Глава 9
Ни одно слово, летящее в твой адрес, не должно менять твоё мнение о себе.
У. Черчилль
В следующие несколько дней история о том, как Фред с Джорджем вырвались на свободу, пересказывалась так часто, что было ясно: она войдёт в золотой фонд хогвартских преданий.
Сразу после отбытия близнецов было много разговоров о том, что их поступок достоин подражания. Т/И частенько слышала от учеников фразы вроде «Честно, иногда мне страсть как хочется вскочить на метлу да и махнуть отсюда подальше» или «Ещё один такой урок, и я тоже исполню номер "прощание Уизли"».
Фред с Джорджем позаботились о том, чтобы память о них осталась в школе надолго. Они никому не объяснили, как убрать болото, образовавшееся в коридоре на шестом этаже восточного крыла. Амбридж и Филч пробовали осушить его самыми разными способами, но безрезультатно. В конце концов болото огородили веревками, а Филчу поручили переправлять учеников в классные комнаты на плоскодонке, что он и делал, скрипя зубами от злости.
Т/И не сомневалась, что Макгонагалл или Флитвик могли бы удалить болото без всякого труда, однако, как и в случае с устроенным близнецами фейерверком, они явно предпочитали наблюдать за усилиями Амбридж со стороны.
Вдохновлённые примером Фреда и Джорджа, многие ученики вступили в борьбу за право занять освободившиеся места Главных Проказников Хогвартса. Несмотря на новую дверь, кто-то умудрился подсунуть в кабинет Амбридж нюхлера с волосатым рыльцем — тот перевернул всю мебель в поисках блестящих предметов, а когда вошла Амбридж, прыгнул на неё и попытался сгрызть кольца с её толстых пальцев. Навозными бомбами и вонючей дробью теперь швырялись в коридорах так часто, что среди учеников стало модно перед уходом с урока накладывать на себя Заклятие пузыреголовости — это обеспечивало им приток свежего воздуха, хотя выглядели они при этом весьма экстравагантно, будто щеголяли в надетых на голову аквариумах.
Филч, крадучись, ходил по коридорам с хлыстом в руке, надеясь поймать виноватых, но вся трудность заключалась в том, что их стало чересчур много и он никак не мог решить, куда ему броситься в первую очередь. Инспекционная дружина пыталась помочь ему, но с её членами то и дело происходили странные вещи. Уоррингтона отправили в больницу с ужасным кожным недугом, из-за которого он словно покрылся кукурузными хлопьями, Панси Паркинсон пропустила все уроки, поскольку у неё вдруг прорезались рожки.
Перед тем, как покинуть Хогвартс, Фред и Джордж успели распродать уйму Забастовочных завтраков. Стоило Амбридж войти в классную комнату, как собравшихся там учеников начинало тошнить и лихорадить. Одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей. Вопя от ярости и бессилия, она пыталась определить источник загадочных симптомов, но ученики упрямо твердили ей, что страдают от «амбриджита». Т/И владела частью продукции близнецов, поэтому продолжала их дело и продавала волшебные вредилки.
Но никто не мог сравниться с Пивзом. Похоже, полтергейст принял прощальный завет Фреда очень близко к сердцу. С безумным хихиканьем он носился по всей школе, переворачивал столы, выскакивал из-за классных досок, опрокидывал вазы и статуи; дважды он запихивал Миссис Норрис в пустые рыцарские доспехи в коридоре, и разъяренный смотритель замка извлекал её оттуда истошно орущей, но живой и невредимой. Пивз разбивал фонари и тушил свечи, жонглировал горящими факелами над головой у перепуганных учеников, заставлял аккуратно сложенные стопки пергамента обрушиваться в огонь или за окно; он устроил на третьем этаже наводнение, открыв краны во всех умывальнях, набрал полную сумку тарантулов и выпустил их посреди вестибюля во время завтрака, а если ему хотелось передохнуть, часами парил над Амбридж, сопровождая ее повсюду, куда бы она ни пошла, и издавая громкие непристойные звуки всякий раз, как она открывала рот.
Если не считать Филча, никто из обслуживающего персонала даже не пытался помочь директору. А спустя неделю после того, как Фред и Джордж покинули школу, Т/И своими глазами видела, как профессор Макгонагалл прошла мимо Пивза, старательно отвинчивающего хрустальную люстру, и почти не разжимая губ, шепнула полтергейсту: «Не в ту сторону крутишь!»
***
— Когда следующее мамино письмо пройдёт проверку, у меня будут крупные неприятности, — горько сказал Рон. — Не удивлюсь, если она опять пришлёт мне громовещатель. Побег Фреда и Джорджа поставят в вину мне. Она скажет, что я должен был их остановить. Вцепиться в их метлы и не дать им улететь, или уж я не знаю что... Точно говорю, виноват буду я.
— Ну, если она и вправду так скажет, это будет ужасно несправедливо, — сказала Гермиона, — потому что ты ничего не мог поделать! Но я уверена, что она ничего такого не скажет: ведь если у них и впрямь есть помещение в Косом переулке, значит, они все это спланировали уже давным-давно.
