Глава#52.
****
Дни лечения Доминика, стали для Камиллы словно ад.
Он больше времени проводил в обществе Энджелы и её отца, а Камилле приходилось либо присутствовать при этом, либо уходить в выделенную ей комнату.
Она не могла выносить любезничание с Энджелой, разговоры с мистером Одли и почти игнорирование к своей персоне.
Она старалась держаться и не поддаваться унынию, не выказывать своё недовольство на внимание Энджелы к Доминику, но все было словно против неё.
По ночам её мучили кошмары, а днём реальность.
Энджела была словно увлечена Домиником.
Вела себя с ним кокетливо, флиртовала.
Даже было удивительным. Глядя на неё Камилла поражалась тому, какой разной эта девушка могла быть.
С ней вела себя грубой и немного высокомерной, с отцом – любящей и нежной, а с Домиником – слащавой и слишком веселой.
Камилла думала над тем, что у Энджелы были не Британские черты и она совсем не была похожа на своего отца.
Она узнала, что мать Энджелы к сожалению умерла, когда та ещё была в подростковом возрасте, потому, Камилла не могла знать, была ли девушка похожа на неё.
Ей казалось, что в Энджеле было что-то от востока.
Мысли не давали ей покоя и Камилла решилась уточнить у доктора Одли, когда они вдвоём оказались в саду, на заднем дворе их территории.
— Мать Энджел была на пятом месяце, когда я на ней женился, – отозвался мужчина сидя в плетёном кресле, потягивая горячий чай.
То, что англичане предпочитали этот напиток кофе, Камилла знала и так, но ещё раз убедилась в своей правоте.
Доктор был одет в домашнюю мелко-вязанную, из овечьей шерсти - кофту и темные брюки.
Мужчина был не молод, лет около пятидесяти с хвостиком, но в свои года, выглядел он вполне неплохо.
Светлые, почти бесцветные голубые глаза, следили за ней с неким интересом, но скорее с отеческой заботой, тонкий длинный нос, каштановые волосы тронутые сединой.
Камилла успела заметить, что Одли занимался собой и бегал каждое утро со своей дочерью.
В отличие от них, сама Камилла, забыла о своих занятиях и больше была поглощена переживаниями о своём будущем и будущем своих детей.
Они сидели под навесом из живых растений, увитый вокруг стальных поручней загнанных в землю и всюду были цветки неизвестных Камилле растений.
Пахло здесь просто невероятно.
Удивившись признанию мужчины, Камилла смущенно улыбнулась.
— Вы не смогли дождаться свадьбы? – проговорила она, зная, что скорее всего он имел ввиду не это.
Её догадки подтверждались.
— Нет, вы не поняли, – тоже улыбнувшись в ответ, отозвался мужчина. — Я встретил Присциллу будучи беременной.
В удивлении, Камилла снова взглянула на мужчину.
— Да! – подтвердил он её догадки, заметив написанный на её лице - немой вопрос. — Энджела конечно моя дочь, но не по крови. Её биологический отец является мусульманином из Турции.
— Вы знали это, и все равно женились на матери Энджелы?! – удивлено переспросила она.
— Да! Вас это удивляет?
Камилла покачала головой, но на самом деле это было неправдой.
Её и в самом деле удивило то, что она узнала.
Одли принял чужого ребёнка, как своего. Разве это не удивительно, когда родные отцы бросают своих детей, наплевав на них и их будущее.
— Если честно, немного, – решилась она признаться.
Одли улыбнулся.
— Энджела моя дочь в любом случае. Она больше похожа характером на меня, чем на свою покойную мать.
Она целеустремлённая, временами жёсткая, у неё боевой характер.
Не смотря ни на какие трудности, она всегда добивается своей намеченной цели.
Выслушивая, как мужчина отзывается о своей дочери, Камилла просто улыбнулась.
Она не видела ничего общего, в этих двух, совершено разных людях.
Доктор Одли казался ей добрым, возможно отзывчивым человеком, когда как Энджела - вызывала в ней, только насторожённость и недоверие.
Спору не было, она была капризна и даже высокомерна. Но говорить об этом гордому отцу - не стоит.
