ПРОБИВАЯ ЛЕД ТВОИХ ГРЕХОВ

Осень. Чикаго.
Неделю спустя.

— Привет, малышка! — раздаётся голос из трубки. Такой родной голос, что невольно, Камилла улыбается, несмотря на тоску на душе.
Прислоняется лбом к холодному стеклу окна и смотрит на улицу, где стоит пасмурная погода.
Дождя ещё нет, но небо затянуто серыми тучами.
Над Чикаго, может разразиться ливень.

— Привет, Эйд, рада слышать тебя.
Произносит с особой теплотой.
Камилла так любит своего брата, что в сердце всегда появляется тепло, всегда так было, даже, когда не знала правды об их родстве.
Тогда, Камилла не понимала этой особой привязанности к Картеру, а сейчас, все ясно.

— Я знаю, засранка! — парень смеется в трубку, на мгновенье звук приглушается и Камилла понимает, Эйден отвернулся, пока смех не утихнет.

— Вижу... тебе весело, — произносит грустно. На миг, всего на миг она жалеет, что вернулась в Америку без Доминика.
Он до сих пор не объявлялся. Ни он, ни Дональд. Парни исчезли, словно и не было их.

— Как там дети? — вопрос Картера отвлекает её от печальных мыслей и возвращает к любимым деткам.

— Все нормально, — она улыбается, говоря о Самер и Эйджее, и отходит от окна.
Мелинда и Эйден, как крестные, дали её дочери второе имя, Самер, что значит лето, девочка дарит тепло всем, кто только взглянет на её кукольную внешность. — вновь привыкли быть со мной. А Мэдисон...

— Расскажи мне, как прошла ваша встреча. — Картер перебивает сестру.
На какое-то мгновение, Камилла возвращается в прошлое.

Самолёт приземлился на частном аэродроме Чикаго. Снаружи льёт дождь, словно природа солидарна с состоянием Камиллы.
Она рвётся увидеть детей, но часть её сердца осталась там, в Англии.
— Ну что, готова к встрече с детками? — Оуэн весел, не замечает каково ей. Он думает, что дети заменяет ей все, и отчасти, молодой мужчина прав.

— Волнуюсь! — признаётся тихо. Ступив на мокрый асфальт, Камилла поёжилась, её не коснулась влага, охранники Оуэна тут же раскрыли над их головами зонты, стоило им сойти с трапа, и повели к большому, черному внедорожнику.
Внутри сидели Мэдисон и её дети. Было столько вопросов, слезы радости и сожаления, две подруги обнялись, после того, как Камилла зацеловала своих детей. Эйджей был рад видеть свою мать, а маленькая Мелинда-Самер, не заметила разницы.

— Встреча прошла успешно? — Картер прерывает её рассказ, вновь возвращая в настоящее. — Эйдж, не хулиганил?

— Нет. — Камилла улыбнулась сквозь слезы, эти воспоминания всегда будут вызывать в ней дрожь и трепет. — Он радовался, как и я. Мой милый мальчик. Он стал, так похож на отца.

— Хорошо. — выдохнул Эйден. — Я не мог быть рядом с ними и с тобой, прости.

— Эйден, ты что?! Я очень благодарна, что ты был с ними.

Картер усмехнулся.
— Это твой отец постарался. Иначе, военные не отпустили бы меня, охранять гражданских детей.

Мысли о Бенджамине, заставили Камиллу вновь встревожиться.
— Как он там? — спросила она, понимая, что только Эйден знает, где находится её отец.

— Все хорошо, Грэсси, не волнуйся за них.

— Мама тоже с ним?

— Да, они вместе. — Камилла услышала нервный смешок.
Эйден до сих пор не мог привыкнуть, что их родители вместе.
Несмотря на то, что между Бенджамином и Камиллой не было кровного родства, она все равно считала своим отцом лишь его, а Томас Блайт, так и не узнал правду о своей дочери.

— Я думаю, все уже утихло, им пора бы вернуться.

Затянулась пауза.
— Нет, малыш. То, что ты доверилась этому ублюдку, ещё не значит, что я тоже верю ему.

