Глава 9. Правда
Ночь опустилась на город. Я тихонько вошёл в комнату Кассианы. Она спала, закутавшись в тонкое одеяло, волосы распущены вокруг лица. Свет луны падал на её спокойное лицо, подчёркивая изгибы щёк и линию губ. Вид её заставил замереть на мгновение, просто наслаждаясь миром, который она излучала.
Такая...хорошая для этого грёбаного мира.
Затем я подошёл к кровати, аккуратно накрыл её более тёплым одеялом, стараясь не разбудить. Подобрал подушку, и мягко положил под её ногу, чтобы она не болела. На мгновение я остановился, наклонившись над ней, просто наслаждаясь её спокойствием, которое было так противоположно для моего мира. Затем я тихо покинул комнату, оставив её в тишине и тепле. Я рассказал ей, что завтра ей придётся сопроводить меня на мероприятие. Посол с Турции и его семья тоже будут там. Чтобы произвести хорошее впечатление, я решил появится с "невестой".
Дверь машины мягко хлопнула, и я помог Кассиане выйти. Её платье, темное , с тонким серебряным поясом, подчеркивало изгибы фигуры, а каблуки прибавляли ей роста, делая ещё более импозантной. Доктор не смог убедить её отказаться от каблуков. На мгновение она замерла, позволяя мне оценить её внешний вид — строгая, но элегантная прическа, сдержанный макияж, идеально подобранные серьги. Она знала, что это мероприятие – театр, где мы должны сыграть свою роль. Это мероприятие сделает меня на шаг ближе к моей цели.
Моя собственная одежда, строгий тёмно-серый костюм, была выбрана с той же скрупулезностью. Я чувствовал себя как хорошо отточенный инструмент, готовый к использованию. Мы не обменивались словами, не было необходимости. Я держал её руку под локотём, не сильно, но достаточно уверенно, напоминая ей — и себе — что мы не должны облажаться.
Самуэль отправился в казино, решая проблемы который устроил один из участников. Ронана я послал убедиться в порядке ли Томиан.
Перед входом меня проверила охрана. Но прежде чем он мог проверить Кассиану, я встал между ними:
—Не смей касаться её. Её проверит женщина.
Он понимающи кивнул, и подозвал женщину- официантку.
Кассиана никак не реагировала. За исключением, того, как она вертела головой в стороны, будто кто-то мог похитить её. Но она беспокоилась зря. Пока я здесь, она в безопасности. Только вот, кто спасёт её от меня?
Двери распахнулись, и мы оказались в огромном зале, сияющем хрустальными люстрами и блеском множества дорогих костюмов. Воздух гудел от оживлённых разговоров на нескольких языках, смешанных с лёгким шёпотом и звенящим звоном бокалов. Залы были оформлены со вкусом сдержанной роскоши: тёмное дерево, дорогие ткани, свежие цветы в изысканных вазах. В центре зала стояли несколько круглых столов, за которыми уже ожидали участники переговоров – смесь строгих лиц представителей турецкого правительства и более расслабленных, но не менее важных, европейских и американских делегатов. Рука Кассианы напряглась под моей.
Я посмотрел на неё:
—Сохраняй спокойствие. Не позволь никому сомневаться в нашей истории.
Как только мы появились в дверях, внимание многих присутствующих тут же переключилось на нас. Гул разговоров немного стих. К нам приблизился высокий мужчина в безупречно синем костюме – глава турецкой делегации - Али Кылыч, с улыбкой на лице, но с взглядом, внимательно изучающим нас с головы до ног.
—Добро пожаловать, господин Кайрос, госпожа ....,— его голос звучал мелодично, с лёгким акцентом.
—Кас..
—Алана,— я вовремя перебил Кассиану. Я ей не сказал, что только я имею право её так называть. Пока что ей рано это узнать.
—Мы с нетерпением ждали вашего прибытия. Надеюсь, путь был не слишком утомителен?
