«Искры между льдом и пламенем»
На следующей неделе во дворце произошла неожиданная вещь.
Кайван пригласил одного из танцоров, выступавших на том самом пиру, когда он впервые увидел Мелиса.
И теперь этот танцор стоял в зале, исполняя завораживающий танец.
А Кайван наблюдал за ним.
Мелис, проходя мимо, случайно увидел это.
В груди что-то болезненно сжалось.
— Хочешь развлечься, падишах? – его голос прозвучал жёстче, чем он планировал.
Кайван медленно повернул голову, взглянув на него с интересом.
— Разве я не имею права смотреть?
Мелис сжал кулаки.
Он сам не понимал, почему это его так злит.
Мелис стоял в проходе, глядя на падишаха, чей взгляд не отрывался от танцора.
Что-то в этой картине его бесило. Какой-то глухой жар поднялся внутри, заполняя грудь.
Почему Кайван так смотрит на него?
Мелис не мог понять, откуда в нём столько злости. Танцор двигался грациозно, его тело извивалось под музыку, но неужели Кайвану это было интересно?
«Разве я не имею права смотреть?»
Эти слова раздражали.
— Я не знал, что падишах так легко теряет голову от движений танцовщиков.
Кайван откинулся на подушки, лениво скрестив руки на груди.
— Ты ревнуешь, Мой Феникс?
Мелис вспыхнул.
— Какое мне дело до твоих развлечений?
Он развернулся и хотел уйти, но вдруг почувствовал, как сильная рука сжимает его запястье.
Падишах потянул его обратно, заставляя посмотреть в глаза.
— Тогда почему ты так разозлился?
Мелис замер.
Всё было неправильно. Он не должен был ревновать, не должен был вообще испытывать никаких эмоций к этому человеку.
Но то, как Кайван держал его… то, как его янтарные глаза прожигали насквозь…
Бешеный ритм сердца выдавал его.
---
Кайван отпустил его так же резко, как схватил.
— Можешь идти, если тебе так хочется.
Мелис сжал кулаки.
Почему этот человек его так раздражает?!
Не сказав больше ни слова, он развернулся и вышел.
---
Той ночью Мелис долго не мог уснуть.
Он ворочался на подушках, злой и раздражённый.
Ему было невыносимо думать о том, как Кайван смотрел на того танцора.
Но ещё более невыносимым было осознавать, что сам он реагирует на это так остро.
«Ты ревнуешь?»
Нет!
Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
Но запах Кайвана всё ещё витал в воздухе – терпкий, тёплый, завораживающий.
И это сводило его с ума.
Гнев и гордость
Мелис ждал.
Поначалу он уверял себя, что не ждёт, просто… просто хотел поговорить. Он хотел бы услышать, как Кайван оправдывается, попытаться вывести его на эмоции, чтобы заставить его что-то чувствовать.
Но ночь шла, а падишах не появлялся.
Слуги не говорили ни слова, но он понял всё, как только услышал их шёпот за дверью.
Кайван провёл ночь в гареме.
Что-то острое и болезненное кольнуло в груди.
Как глупо.
Как глупо было думать, что он хоть чем-то отличается от других.
Как глупо было вообще ждать.
---
— Вставайте, ваше высочество.
Голос слуги был ровным, но Мелис чувствовал на себе сочувственный взгляд.
Он молча поднялся с ложа.
Сердце колотилось, но он не собирался показывать свою слабость.
Он – принц.
Он – супруг падишаха.
И никто не посмеет думать, что он может страдать из-за какого-то самодовольного альфы.
Он подошёл к зеркалу, поправил складки лёгкого халата и холодно сказал:
— Я хочу выйти в сад.
Слуга почтительно поклонился.
— Как пожелаете.
---
Солнечные лучи пробивались сквозь густую зелень, отражаясь в воде небольшого пруда.
Но даже среди этой красоты ему было гадко.
Где-то вдали раздавался смех наложниц. Кто-то из них, вероятно, сейчас обсуждал, как провёл ночь с падишахом.
Почему это так раздражало?
Почему он сжимает кулаки?
Гордость требовала сделать вид, что ему всё равно.
Но что-то внутри него кипело.
И когда он услышал уверенные шаги, когда запах Кайвана заполнил пространство, он почувствовал, что вот-вот взорвётся.
---
Падишах стоял перед ним, небрежно сложив руки за спиной.
— Ты с самого утра такой недовольный, Мой Феникс.
Мелис медленно поднял на него взгляд.
Он не позволит этому человеку думать, что он уязвлён.
