Эпилог
— Нет, Его Величество ещё не вернулся. Если у вас личное дело, напишите о нём в письме. Как только он вернётся, я его передам, — устало повторила я, бросив взгляд на часы. Вот уже час этот человек пытался попасть к императору, полностью игнорируя мои слова.
— Да он уже месяц не возвращается! Когда он наконец займётся управлением своей территорией?! — вспылил торговец по имени Гроуд, которому мы не могли продлить лицензию из-за постоянных нарушений.
— Я уже говорила: он решает важные политические вопросы, господин Гроуд. Мы обязательно сообщим, когда Его Величество вернётся. Не стоит приходить сюда каждый день, — ответила я, сдерживая раздражение.
— А жить мне на что?! — мужчина вскочил, с грохотом отодвинув стул, и вышел, с силой хлопнув дверью.
Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Этот цирк не кончается уже месяц. Все дела свалились на меня и Мари. Клаус часто советовался с ней по вопросам управления, что стало для меня неожиданностью. Теперь же нам вдвоём приходилось держать всё на себе.
— Ты как? — Мари подошла ко мне и, заглянув в бумаги, ткнула пальцем в строчку. — Тут ошибка.
Я простонала. Эти расчёты — не для меня. Как же я хочу в отпуск. Но Клауса так и не нашли. Вспоминая то обгоревшее тело, я невольно начинала сомневаться: а вдруг это и правда был он? Всё слишком совпадало... но Плюм никак на него не отреагировал. Хотя... обязан ли был? Аларик последние недели занимался школой, а несколько дней назад уехал в Сильвандор на переговоры. Луций же отправился в Драканию и должен вернуться со дня на день. А ещё... родители Клауса. Они скоро приедут. Мы так надеялись найти его до их приезда, но теперь...
— Как думаешь, мы его найдём? — я подняла взгляд на Мари, с которой за это время успела сблизиться. Мы столько прошли вместе, пытаясь удержать Аркан на плаву. Но с каждым днём возникали новые проблемы, и нам катастрофически не хватало информации.
— Не теряй надежду, — мягко сказала она, её улыбка была спокойной, уверенной. В первые дни во дворце она была совсем другой: закрытой, настороженной. Теперь же казалась свободнее, словно нашла своё место.
Я тяжело вздохнула, взглянув на стопку писем, пришедших несколько часов назад. Вот за что мне всё это? Иногда хотелось просто всё бросить — работу, дела, надежду. Но я не могла. Я привязалась к Клаусу. Слишком сильно. И потому всё чаще плакала в объятиях Арсура, который, кажется, уже устал выслушивать мои жалобы. Но что я могла сделать? Каждый день приносил одно и то же: "Его Величество не обнаружен. Следов нет."
Раньше мы собирались каждый день, пытаясь понять, куда он мог исчезнуть. Сначала обыскали каждый уголок Аркана. Потом поиски распространились на близлежащие деревни. Но людей не хватало. И когда слух о пропаже Клауса дошёл до соседних стран, к нам потянулись делегации, а вместе с ними — письма, вопросы, тревога. А у нас по-прежнему не было ответов...
С ними отговорки о болезни императора не срабатывали. В итоге к ним отправились наши делегации, а я осталась здесь одна, вынужденная разбираться со всеми проблемами самостоятельно.
— Мама, я уже вернулась из школы, ты скоро домой? — Ти закрыла за собой дверь и радостно заглянула в комнату. — Здрасти, тётя Мари.
— Хорошо, Ти, да, мы сейчас пойдём, — я переглянулась с Мари, та с улыбкой кивнула. — Как у тебя прошёл день?
Попрощавшись с Мари, мы отправились домой. Ти, возбуждённо тараторя, делилась своими школьными историями, иногда путая слова, но её прогресс в арканском языке радовал меня. Я тоже старалась учить ее язык, но, честно говоря, времени на это не было — от слова совсем.