Голос Картера звучал теперь со злостью, он не мог поверить, как и Доминик, что Цербер изменился. Он более не опасен для них.
Камилле вспомнилось, как вначале Эйден ругал её за то, что она позволила Оуэну участвовать в её жизни, она никак не могла объяснить брату, что она здесь ни при чем, Оуэн сам нашёл их.
Картер не верил её словам.
За неделю, их общение более или менее стало налаживаться, но все равно, не стало как раньше. Между Картером и Камиллой чувствовалась недоговоренность.
Считая, что дело в ней, она не понимала, что именно она забыла рассказать.

— Ладно, Грэсс, мне пора, — проговорил Эйден, после недолгого разговора. — Я ещё позвоню, как-нибудь. Прошу, береги себя и детей. Люблю тебя, малыш, пока!

Камилла не успела спросить о Мэдисон, а Картер уже отключился.
Она задумалась, почему он даже не поинтересовался ею?
Что случилось между этими двоими?
Неужели их отношениям пришёл конец?

После разговора с братом, Камилла нашла своих детей, чтоб снова уделить им время. Каждый день она старалась быть с ними, лишь на прогулку их отвозили специальные люди вместе с няней, чтоб исключить риск нападения.
По словам Оуэна, Камиллу могли узнать, ведь она была публичным человеком из-за должности отца, а детей никто не видел в лицо и вряд ли поймут, чьи они.

— Я собиралась вывезти их на прогулку, — оповестила Кэррол, няня Эйджея и Мелинды.
Светловолосая девушка держала на руках девочку и одевала её потеплей, когда Камилла пришла в детскую комнату.
Они были в загородном доме Уилсона, о котором никто не знал, тут было тихо и безопасно. И совсем недалеко от Чикаго, всего двадцать минут езды.

— Ты каждый день вывозишь их в одно и тоже время, — заметила Камилла, подходя к Эйджею, который в нетерпении, пытался одеться сам. — малыш, дай помогу, — обратилась она к сыну.

Девушка заметно занервничала, Камилле показалось, что та, даже постаралась придумать подходящий ответ.
— Дети привыкли гулять в одно и тоже время, не хорошо менять привычки.

Помогая сыну одеться, Камилла отвлеклась от Кэррол и ничего не ответила ей.
Возможно, она права, — решила Камилла, ей не хотелось раздувать проблему там, где возможно, её и не было. Ей нельзя становиться параноиком.

— Мам, нам нравятся гулять с бойфрендом Кэрри, – заговорил Эйджей, после того, как наконец, ему застегнули куртку. — Он говорит на языке животных и умеет делать разные игрушки.

— Бойфренд?! — Камилла с упрёком взглянула на девушку.
Ей не понравилось, что та, держала их с Оуэном в неведении и виделась с каким-то парнем, возможно подвергая детей опасности.

— Мисс Спирс, я... — попыталась та оправдаться.

— Миссис! — Камилла грубо поправила девушку, не дав ей, даже договорить.

— Простите! — виновато выдохнула та. — Я лишь хотела сказать, что ваши дети будут в безопасности, охранники мистера Уилсона всегда рядом. Вам не о чем беспокоиться.

Камилла встала и выпрямилась.
— Надеюсь! — коротко отозвалась она, сложив руки на груди, она пристально смотрела на Кэррол.
Червь недоверия стал грызть её изнутри, решив, что стоит пересмотреть должность няни, она развернулась и прямиком пошла в кабинет Уилсона, несмотря на то, что тот был занят.

Тихо постучав в дверь, она вошла раньше, чем ей позволили зайти.
— Оуэн, нужно поговорить.

Молодой мужчина сидел за рабочим столом и просматривал кипу бумаг, все было разбросано по столу, но при появлении Камиллы, поднялся ей на встречу.
Как всегда, Уилсон выглядел великолепно.
Все время одетый с иголочки, Камилла не могла припомнить, чтоб она застала его несобранным, или в домашней одежде. Оуэн всегда носил одежду с намёком на деловую жизнь.

— Что-то случилось? — спросил он обеспокоено.

— Возможно. — Камилла неуверенно прикусила нижнюю губу и остановилась не доходя, до тёмного дубового стола. — Эйджей рассказал мне, что они видятся с неким парнем, пока Кэррол гуляет с ними.

— С парнем?! — удивился мужчина. — Кто это может быть?

