Брачная ночь
Когда женщины, смеясь и шелестя платьями, отошли к накрытому для них столику, я остался среди мужчин. Я не видел Ронана и Самуэля. Не могли же они пропустить нашу церемонию.
Вечернее солнце опускалось ниже, море уже темнело, и в этом медленном сгущении цвета лица за столом казались резче.
Отец Кассианы сидел напротив — спина прямая, взгляд выученно спокойный. Но я видел, как у него дергается жила у виска — человек, привыкший держать мир под контролем, и сейчас ему приходится делить этот контроль.
Его рука лежала на столе слишком неподвижно, а бокал вина остался нетронутым.
Я поднял свой и медленно сказал:
— Ваша дочь сегодня произнесла клятву, которой многие боятся даже слушать.
Я благодарен вам за то, что воспитали женщину, чья сила достойна семьи Скайлар.
Он чуть кивнул, почти незаметно.
Его жена — тень лёгкой улыбки.
Но я уловил в его глазах вопрос, скрытый за вежливостью: зачем тебе именно она?
Я наклонился вперёд, не повышая голоса:
— Вы знаете, в каком мире мы живём.
Здесь семьи выживают только тогда, когда рядом есть те, кто умеет держать слово.
Кассиана умеет.
И я обещаю — пока я жив, ни один враг не коснётся её. Даже вам, я не позволю навредить ей.
Мой взгляд остановился на Мелине.
Сестра Кассианы — точно ее копия. Те же черты лица, только глаза ее не сравнятся с глазами моей жены. По виду, казалось она уже понимала, что значит моя фамилия.
Я слегка улыбнулся.
— Вы с сестрой давно не виделись, почему бы вам не подойти к ней? — добавил я после короткой паузы. — Или, вы состоите в недружественных отношениях?
Море за спиной зашумело громче, словно подчеркивая мои слова.
Отец Кассианы сжал кулаки. Видимо, попал в точку. Мне ответила Мисс Докс.
—Да, ступай Мелина. Вы же так давно не говорили.
Смутившись, Мелина медленно поднялась и поспешила к сестре. Обыскав Кассиану в толпе, я улыбнулся ей, заверяя, что все будет хорошо.
Но моя улыбка тут же погасла, когда заговорил брат Кассианы- Лео. Лучше бы он не открывал свой вонючий рот.
— Слышал, ваша сестра недавно погибла.
Сам того не заметив, я сломал бокал в моей руке. Вино и кровь перемешались на моей ладони.
В ту же секунду, под горлом Лео появился блестящий кинжал. Его глаза расширились от страха.
—Не говори о ней, если не хочешь остаться без головы, - тихо произнес Самуэль, давя на кинжал. Его взгляд был пустым. Я узнавал этот взгляд. Как только речь шла о моей сестре, он терял контроль.
—Как это понимать?— вскочил с места Дэмид Нокс.
Ронан подал мне платок, чтобы остановить кровотечение. Уголком глаза я заметил Кассиану и жестом велел не вмешиваться. Они легко кивнула.
—Понимайте, как хотите. Вы не имеете никакого права, говорить о моей сестре. Тем самым, вы нарушили правила в моей территории. Как вы хотите одобрить меня, Нокс?
—Какое еще правило?— возмутился Дэмид.
—Никто в пределах Италии, не умеет право упоминать о сестре Кайроса. Неповиновение- карается смертью. — дословно сказал Ронан.
Все смотрели на это шоу с ожиданием исхода. По горле Лео начала течь малая струя крови.
—Вы же не хотите остаться без чести среди столь важных людей?- я продолжал его провоцировать.
—Чего тебе надо?
—Мелина останется с Кассианой. На этом всё. Иначе,— я посмотрел на Самуэля, тот в ответ сильнее прижал кинжал к горлу Лео.— Вы останетесь без наследника.
Я знал, что он не настолько глуп, чтобы отказать. Согласно приглашению, никто не пришел с многими людьми. От каждой семьи четыре или пять представителей.
Дэмид опустил голову.
—Мне только в радость. Пусть девочки погуляют в Италии,— он присел на место, не поднимаю голову.
И только потом Самуэль отошел от Лео, и встал рядом со мной.