Как только мы вошли в комнату, я тут же рухнула на кровать. Ноги гудели от усталости, руки словно налились свинцом. Давящая тяжесть повседневных забот буквально вдавливала меня в постель. Я не представляла, как Клаус со всем этим справлялся. Хотя... вспоминая, в каком состоянии был Аркан, он, похоже, тоже не справлялся.
Как же я устала. Хотелось просто закрыть глаза и позволить темноте унести меня в долгожданный покой.
— Мама, куда делся Сои? — внезапно раздался тревожный голос Ти. — Я клала его на кровать, а теперь он пропал!
Я с усилием открыла глаза, вспоминая, что, помимо всего прочего, я ещё и мама, а значит, не могу позволить себе забыться в усталости. Сев на кровать, я взглянула на Ти. Она уже забралась под кровать, и оттуда торчали только её кудрявые волосы. Вскоре я услышала всхлипы, и сердце сжалось. Я тут же подошла ближе и присела рядом.
— Может, его забрали служанки? Или ты оставила его где-то ещё? — я оглядела кровать, затем комнату. Сои нигде не было. Очень надеялась, что его не тронули служанки...
Хотя многих из них заменили, их отношение ко мне не изменилось. Они либо не выполняли приказы вовсе, либо делали это нарочно плохо. Именно поэтому я запретила им заходить в нашу комнату после того, как они чуть не сожгли её. Это было не небрежностью — а осознанным действием. Слишком легко было понять, что это сделано специально.
— Котик, его здесь нет. Давай поищем завтра, а пока ляжем спать? — предложила я, надеясь, что Ти согласится.
— Нет... Я не смогу уснуть без своего Сои, — её голос был наполнен неподдельной печалью.
Я устало вздохнула, глядя на неё. Конечно, она не виновата в моей изнеможённости, но такие моменты тяжело давались мне. Ощущение бессилия, когда не можешь решить даже самую маленькую проблему, давило сильнее усталости.
— А если я призову Плюм? А завтра с утра вместе поищем Сои. Как тебе идея?
Ти посмотрела на меня своими огромными, печальными глазами. Но, спустя мгновение, кивнула. Вскоре её ладони сжали маленькую ящерку, а я, предвкушая хоть немного сна, направилась в ванную.
Горячая вода ласково окутывала уставшее тело, смывая напряжение. Каждая мышца расслаблялась, и я погружалась в приятную дремоту, даже не заметив, как веки сами собой закрылись. Такое стало происходить слишком часто. Арсур, кажется, уже привык к тому, что я засыпаю прямо в его владениях.
— Не боишься когда-нибудь задохнуться? — раздался над головой спокойный голос мужчины.
Я вздрогнула. Открыла глаза. Надо мной, в тёплом полумраке, склонился Арсур. В его голосе не было ни осуждения, ни тревоги — лишь тихая констатация факта.
— Хотя, — он наклонился чуть ближе, — в последнее время ты, похоже, в таком состоянии, что даже была бы этому рада...
— Возможно, но думаю, я проснусь, если начну умирать. Скажи мне, почему люди такие тупые? — я резко села, едва не врезавшись в Арсура, но он ловко увернулся. — Вот почему они меня не слышат? Может, я говорю непонятно, а? Вот скажи мне! Сегодня один торговец потратил час моего времени, уверяя, что ему срочно нужен император, как и еще тысячи людей. Но ему-то, конечно, важнее всех, порвитесь, но верните его! — я всплеснула руками в негодовании.
Арсур лишь хмыкнул, лениво щелкнул пальцами, создавая кресло, а затем и бутылку. В последнее время он стал чаще пить, слушая мои жалобы.
— Будешь? — он протянул бутылку.
Я недолго думая кивнула. Взяла протянутый бокал и залпом опрокинула его. Такими темпами можно спиться... но с другой стороны, возможно, тогда я избавлюсь от всей этой ноши и наконец смогу отдохнуть. Подняв глаза на Арсура, я вдруг подумала: если умру, он будет последним, кого я увижу.