— Пап, вот вы где?! – услышала она за своей спиной голос той, кого обсуждали и Камилла немного вздрогнула.
Рядом с этой девушкой ей становилось неуютно.
— Ты что-то хотела? – Одли отставил полупустую чашку с недопитым чаем на стол, и взглянул на дочь весь во внимании.
Так всегда было, стоило Энджеле появиться рядом.
Это он избаловал её – пронеслось в голове у Камиллы.
Энджела подошла к мужчине и как обычно, поцеловав его в щеку, села за столик, в зоне видимости Камиллы.
В этот раз, на девушке было платье свободного кроя.
Тёмного цвета, сводный в области груди и бёдер, зауженный ближе к коленям, перехваченный тонким ремешком в талии.
Одно плечо оставалось оголенным, с тонким намёком на сексуальность.
Свои чёрные волосы, девушка собрала в пышную прическу-дулю на макушке, открывая свою длинную и красивую шею.
Рядом с ней Камилла почувствовала себя немного неуверенной, в своей простой, сливочного цвета - кофте и домашних белых брюках.
— Я поеду в Лондон. У меня возникли кое какие дела. – заговорила Энджела вновь.
В этот момент она странно взглянула на Камиллу и снова, сразу перевела свои красивые глаза на отца.
— Ты вернёшься сегодня? – Одли задал вопрос, тоже глядя на дочь.
— Скорее всего. Как только все улажу. Так что, последи за Дональдом, – отозвалась Энджела, попросив отца об одолжении.
Энджела снова перевела свой взгляд на Камиллу.
— Когда я увидела Дональда, никак не могла вспомнить, где я видела его, – заговорила она уже с ней.
— Ваш муж - Доминик, он ведь служил в армии?!
Камилла нехотя кивнула, хмурясь из-за настораживающих слов Энджелы.
— Лет шесть-семь назад, я гостила у своих родственников в Турции, думаю, папа рассказал вам о моем биологическом отце.
Камилла только кивнула, желая поскорей услышать то, что девушка собиралась сказать про Доминика.
— Так вот, по воле случая я встретила его там. – Энджела усмехнулась, опустив глаза и покачивая головой.
— Я даже не сразу вспомнила про этот случай, когда увидела Дональда. Все думала, почему он мне так знаком, а оказалось, что я была знакома вовсе не с ним, а с его братом.
Камилла медленно сглотнула ком образовавшийся в горле.
Какого черта происходит?!
— Я видела Доминика всего пару раз, но успела влюбиться в него, – усмехаясь призналась девушка и снова взглянула на Камиллу. — Он выглядел таким мужественным, красивым и уверенным в себе. Был все время серьезным, не то что другие парни.
Доминик не пытался понравиться, или флиртовать с девушками. Меня подкупила его недоступность. – Энджела замолкла на некоторое время, но потом вновь взглянув на Камиллу, выговорила. — Мне очень жаль, что его больше нет, но Дон так похож на него и мне хочется...
Заметив изменившееся выражение лица Камиллы, Энджела не договорила.
— О, вы надеюсь не вместе, так как это было бы отвратительно. Понимаю, они очень похожи, и наверняка очень трудно отличать их.
Камиллу начинало бесить все что говорила эта девушка.
Её не касалось то, что она делала с парнем. Почему она вообще лезет?!
— Энджела, хватит лезть не в своё дело! – мягко вмешался мистер Одли. — Что делают Камилла и Дональд, нас не касается.
Энджела взглянула на отца.
— Может быть, но мне нравиться этот парень и хочу предупредить её, что готова за него побороться. – отозвалась девушка.
Сказав что хотела, Энджела встала и вновь поцеловав отца в щеку, попрощалась с ним и пошла в сторону дома.
Камилла сидела перестав дышать.
Ей только что бросили вызов, а она не знала как быть.
Что она может сделать? И вообще должна ли?
— Простите мою дочь, но как я говорил, она слишком боевая, ей кажется, что все то, что привлекает её внимание, должно принадлежать ей. Если она вобьет себе что-то в голову... – Мужчина не договорил, заметив встревоженный взгляд Камиллы. — Я надеюсь, что её слова не задели вас?
