Тяжесть правил 7
Зайдя в комнату, можно было услышать отчаянный плачь девушки. Как бы она не хотела, все бы пришло через миллион ситуаций, но все равно результат будет один.
Элизабет зашла в черную комнату только с одной свечей. Двери в эту комнату охранялись.
Девушка сидела и рыдала, но как только пришла её «золовка», то сразу же оглянулась на неё.
—Прошу, отпустите!
—Нет. Ты же сама знаешь причины.— Коричнево глаза я девушка отвела свой взгляд разглядывая комнату. В этот раз её платье было белым, ночным.
—Только из-за этого отродья я тут! Но кто же спросил меня?!
—Ты сама во что годишься? Кому нужна такая женушка? Ты тут-пустое место. Слишком долго тебя терпим.
Девушка явно такого не ожидала. А вот Элизабет была непреклонной.
—Да ты хоть знаешь кто мой отец!?
—Знаешь, а ведь даже без помощи Экелии и твоего отца мы нашли новые альянсы, ресурсы, и конечно же новых союзников.
Неожиданно девушка бросила свечу на пол. Огонь со свечи в миг окутал штору. Раздался крик девушки. Она в миг отпрыгнула от кровати и от пожара.
—Да хоть умри. Убыток от тебя и от твоего ребёнка больше чем проку.
В комнату вбежали непонимающие стражники. Но Элизабет их быстро остановила показав лишь один жест рукой. Её карие глаза из за огня казались красными.
—Но выбор только за тобой. Либо живи по правилам, либо сгинь в этом огне.
***
Прошлая ночью было более чем достаточно. Подмена Вайлэт зашла в ту самую запретную дверь. На утро я сразу же сказала об этом Жозефине. Она немного побледнела, а затем потерялась в своих мыслях. В это время мы сидели в полукруге вместе с другими девушками. Они зашли на тему обсуждения императора. Некоторые явно хотели побывать в его покоях. Их нельзя осуждать, но это явно не лучшее желание. По рассказам Лионель- то девушек как мы покупают у похитителей, но не всех. Покупают только тех кто красив, или может служить служанкой при дворце, и те кто прошли обучение становились наложницами либо слугами господ. Она не говорила о тех кто попал в покои к султанам, но ясно дала понять что такие были.
Этот день запомнился мне особенно. Жозефина сегодня полностью ушла в себя, и редко отзывалась на свое имя. Вначале нам разрешили пойти в хаммам. Что-то в этой комнате отличалось от первого дня тут. Явно что-то было не так, но я не могла понять почему, да и почему я так думаю. Всё как обычно, тряпки, сосуды с мылом, и вода. 2 часа назад мы вышли из хаммамов, а затем Жозефина вновь повела меня туда ссылаясь на то что она испачкалась, я тогда не понимала как она смогла.
Все случилось как то быстро, и мне было очень страшно. Жозефина прижала меня к стене, а я лишь стояла тяжело дышала не понимая что происходит.
—Фиоль, сама только подумай. Мы даже саму Вайлэт нормально не знали, она побыла лишь месяц тут. Дело не чисто, лучше больше не лезть в него, а то ещё крайними останемся.— В глазах её была жалость и усталость, а одну руку она держала у стены, специально, чтобы я не сбежала.
—Жозефина, а если мы попадём туда где сейчас настоящая Вайлэт? Если мы будем следующими? Что же будет тогда?..—Я не успела договорить последнее слово, она начала переходить на крик.
—Пожалуйста! Глупая моя Фиоль, будем лезть куда не надо, мы и станем этим «следующим»! ... Я не хочу тебя терять, пожалуйста, не надо., Фиоль.
Эти слова запомнились мне особенно. Жозефина вскоре ушла, а я соскользнула по стене, и сидела прижав к себе ноги. Дружба с Жозефиной мне была очень дорога. Её мать рано ослепла, и её дочери были ей почти что прислугами, отца же почти не было дома, а нужно за огородом следить, маму беречь. Как говорила Жозефина, то с дня рождения сестры её жизнь шла под откос, она не винила её, скорее жалела.
Эта ночь была чем то странной, служанки не подали ужин, игнорировали нас, и будто вовсе пропали после 8 часа. Этой ночью мало кто заснул, откуда то доносился запах дыма, но тот быстро испарился. Множество девушек уже думали что что-то горит из за факелов что давали единственные частички света, кроме маленьких окон на стенах, однако всё было нормально. Мы сами не понимали как в покои вновь вошло несколько служанок, они выглядели очень грустно, на лице у двоих из них были синяки, и наверное впервые мы увидели как в комнату зашли мужчины, не похожие на евнухов по наряду. Я не знала могу ли я пока что говорить с Жозефиной, что отстраненно ото всех сидела, готовясь ко сну, поэтому спросила у Хэлэн.
—Как думаешь, кто это?—тихо шепнула я чтобы другие не услышали.
—Вот эти? Служанки обыкновенные.
Она пустила тихий смешок, но смешно мне не было.
—Служанки само собой, а вот эти мужчины, о них я говорю.
Хэлэн начала осматриваться, и остановила свой взгляд на 2 парнях, что стояли рядом с дверьми не проходя в комнату.
—Так это стражники, только тоже евнухи, а ты что не знала?
—А ты откуда знаешь кто это?— Я насторожилась, я конечно витала в облаках на последних уроках, но явно не всегда, чтобы не запомнить такое.