Игра только начинается, но сегодня — первый ход за мной.
Проводив гостей, мы под ночь вернулись домой. Все были измотанны. Кассиана и Мелина уснули по дороге на заднем сидении. Самуэль нервно сжимал руль.
—Я тоже скучаю по ней, — сознался я, глядя в пустоту. Повернувшись к нему, мое сердце сжалось от боли. При лунном свете, я увидел как слеза скатилась по его щеке, он всей силой сжимал руль. С виду сильный и непоколебимый мужчина, но никто не догадывается, насколько ему тяжело.Похлопав его по плечу, я стиснул зубы. Если бы не эта фамилия, сейчас мы были бы все живы и вместе. Той фамилией, которой мы так гордимся и величаво о ней говорим, на самом деле стало для нас проклятием.
И сейчас, я втянул Кассиану в это дерьмо. Если с ней что-то случится, я уничтожу мир мафии раз и навсегда.
Когда мы добрались до дома, я аккуратно поднял Кассиану, и зашел внутрь. Ронан, который припарковался за нами, сделал то же самое с Мелиной.
Я попросил Ронана остаться с Самуэлем. Каждому в тяжелые времена нужна опора, хоть он об этом не просил.
Медленно, чтобы не разбудить Кассиану, уложил её на кровать, как в дверь постучали. Я быстро открыл её, и увидел на пороге Мелину. Черт, иногда я забываю, что они близнецы. Тихо закрыв за собой дверь, я показал ей пальцем не шуметь. Она кивнула и направилась за мной.
—Ты вовремя,— выдохнул я.— Надень на её комфортную одежду. Но смотри не разбуди её,— сказал я, спускаясь вниз.
—Спасибо,— вдруг сказала Мелина. Даже их голоса были одинаковые. Это раздражало. Я остановился и обернулся к ней.
—За что?— спросил я.
—За то, что сделал мою сестру счастливой. Я никогда не видела её такой счастливой, как сегодня.
—Это мой долг,— ответил я и оставив её наверху, отправился к братьям.
Они сидели на улице и смотрели то ли на луну, то ли на звезды.
Усевшись рядом с ними, я тоже тихо наблюдал за небом. Зиаля любила смотреть на луну. Делав то же самое, я чувствовал себя ближе к ней хоть на какое-то время.
—У тебя разве не брачная ночь?— поинтересовался Ронан.
Я взял бутылку и налил себе красное вино.
—Она крепко спит. Утомилась среди толпы незнакомых лиц,— ответил я, запивая стакан.
—Что будешь делать дальше? Забыл о своем плане?— спросил Самуэль, все еще глядя в небо.
Почесав подбородок, я опустил голову:
—Простите. Я еще не готов.
Самуэль горько усмехнулся, в то время как Ронан понимающе кивнул.
На утро я не застал Кассиану в комнате, её сестры тоже не было. Черт. Не знаю почему, но беспокойство начало расти внутри меня. Телефон завибрировал.Кассиана прислала мне сообщение:
Не волнуйся. В знак благодарности, я хочу устроить тебе сюрприз.
Villa delle Lame, Strada dei Cipressi 14, провинция Сиена.
Жду тебя там в 6 вечера. Приезжай один. С любовью, твоя Кассиана.
Приняв душ и переодевшись, я решил не беспокоиться сегодня Самуэля и Ронана, и отправился покупать цветы. Видно Кассиана старалась сделать для меня что-то хорошее. Я не могу остаться в стороне. Выключив уведомления, я направился в сторону Florence — Thursday Flower Market (Via Pellicceria, под аркадами около Piazza della Repubblica.
По четвергам там продавали самые свежие и красивые цветы, достойные моей жены.
Улица была далеко от моего дома, но я сам лично хочу выбрать для неё. И уверить её, что я впервые чувствую что-то подобное.
Я припарковал чёрный BMW 7 прямо у края площади, шины тихо зашуршали по старой брусчатке. Обеденный рынок уже жил своей суетой: белые тенты дрожали от ветра, а над ними стояла густая, почти приторная смесь ароматов — лилии, розы, мокрый камень после утренней росы.
Я вышел. Несколько человек невольно отступили — не из-за угрозы, просто... так бывает. Шёл медленно, чувствуя, как взгляд цепляется за каждую вспышку цвета.
