30.
От лица Агаты:
Мы вернулись домой поздно.
Свадебное платье я едва не сорвала с себя прямо в прихожей — слишком тяжёлое, слишком душное после всего, что произошло.
Том молча снял пиджак, бросил его на диван и налил нам обоим по бокалу вина.
Я стояла посреди гостиной, разглядывая свои руки, которые всё ещё дрожали.
— Хватит молчать, — наконец сказал он. — Ты же хочешь что-то сказать.
Я сглотнула.
— Хочу, — ответила тихо. — Я... я боюсь, Том.
Он нахмурился.
— Чего ты боишься?
— Себя, — выдохнула я. — Боюсь того, что я влюбилась в тебя по-настоящему, а ты однажды проснёшься и поймёшь, что всё это была ошибка.
Я снова останусь одна. Как с Риком. Только теперь будет ещё больнее.
Он медленно поставил бокал на стол и подошёл ближе.
— Агата, — его голос стал низким, твёрдым, — я не Рик.
Я не из тех, кто предаст, потому что ему стало скучно.
— А если ты устанешь от меня? — я вскинула на него взгляд. — От моих вопросов, моих вспышек ревности, моих «не хочу готовить, не хочу быть идеальной женой»?
Он усмехнулся краем губ, но взгляд оставался серьёзным.
— Знаешь, что самое странное? — он коснулся моего подбородка, заставив смотреть ему в глаза. — Мне всё это в тебе нравится. Даже когда ты злишь меня до предела.
Сердце пропустило удар.
— Почему?
— Потому что ты настоящая.
Он обвёл большим пальцем линию моей губы.
— И я не собираюсь тебя терять. Не через три года, не через десять.
Я почувствовала, как внутри что-то разрывается — напряжение, злость, страх.
Губы сами потянулись к нему.
Мы поцеловались, сначала осторожно, потом всё глубже, пока он не прижал меня к себе так, будто боялся отпустить.
— Пойдём спать, — шепнул он мне на ухо. — Но на этот раз не просто спать.
Я кивнула, и он подхватил меня на руки.
Все мои страхи остались внизу, вместе с пустыми бокалами и тенями прошлого.
***
Я проснулась от того, что солнце пробивалось сквозь шторы и нагло светило прямо в лицо.
Рядом тихо посапывал Том.
Я ещё пару секунд полежала, рассматривая его — расслабленного, беззащитного, совсем не того брутального мужчину, который вчера спорил с Риком и потом сводил меня с ума до самой ночи.
Я посмотрела на время и мысли о том, что мы проспали самолет ударили во мне током.
— Том... — позвала я, осторожно тронув его за плечо.
— Ммм... — он только глухо промычал.
— Том! — я встряхнула его чуть сильнее. — У нас самолёт!
Он резко открыл глаза.
— Какой самолёт?
— В Париж! — почти закричала я. — Ты забыл? Медовый месяц?!
Секунда паузы — и он подскочил на кровати, как будто его ударило током.
— Чёрт! Сколько времени?!
Я глянула на телефон.
— Если мы не соберёмся за десять минут, мы никуда не улетим!
Дальше всё превратилось в хаос.
Том впрыгнул в штаны, чуть не упав, и выругался.
Я бегала по комнате, накидывая в чемодан всё подряд: платья, джинсы, косметику.
— Нам это нужно? — спросил Том, держа в руках моё вечернее платье.
— Да! — крикнула я, хотя сама не была уверена. — Бросай туда!
Он бросил. Чемодан захлопнулся с таким треском, будто пытался сказать «хватит, я переполнен».
Мы оба одновременно посмотрели на обувь.
— Твои кроссовки где? — спросил он.
— Не знаю! — я метнулась к шкафу. — А где твой паспорт?!
— Чёрт, паспорта! — Том выбежал из спальни босиком.
Пять минут спустя мы встретились у двери, оба запыхавшиеся, с чемоданами в руках.
— Всё взяли? — спросил он.