— Бойфренд Кэррол. Оуэн, разве ты не должен был нанять квалифицированную няню, а не кого попало?

Услышав упрек от Камиллы, молодой мужчина улыбнулся и подойдя к ней, мягко сжал ей плечи.
Впервые, девушка могла говорить с ним наравне.
Камилла становилась смелой и рискованной, когда дело касалось её семьи. Это восхищало в ней Уилсона.
Мать защищающая своё дитя, что может быть лучше?

— Камилла, все будет в порядке. Успокойся! — он улыбнулся ободряющей улыбкой. — Малышка, никто не знает о том, что вы здесь, в Чикаго. Никто не свяжет их с тобой, или с Домиником.
Их документы в порядке. Тебе не о чем волноваться.

— Но... — Камилла хотела возразить, но Оуэн опередил её.

— Детка, ты должна довериться мне, я проверял эту девушку. Мы не рискуем с ней.

Несмотря на слова заверения Оуэна, Камилла не могла успокоиться.
Она что-то чувствовала.
— Ладно, извини что отвлекла, — произнесла немного обижено. Он не заметил её состояния, извившись перед Уилсоном, она направилась к двери.

— Тебе не стоит извиняться, — произнес ей вслед, Уилсон. — Ты мать, тебя можно понять.

Обернувшись и натянуто улыбнувшись напоследок, Камилла вышла из кабинета.

По пути в гостиную, она вспомнила их разговор, которой произошёл, пока они летели на борту частного самолёта.
Оуэн не требовал ничего, он терпеливо ждал. Его молчание так напрягало, что Камилла сама заговорила.

— Ты хотел от меня правду, и ничего кроме правды.
Уилсон кивнул, глядя на неё.
— Доминик он... — в последний миг, она задумалась, стоит ли говорить, но понимала, скрой она этот факт, возможно, Оуэн выйдет из себя. — Мой муж жив! — набравшись храбрости и побольше воздуха в лёгкие, выдохнула она. — Я бы в Англии не с Доном.
Оуэн улыбнулся.

— Я знал. — произнес он. — Честно, поражен твоей откровенностью, ведь знала же, чем грозит Доминику твоё признание.

На миг, она испугалась, вдруг, Оуэн найдет Доминика и убьет его?
— Знал?!

Уилсон кивнул.
— Догадывался, почти был уверен, что его никто не убивал.

— Но... Нет! Его пытались убить, именно потому он и скрывает что жив. Ник хочет найти виновников. — возразила она.

— Ник? — глаза Оуэна смотрели, казалось с некой грустью. — Ты любишь его, да? Готова простить ему все!

— Не все! — возразила она. — Я прощу ему все, кроме измены.

Оуэн невесело усмехнулся.
— Детка, он мужчина, хищник, это у нас в крови, неужели ты ещё не поняла, нет верных, есть лишь те, кто хорошо скрывает.

Слова Оуэна ещё больше разбередили её сердце, ревность вновь заглушила голос разума.
Ей хотелось плакать.
— Ты бы тоже изменял, если бы знал, каково это твоей половинке, как это больно, знать, что любимый человек посмел притронуться к другой, зная, что это убьет её?

Оуэн долго глядел в её глаза, прежде чем с его уст сорвалось признание.
— Возможно, я бы попытался понять её и постарался бы не совершать ошибок.

— Но ты не готов к такому, ведь так?

— Я – нет! Я не любил никого, до... это неважно!

— Значит, ты считаешь, что мужчина должен истинно любить, чтоб прекратить изменять?

Оуэн кивнул.
— Если он дорожит ею, то у него не будет секретов от неё.

По словам Уилсона, получалось, что Доминик вовсе не любил её, возможно, ему было хорошо рядом с ней. С ней удобно. Она никогда не лезла в его дела, не расспрашивала о том, о чем Доминик не хотел говорить. Камилла стала понимающей, а он пользовался этим.

Дойдя до гостиной, она обнаружила там Мэдисон, как и ожидала.
Сестра Доминика все время сидела здесь, бесцельно гладя на улицу, где листья на деревьях стали желтеть, природа окрашивалась в яркие тона.
Судя по её состоянию, у неё не все было в порядке, но сколько Камилла не интересовалась, та лишь говорила, что просто устала.