— Что так смотришь? Еще? Помнишь наше новое правило? Три бокала, и всё. Не хочу, чтобы повторилось то, что в прошлый раз. Или тебе напомнить, как ты напилась и бегала по всему лесу, крича, как тебя все достали? А потом и вовсе начала приставать к несчастным духам? — он прищурился, ухмыляясь.
— Ой, не напоминай... — я смущенно поморщилась. Как вспомню, так стыдно становится. Тогда был слишком тяжёлый день... да и накипело, вот и сорвалась.
— А помнишь, как ты тогда на меня набросилась, называя Клаусом, и обвиняла в том, что я пропал? Это, между прочим, обидно. Какой-то там император важнее меня! — он наигранно вздохнул, прижав руки к груди, копируя мою позу. — Ладно, не переживай. Только вот одно не пойму: чем тебе Клаус так приглянулся, если рядом со мной есть я? Смотри, красивый, умный, богатый.
— Мёртвый, — поддакнула я, протягивая бокал. Он тут же наполнил его.
— А если бы я был живым? — в голосе зазвучали хитрые нотки.
— Вот как станешь, тогда и поговорим, — отшутилась я, глядя на золотистую жидкость в бокале. Хотя, если быть честной, даже перед собой, я не понимала, почему выбрала Клауса. Его поведение порой казалось неправильным. Да, он спас меня не раз, благодаря ему я вообще жива... но всё остальное...
— Я запомню, Огонёк. А пока давай просыпайся. Уверен, вода уже остыла, ещё заболеешь. Это давай сюда, — он забрал полупустой бокал из моих рук.
Я с лёгкой обидой посмотрела на него, но он только усмехнулся.
— А вот не надо на меня так смотреть. Давай.
Затем он вдруг наклонился и мягко поцеловал меня в макушку. Последнее, что я увидела, — его подмигивание.
Открыла глаза. Холод пронзил до костей, я вздрогнула. Вода была ледяной. Как долго я здесь нахожусь? Бросив взгляд на часы, что остались на полке, я поморщилась — слишком долго.
— Пять утра... А я, кажется, даже выспалась. Может, стоит прогуляться? — пробормотала я себе под нос и тут же закатила глаза. — Ну вот, я уже начала разговаривать сама с собой. Мне точно нужен отдых...
Я выбралась из ванны, мгновенно содрогнувшись от холода. Торопливо вытерлась полотенцем и вышла в комнату. Ти тихо сопела, отвернувшись к стенке, а Плюм, устроившийся на её голове, пристально следил за мной.
— Не смотри так на меня, возвращайся, — прошептала я, пытаясь прогнать его взглядом. В следующий момент в грудь ударил заряд магии. — Можно было бы и осторожнее...
Потерев место удара, я вздохнула и направилась к гардеробу. Хотелось надеть что-то тёплое, уютное... но в моём шкафу по-прежнему были лишь рабочие вещи. После того случая ничего нового так и не появилось. Ну, значит, наденем то, что есть.
Бесшумно выйдя из комнаты, я размышляла, где может быть Сои. Он слишком много значил для Ти, и мне не хотелось её расстраивать. Надеюсь, это не проделки горничных... С этим определённо нужно что-то делать. Надо спросить Мари. Погружённая в мысли о предстоящей работе и поиске игрушки, я шагнула за порог дворца, приветствуя первым взглядом солнце и потянулась. Как давно у меня не было таких спокойных утр... Последнее время моя жизнь превратилась в замкнутый круг: работа — дом — работа, и ничего с этим не поделаешь.
Спустившись вниз, я заметила группу людей, направляющихся ко мне. Кто это мог быть в такую рань? Делегация? Или, может, кто-то из наших вернулся? Странно. В утренних сумерках я не могла разобрать их лиц, но внутри уже поселилось тревожное чувство. Сердце сжалось, ладони вспотели. Когда они подошли ближе, я замерла, сердце пропустило удар.