—Лионель говорила Улжан о этих стражниках, когда та была отравлена.
Эта версия показалась мне вполне разумной, но все таки я увидела как она немного замешкалась когда я спросила её об стражниках.
Однако мы все тут когда нибудь привыкнем к такой жизни.
Служанки быстро раздали новые подушки, непонятно было зачем, ведь новые нам выдали буквально меньше недели назад, но задавать вопросов никто из 100 девушек не стал. Они быстро объявили отбой, и вместе с теми парнями потушили факелы, а девушки уже шли к своим матрасам.
Я легла на свой матрас, и рядом уже лежала Жозефина. Некоторые девушки ещё не легли на свои места, поэтому был ещё переполох. Она взяла меня за руки, и прошептала пару слов, но так тепло на душе ещё никогда не было.
Фиоль, пожалуйста, живи спокойно, без этих интриг.
Как и каждое утро нас разбудили с помощью запаха масел, и звука маленького колокола, который жила служанка. Остальные уже разжигали свечи. С девушек что долго не вставали сдергивали одеяла. Всех отправили в хаммам уже для утренней гигиены, только без мытья головы, волосы все завязывали тряпками. По утрам нам давали либо пепел растений, либо соль, что потом смывалась водой. Как повторяла Лионель, то здоровая улыбка угодна не только Султану, но и Аллаху.
Нам выдавали новую одежду каждые 2 дня. Она хоть ничем кроме свежести не отличалась от прошлой, зато была стираной, и предавала мне ощущения новой жизни.
Как обычно началось время завтрака, и все вновь превратилось в суматоху, помощь, а потом и балаган. Разговоры, смех, или присвистывая, это всё было обыденностью. Слуги пытались как то образумить девушек, но максимум они временно могли приглушить это всё. Мне удалось поговорить с Жозефиной, сегодня она была чуть в более добром здравии, я обожала такую свою подругу.
Завтрак был окончен. Салат, и вода с лимоном, такое блюдо подавали почти на каждый завтрак.
Вновь начался балаган, все девушки по линии несли свои тарелки, кубки, и приборы.
—Аааа!—Вопль пронзил уши каждого, и какие либо разговоры немедленно прекратились. Неожиданно одна из девушек вылетела из толпы.
Бедняжка упала на землю ударившись головой, и разбив свою тарелку, осколки разлетелись по сторонам, и все сразу же отошли в противоположную сторону настолько, насколько это было возможно.
Стоять не отходя стала одна девушка, её руки с посудой тряслись, а глаза бегали, а неподалеку от неё стояла Вайлэт...
—Это не я!— Вскрикнула девушка. Вначале я не увидела её, а потом поняла что это Зофья, однако неподалеку проходила Лионель, что сразу после этого подбежала к девушке.
—Чего смотрите? Идите посуду мойте.— На подходе были остальные служанки, они громко разговаривали на Оргазельском, можно было понять только некоторые слова.
Я стояла как статуя, пока Жозефина уже не повела взяв меня за руку.
Мне удосужилась честь пробежать первее к мойке, и сделать всю работу на максимум быстро.
К счастью служанки сейчас не смотрели в сторону приоткрытой двери, и я смогла незаметно пробежать. Был поворот направо, а я стояла за стеной слушая разговор Лионель и Зофьи, с Вайлэт.
—Вы с ума посходили? Зофья, у вас с Эмилией был скандал и до этого, и все утверждают что именно ты её толкнула.
На удивление Лионель говорила довольно спокойно для такой ситуации. Мне удалось выглянуть из за стены. Осколки собирала одна служанка с помощью мешка и тряпки чтобы не порезаться, а потерпевшую уже отвели. Она потеряла сознание при падении.
—Госпожа, я вас умоляю, это не я была!—Очень чётко издавался голос Зофьи. Она всегда казалась нежной и не способной на такое девушкой. По голосу была слышно как она плачет, и вдыхает почти через каждое слово.—Да и кто вообще видел, если джарие ещё не допросили?! Многие точно видели кака Вайлэт не такая, она и толкнула Эмилию!
Раздался шлепок, а затем вскрик, и вновь плачь. Выглянув из за стены вновь, увидела лишь мельком Зофья что уже сидела на полу держа щеку, а на подходе была та старая женщина. Я запомнила её с первых дней пребывания тут. От таких поворотов событий я быстро отвернулась и со скользила по стене чувствуя как сердце колотится как бешеное.
—Не дерзи, рабыня, колфы не были в сторонке, ты получишь наказание за свой проступок, и язык. إلى زنزانتها لمدة 5 أيام بدون طعام وماء، و40 ضربة بالعصي! نوروغلو خاتون، لقد استحقت ذلك.
Из этого всего удалость лишь разлучить «Она заслужила, и 40 ударов с темницей»
С меня было достаточно, и вновь вбежать в комнату моек было не проблемой. На удивление Жозефина закончила мытье посуды быстрее чем я думала, и была менее тревожно.
—Зофью будут наказывать..—Тихо прошептала я ей на ухо.
—Как? Она виновна?
—40 ударов, и темницей, не знаю на сколько дней. Она хамила Лионель, а вину её «доказали» служанки.— Оглянувшись ещё раз я прошептала ещё тише.—Вайлэт тоже чем-то с этим замешана.