Его слова были вежливы, но в них скрывалась стальная твердость, характерная для опытного дипломата. За ним подтянулись другие послы, приветствуя нас по имени, с комплиментами в адрес Кассианы, которые, однако, не звучали навязчиво. Всё было продумано, всё было на своём месте.
—Она ваша невеста?— спросила жена Али, Зейнеп. Она выглядит более молодой, чем на фото. Овальное лицо с мягкими чертами, глаза тёмно- карие. Волосы собраны.
—Да,— ответил я. Она спросила как мы познакомились и женщины оставили нас одних. Кассиана должна рассказать всё так, как мы планировали. По рассказу, она была дочерью фермера. Я встретил её и влюбился с первого взгляда.
—Знаете, — начал Марко -заместитель министра внешней торговли, — Ваша дочь очень похожа на вас.
Все тут же посмотрели на Айшу, его дочь. Она была очень похожа на мать, но густые брови унаследовала от отца. Она болтала в кругу женщин, где была и Кассиана. На ней было утянута невольная улыбка, время от времени кивая. И вдруг наши взгляды встретились.
Она слегка прикусила нижнюю губу, и отвела свой взгляд. Я заметил, как она переменяется с ногу на ногу. Я нахмурился, и достал телефон с кармана.
—Что думаете, господин Кайрос?
Я вскинул брови на Али. Я совсем не расслышал, что они говорили.
—Прошу прощения,— начал я, но он кивнул и улыбнулся.
—Всё в порядке. Я говорил, о моей дочери. Что вы думаете о возможности вашего брака? Это было бы очень полезно для обеих сторон.
Я засунул телефон обратно в карман.
—Не знаю, слышали ли вы, но я не одобряю брак, решенный родителями, а не молодыми.
—Конечно, мы слышали. Поэтому моя дочь и выбрала вас.
Выбрала меня? Какого чёрта? Да кто она такая, что выбирает меня. Это я выбираю.
Мой взгляд опять нашёл Кассиану, она уже сидела на стуле, частично освобождая ногу от туфли.
—Что вы скажете?
—Да,да. Я подумаю об этом.
Не отрывая взгляда от Кассианы, я кивнул им и вышел на улицу.
Разглядывая по сторонам, я искал магазин.
Но даже признаков не нашёл. Подошёл к одному из охранников.
Чёрт. Ближайший торговый центр далеко отсюда. Я не могу оставить её тут одну. Снова повернув голову, я увидел девушку с пакетами, по ту сторону дороги. Не тратив время на проверку машин, я тут же рванул с места, и чёрт. Одна машина чуть не врезалась меня.
—Смотри по сторонам, кретин!— крикнул он.
730 АС
Я запомнил тебя, ублюдок.
Зелёные глаза девушки широко уставились на меня, когда я оказался на против неё.
—Что у вас в пакете?
Она не ответила.
—Уважаемая...
—Господин Кайрос... не верится, что вижу вас в живую.
Чёрт, я не повторяю дважды, но..
—Что у вас в пакете?
—Э..эм.. покупки с ТЦ,— сказала она неуверенно.
—У вас есть туфли без каблуков?
—Да, как раз за ней ходила.. а
—Сколько она стоит?— торопливо спросил я.
—390 евро,— ответила она, убирая волосы с лица.
—Я дам тебе 100 тыс. евро. Продай мне эти туфли.
—Что?
—Хорошо, один миллион евро. Продай мне туфли.
Её глаза расширились ещё больше. Кажется, она мне не верит. Я достал чек с внутренних карманов костюма, и ручку. Написал сумму и дал ей.
—Можешь идти в любой банк и достать деньги.
Не дождавшись ответа, я взял пакет с коробкой, глянул в неё. Туфли чёрного цвета без каблуков.
Я побежал обратно ко входу. Поправил костюм и вошёл. Мои глаза тут же нашли её.
Рядом с ней была Айша. Быстрыми шагами, я подошёл к ней и опустился на колени. Достал с коробки туфли.
