Но не пугало. Тем более, Страйф научил технике безопасности.

— Это как?

— Забавно выглядит со стороны, — усмехнулась Рена, рисуя узоры на бедре Кхамера. — Он называл это якорем. За что цепляешься мысленно, чтобы вернуться. Устойчивое. Ведь в Хаосе нет времени — можно уйти на секунду или на века.

— За что держалась ты?

— Чаще всего... камин в башне. А теперь нет ни камина, ни башни.

Воспоминания отозвались болезненным эхом, горло сжал спазм. Регина резко села, подлокотник жалобно скрипнул от хватки её пальцев.

— Родной, прости... не могу! Ценю, что ты слушаешь, но это... — она крепко зажмурилась, медленно выдохнула, — больно.

— Я хочу вытащить эту боль из тебя. — Кхамер говорил ровным тоном. — Нужно смириться с его уходом, Джин. Чем быстрее, тем лучше для тебя и сына. Твоя тревога ему передаётся.

— Знаю, милый.

Малыш завозился в колыбельке, закряхтел — и родительский инстинкт включился ещё до того, как сработала радионяня.

— Пойдём, кажется, нас потеряли! — Регина встала, спеша к сыну.

***
— Джин, проснись!

Она распахнула глаза, сердце бешено стучало, дыхание неровное.

Кхамер, опираясь на локоть, склонился над ней. Его взгляд обжигал, зрачки расширились, а рука требовательно тянулась к её бедру.

— Кажется, тебе снилось что-то... интересное! — хрипло произнёс он. — Ты так стонала!

Регина медленно выдохнула, облизнула пересохшие губы:
— Ты прав.

— Что видела? Расскажешь? — На последних словах Кхамер сделал паузу, ладонь прижалась к её животу, напоминая, где она и с кем.

— Удивишься, но там был ты! — ответила Регина, приподнимаясь, закусила губу. Глаза сияли вызовом, когда она окинула мужа взглядом с ног до головы.

— Что?! — Кхамер нахмурился. Но руку не убрал.

— Вот уж не думала, что вы со Страйфом, оказывается, такие негодники!

— Ты о чём? — Его взгляд похолодел. — Ты что видела?

— А ты узнаешь место, если я скажу, что нечто бордовое с чёрным в антураже?! — Регина игриво приподняла бровь и подушечками пальцев погладила его ладонь.

Кхамер криво усмехнулся:
— Неинформативно! Конкретнее?

Улыбка Рены стала вызывающей:
— Говорю же, тебя! И девушку. — Её пальцы, имитируя шаги, двигались по его предплечью к груди. Кожа Кхамера покрылась мурашками. — Похожа на эльфийку, очень подняты вверх уголки глаз. Белые волосы ниже пояса и, кажется, что-то вроде полупрозрачных крылышек, как у стрекозы.

Кхамер едва заметно дёрнул плечом, его взгляд был прикован к ней и её движениям.

— А потом ещё одну, — добавила Регина, вырисовывая круги уже на его животе. — Розовые волосы до плеч, бордовые полоски на коже. А ты... Совсем не джентльмен!

Глаза Кхамера вспыхнули, он хищно ухмыльнулся и отвёл взгляд в сторону.

— Ты вспомнил. — Регина выгнула спину, касаясь коленом его бедра.

— Вспомнил. Ты... — Губы Кхамера прижались к её шее, кожу обожгло. — Всё видела?

— Ага. Страйф следил за вами очень внимательно! Я удивлена, что ты позволял ему!

— Он не спрашивал, — сдавленно усмехнулся Кхамер. — А я со временем устал от него избавляться и... Перестал обращать на него внимание!

— У меня ещё вопрос, уже серьёзный! — Регина оттолкнула его и уселась верхом, крепко сжала бедра. — Почему ты никогда не делал так со мной, как с ними?

Кхамер шумно выдохнул, прищурился:
— С женой так себя не ведут, — шепнул он, обхватил её за талию. Взгляд скользил по её плечам и груди.

— Помнится, перед тем, как... — начала было Регина, но Кхамер перебил её поцелуем. Прижал к постели, завёл скрещённые руки над головой и крепко перехватил запястья:
— То есть так, да? Уверена?
— Да! Я же выносливее тех красоток, да?
— Проверим!