— Нет, – солгала она, сглатывая горечь.
Сейчас ей захотелось, чтобы Доминик заверил её, что не посмотрит в сторону этой девушки. Сказал бы, что помнит её и никогда больше не уйдёт.
Как ей быть?
Скажи она Энджеле, что это не Дон, а Доминик, не обрадует ли это девушку, и не появится ли у неё ещё больше интереса к парню, или остановит ли от борьбы?
— Я немного устала, пойду прилягу! – солгав доктору, Камилла встала.
— Конечно, идите! – мягко улыбнувшись отозвался Одли.
Даже не убирая за собой чашку, Камилла направилась в дом.
Едва зайдя внутрь здания, она остановилась как вкопанная.
В задней гостиной находились Доминик и Энджела. Они стояли рядом и говорили.
Девушка так зазывно смотрела на парня, а её руки находились в районе его груди, трогая его футболку, что не было сомнений, она пыталась флиртовать с ним.
— Кхм-кхм... – Камилла прочистила горло, давая понять им, что они уже не одни.
Доминик резко взглянул в её сторону, но рук девушки не убрал. Энджела тоже повернула лицо, с некой победной усмешкой.
Он так и стоял глядя на Камиллу, пока она сгорала внутри от злости и ревности.
Ничего не говоря, Камилла опустила глаза и прошла мимо них, слегка задев Энджелу.
Ей хотелось убраться отсюда подальше, но она не могла.
Ей некуда было идти.
Слезы жгли глаза. Но она терпела из последних сил, чтобы не расплакаться тут, внизу, чтобы никто не увидел её слабости.
Уже в своей спальне, Камилла дала себе волю и расплакалась.
Было так горько видеть Доминика рядом с другой и не иметь возможности что-то сказать, наорать, заставить его объясниться.
Её мрачные мысли прервали, дверь неожиданно открылась и в комнату зашёл Доминик.
Он выглядел серьезным и даже немного хмурым.
Брови сошлись на переносице, а глаза смотрели с такой холодностью, что казалось, словно это она виновата перед ним, а не наоборот.
Хотя возможно, Доминик не считал себя виноватым.
Возможно, он давно отпустил её и их отношения, решив зажить своей жизнью.
Она отвернулась к окну и быстро начала стирать слезы, стараясь скрыть их, но наверняка он заметил их.
Было неловко.
На улице все ещё было тепло, солнце уже садилось на горизонте, превращая некогда синее небо, в розовую и пурпурную высь. Но состояние Камиллы было сродни пасмурному, грозовому дню.
— Ты не могла скрыть свою ревность?! – с обвиняющей ноткой произнес он, и ей показалось, словно её ударили, а сердце чем-то проткнули.
Как же ей хотелось, чтобы все было по-другому.
Оказаться в объятиях Доминика и услышать совсем другие слова.
Впервые, Камилла пожалела, что полюбила такого человека, который не даёт объяснений и скуп на слова.
Он все показывает действиями, а сейчас эти действия говорят о том, что ему все равно.
Её плечи поникли, а голова опустилась.
Камилла была на грани того, чтобы сдаться.
Уйти и попытаться все забыть.
Вряд ли из этого что-то выйдет, но по крайней мере, её душа была бы спокойна.
Но тут же задалась вопросом, все ли она сделала, чтобы вернуть его?
— Я не ревную, – заставила себя выговорить всего три слова, а казалось, словно сказала целую речь.
От нервов во рту пересохло и становилось трудно дышать.
Доминик усмехнулся, заставляя её зубы сжаться.
— Я видел твой взгляд, так смотрят лишь те, кто думает, что тот объект, который перед ними - принадлежит им.
Слова были пропитаны толикой яда, и это убивало. Медленно.
— Я не могу разубедить тебя, – тихо отозвалась она, стараясь скрыть что плакала.
Она не доставит ему такого удовольствия и не подтвердит его догадки.
— Ты против того, что Энджела выказывает мне знаки внимания?
Камилла задохнулась от негодования.