— Кстати, вот ещё вопрос: как они заполучили это помещение? Это же не так просто, верно? Чтобы арендовать место в Косом переулке, нужна куча галеонов. Она захочет узнать, во что они ввязались, чтобы раздобыть такие деньжищи.
— Это и мне приходило в голову, — сказала Гермиона. — Я тоже думала: вдруг Наземникус уговорил их взяться за торговлю краденым или еще за что-нибудь похлеще...
— Ничего подобного, — одновременно сказали Гарри и Т/И.
— А вы откуда знаете? — хором спросили Рон с Гермионой.
— Оттуда... — Гарри помедлил, но потом решил, что пришло время открыть секрет. — Они получили золото от меня. В прошлом июне я отдал им свой выигрыш в Турнире Трёх Волшебников.
— Не может быть! — воскликнула Гермиона. — Может! — сказала Т/И.
— И я об этом не жалею! Мне эти деньги были ни к чему, а у них будет отличный магазин со всякими волшебными штучками.
— Но это же здорово! — восхищенно сказал Рон. — Значит, виноват ты один, и мама не сможет ни в чем меня обвинить! Ты не против, если я ей скажу?
— Конечно, лучше сказать, — хмуро ответил Гарри, — особенно если она думает, что они торгуют ворованными котлами.
***
Школа продолжала жить прежней жизнью, и только Т/И чувствовала себя разбитой. Она не представляла себя без Уизли. Они стали одним целым. Девушка ходила поникшая, что замечали абсолютно все. Профессор Флитвик однажды пытался поговорить со своей лучшей ученицей, но Т/И отмахнулась от него, сказав, что у неё всё хорошо.
Естественно, это было ложью.
Малфой тоже обращал внимание на сломленность девушки. Его раздражало, что она просто опустила руки. Он пытался задевать её, как прежде, чтобы как-то взбодрить, но когтевранка не реагировала.
Сегодня на уроке зельеварения ученики работали не в парах, как обычно, а по одному.
Драко оглядел комнату зелий, с удивлением обнаружив, что одна из волшебниц выглядит озадаченной. Её волосы были растрёпаны по всей голове, лёгкий румянец на щеках и нахмуренные брови.
Схватив книги и палочку, он направился к столу Т/И.
— Тебе нужна помощь, Т/Ф?
Её глаза поднялись, чтобы встретиться с его взглядом.
— Думаю, нет, — равнодушно сказала она, прежде чем снова посмотреть на пузырящуюся кашу.
Драко заглянул в котёл и тут же отстранился, сморщив нос.
— Я думаю, что ты знаешь, Т/Ф. Ещё минута, и ты всех нас вырубишь этими парами.
Её глаза метнулись к нему, прищурившись от гнева, пока она не увидела усмешку на его губах. С неуверенным вздохом она подошла к Драко, жестом приглашая его занять её место. Она наблюдала, как он добавлял ингредиент за ингредиентом, отвратительное пузырящееся зелье медленно превращалось в кипящую пурпурную жидкость.
— Ого, кто же знал, что ты не такой болтливый мерзавец? — Т/И говорила с восхищённой усмешкой.
— Ты бы сделала это, если бы позволила мне показать тебе, — пробормотал он скорее себе, чем ей, но когтевранка услышала его.
Она игриво толкнула его локтем, прежде чем искренне улыбнуться.
— Спасибо, Малфой.
— В любое время, Т/Ф, — сказал он, подмигивая, прежде чем поспешить обратно к своему столу.
***
— Да что с тобой творится? — вопрошал Малфой, найдя Т/И в туалете Плаксы Миртлл. Когтевранка сидела на подоконнике и смотрела в окно.
Она не плакала, слёз больше не было, но внутри девушки была пустота. Амбридж запретила писать письма, поэтому Т/И уже давно ничего не слышала о близнецах.
Услышав голос парня, когтевранка повернула голову и посмотрела на него пустым взглядом.
— Какое тебе дело, Малфой?
— Да бесит просто! Что ты сопли распустила? Конец света что ли наступил? Ну улетели твои рыжие, и что с того?
— Отстань.
— Ты невыносима! — проворчал парень и вышел.
***
Когтевранка отгородилась от всех, кроме Луны. Подруга помогала девушке прийти в себя. Т/И становилась более живой с каждым днём, но внутри всё ещё зияла пустота.
***
Т/И шла в Большой зал, когда увидела Малфоя. Слово за слово и вспыхнула ссора.
Парень выплюнул едкую правду:
— Вы, студенты Когтеврана, ничем не лучше слизеринцев.
Он не думал, что девушке в синем шарфе больно от его слов, он думал лишь о незначительной словесной перепалке, переросшей в настоящую ссору.
— Ваш удел — это вечное сокрытие чувств, ношение масок хладнокровного спокойствия и аристократического безразличия. Вам сложно найти друзей, тех, которым можно раскрыть душу и мысли. Вы всегда ходите по одному. Так проще? Быть никому не нужным? Ответь мне, грязнокровка!