—Кайрос?— её голос был тревожным, но ангельским.
Аккуратно взял её ногу, снял каблук. Я чувствовал взгляды. Осознал, как все стихли. Но мне плевать.
Надев на неё туфли, я наконец посмотрел на неё. Её лицо стало красным от стыда. Чего тут стесняться? Она должна быть горда, что сам Кайрос сел на колени перед ней. Я усмехнулся, ущипнув её за щеку, оставил её сидеть там, и с серьёзным лицом вернулся к круглому столу должностных лиц.
Оставшийся вечер мы обсуждали экономику, торговли, и способы предотвращения кризиса и увеличения доходов для рабочих.
Время от времени я улавливал озабоченный взгляд Кассианы. Что же творилось в её маленькой голове.
Она не знает основную цель её прибытия. Я привёл её, чтобы её отец узнал где она и с кем. Если её слова, о том, что её не хотят вернуть- правда, я смогу ей доверить. Но в ином случае, я должен переговорить с Ноксом.
Всё ради цели.
Когда я увидел её заскученное лицо, извинился и подошёл к ней.
—Не соизволите мне один танец?- я поддал ей руку.
Она молча кивнула и взяла мою руку. Оркестр начал играть, когда мы медленными движениями кружились в зале.
—К чему был этот спектакль? Ты не предупредил меня.
—Люди должны были поверить в мою любовь к тебе. Поэтому должно было выглядеть естественно.
Она тихо смеётся. Я кружу её, и когда она вновь обнимает меня за шею, я спрашиваю:
—Что?
—Ты должен был стать режиссером.
На этот раз усмехаюсь я, поднимая её за тонкую талию, и кружу в воздухе.
—Поверь, дорогая. Для некоторых я им и являюсь. Для нас в том числе.
Мой взгляд остановился на её красных губах.
—Да? А какой у нас конец?
Она сново кружится, когда ритм музыки усиливается. Я спрятал её волосы за ухо, и прошептал так близко, что её дыхание участилось.
—Грустный. Очень грустный.
В этот момент она наклонилась. Её тело выгнулось, руки держали меня за плечо. Я тоже наклонился над ней, удерживая её за бедро, чувствуя напряженность её мышц и жар её тела.
Мы смотрели друг на друга некоторое время. Она улыбнулась мне и чёрт знает почему, я улыбнулся ей в ответ.
Последовали громкие аплодисменты. Я усмехнулся и мягко поднял её, и одной рукой уложил её на своё плечо. Она крепко сцепилась своими ногтями.
—Что ты делаешь!? Отпусти, я же упаду.
Я подмигнул Марко, и направился к выходу.
—Не бойся, дорогая. Если упадёшь ты, я последую за тобой.
—Ты серьёзно решил стать моим кошмаром?
Охранник привёл мою машину, я легко поднял Кассиану и посадил на переднее сиденье.
—Да, я последую за тобой даже в гроб.
Чёрт. Вру как дышу. Только Самуэль знал, на что я был намерен. Я должен завоевать её доверие и влюбить себя. На всякий случай. Всё зависит от сегодняшнего вечера. И решение её отца.
Я обошёл капот, и уселся за руль.
—Мы оставили мои туфли,— внезапно закричала Кассиана.
—Не кричи, дорогая. Что подумают люди?
—Что подумают люди, когда узнают твою ложь?
Я закатил глаза, и выехал на дорогу. Я открыл окна, зная, что она боится закрытых помещений. По поводу машины я не был уверен, но рисковать не хотел.
—Али предложил свою дочь,— не знаю почему я ей это сказал.
Она повернула голову ко мне, уже распустив свои блестящие волосы.
—Что ты ответил?
Я пожал плечами. Тогда она заговорила на русском.
Я улыбнулся под себя.
До дома мы доехали молча. Исключеним было, лишь её просьба о телефоне и возможности искать работу.