— Если нет — купим, — выдохнула я и засмеялась.
Он тоже улыбнулся, а потом вдруг наклонился и быстро поцеловал меня.
— Ну что, мадам, в Париж?
— В Париж, — кивнула я, и мы выскочили из дома, всё ещё смеясь, как два сумасшедших.
***
Мы буквально влетели в аэропорт, прошли регистрацию в последний момент и теперь сидели в креслах, отдышавшись.
Я впервые за утро позволила себе расслабиться.
Том откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и тихо выдохнул.
— Ну, это было весело, — хрипло усмехнулся он.
— Весело?! — я уставилась на него, но потом сама не удержалась и рассмеялась. — Ты чуть не забыл паспорта!
— Но не забыл же, — открыл один глаз он. — И чемоданы с вещами взяли.
— Половина из которых — мои платья, которые я даже не успела рассмотреть, — я покачала головой.
— Ну, значит, сюрприз для тебя самой, — ухмыльнулся Том, наклоняясь ко мне.
Я закатила глаза, но улыбка всё равно не сходила с лица.
Мы сидели, держась за руки, пока самолёт выруливал на взлётную полосу.
— Что будем делать первым делом? — спросила я, глядя в окно, когда город начал медленно уходить вниз.
— Заселимся в отель, — сразу сказал Том. — Потом я отведу тебя в ресторан. Хочу, чтобы ты попробовала нормальные французские круассаны, а не то, что продают у нас в кофейнях.
— А потом? — спросила я, чувствуя, как во мне поднимается детский восторг.
— Потом... — он посмотрел на меня так, что я моментально покраснела. — Потом мы можем не выходить из номера до вечера.
Я фыркнула, но щеки всё равно горели.
— Том!
— Что? — он улыбался, притянув мою руку к своим губам. — Это же медовый месяц.
Самолёт набрал высоту, и мне показалось, что мы оставляем все наши ссоры и недопонимания где-то там, на земле.
Впереди была Франция, новые впечатления и, возможно, новая глава нашей истории.
***
Самолёт мягко приземлился в Париже, и меня будто накрыло волной эмоций.
Я сидела у окна и жадно смотрела на огни ночного города.
— Добро пожаловать во Францию, мадам, — тихо произнёс Том, наклоняясь ко мне.
Его голос был таким низким и тёплым, что я невольно улыбнулась.
Мы забрали чемоданы и вышли из аэропорта.
Тёплый ночной воздух встретил нас запахами кофе и свежего багета — или мне просто так показалось.
Том быстро нашёл такси, помог мне сесть и, как всегда, взял ситуацию под контроль, общаясь с водителем на французском.
Я смотрела на него с лёгким восхищением — он говорил так уверенно, будто родился здесь. Откуда он вообще знает французский? Чего ещё я о нём не знаю?
Машина тронулась, и я прилипла к окну.
Улицы были залиты мягким золотым светом фонарей.
Люди сидели в уличных кафе, кто-то смеялся, кто-то пил вино, а кто-то просто шёл, держа за руку любимого.
— Посмотри направо, — вдруг сказал Том.
Я повернула голову и замерла.
Вдали, между домами, ярко сияла Эйфелева башня.
Сердце подпрыгнуло — это был тот самый момент, который я так часто видела на фотографиях, но реальность была в тысячу раз красивее.
— Том... — выдохнула я. — Она настоящая.
— А ты думала, я везу тебя к макету? — ухмыльнулся он и сжал мою руку.
Мы доехали до отеля, где нас уже ждали.
Номер оказался просторным, с огромной кроватью, панорамным окном и видом на ночной Париж.
Я подошла к стеклу и замерла, глядя на башню, которая мерцала огнями.
— Это просто волшебство... — прошептала я.
Том обнял меня сзади, положив подбородок мне на плечо.
— Я же обещал, что твоя свадьба и медовый месяц будут незабываемыми.
Я повернулась к нему, улыбаясь, и он поцеловал меня.