Этот человек притащил её в чужую страну, через океан, и после этого смеет попрекать её?
Он сам привез её с собой. Она ведь не просила.
Точнее, просила, но если ему это так ненавистно, зачем он взял её с собой?!
— Ты взглянешь на меня, или все так же, будешь стоять ко мне спиной? – выговорил свой вопрос.
Камилла поняла, он знает о её состоянии, но решил добить её, растоптать.
— Ты был занят приятным разговором, так зачем пришёл за мной?
Он тихо усмехнулся, что Камилла усомнилась, не показалось ли ей.
Её злило, что Доминик прекрасно все осознавал и издевался над ней.
— Я пришёл проверить твое состояние, не хотелось бы, чтобы ты натворила глупостей.
— Можешь не беспокоиться! – сдерживаясь из последних сил, выговорила она в ответ и зажмурилась, останавливая слезы. Но они все ещё текли из глаз, по щекам. Стекая по подбородку и падая влажными каплями, на её грудь.
— Это не то, что ты думаешь, – наконец сменив тактику и тон, заговорил Доминик после некоторого молчания.
И ей показалось, что она ослышалась. Она была ошарашена его словами, не ожидая того, что он начнёт оправдываться.
Ей так хотелось взглянуть ему в глаза, но не могла повернуться.
Слезы не прекращали течь.
— Я ничего не думаю, – резко ответила она, обхватив себя руками.
Хотелось почувствовать себя живой, но картина, которую она увидела несколько минут назад не давала спокойно вздохнуть, или расслабиться.
Камилла старалась звучать твердо, чтобы голос не выдал её, но у неё ничего не вышло.
Легкое электрическое тепло прошлось по её спине, отчего по телу пошли мурашки, и она поняла, что он подошёл к ней.
Спина выгнулась, словно отрицательный полюс магнита отталкивал её.
Тепло и покалывание прошлись по позвоночнику, переходя вниз и теряясь где-то в районе бедер.
Доминик не притронулся к ней, но она знала, что он совсем близко.
Услышала его дыхание, которое опалило её затылок и шею.
Волосы, словно зашевелились.
— То, что я не отвергаю её, и не указываю ей её место, этому есть причины, – заговорил он уже тише, и Камилле показалось, что её сердце сдавили в тисках. В груди защемило, и ей стало труднее дышать.
Доминик не назвал девушку по имени, словно не придавая ей значения и у Камиллы закралась надежда, что возможно не все так плохо.
Не выдержав, она резко обернулась, глядя на него немного раскрасневшимися глазами, полными слез отчаяния.
— Не поступай так со мной, Доминик! – выговорила она, перестав притворяться, что знает кто он.
Она не может притворяться и дальше. Иначе, она проиграет себе.
Лицо Доминика вмиг озарилось удивлением. Он только хотел заговорить, но Камилла зажала его красивые губы ладонью, потянувшись к нему.
— Не надо! Хватит Доминик!
Я так больше не могу! – отчаяние с какой прозвучал её голос, немного отрезвило его. — Я не знаю, зачем ты это делаешь и как получилось, что ты остался жив. – Сделала вдох и выдох. — Хочешь и дальше притворяться своим братом, дерзай! Но не думай, что я буду верить в это.
Вдохнув ещё немного воздуха и убрав руку, она продолжила. — Я хочу уехать...Я должна. Зря я согласилась на эту поездку.
Словно подтверждая своё замешательство, она опустила голову и потрясла ею.
Доминик слушал её и понимал, что Камилла говорит серьезно.
Она подумала, что всему пришёл конец и готова сдаться.
Отодвинувшись, Камилла попыталась пройти к ванной комнате. Но Доминик сплёл свои руки у неё на талии, загоняя её в замок своего захвата, притягивая к себе.
Снова растерянность и она позволяет ему то, что он хочет сделать.
Его лицо немного нагнулось к ней.
Нос задевал её важную от слез щеку.
— Я Дональд! Не надо видеть во мне того, чего нет, – выдохнул он ей в лицо, опаляя своим дыханием.