— Ты снова тут! — произнесла, подходя к креслу, где сидела её подруга.

— Привет, — Мэдисон подняла голову и натянуто улыбнулась.

— Мэди, я начинаю беспокоиться, — призналась Камилла.

Та вновь подняла глаза и взглянула на неё. В её темных глазах стояла боль и не пролитые слезы.
— Я больше не могу так! — выдохнула она и прикрыла глаза. По щекам потекли слезы, которые она тут же стёрла. — Кэм, прости меня, — вновь открыв глаза, виновато взглянула на Камиллу, — что до сих пор молчала, но сейчас я вынуждена это сказать.

— Сказать что?
Увидев состояние Мэдисон, Камилла забеспокоилась.

— Кажется, Доминик жив!

Камилла испытала небольшое облегчение, что все не так плохо, как она подумала, но не знала как реагировать.
Ведь она тоже знала правду и молчала.
— С чего ты взяла? — острожно поинтересовалась она.

Мэдисон стёрла все слёзы и выпрямившись, села ближе.
— Понимаешь, у нас с Картером не все гладко. — Не желая ставить Мэдисон в неловкое положение, она лишь кивнула. — Мы поссорились с ним и я ушла, оставив ему детей, прости, но это было ненадолго.
Мэдисон взяла Камиллу за руку, прося прощение.

— Мэд, он мой брат, и я доверяю ему как себе. Тебе не стоит за это извиняться.

— Дело не только в этом, — возразила Мэдисон.
— Пока меня не было, точнее, Эйден думал, что я ушла далеко, в дом, где мы жили, пришёл Доминик. Картер сказал, что это был Дон, но я уверена, Кэм, это был Дом, я бы узнала его из тысячи таких же как он.

— Я все понимаю, — сказала Камилла, чувствуя себя виноватой не меньше. Уже неделю они живут под одной крышей, но до сих пор не рассказала подруге правду о её брате. — Возможно, тебе хотелось, чтобы это был он, — стала она лгать, зажмурившись, она опустила голову.  Стало мерзко от собственной лжи, но не знала, стоит ли говорить ей. По словам Оуэна, она должна скрывать правду ото всех, пока сам Доминик не решит открыться им.
Но как же тяжело лгать любимым, Мэдисон стала ей как сестра, а она бесстыдно лжёт ей о её любимом брате.

— Нет, Камилла, я уверена, это был он! — разозлившись, Мэдисон вскочила и  произнесла слова с нажимом. — Неужели ты забыла его, и готова жить с Уилсоном, от которого мы прятались?
Камилла поняла, что ей нужно объясниться.
Мэдисон восприняла ситуацию по своему.

###
В это же время, в другой части Чикаго.

— Уверен, она сделала это по какой-то причине. — произнес Дональд, сделав глоток горячего кофе.

Доминик стоял возле больших окон, они находились в квартире, которую тот приобрёл недавно.
Пентхаус с видом на весь Чикаго.
— Не защищай её! — грубо, но сухо отрезал Доминик, который стоял голый возле окон.
Он не стеснялся собственной наготы, не старался прикрыться, из его спальни вышла сексапильная девушка и стала идти в их сторону.

Заметив чужую девицу в квартире брата, Дон чуть не поперхнулся кофе.
— Кхм-кхм! — прочистил он горло, когда заметил кто это.
То была Энджела!
Твою мать! — выругался себе под нос. Он не ожидал, что эта девица поступит так с Камиллой, с ним, не после того, как он рассказал ей почти все.
— Не знал, что ты не один, иначе, не пришёл бы... — впервые, Дональд был растерян. Он испытал странное смятение.
То ли, он был зол из-за Камиллы, что Доминик предал её любовь, то ли, его задело, что брат выбрал именно ту девушку, которая заинтересовала его самого.

— Энджела прибыла сюда, пару дней назад, — безразлично отозвался Доминик, все ещё не поворачиваясь к ним.

На Энджеле были лишь ночная сорочка и коротенький халат, но она не стала подходить к Доминику, как сделала бы девушка, после ночи любви, всего лишь села рядом с Доном на мягкий и кожаный диван, и улыбнувшись, взяла чашку горячего кофе.