Я ответил, что подумаю об этом, но до нашего прихода, Эмин должен был довести до дома грузовик новых моделей телефона, ноутбуков, и разных украшений.
Я открыл ей дверь, и предложил ей руку. Она злобно уставилась на меня, и проигнорировала мою руку. Я пожал плечами и последовал за ней в дом. По дороге она заплела волосы.
Она вошла внутрь, но не успел я последовать за ней, услышал голос Самуэля:
—Брат!
Я повернулся к нему. Он был покрыт кровью.
Я огляделся вокруг, но кроме моей охраны не было ни единой души.
—Какого чёрта?
—У нас проблемы.
Я закрыл дверь и засунул руки в карман:
—Томиан..
У меня тут же перехватило дыхание. Я большими шагами преодолел нашу дистанцию.
—Что с Томом?— я взял телефон с его рук. На связи был Ронан.
—Брат, я еле успел...
—Не тяни, твою мать? Где мой брат!?
—Он убил двоих мужчин.. его смогла успокоить его жена... но.. полиция была близка..
—Чёрт. У него же нет ружья!
—Он убил ножом. Я успел скрыть все доказательства, нож у меня.
Я провёл рукой по волосам. Чёртовый засранец.
—Вы где сейчас?
—У них дома. Они спорят о чём-то. Я с детьми.
—Передай трубку ему! Живо!
Один из парней нёс стул, я остановил его.
—Это для меня,— сказал Самуэль, и подобрал стул у парня. Уселся, взяв сигару.
В трубке слышался голос Тома.
—Слушаю, брат...
—Ты гребаный, маленький засранец! Я надеру тебе зад, когда буду там! С какого бл*ть чёрта, ты убил!?
—Я.. я был не в себе.
—О, ты будешь ещё как в себе, когда я вмажу тебе разок! Разве я не велел тебе, чёрт возьми не убивать! Ты думаешь о последствиях!? У тебя дети! Кто присмотрит за ними, если тебя поймает полиция?— кажется, я кричал во весь. Я уловил взгляд Кассианы. Она смотрела на меня через окно.
Томиан не отвечал. Я взял сигару с рук Самуэля, вдыхая несколько раз. Чёрт.
—Ты язык проглотил?— спросил я, когда надоело его молчание.
—Он обозвал мою жену..
Я засмеялся, выдыхая дым.
—Он обозвал его жену, видите ли вы. Самуэль, ты слышал?
Тот хмыкнул.
—Слушай, Том. Клянусь именем матери и силой нашей семьи, если ещё раз, сделаешь такое, я своими руками сдам тебя полиции. Ты меня понял?
Недолгое молчание.
—Да. Прости.
—Не у меня проси прощения. Проси прощения у своих детей. С таким характером, они скоро станут сиротами.
Я отключил трубку. И передал телефон Самуэлю.
—Позови Ронана обратно. Пусть продолжит поиски Тореса. Гад скрылся на столько лет.
—Понял.
Я оглядел его.
—И смени одежду. Выглядишь паршиво.
Выбросив сигару, и наступив на него каблуком, я вошёл в дом, и сразу же наткнулся на неё.
—Что-то не так?
—Дорогая, мы были парой на виду у других. Тебе не обязательно знать обо всём.
Я хотел было пройти мимо неё, но она остановила меня, перекрыв мне дорогу.
—Помоги мне,—она повернулась ко мне спиной,— я не смогла достать до замка.
—Не пытайся зря, ты не соблазнишь меня.
Но всё же, я взял её замок и потихоньку начал спускать вниз. Чёрт, она была без майки. Я отвернул голову.
—Всё, можешь идти.
Она кивнула мне:
—Спасибо за туфли,—сказала она обернувшись ко мне.
—И тебе, за танец,—ответил я, избегая её лица.
Она ушла, оставив меня одного. Я постаял, там, где стояла она, и смотрел на луну через окно.