Снова ложь. Но он был спокоен. Больше не нервничал из-за того, что она назвала его же именем.
Камилла неуверенно положила свои руки ему на грудь и опустила свой взгляд. Едва касаясь, потом решившись полностью прижалась к его горячему телу, которое обжигало сквозь ткань одежды.
Ей давало уверенность то, что не смотря на своё отрицание, он пришёл к ней. Он говорит какие-то слова. Неважно какие, главное, что он не закрылся и не отмахнулся от неё.
Уж слишком хорошо она его знала, чтобы не понимать простой истины.
Доминик здесь, потому что она все ещё нужна ему.
Его нос соприкоснулся с её.
Камилла позволяла этому происходить, хотя ей хотелось наорать на него, послать куда подальше. Но кому она сделает этим хуже?
Только себе.
Доминик не из тех кто будет ходить за девушкой и вымаливать прощения. Он никогда не станет просить ни о чем, даже, если виноват он, а не она.
— Малыш, я могу лишь сказать, что чтобы не случилось, как бы я себя не вёл, ты должна либо терпеть, либо уйти. Решать тебе!
Вот же гад!
Ставит её перед выбором, заставляя собственноручно подписать себе приговор.
— Я не могу... – выдохнула она сквозь слезы и потянувшись выше, переместила свои руки ему на шею.
— Ты знаешь, как я люблю тебя и продолжаешь мучать меня.
Слова были пропитаны горечью и отчаянием.
— Не знаю, вспомнил ты нас, или делаешь все это не помня...
Его губы накрыли её заставляя замолчать.
Требовательными, умелыми движениями, Доминик раскрыл её губы языком. Она поддалась.
Это было тем, что она так отчаянно пыталась вернуть.
Мягко покусывая её пухлые губы, Доминик целовал её. Но он не предпринимал попыток перевести поцелуй в нечто большее.
Наконец оторвался от её лепестков и словно нехотя выдохнул.
— Малыш, прости, но мне нельзя заходить так далеко.
Подняв руку, мягко провёл по её щеке, стирая влажные дорожки.
Она понимающе, слегка кивнула головой, не глядя ему в лицо. Но рук не убрала.
Конечно же нельзя. Камилла понимала, что Доминик ещё слаб, и ему нельзя перенапрягаться.
Он поднял её лицо за подбородок заставляя взглянуть на себя.
— Я боюсь того, что эта девушка все испортит, – выговорила она. — Пойми, я готова простить тебе все, но не измену! – выговорила она, прежде чем он скажет что-то ещё.
Ей хотелось достучаться до него, дать понять, что и её терпение не безгранично. Но она лгала сама себе, что сможет уйти.
Доминик невесело усмехнулся.
Как же она любила в нем все, даже его усмешку и так боялась потерять его.
Готова была вцепиться в него зубами и ногтями, и не отпускать.
В нем все ещё чувствовалось отчуждение, не смотря на тот поцелуй, который был минуту назад.
Неужели Доминик охладел к ней?
Поэтому он изменился?
Снова сомнения терзали душу.
Больше нет той искры, которая разжигала в нем огонь?
Как же это больно.
Почувствовав её замешательство и растерянность, Доминик снова заставил её взглянуть на себя.
В её зелёных глазах стояла грусть и не высказанная боль.
Он видел, что если не скажет хоть что-то, это убьет в ней веру, надежду и возможно жизнь.
— Посмотри на меня! – приказал он и она подчинилась.
Её зеленые глаза смотрели с отчаянием. — Я не могу... – тихо выговорил он, нервно оглядев комнату, продолжил.
Доминик не знал, как достучаться до Камиллы не объясняясь и не говоря лишних слов. Он не мог пустить все псу под хвост, после стольких стараний. Но и отпускать ту единственную, кто сумел забрать его сердце, он тоже не мог.
— Помнишь, я говорил, что скажу это лишь раз, и чтобы ты никогда больше не просила об этом?! – Мягко поглаживая её по щеке, произнес слова.
Камилла поражено взглянула в его внимательно смотрящие глаза.
В ней снова загорелась надежда.
Снова захотелось жить.
