Часть 21
Мне снова снились идиотские кислотные пятна, которые лопались и расползались по всему пространству — приводя сознание в ужас. Одно из пятен позвало звуком, а когда оно поглотило — меня разбудил звонок. Еле продрав глаза, рукой пыталась нащупать телефон. Ужасно хотелось пить и болела голова, обычно от пива мне так плохо не бывает, прокашлив сухое горло взяла трубку:
— Алло?
— Госпожа Масуда, вы поедете встречать господина Хайтани?
— Конечно, через сколько?
— Я уже жду вас внизу, самолёт прибывает через пол часа.
— Чëрт! Уже? Я быстро.
Сбросив трубку — пулей выскочила с кровати и побежала в душ. Скинув нижнее бельё, волосы завернула в пучок — волосы нет сейчас времени мыть. На автомате ополоснулась, почистила зубы и мокрыми ногами побежала по кафелю, чуть не влетев в него носом. В комнате стала искать одежду. Вытащив из сумки джинсы и обтягивающую футболку, швырнула на кровать, далее выискивала чистое нижнее бельё. Всё было в такой куче, что невозможно что либо найти. Всё же, найдя бежевый комплект — надела и села на кровать за основной одеждой. Надев очки, я взглянула на экран телефона, звонок от Коджи был пятнадцать минут назад. Выходя из комнаты, по дороге застёгивала ширинку джинс и пуговицу. Я пробежала мимо кухни, где как обычно копошилась госпожа Каяо.
— Детка, ты куда так рано?
Запыхавшись, засовывала ступни в лоферы и прокричала уже открывая дверь:
— Ран прилетает.
— Хорошо. Завтрак будет на плите. Не буду мешать вашей встрече.
На лице разбился румянец, под встречей она явно имела в виду секс.
— Я побежала, до встречи.
Чувство неловкости меня не покидало. Нажав кнопку лифта нервно стучала ногтями по корпусу телефона, поглядывая на время.
Я выскочила из лифта, распихивая людей, сейчас на меры приличия нет времени. Подойдя к машине и не дожидаясь, что её откроет водитель, запрыгнула назад, а Коджи сразу же выдвинулся в сторону аэропорта. Взяв с подлокотника воды, стала жадно пить.
Всю дорогу мы молчали, главное успеть. Благо аэропорт находится не далеко, время доходит к 10:50, а самолёт прибывает в 11:00. Мы должны успеть, благо в Токио пробки редкий случай, но судьба, как всегда может поиграть со мной и устроить самую большую пробку с истории. На часах 11:04, мы остановились у входа к аэропорту, я вышла из машины выглядывая самого красивого мужчину. Прошло три минуты, но его так и не было в поле зрения, опустив глаза в пол, стала наматывать круги, пиная мелкие камушки.
Почувствовав вибрацию по всему организму, подняла глаза. Вот он, с ехидной улыбкой, с двумя бутылками алкоголя. Как его вообще пустили в самолёт с ними? Я побежала, а Ран распахнул объятья. Запрыгнув на него, руки скрепились в замок на шее, а ноги сжались на талии, я жадно целовала его губы: кусала нижнюю, оттягивала, лизала и была готова проглотить. Ран не мог сделать даже небольшой вдох, потому что я хотела задушить в своей любви.
— Котик. Дай. Мне. Сделать. Вдох, — говорил он отрываясь от губ, которые с новым порывом целовали его.
Коджи подбежал забрая бутылки, и тогда Ран смог полноценно прижаться ко мне. Его руки лежали на моих ягодицах, сжимая пальцами так чувственно. Мы шли к машине, не расцепляя поцелуй, языки медленно перебирали друг друга — его вкус вишнёво-шоколадных сигарет отпечатался на языке, запахом дорогого алкоголя был пропитан костюм, а кожа так и пахла ванилью с цветами. Задняя дверь без комментариев открывалась, и мы залезли внутрь, не размыкая объятия. Автомобиль тронулся, Хайтани забирался под футболку, сжимая грудь. Губы не открываются ни на секунду, они уже начинают отзываться болезненными ощущениями, но я не перестаю их целовать. Ран повалил меня нависая сверху.
— Какая неугомонная. Соскучилась?
— А разве не видно?
Я вцепилась зубами в его шею с болью засасывая, Хайтани тихо вздыхал упираясь своим стояком между моих ног.
— Оу, смотрю ты меня очень рад видеть.
— Не представляешь насколько.
Я отпихнула его от себя и забралась сверху — снимая пиджак. Руки блуждали по жилету который не терпелось снять. Накрутив на кулак полосатый галстук — целовала, ненасытно и до боли кусая губы Рана. Я терлась промежностью об ткань брюк, словно кошка, которая просит ласки своего хозяина. Хайтани зарылся в мои волосы, прижимая ближе, углублял поцелуй. Становилось не просто жарко, а огненно. От нашей страсти в машине была настоящая парилка, а возможно так было только для нас.