Где-то внизу город шумел и жил своей жизнью, но в этот момент весь мир будто сузился до нас двоих.
Мы лежали в огромной кровати отеля, утонув в белоснежных простынях.
Сил двигаться не было — перелёт, свадьба, весь этот адреналин сделали своё дело.
Я смотрела в потолок, а Том лениво перебирал мои волосы.
— Забавно, — усмехнулась я, — как всё началось.
Я ведь тебя терпеть не могла.
— А я тебя, — тут же отозвался он и ухмыльнулся. — Ты была такой колючей, что хотелось тебя специально злить.
— А ты и злил! — возмутилась я, но без настоящего гнева. — Постоянно провоцировал меня, делал всё назло.
Помнишь, как ты специально ворвался в мою комнату, когда я переодевалась?
— Конечно, помню, — Том усмехнулся шире. — А ты так на меня наорала, что я подумал — эта девчонка точно сожжёт мне дом, если я её разозлю ещё сильнее.
Я не удержалась и рассмеялась.
— Ну, может, и сожгла бы. Ты был ужасен.
Наглый, самоуверенный, всё время контролировал меня.
— А ты? — он приподнялся на локте и посмотрел на меня. — Ты постоянно игнорировала всё, что я говорил, делала наоборот.
И ещё эти твои убийственные взгляды.
— Потому что ты вёл себя как тиран! — я подушкой шлёпнула его по плечу.
Он перехватил её и прижал к себе, не давая вырвать.
— Признай, тебе нравилось меня злить.
— Может, и нравилось, — призналась я, уткнувшись в простыню, чтобы скрыть улыбку. — Но иногда ты доводил меня до слёз.
Том замолчал на секунду, а потом тихо сказал:
— И всё равно ты осталась.
Я повернулась к нему лицом.
— Осталась. И не жалею.
Мы смотрели друг на друга пару секунд, и я почувствовала, как уголки его губ дрогнули.
Он поцеловал меня, сначала легко, а потом чуть дольше, чем просто "поцелуй на ночь".
— И всё-таки, — сказал он, отстраняясь, — ты признаёшь, что влюбилась в меня первой.
— Что?! — я возмущённо села. — Ты что, издеваешься? Это ты первый начал ко мне подкатывать!
— Я? — Том рассмеялся. — Да я просто выполнял условия контракта.
— Конечно, выполнял, — фыркнула я, ложась обратно. — А потом влюбился, как мальчишка.
Он только усмехнулся, прижал меня к себе и прошептал:
— Главное, что сейчас мы здесь. И больше ничего не имеет значения.
Мы уже почти засыпали, когда Том вдруг тихо сказал:
— Агата... а что ты почувствовала, когда вышла к алтарю и увидела меня?
Я открыла глаза и уставилась в темноту.
— Честно? — переспросила я, повернувшись к нему лицом.
Он кивнул, и даже в полумраке я видела, что он ждёт моего ответа.
— Мне стало страшно, — призналась я. — Я увидела тебя и поняла, что всё реально. Что больше нет пути назад.
И... мне показалось, что я не смогу дойти до конца дорожки.
Том приподнял бровь.
— Испугалась?
— Да. — Я грустно улыбнулась. — Испугалась, что всё испорчу, что ты поймёшь — я не та, кто тебе нужен.
Но потом ты улыбнулся. И я... будто обрела уверенность.
Том тихо выдохнул и наклонился ко мне ближе.
— А я, наоборот, едва сдерживался, чтобы не броситься тебе навстречу.
Ты была такой красивой, что у меня перехватило дыхание.
Я улыбнулась, а сердце сделало какой-то нелепый скачок.
— Вот видишь, — сказала я, прижимаясь к нему ближе. — Ты всегда уверен, а я всегда всё усложняю.
Он усмехнулся и поцеловал меня в висок.
— Может, поэтому мы так хорошо подходим друг другу.
Я засмеялась тихо, а он обнял меня крепче, и в этот раз мы заснули почти одновременно, с одинаковыми улыбками на губах.
***