Он мог говорить лишь о тех заветных словах, которые произносил так редко и потому, они были так ценны для неё, как роскошь бриллианта.
Она кивнула, не совсем уверенная, что их мысли были об одном и том же.
— Но ты говорил...
— Знаю... Ты ведь поняла о чем я?
Камилла боялась поверить своему счастью.
Неужели Он говорит, что до сих пор любит её?
— Пожалуйста, скажи! – попросила она сквозь слезы, начиная плакать в открытую, приподнявшись на носочки, она прижалась к нему тесней, обвивая его шею обеими руками.
Щека к щеке. Его щетина царапала нежную кожу, но это ничто по сравнению с тем, что творится внутри неё. — Скажи мне, что не прикоснешься к этой девушке! Обещай...
Доминик не ожидал такой реакции. Он думал, что Камилла была сильной и впервые видел её такой расклеенной.
Неужели он сломал её?
— Малыш... – Доминик обхватил её голову ладонями, заставляя её немного отодвинуться и взглянуть ему в глаза.
В его собственных стояла растерянность.
— Я не переживу... Я не могу... – каждое начатое её предложение, терялось на её языке от нехватки воздуха.
— Эй! Эй! – он прижался лбом к её лбу, а руки удерживали за щеки.
Доминик хотел успокоить её, но не знал как. — Все хорошо, успокойся! Я здесь! Я рядом! Успокойся!
Камилла тяжело дышала, ей казалось, что нервный стресс убьет её.
— Я просто не могу... Меня убивает, что ты позволил ей прикасаться к себе.
— Все хорошо, родная, успокойся! – говорил Доминик, уже наплевав на все. Но насторожённость не давало ему расслабиться полностью и рассказать все тут же.
— Она ведь красивая?! Да? Она нравиться тебе?
Наконец, Доминик усмехнулся, глядя на замешательство Камиллы.
Он не мог поверить, что его девочка усомнилась в собственной значимости.
Такое было впервые.
— Не отрицаю, – тихо выговорил он, все ещё удерживая её лицо в своих ладонях. — Энджела эффектная, красивая девушка, но не для меня. Для меня есть только ты! Ты - самая красивая и желанная.
Сказав эти слова, мягко провёл по её пухлым губам пальцем.
Камилла не могла поверить в слова парня, ей казалось, что все что он говорит неправда.
Он никогда не был настолько откровенен. Показывал свою любовь, но таких слов не было.
Ей захотелось большего. Доказательств, что слова не пустые. В них должна быть значимость.
Видя, что таким образом до неё не достучаться, Доминик понял, что нужно действовать и говорить что-то, что могло дать ей хоть какую-то надежду.
— Я с тобой! Маленькая...заноза...
Вспомнив, как он называл Камиллу в прошлом, он решил использовать это слово, чтобы она поняла, он помнит её, но не может всего рассказать сейчас.
Она должна понять его.
Едва эти знакомые до боли в душе, в мышцах, да и по всему телу - слова слетели с уст парня, она снова разревелась. У неё случился ещё больший срыв.
Камилла не могла поверить, что это он. Да, она думала что перед ней Доминик. Но догадываться и получить доказательства - не одно и тоже.
Она расплакалась сильней, прижимаясь к нему, вжимаясь в его тело, словно стараясь стать единым целым. А именно этого, сейчас ей и хотелось.
Быть рядом, ощущать его запах, тепло. Не отпускать больше никогда. Не давать себе возможности, вновь лишиться его.
Вцепляясь так, она давала понять, она больше не отпустит его от себя и не уйдёт сама.
— Люблю тебя... – выдохнула она, прижимаясь губами к его щекам, глазам, приятно пахнущей шее.
Судорожно покрывая его лицо поцелуями. Одновременно плача и радуясь.
— Малыш... – он запустил свои пальцы в её волосы на затылке и схватил немного грубо, останавливая её. — Ты должна держать себя в руках, и относиться ко мне как... – тихо выдохнул он, не договорив. Но она поняла. Все поняла и кивнула.
— Я ведь могу любить тебя, кем бы ты не был?! – выдохнула она и прижалась к любимым губам.