— Клаус?.. Это правда ты? — голос дрожал, а глаза наполнились слезами. Я не верила своим глазам. Он жив? Действительно стоит передо мной? Я сделала шаг вперёд, затем ещё один — нерешительно, боясь, что всё это лишь сон или игра моего измученного разума. Но его взгляд... Ледяной, пустой, от которого по коже побежали мурашки.
— Клаус?.. — снова позвала я, надеясь, что вот-вот он улыбнётся, а глаза потеплеют.
— Как ты смеешь так со мной разговаривать? — его голос прозвучал отрывисто, почти без эмоций, но каждое слово било сильнее, чем удар. — Не помню, чтобы мы были настолько близки. Что ты вообще забыла в МОЁМ дворце? Где твоё уважение? Забыла, кто перед тобой стоит?
Я отшатнулась. В груди всё сжалось, дыхание стало прерывистым.
— Что с тобой?..
— Стража, схватить эту женщину! — Клаус не раздумывал ни секунды. Его голос был твёрд и не терпел возражений. — Казнить за проявленное неуважение к правящей семье.
Я перестала дышать. На мгновение мир замер. Только сейчас я заметила женщину, стоящую рядом с ним. Элеонора Броуд. Её рука покоилась в его ладони, а на лице играла самодовольная улыбка. Она смотрела на меня с превосходством, словно победитель на проигравшего. Я не верила. Это должно быть розыгрышем... или страшным сном? Но когда стражники осторожно, но крепко схватили меня за руки, реальность ударила с новой силой. Они не причиняли мне боли, но сам факт...
Это был не сон.
— Дорогой, может, не стоит так жестоко? — подала голос Элеонора, и меня от её обращения передёрнуло. "Дорогой"? В этот момент я окончательно перестала понимать, что происходит. Клаус посмотрел на неё с такой теплотой и любовью, как ещё совсем недавно смотрел на меня...
— Ты такая добрая, Эле. Если ты так желаешь... — мужчина наклонился и поцеловал её. В этот миг что-то внутри меня сломалось. Всё рухнуло. Осталась только боль...
— Тогда я исполню желание будущей императрицы. Я изгоню тебя. Если ты ещё раз...
— Мамочка! Я нашла! — внезапно раздался детский голосок, и маленькие ножки затопали ко мне. — Это Сои! Он был в кресле, я забыл, что там он был! — Ти подбежала, протягивая мне игрушку, и на её лице светилась радость. Но как только она увидела, что меня держат охранники, её улыбка погасла. — А почему дяди тебя держат? Папа тут! Стоять папа?!
Ти повернулась к Клаусу, и я увидела, как на лицах у него и Элеоноры отразилось отвращение. В этот момент охранники, явно растерявшись, ослабили хватку, и я мгновенно прижала к себе мою девочку, крепко обхватив её руками. Сердце бешено стучало, страх сковал тело, но я не могла позволить им забрать её...
— Мама, что происходит? — Ти всхлипнула, утыкаясь мне в плечо.
— Ничего, милая, всё будет хорошо, — прошептала я, нежно поглаживая её по волосам, хотя сама едва держалась на ногах. Лишь бы с ней ничего не сделали... Это убило бы меня окончательно.
— И это маленькое чудовище ты тоже заберёшь с собой. — Голос Клауса звучал холодно, словно ледяной клинок. — Если я ещё раз увижу тебя, то казню как предателя родины. Тебе ясно?
— Да... — Слово сорвалось с губ едва слышным шёпотом. В тот же момент Клаус равнодушно отвернулся, приобнял Элеонору и полностью переключился на неё, словно меня никогда не существовало. Он не видел слёз, что градом текли по моим щекам. Он не видел, как я задыхалась от боли. Он просто вычеркнул нас из своей жизни.