Наконец-то приехав к дому, мы вышли. Ран подхватил меня за ягодицы, а мои руки снова легли на его шею.
— Я так хочу тебя, маленькая.
— Трахнешь меня прямо в подъезде?
Наши языки стали играть между собой, а губы плотно прижались, не давая дышать.
— Кто знает.
Зайдя в лифт, Ран машинально стоя спиной нажал кнопку этажа, а потом вжал меня в стену. Окутанные страстью, мы начали раздеваться. Я расстëгивала грëбанные пуговицы жилетки, а затем и рубашки. Ран стянул с меня футболку — опускаясь губами к груди, кусая шею и прижимая сильнее к кабине лифта. Дышать становилось невыносимо тяжело, расстекалось желание по всему телу. Двери распахнулись, Хайтани придавил меня к стене возле кодового замка и ввёл цифры. Мы влетели в квартиру, я наконец-то освободила его от одежды сверху, а Ран взял моё лицо в свои руки и поволок в спальню. Повалив моё горячее тело на прохладные простыни, навис сверху, проводя дорожку поцелуев от губ, шеи, живота и ниже. Наконец-то, стянув тесные джинсы, он лёг на меня сверху, а потом перевернул на себя. Его взгляд блуждал по моему телу затуманенным от перевозбуждения глазами.
— Замечательный вид, когда ты сверху на мне.
Спускаяясь вниз, терлась носом об ширинку брюк — покусывая молнию, играла языком с маленьким замочком на них. Ран гладил мои волосы, а мне хотелось замурлыкать. Расстегнув бляшку ремня, хотела быстрее насладиться вкусом своего мужчины. Он помог снять до конца брюки, и я опустила боксеры, которые уже слишком давили его возбуждение. Язык стремительно стал скользить снизу вверх, чмокая в самую головку.
— Я ждала тебя на завтрак.
Головка проскользнула в рот, губы плотно прижались к члену, Хайтани крепко сжал мои волосы и стал двигать головой по основанию. Чмоканья задавались по стенам, когда голова начала быстрее двигаться. Я остановилась и, сняв уже полностью трусы, устроились между его ног. Подняв взгляд на Рана, прошлась языком по мошонке.
— Что ты творишь?
— Тебе же нравится?
— Очень.
Продолжая языком вырисовывать круги, я оттягивала кожу на ней, рукой водя по члену.
— Ко мне, сучка.
Я забралась сверху, Хайтани приподнялся и расстегнул застёжку на лифчике. Впившись губами в затвердевшие соски — целовал, проводя языком засасывал, а потом прикусывал оттягивая на себя. Выгибаясь сильнее, прижимала его голову плотнее, рука залезла в мои трусы, поглаживая складки. Пальцы легко скользили от неимоверного количества смазки, которая текла из меня — медленно проникая внутрь.
— Пожалуйста.
— Пожалуйста что? — лизал мою шею Ран, играя языком с мочкой уха.
Вибрации губ обжигали раковину, томно выдыхая в него.
— Выеби меня как шлюху.
— Ты — моя личная шлюшка.
Мы легли на бок, Ран стянул трусики и приподнялся на локте, подняв мою ногу — согнул в колене, его член упирался ко входу. Хайтани протянул руку и стал массировать клитор, медленно — чуть надавливая, длинные пальцы залезли внутрь меня и стали быстро двигаться, с каждым его движением моей смазки становилось ещё больше, она растягивалась на его руках густой паутиной. Ладонь потянулась выше к моей шее, Ран повернул моë лицо на себя — жадно целуя, языки соприкоснулись, такие горячие как сами мы, он поддался чуть вперёд, и член немного проник внутрь. Я тихо застонала в его губы, требуя большего.
— Что хочет, моя сучка? — обдал мои губы горячем дыханием Ран, а затем прикусил нижнюю.
— Она хочет ещё.
Я почувствовала, как он наполняет меня, прижав сильнее моё колено к себе. Толчок. Ещё один глубокий толчок.
— Да-а. Я люблю когда…
Стон разнëсся по комнате, такой сладкий и полный желания.
— Когда что?
— Когда твой член во мне.
Ран стал толкаться сильнее — крепко держа за горло. Он целовал моё лицо, я открыла рот, а Ран просунул свой язык, который бешено стал обводить по кругу мой. Его темп наращивался, создавая громкие хлопки, он немного прилёг для того, чтобы второй рукой делать мне приятно вдвойне. Пальцы ускорялись на клиторе, член так глубоко заходил внутрь, делая немного больно, но одновременно безумно приятно. От громких стонов становилось тяжело дышать.
— Ран, я сейчас кончу.
— Так кончай.
— Нет, я не хочу так быстро.
Он остановился, отодвинув таз — вытащил свой орган и стал постукивать по взбученному клитору.
— О-о, боже.
— Да, детка. Я — твой Бог.
