После
Ночь в отеле была неправдоподобно тихой. Даже слишком. Как будто весь город выдохнул вместе со мной. Или наоборот — я попыталась подстроиться под его усталое дыхание.
Я вошла в номер. Стянула футболку, будто сдирала с себя концерт. Уронила штаны. Оставшись в нижнем белье, села на край кровати. Ступни ныли. Бёдра были словно в пепле. А внутри всё вибрировало.
Я зажгла свет — тусклый, жёлтый, как в позднем фильме.
Затем — выключила. Пусть будет полумрак. Так проще быть собой.
На столе стоял пластиковый стаканчик с водой. Я сделала глоток. Ощутила вкус пыли на губах. Вкус чужого города. Концерта. Его.
Кай.
Я произнесла его имя вслух. Оно повисло в воздухе, как нота без аккорда. Тёплая. Пустая. Страшная.
Он не тронул меня. Почти не дотронулся. Но я была будто разрезана. И что бы там ни происходило — это было больше, чем секс. Это было... проникновение в сознание. В уязвимость. В самое нутро, которое обычно никому не показывают.
Я не знала, кто я сейчас.
Фанатка?
Гость?
Просто девочка, которую пустили за кулисы ради мягкой игры в «тебя заметили»?
Я легла на кровать, раскинув руки, будто меня распяли. И смотрела в потолок.
Он был серый. Без пятен. Без смысла.
В голове всплывали обрывки фраз. Его голос. Его пальцы. Его глаза — будто под слоем зелёного яда и усталости. Густые, как дым. Затягивающие.
И я поняла: он не улыбался по-настоящему ни разу. Только играл.
Но я тоже играла. В мечту. В сближение. В «вдруг я ему что-то да значу».
Я встала. Подошла к зеркалу.
На мне — бельё, усталость, и сотни невысказанных слов.
Я дотронулась до кожи под шеей — там, где он держал меня.
Жгло.
Я улыбнулась. Без веселья.
— Привет, новая я, — прошептала я отражению. — Съёмка пошла.
И пошла в душ — смывать с себя вечер, в котором было слишком много правды.