Розы. Красные, с оттенком вина, и стебли — длинные, ровные. Провёл пальцами по бархатным лепесткам — упругие, как надо. Лилии — белоснежные, будто сошли с холста. Пионы с плотно закрытыми бутонами, хранящими в себе обещание. Я выбирал так, как привык выбирать всё, что касается её — без компромиссов.
— Самое лучшее, — сказал я тихо женщине за прилавком. — Для моей жены.
Она кивнула, не задавая вопросов, и быстро собрала букет, перевязав тонкой шёлковой лентой.
Я достал из внутреннего кармана кошелёк, положил на прилавок сумму, вдвое превышающую её цену. Это не был жест напоказ. Просто... для меня сегодняшний день значит больше.
Взял букет. Бархат роз обжёг пальцы холодной росой. На секунду позволил себе задержать взгляд на цветах — и где-то внутри, глубже привычной стальной тишины, разлилось то редкое, хрупкое тепло, которое принадлежало только ей.
Я открыл дверцу и сел за руль, аккуратно уложив букет на соседнее сиденье, чтобы ни один лепесток не сломался. В салоне пахло свежей кожей и холодным металлом. Я включил зажигание, но не тронулся сразу — телефон вибрировал в кармане.
На экране — несколько уведомлений от Томиана. Я нахмурился, провёл пальцем и набрал его сам.
—Брат? — в трубке раздался его привычно уверенный голос. — Я думал заехать к вам. С детьми.
Я сжал руль одной рукой, взгляд скользнул по площади, где уже начинали толпиться туристы.
— Не время, — отрезал я. — Сиди дома.
— Да ладно тебе, — в голосе Томиана мелькнула усмешка. — Я соскучился.
— Я сказал — не высовывайся, — мой голос стал ниже, холоднее. — Сегодня будет слишком шумно.
В трубке повисла короткая пауза, потом он тихо выдохнул:
— Понял.
Я отключился, не дожидаясь прощания. Телефон лёг на панель. Двигатель тихо зарычал, а я посмотрел на букет — единственная деталь этого утра, которую я позволял себе назвать красивой. Если бы утром я увидел Кассиану, цветы мне не показались бы красивыми.
Я выжал сцепление и плавно вывел машину на узкую улицу, где булыжники дрожали под шинами.
Рано. Слишком рано для встречи. Но ждать не было смысла: мысль о том, что Кассиана уже где-то рядом, жгла изнутри, как нетерпение, которое я обычно умею гасить. Сегодня — нет. Я прекрасно знаю, какой подарок она мне приготовила. Но всё равно, мне не терпится увидеть это.
Я прибавил скорость, чувствуя, как мотор откликается низким ровным рыком. Воздух в салоне был пропитан ароматом свежих роз и прохладной утренней улицы.
Все дела, все звонки — потом. Сейчас мне нужно одно: увидеть её как можно скорее. Даже если приеду первым и придётся ждать — это будет лучше, чем ещё хоть минуту без её запаха.
Я заглушил мотор, взял цветы — тишина накрыла сразу, как будто кто-то выдернул звук из мира. Вечер уже густо осел над старым складом, небо было фиолетовым, с редкими просветами медного заката.
Гравий под ботинками тихо хрустел, пока я шёл к входу. В воздухе стоял запах сырой пыли, ржавчины и старых досок. Дверь скрипнула, впуская меня внутрь — звук чужой, слишком громкий.
Полутёмный зал тянулся пустотой. Сквозь щели в крыше сочились тонкие полосы света, падая на бетон, будто блеклые клинки. И — посередине — один стул.
Я остановился.
— Кассиана? — голос вышел хриплым и глухим, эхом ударился о стены и растворился в тишине.
Ни шороха в ответ. Только собственное дыхание — и глухой удар сердца, который с каждой секундой становился тяжелее.
Сделал шаг. Ещё один. Слишком тихо. Слишком пусто.
—Кассиана? Я чувствую твой запах. Выходи..
Позади — резкий шорох. Я начал поворачиваться, и в ту же секунду что-то тяжёлое, с глухим металлическим звуком, обрушилось на затылок.
Боль резанула, как раскалённое лезвие.