Зиаля любила смотреть на луну. Она видела во всём красоту. А сейчас, она там. Я не смог уберечь её. Это словно пожизненное наказание. Без неё, дом пуст. Чёрт, я ради её удовольствия, зарабатывал куча, а теперь её нет. Какого чёрта нужны мои деньги, если она не будет их тратить?
Она полюбила адвоката, в итоге, потерял её- я. Томиан влюбился в Рену. И сново потерял я.
Ненавижу это слово. Сердце сжалось, я хотел дотронутся до него, но...
Нежная рука скользнула, и обняла меня сзади. Через отражение, я увидел её.
Я дотронулся её руки и хотел швырнуть. Какого чёрта она делает? Я не люблю её. Это сценария. Так не должно быть. Мне нужен её отец. Её семья. Не она.
—Посмотри на меня,— велела она.
И чёрт, я послушался.
Я обернулся к ней, её руки упали. Возникла тишина. Мы просто смотрели друг на друга. Я смотрел на её губы. Какие они на вкус? Полюбит ли она меня, если я просто поцелую её? От этого ничто не случится.
Я нежно взял её талию и прижал к себе. И сильно наклонился, чтобы мы были на одном уровне. Она не отрывала от меня свои нежно голубые глаза. Проклятые голубые глаза.
Я хотел быть жестоким и грубым, но когда мои губы коснулись её губ, это было самым нежным прикосновением в моей жизни. На вкус она напомнила мне мандарин. Сколько не ешь, но не насытишься. Её запах одурманил меня.
Она обвила мою шею. Я поднял её, её ноги сцепились вокруг моей талии. Я сжал её бедра, и только потом она поцеловала меня в ответ. Самый нелепый, но чертовски приятный поцелуй в моей жизни. Она явно никогда раньше не целовалась. Я обрадовался этой информации.
Я подсадил её на диван и навис над ней. Мы не пытались ускорить наш поцелуй. И это мне нравилось. Я был лишён нежности. А она была воплощением этого слова.
Была нежна, как лепесток, падающий на воду.
Наше дыхание слилось в одно, лёгкое и ровное.
Я отстранился на минуту.
Она плакала.
Я тут же встал с неё и отошёл.
Она села. Её губы слегла припухли.
—Я думал.. ты этого хотела.
Она кивает и смахивает слезинку.
—Я думала, что мой первый поцелуй будет из-за любви ко мне, а не ради усмирения горя.
Я нахмурился.
—Я тебя не заставлял. Ты сама пришла ко мне.
—Знаю.
—Не надо загадок, Кассиана, говори всё что есть напрямую,— я сел напротив неё.
—Я не могу тебя понять. Ты Кайрос. Но со мной ты не ведёшь себя, как говорили о тебе. Я не знаю доверять тебе или бежать от тебя. Ты иногда холоден, иногда нет. Пожалуйста, объясни мне, что происходит. Почему ты держишь меня?
Я вскинул брови:
—Хочешь знать? Хорошо. Я использую тебя, чтобы встретиться с твоим отцом и взять Легион себе. Теперь ты довольна?
Она вскочила с места.
—Тогда мне жаль тебя. Я никогда не вернусь домой! Я лучше перережу себе вены, нежели вернуться туда.
—Ты ведь говорила, что отец не хочет тебя вернуть.
—О, я врала. Я не ангел. Я его любимая дочь. Но я сбежала. Потому что, терпеть не могу насилие и этот мир. Не украли бы меня, я бы продолжила работать в ресторане и зарабатывать себе на жизнь! Но клянусь, если ты вернёшь меня отцу, я убью себя.
Я резко встал с места, и прижал её к себе.
—Ты ничего с собой не сделаешь. — зарычал я. —Ты могла сказать всё в нашу первую встречу!
—Я думала, что ты вернёшь меня ему ради своей выгоды! Это же твоё! Ты берёшь, то что хочешь, не зависимо от способов.
—Именно,— сказал я и накрыл её губы своими.
Не знаю что со мной не так, но я не дам её никому. Она под моей защитой. Скоро будет и подо мной.