***
Рена держала на руках Амина и кормила из бутылочки, когда накрыло вспышкой воспоминаний. Это первое, пришедшее наяву — и страшное.

Сильный спазм скрутил внутренности, сердце мгновенно бешено забилось, как при панической атаке. Бутылочка выскользнула из рук. Инстинктивно мать рванулась вперёд, удерживая малыша. Амин вздрогнул и зашёлся громким плачем.

— Кхамер! — задыхалась Регина, сползая на пол. — Помоги!

Кхамер влетел в комнату, даже не гася за собой портал, и рухнул перед ней на колени:

— Что с тобой?!

— Возьми... его! — сбивчиво выкрикнула Регина. Руки тряслись от перенапряжения, но она пихнула сына отцу.

Мальчик кричал и бился. Кхамер прижал его к груди, а Рена со стоном упёрлась лбом в диван, обхватила себя. Воздух застревал в горле.

— Что происходит?! — Кхамер пытался укачать перепуганного малыша, взгляд метался между сыном и скрючившейся на полу Реной.

— Сейчас... приду в себя... Дай минуту, — с трудом выговорила она. — Воспоминание. Плохое.

— Ладно... Пока разберусь с этим, — Кхамер поднял с пола упавшую бутылочку и ушёл в сторону кухни, вполголоса приговаривая что-то ласковое Амину.

Регина прислушивалась к этим обыденным звукам: шум открываемой дверцы, где хранились банки с детской смесью, весело забурливший чайник, перезвон доставаемых ложек, медитативное бормотание Кхамера младенцу.

Это подействовало и на неё. Руки перестали трястись, сердце уже не выпрыгивало из груди. Осторожно, держась за край дивана, Регина села удобнее. Откинулась на спинку и закрыла глаза.

— Ну вот, так уже лучше, — приговаривал Кхамер, устраиваясь в кресле. Притихший малыш вцепился в бутылочку. — Что с тобой было?

Рена поморщилась, закрыла лицо ладонями, словно это могло помочь спрятаться.

— Я видела... Страйф в... темнице, прикован. — Её руки раскинулись в стороны. Запястья свело тяжестью цепей. — Это было хреново.

— Может, это ещё тех времён? — повёл плечами Кхамер. — В самом начале?

— Нет. — Она яростно качала головой. — Его рана на руке. Я её чувствовала. И ему было больно. Не физически, хотя и так тоже.

Склонившись вперёд, Регина обхватила шею:

— Его разум... Он на кусочки себя раздирал. И метался, как безумный, но при этом скован так, что не пошевелиться, — перешла на шёпот она. — Ещё... Была предложена сделка.

— Сделка? С кем?

— Не знаю. — Рена закрыла глаза. — Там сознание скакало, как блоха по собаке! Непонятно, сам с собой он говорил или с кем-то, но... Он мог спастись.

Она замолчала и сжала руки перед собой. Глаза заволокло тьмой. Кхамер нахмурился:

— Догадываюсь как. Ты?

— Не только, — вымученно кивнула Регина, кусая губу. — Он тоже, — указала она на сына. — Наша с ним кровь и жизнь до последней капли. Прямо как в сказках додиснеевской эпохи. Но он этого не сделал.

Она откинулась на спинку дивана, тяжело и шумно вздохнула.

— Может быть, он сам себя запер? — предположил Кхамер, прикладывая младенца к плечу.

— Может быть. — Рена морщилась, в голове — страшный крик, раздирающий измученного Страйфа, и поёжилась от холода. — Но он же вышел до родов? Приходил... Знаешь, там в этой клетке... — добавила она, нервно сжимая пальцы. — Это невыносимо. Даже не безумие. Какая-то непрекращающаяся агония. Я не могу описать!

Она сдавленно застонала, сжалась в комок:

— Он правда умер из-за меня...

— Не говори ерунды! — осадил Кхамер. — Тебе плохо от видения. Джин, вспомни, что было с тобой вначале после разрыва! Считай, вы квиты!

— Ты думаешь, от этого легче?! — Регина вскинула голову. Всё её тело — напряжённая струна, а он — спокойная поза, ледяной тон... Как?