Я почувствовал, как ноги пошатывают, букет выскользнул из моих пальцев. Цветы упали на бетон, лепестки рассыпались. И чья-то нога наступила на розы. Мир мигнул ослепительно-белым — и рухнул в чёрную пустоту.
Я очнулся с ощущением тяжести во всём теле. Я усмехнулся громко.
—Цветов жалко-то. Я лично их выбирал,— выдвинул я, посмотрев на фигуру передо мной.
Лео ухмыльнулся широко, эта улыбка была слишком уверенной, что хотелось быстрее прикончить его.
— Ну что ж, Кайрос, — сказал он, голос полон ехидства, — очень приятный сюрприз, не так ли? Понравилось?
Кассиана, нет, Мелина стояла чуть в тени, но взгляд её был пронзительным. Она не улыбалась, но в её глазах читалось то, чего я не ожидал — отчаяние.
Лео сделал шаг вперёд.
— Ты думал, что сможешь просто прийти и забрать моих сестер? — его голос звучал почти шёпотом, но я слышал дрожь. Трус. Даже связав меня, он боится говорить со мной. — А теперь ты в наших руках.
Оглядевшись, я увидел пять охранников позади Мелины. Кассианы нигде не было. Прокашляв, я тихо спросил:
— Кассиана. Долго ты будешь прятаться? — мой голос прорезал тишину, глухо отразившись от стен. — Я же сказал, что чувствую твой запах.
Ржавая дверь с пронзительным скрипом распахнулась. В воздухе повисла смесь запаха пороха, пыли и холодного бетона. Я услышал характерный стук каблуков по полу — фигура приближалась ко мне. В руках она держала пистолет, уверенно, без колебаний.
— Не так я представлял себе брачную ночь, — улыбнулся я, пытаясь придать голосу лёгкую шутливость, хотя сердце сжималось от напряжения.
Она стояла передо мной. Кассиана. Ни дрожи, ни слова. Только ледяной взгляд и ружьё, направленное прямо на меня.
— Знаешь, — выдохнул я, стараясь удержать взгляд в её глазах, — ты должна была стрелять в меня тогда. Сделала бы это, и мне не было бы так тяжело сейчас.
Она нажала на курок. Мгновение растянулось до бесконечности. В её глазах блеск, жестокий и вынужденный одновременно. Я был прав: её заставляют.
Я даже не заметил, как боль пронзила грудь, пока Лео не нажал на точку большим пальцем. Мой крик застрял где-то глубоко внутри — просто мелочь.
—Я ведь знал. Ты дала мне фальшивую записку..- усмехнулся я под себя.
—Ты...
— Стреляй! — выдохнул я с холодной решимостью. — Если это тебе чем-то поможет, Кассиана... Стреляй. Я буду в порядке. — Я попытался улыбнуться, хотя каждая мышца кричала от боли.
—Перестань, Кайрос!— запыхтела Кассиана.
Лео, довольный своей властью, начал избивать меня кулаками. Кассиана закрыла рот руками и метнулась прочь, её силуэт исчез в полумраке.
— Довольно, — выдохнул я сквозь сжатые зубы, концентрируясь на каждом ударе. Кассиана цела. Нет смысла притворятся.
Резким движением ударил лбом в его. Он отшатнулся, хмуро ругаясь, а тут в зал ворвался рев моторов.
Два мотоцикла ворвались в ангар, будто две тени из ночного кошмара. Фары резанули тьму белым светом, отражаясь от ржавых балок и масляных луж на бетонном полу. Моторы ревели, металлическое эхо дробило воздух. Они летели почти навстречу друг другу, на последнем мгновении разошлись зеркальным манёвром, будто репетировали это годами.
Пули свистели, рвали тишину — каждый выстрел отдавался в рёбрах глухим ударом. Охранники падали один за другим, не успев даже понять, кто их снял. Взрыв крика — и Лео с глухим стоном рухнул, прострелен в обе ноги. Запах крови мгновенно смешался с гарью от пороха.
Я остолбенел. Ни Ронана, ни Самуэля я не звал. Кто это, чёрт возьми? Лучше бы не знал.
Первый мотоциклист резко затормозил, резина взвизгнула по бетону. Шлем с щелчком сорвался.