— Почему мне должно быть не по себе? — холодно спросил он. — Ты имеешь право развлекаться с кем хочешь.
Кайван чуть склонил голову.
— Ты сердишься?
— На кого? На тебя? Не смеши.
Но Кайван смотрел пристально.
Мелис почувствовал, как в груди нарастает злоба.
Он подошёл ближе, почти вплотную, и процедил:
— Ты можешь делать всё, что захочешь, падишах. Но если ты думаешь, что я стану одним из твоих покорных наложников, то ты сильно ошибаешься.
Он развернулся и пошёл прочь, но Кайван схватил его за запястье.
— И куда ты так спешишь?
Глаза падишаха вспыхнули опасным огнём.
— Ты мой супруг, но ты всё ещё не научился, как должен вести себя с мужем.
Это было началом войны.
Ревность ли это?
Мелис не знал, что чувствовал.
В груди всё кипело, эмоции клубились, словно песчаная буря в пустыне. Он не мог назвать это ревностью – это было бы смешно. Но его раздражало всё.
Кайван.
Его приказы.
Его уверенность, что любое слово падишаха – закон.
Его гарем.
Смех наложниц, их хитрые взгляды, тонкие запястья, что касались Кайвана там, где Мелис никогда бы этого не позволил… Всё это приводило его в ярость.
И ещё больше бесило то, что он не понимал, что именно его злило.
Он ведь не хочет быть частью этого?
Он ведь не хочет, чтобы Кайван смотрел на него так же, как на них?
Он ведь…
"Ты ведь не хочешь, да?" – едко прошептал голос в голове.
Мелис стиснул зубы.
Нет. Он не хочет.
Но тогда почему внутри всё сжимается?
---
— Ты слишком задумался, мой Феникс.
Мелис вздрогнул.
Тёплое дыхание Кайвана коснулось его уха, и он резко обернулся.
— Не смей так близко подходить.
— Почему?
— Ты раздражаешь меня.
— Раздражаю… — задумчиво повторил Кайван, склонив голову.
И вдруг Мелис понял, что падишах наслаждается этим.
Он наслаждается его злостью.
— Ты слишком горд, чтобы признать, что тебе неприятно видеть меня с другими, верно?
Мелис хмыкнул.
— Ты слишком высокого о себе мнения, Кайван.
— Может быть.
Глаза падишаха вспыхнули янтарным светом.
— Но ты не опроверг мои слова.
И прежде чем Мелис успел ответить, Кайван взял его за подбородок и наклонился ближе.
Дразня, испытывая терпение.
— Может, мне стоит уделять тебе больше внимания, чтобы ты не злился по пустякам?
Мелис резко вырвался.
— Ты ничтожен.
— А ты – мой супруг.
Голос Кайвана стал ниже.
— И тебе стоит это запомнить.
. Одержимость
Кайван всегда знал, чего хочет.
Он привык к власти, привык к тому, что любое желание исполняется.
Он привык, что люди склоняют перед ним головы, а их страх питает его силу.
Но с Мелисом всё было иначе.
Мелис не боялся.
Мелис смотрел на него с вызовом.
Мелис отказывался подчиняться, и это сводило его с ума.
---
Он сидел на троне, но мысли его были далеко.
Перед ним танцевали наложники – гибкие, красивые, с плавными движениями. Они ловили его взгляд, улыбались, надеялись.
Но Кайван не видел их.
Перед его глазами снова и снова всплывал образ Мелиса.
Его глаза – изумрудные, мерцающие, полные огня.
Его кожа – белая, как первый снег в горах.
Его губы – приоткрытые в упрямом молчании.
Он хотел его.
Не просто как тело.
Не просто как супруга.
Он хотел сломать его упрямство.
Сделать так, чтобы Мелис сам пришёл к нему.
Он вспоминал, как принц смотрел на него с вызовом.
Как его губы шептали колкости.
Как он сжимал кулаки, сдерживая эмоции.
Как он злился.
Кайван понял, что хочет видеть эту злость каждый день.
Но ещё больше… он хотел её уничтожить.
---
— Падишах…
Голос наложницы вывел его из мыслей.
Кайван резко встал.
Наложники вздрогнули, заметив, как тёмны его глаза.
— Вон.
Они замерли.
— Все. Сейчас же.
Никто не осмелился возразить.
Когда последний человек скрылся за дверьми, Кайван закрыл глаза, делая глубокий вдох.
И в этом вдохе он снова ощутил его запах.
Тонкий, холодный, манящий.
Как ночной ветер в пустыне.
Как зовущий в бездну голос.
Кайван ухмыльнулся.
Он одержим.