— Нет, не легче! Но он прошёл через то же, через что провёл тебя. Я вижу в этом суровую, но справедливость, — невозмутимо ответил Кхамер, ритмично похлопывая малыша по спинке. — Что до прочего — нельзя помочь тому, кто не просит помощи! Он же не обратился к нам?

— Будто бы ты согласился ему помочь?! — Её губы дрогнули в горькой усмешке, в глазах сверкала слезами обида.

— Нет. Я бы отказал. А ты бы согласилась и уговорила меня по итогу. Но он решил иначе!

Кхамер уложил ребёнка в колыбельку и поправил одеяло.

— Думаю, не было ни с кем никакой сделки, — продолжил он. — Бросил вызов и себя же перехитрил, загнал в ловушку. И поплатился за это. Согласен, жестоко. Но он и играл по-крупному.

— Играл на что?

— А как ты думаешь, чего Страйф жаждал более всего? — Кхамер выпрямился, сверкнув гневно глазами. — Реванш. Отомстить тем, кто его пленил и лишил положения. Думаю, он стремился к этому.

Перед глазами Регины вспыхнуло — кандалы, сковывающие запястья Страйфа. Потом голос, надломленный: «Я мог все вернуть, но выбрал тебя...»

— Я... в родах. — Она прижала руки к груди. — Он так и сказал, что сделал выбор...

Кхамер пожал плечами:

— Что же, он умер, выбрав вместо мести ту, которую любил. А говорил когда-то, что неспособен. Что сказать, достойная смерть.

— Как ты можешь, так спокойно?! — Рена потрясённо уставилась на мужа. Её саму трясло.

— Спокойно? — Кхамер бросил на неё тяжёлый взгляд и отвернулся. — Он был мне... — его голос треснул, на мгновение демонстрируя то, что скрывалось под ледяной невозмутимостью, — другом. Наставником. А ещё... — Резкий вдох. Глаза вспыхнули алым. — Он трахал мою жену. Манипулировал нами. И умер героем. — Каждое слово Кхамера падало, как камень. — И да. Ты до сих пор... — он провёл пальцем по её щеке, будто убирая слезу, которой не было, — любишь его.

Регина вздрогнула от прикосновения. Его рука на её плече вдруг показалась раскалённой.

— Нет. — Глаза Кхамера опасно сузились. — Я бы его придушил. Но он уже мёртв. А ты винишь себя и делаешь из него святого!

— Неправда! — Регина попыталась отступить, но его хватка усилилась.

— Это его выбор, — устало добавил Кхамер. — Джин... Он получил по заслугам.

Повисла пауза. Рена исподлобья посмотрела на мужа и... опустила голову. Слова, вертевшиеся на кончике языка, остались непроизнесёнными.

— Амину едва полгода, — напомнил Кхамер. — Он не выживет без матери. Не забывай, он всего лишь ребёнок. Не жертвуй им во имя того, кого уже нет.

— Ну о чем ты?! — Регина сглотнула ставшие горькими слёзы. — Он мой сын! Просто...

— Просто ты оплакиваешь Страйфа. И ничего вокруг не замечаешь. Он — твоя кровь, я помню. Но не забывай, что твой сын — это тоже твоя кровь!

— Я не понимаю! — Регина дёрнулась в сторону, плечи поникли. — Ты то просишь говорить с тобой о нем, то упрекаешь меня за скорбь! И что? Напрашивается вывод: скрывать от тебя, делать вид, что всё в порядке?!

Кхамер тяжело вздохнул, схватил её за талию и притянул к себе:

— Скрывать ничего не надо. Я готов сам забрать всю твою боль, лишь бы ты не плакала! Но не закрывайся от меня или сына, пытаясь удержать память о нем. Джин, отпусти его.

Тепло его тела обволакивало, Рена обмякла в объятиях Кхамера:

— Никогда не умела отпускать, — жалобно произнесла она. — Ещё смертной, до последнего цеплялась за то, что потеряла.

— Я говорил тебе, когда ты тоже лишилась опоры: цепляйся за меня. Я всегда тебя удержу, — мягко сказал ей Кхамер, целуя в висок.