Дразня, он просовывал член внутрь и снова вытаскивал, водя головкой по складкам. Я повалила Хайтани на постель и залезла сверху, его член оказался между моих ног, но я не торопилась впустить его в себя, поэтому двигала мокрой промежностью по нему, выделяя зону клитора — тëрлась им об уздечку головки.
— Впусти меня, стерва. Я не могу терпеть.
Я кусала губы, мне тоже не терпелось быстрее оседлать своего непокорного мужчину. Ран приподнял меня за талию и резко со шлепком опустил мою задницу об свои бёдра. Наклонившись вперёд, я лизала и кусала его шею — быстро трахала своего господина, приподнимая зад. Ноги напрягались от скорости своих движений, а Хайтани прерывисто дышал. Мне хотелось втереться в его кожу, запах который сводил мой разум с ума, его капли пота я собирала языком, руки Рана с болью сжимали мои ягодицы, впечатывая в себя. Как же я скучала по этому наглому, дерзкому придурку, только он заставляет моё тело и сердце трепетать. Хайтани перевернул меня нависая сверху, наши губы жадно целовали друг друга, а его стали спускаться ниже; Ран кусал мои соски оттягивая пирсинг на них; язык сползал вниз оставляя мокрую дорожку — обдавая её холодным дыханием. Я смотрела на потрясающий вид — голова Хайтани устроилась между моих ног, а моё бедро изящно легло на его плечо. Ран целовал его внутреннюю сторону — проникая языком внутрь меня, возбуждение растянулось толстой нитью связывающую нас, несколько раз он толкнул горячий язык, а потом собирал выступающую смазку им.
— Моя вкусная девочка.
Я сжимала его волосы — плотно прижимая к лобку, а Ран не переставая двигал ловким языком. Тело лихорадочно трясло, Хайтани сжал одной рукой мою грудь, не отрываясь от процесса, а пальцы другой двигались внутри меня.
— Ран, я не могу уже.
— Давай, детка, кончи для меня.
Фейрверк оргазма накрыл меня яркими вспышками и пока я не пришла в себя, Ран перевернул на живот, приподняв мои ноги — поставил на колени; мои бедра разъезжались, он сомкнул их поглаживал между.
— Какая мокрая, — вошёл в меня Хайтани, целуя спину, ключицы и за ухом, — И узкая.
Схватив меня за талию — брал грубо и во всю свою длину. Я пыталась выдрать волосы на голове, насколько хорошо он трахает меня. Ран взял меня за руки, потянув на себя, я выгнулась, а он держа за шею вбивался сильнее и сильнее, а потом вытащил член и залил мою поясницу горячей спермой стуча им по заднице. Хайтани тяжело дышал, а я просто обессиленная упала.
— Я очень скучал, котик, — легко поцеловав в плечо, он встал и отодвинул ящик тумбы.
Переключив взгляд, Ран вытащил салфетку аккуратно убираю свой оргазм с меня. Я перевернулась на спину притянув за шею к себе. Лёгкий поцелуй.
— Я тоже скучала.
Его нос стал играть с моим, а моя рука поползла вниз.
— Это так не работает. Нужно подождать, — улыбнулся Ран, и приник к моим губам.
Телефонный звонок нарушил нашу идиллию. Хайтани приподнялся на локтях смотря по сторонам.
— Это твой или мой?
— Понятия не имею.
После того как поменяла телефон, звонок оставила стандартный. Ран встал гуляя по комнате. Подняв мои джинсы, протянул. Я достала мобильный на экране высветилось: Входящий вызов от Ясуда
Недолго думая ответила:
— Да? Здравствуйте господин Ясуда.
— Доброе утро, госпожа Масуда.
Ран сел рядом, прижимая ухо к корпусу телефона.
— Что с делом? Какие новости?
— Поставку отправили, ожидаем.
— Уверенны, что это именно те наркотики, которые мы ищем?
— На девяносто процентов. Они превышают нормы, поставку изначально задержали на таможне из-за этого.
— А сейчас она из-за вас едет в Японию?
— Не из-за меня, а из-за нашего дела! Нам нужно выяснить точно, они это или нет, по-другому никак.
— А если Бонтен успеет распродать поставку?
— Не успеет, я придумаю что-нибудь.
Ран перехватил телефон.
— Здравствуй, офицер. Как дела? — поставил на громкую связь он.
— Господин Хайтани?
— Именно. Как приятно, что ты узнал меня.
— Кхм-кхм.
— Что там с моим личным делом?
— Я смог закрыть четыре уголовных дела на госпожу Масуду.
— Офице-е-ер, на сколько я помню их было не четыре, а шесть?
— Да, но с другими потерпевшими у меня не получилось договориться.
— Уж постарайся. Ты ведь не хочешь, чтобы с ними разговаривал я?
— Никак нет.
— Прекрасно. До связи Ясуда, надеюсь, в ближайшее время порадуешь хорошими новостями.
Ран сбросил трубку и кинул на прикроватную тумбу. Нависая надо мной с ядовитой ухмылкой.
— Котик, я готов снова.
— Тогда иди ко мне, папочка.