Его обращение заставило притихнуть весь холл перед Большим залом.
Старшие студенты толкали младших и тихо шикали:
— Идите на уроки, вам тут нечего делать!
Она открыла двери в зал и, не оборачиваясь, произнесла тихое:
— Зато мой отец не называет меня позором своей плоти.
Прямое попадание. В самое яблочко. Драко отшатнулся назад и, создавая более правдоподобное спокойствие, пошёл в сторону подземелий Слизерина.
***
Т/И металась по комнате не находя себе места. Не находя места из-за этого дурацкого Малфоя! Вообще Т/И можно было назвать образцом хладнокровия и спокойствия, но не в данный момент.
Сколько ж можно не вылезать из головы?
Чей-то кашель заставил Т/И обернуться. Драко стоял в нескольких метрах от неё. Да он что, мерещиться уже начал что ли?!
— Какого ты здесь делаешь, Малфой?
— Как недружелюбно, Т/Ф, — блондин с холодным равнодушием встретил рассерженный взгляд девушки.
— Это МОЯ комната, Драко. И тебя здесь не ждали.
— Это ВЫРУЧАЙ-комната, — подражая её интонации, ответил волшебник. — И вообще, как тебе удалось её найти?
— Тот же вопрос могу задать тебе.
Лёгкая улыбка мелькнула на лице Малфоя. Скорее усмешка.
— Я вообще пришёл, как это говорится у вас, у маглов, кхем… попросить прощение.
Т/И даже посчитала бы это трогательным, если бы не одна деталь.
— Маглов? Но я волшебница, Драко. Такая же, как и ты. — Пауза. — Ну может получше, — вновь усмешка.
— Но ты всегда была здесь лишней, понимаешь? Ты родилась в мире маглов, росла с ними.
— Стоп. Прекрати.
— Но это же правда, Т/И! У чистокровных волшебников всё совсем иначе…
— Драко, — предупреждающие нотки в голосе волшебницы заставили парня замолкнуть. Тонкие пальцы оплели волшебную палочку, занесённую для заклинания.
— Брось, Т/Ф. Ты этого не сделаешь. Не посмеешь. — Выглядел Малфой расслабленно, но всё же потянулся в карман мантии. И не зря.
— Баубиллиус! — мелькнула бело-жёлтая молния.
Только чудом блондину удалось увернуться, когда рядом прозвучало:
— Бомбардо! — и пол у ног разлетелся на мелкие кусочки.
До чего ж Т/И достал этот Малфой! Вечно всех задирает, ни дня не может прожить, не сказав какую-нибудь гадость. Да как он вообще посмел явиться сюда и говорить о её семье?!
— Инкарцеро! — девушка оступилась, не ожидая брошенных в её сторону верёвок. Это только разожгло гнев внутри.
— Аресто моментум!
— Мы его ещё не проходили! Так нечестно! — Драко скользнул за колонну.
— Ну я же когтевранка – многие заклинания знаю наперёд. Коллошио!
— Аларте Аскендаре! — в девушку полетела какая-то ваза.
— Эй! — Т/И перехватила палочку поудобнее и резко ею взмахнула. — Риктусемпра!
Волшебница победоносно склонилась над лежащим на полу Малфоем, на её лице сияла улыбка.
Бедный парень корчился на полу, не в силах сдерживать слезы. Да уж, заклинание щекотки – сильная вещь.
— Пре… ахаха… прекрати это… ахаха!
Ещё пара секунд ощущения своего превосходства и Т/И сжалилась над противником. Драко вскочил на ноги и, что удивительно, не выглядел рассерженным. Да и саму Т/И после такой маленькой потасовки отпустили негативные эмоции. А затем и в неё полетело «Риктусемпра!»
Девушка согнулась пополам от внезапной щекотки, смеясь во весь голос.
— Малфой! — еле выговорила она. — Оста… ахаха… вись! Ахаха!
— Зачем? У тебя такой заразительный смех, — улыбнулся блондин. — Как там будет отменяющее заклятие? Что-то не могу вспомнить. Вини… Фли… Как же там было…
— ФИНИТЕ! — корчась от щекотки и сползая на пол, прокричала Т/И. Нашёл время издеваться!
— Ох, точно! — сделал вид будто и правда не помнил элементарное заклинание. — Фините Инкантатем!
Девушка облегчённо выдохнула, а Драко протянул ей руку, помогая подняться.
— Это было подло, — упрекнула Т/И, на самом деле ничуть не сердясь.
— Знаю. — Довольная ухмылка. — Не думал, что ты можешь быть такой…
— Какой? — улыбнулась девушка, хитро прищурившись.
— Слушай, хочу, чтобы ты просто это знала, — Драко чуть подался вперёд, — я НЕ считаю, что твой приезд в Хогвартс был ошибкой. Ты достойна этой школы, этого факультета. И я правда хочу извиниться перед тобой. За всё. С самого первого дня.
От таких, казалось бы, простых слов Т/И охватило смущение, щёки предательски запылали, она отвела взгляд в сторону и не заметила, как лёд в вечно холодных глазах Драко Малфоя тает.