— Вижу, ты совсем не скучаешь, братец, — ухмыльнулся Томиан, подходя ко мне, глаза сверкнули как клинки.
— Это было потрясно, — второй мотоциклист сдёрнул шлем, и кудрявые волосы Рены рассыпались по плечам. Она улыбнулась слишком довольной улыбкой и подошла к Лео. С хищной медлительностью вдавила каблук прямо в кровоточащую рану. Лео захрипел, его крик отозвался в рёбрах дрожью.
— Какого чёрта вы тут делаете?! — сорвался я, когда Том начал развязывать меня.
— Спасаем твою шкуру, — с широкой, почти безумной улыбкой ответил он.
— Где Кассиана? — голос мой дрогнул. Она только вышла. Они должны были её видеть.
— Близнецы с Самуэлем. — Рена скосила взгляд на Лео и хмыкнула. — Только вчера женился, а тут тебя уже предают.
Том подхватил меня под руку. Мы выбрались из душного ангара, пропахшего железом и гарью. Рена, небрежно схватив Лео за волосы, потащила его за собой — он стонал, оставляя на полу размазанные кровавые следы.
— Она меня не предавала, — выдохнул я. — Я знал всё заранее.
Во двор въехали несколько чёрных машин. Скрипнули тормоза — из дверей вышли Ронан, Самуэль и Кассиана. В свете фар её лицо было бледным, как фарфор.
— Поговорим дома. Нужно обработать твою рану, — спокойно, но глухо сказала Рена, надев шлем и заводя мотор.
— То есть ты специально угодил в ловушку? — Рена, склонившись надо мной, обрабатывала рану. Её пальцы дрожали, но взгляд был злым — как в тот раз, когда я оставил дела дона ей.
— Кассиана дала мне фальшивую записку, — ответил я устало. — Хотела освободить свою сестру, зная, что ради неё я сделаю всё. Но не учла одного: Италия — моя страна, и ничто не может скрыться от меня.
Я посмотрел на Кассиану. Она заплакала и хотела шагнуть ближе, но я остановил её жестом.
— Всё хорошо. В следующий раз просто говори без уловок. Я сам всё решу.
— Не вини её, — тихо сказала Мелина, появившись в дверях. — Мы хотели спасти нашу мать.
— Знаю, — коротко кивнул я. — Только поэтому я поддался вам. Но Кассиана, рассказав всё Тому, испортила всё сама. Если бы не моё спасение, вы бы преуспели.
— Я не хотела, чтобы с тобой что-то случилось, — запыхтела Кассиана. Я поднялся и крепко обнял её.
— Знаю, дорогая. Ты сделала это ради матери. Будь моя мама жива — я поступил бы так же.
— Но как ты догадался? — спросил Том, прислонившись к стене.
Я усадил Кассиану рядом:
— На свадьбе её «мать» даже не подошла к ней. И сама Кассиана, которая без ума от своей матери, не потянулась к ней. Я попросил людей в России разузнать всё. Оказалось, её настоящая мать больна раком и прикована к постели. Тогда я понял — речь идёт о спасении матери, а не сестры.
— А записку как раскрыл? — прищурилась Рена.
— Просто. Почерк Кассианы.
Том хлопнул в ладоши:
— Браво! Столько интриг и шума, а в итоге — пуля тебе в подарок, а они мать не спасли.
— Не торопись. У нас есть Лео. Единственный наследник Нокса.
— Обмен? — в голосе Рены мелькнул азарт. Я кивнул.
— Наверное, он уже избавился от матери, — пробормотала Мелина.
— И ты не спеши. Я давно отправил снайперов охранять её комнату.
— Так какого чёрта ты всё-таки попал в ловушку? — вскинулся Том.
— Если бы не попал, они подумали бы, что Кассиана не следовала плану. И могли что-то заподозрить. Я не мог этого допустить.
—Какой кавардак- завыла Рена и встала рядом с Томом. —Не хочешь узнать, почему мы здесь?
—Вас Кассиана позвала,— быстро ответил я.
—Черт, да мы у тебя как на ладони.— удивилась Рена.
—На самом деле это так и есть,— гордо заявил Ронан.— Пока вы в Италии, ничто не будет секретом для Кайроса.