Avalanche [Translate]

Грета Фальконе

Секунды в нашей жизни играют большую роль. Ведь все может измениться за считанные секунды. Вот ты сидишь и все в порядке, а через секунду уже нет.
Я оглядываю комнату, которая выполняет роль бункера в нашем доме. Когда я думаю о людях, находящихся здесь в опасности, я понимаю, что нельзя отчаиваться.

Рядом со мной на диване сидят Карлотта и Аврора крепко держа меня за руки и я понимаю, насколько ужасна эта ситуация. Тем более учитывая, что у Лотты хрупкое сердце.

Сейчас на нас нахлынуло слишком много эмоций, а это опасно для нее и ее состояния здоровья.

С тех пор, как она родилась, у нее был редкий случай из-за которого ее сердце ослабло.

Когда она была младше, она перенесла сложную операцию и регулярно принимала лекарства, но все заботы важны.

Я сжимаю руки девушек и они поворачиваются ко мне лицом.

- Все будет хорошо, - говорит Лотта. Ее зеленые глаза оптимистично горят.

- Конечно все будет хорошо. Если мужчины не справятся и будут нуждаются в подкреплении, мы выйдем и разрешим ситуацию сами, - говорит Аврора уверенно, как всегда.

Она смотрит на стену напротив нас, где огромная полка заполнена оружием и ножами всех размеров. Да, мы можем пойти и помочь, но только в крайнем случае. Сейчас было неподходящее время, чтобы отвлекать их и принимать поспешные решения, хотя любая секунда отвлечения могла стоить любому из них жизни. Жизни, которой они готовы пожертвовать ради нас, не задумываясь. Аврора была серьезна, но по ее тону я поняла, что она тоже напугана, хотя и не показывает этого.

Я качаю головой и слегка улыбаюсь, поджимая губы.

- Ты беспокоишься об Амо, не так ли? Я знаю каково это. Алессио тоже снаружи, - хмурясь, шепчет Лотта. - Но надо верить, что они вернутся здоровыми.

- Живыми и целыми - бормочу я, и она кивает.

- Живыми и целыми, - тихо повторяют Аврора и Лотта одновременно и это становится нашей мантрой.

Секунды превращаются в бесконечные минуты и спустя некоторое время мама садится рядом со мной, а мои подруги встают, давая нам возможность уединиться.

Голубые глаза матери пристально смотрят на меня в поисках любого признака того, что мне понадобится ее защита. И как всегда она оказывается права.

- Ты предупредила папу о том, что происходит? - спрашиваю я, разрываясь между желанием, чтобы мой отец, Невио, дядя Нино и Массимо поскорее вернулись домой и желанием, чтобы они держались в безопасности.

- Нет. Твой отец отправил сообщение, что они сели на самолет прямо перед атакой. От Чикаго до Лас-Вегаса не менее 2 часов и он не сможет ничего сделать из самолета, кроме как беспокоиться и беспокоить других. Они скоро вернутся и я надеюсь, что к тому времени ситуация будет исправлена - она вздыхает и я понимаю, что ее дилемма такая же, как и у меня.

Я согласна, потому что, зная папу и Невио, они сходили бы с ума, думая обо всем, что здесь происходит и не могли бы ничего делать, кроме как звонить по телефону. Лучше просто подождать.

- Я поговорила с Амо до этого - говорит мама и я сразу понимаю ее намерение сменить тему. И я позволяю это сделать.

- И как все прошло? Ты тоже хочешь убить его? - спрашиваю я, пожимая плечами.

Моя мама щурится, в ее глазах мерцают смешинки.

- Невероятно, но я ему посочувствовала. Он немного запутался в некоторых вещах, но, насколько это возможно, кажется порядочным парнем.

- Возможно где-то внутри?

- Такие люди, как он и как твой брат, родились с определенной целью. Они будут Капо, главами семьи, которая будет зависеть от них во всех их действиях. Это большая ответственность. Мы с твоим отцом пытались воспитывать тебя и Невио как можно менее произвольно, но в нашем мире это сложно, - говорит мама. Она делает глубокий вдох и продолжает. - Амо кажется достаточно сильным, чтобы защитить тебя в случае необходимости и достаточно порядочным, чтобы не использовать свою силу против тебя.

- Он никогда бы не причинил мне вреда, - бормочуя, чувствуя, что должна защищать его, хотя знаю, что в этом нет необходимости.

Моя мама кивает.
- Я это уже поняла по тому, как он о тебе говорил. Мужчины мафии не становятся сильнее, когда их поощряют показывать свои чувства и проявлять заботу. Это редкое качество.

- Амо всегда добр ко мне. Он так хорошо ко мне относится и заставляет меня чувствовать себя такой красивой, особенной … - комментирую я, задумавшись.

- Потому что ты такая!

- Знаю, но он на меня смотрит иначе. Я не могу это объяснить - неловко улыбаюсь, уже чувствуя, как щеки начинают гореть.

Моя мама протягивает руку, держа мою. Выражение ее лица выражает понимание и заботу, и я знаю, что мне не придется ничего объяснять, она все поняла.

- Ты думаешь, что любишь его? - мягко спрашивает она.

Я хмурюсь и задумываюсь над этим вопросом. Могу ли я любить Амо всем сердцем и душой? Смогу ли я принять его тьму и сделать ее своим домом? Смогу ли я это сделать? Я хочу, я уверена в этом. Когда я вспоминаю его легкую улыбку и то, как его пристальный взгляд, казалось, обжигает мою кожу, любое сомнение в моем сердце растворяется, как дым.

- Я не знаю, - выпаливаю я, отвлекаясь. - Как можно влюбиться в кого-то за такое короткое время.

Мама смеется и ее красивые глаза начинают гореть.

- Милая, для любви нет причин! - восклицает она. - Твой отец и я являемся прекрасным примером, однажды я расскажу тебе всю историю и ты поймёшь. Но просто знай, что любовь не должна иметь смысл, чтобы быть реальной.

И с ее словами, застрявшими в моей голове, я смотрю на массивную стальную дверь, ожидая. И жду. И жду.

Когда, наконец, в комнате раздается шум и дверь медленно открывается, я встаю, ожидая еще секунду, пока не вижу появление дядюшки Савио. И дяди Адамо. И Фабиано. И Алессио. А потом мое сердце останавливается. Синий цвет глаз Амо - единственный цвет, на котором я сосредотачиваюсь, игнорируя красный цвет его рук. Он последний, кто входит в комнату и мне не терпится обнять его и положить голову ему на грудь. Это все, что мне было нужно: постоянно слышать стук своего сердца, исполненного надежды. Амо обнимает меня в ответ, прижимая к себе и только тогда я позволяю себе вздохнуть с облегчением.

Боже! Вот и все! Одна его рука в моих волосах, а другая крепко держит меня за спину. Губы прижались к моей голове, а его сердце колотится, говоря мне, что он вернулся. Вот и все, все хорошо.

Я потеряла счет времени, но я обращаю внимание на все, что нам рассказывают о вторжении в особняк. Сигнализация не сработала, так как кто-то, должно быть, предал нас, наши охранники были ранены или мертвы, как и захватчики, которые теперь были заперты в подвале.

Ожидание. Нам нужны ответы и мы их получим. И мне, честно говоря, все равно, какие методы они будут использовать для извлечения информации. Я просто забочусь о том, чтобы моя семья была жива и здорова. На этот раз мексиканцы вырыли себе могилу.

Мы выходим из бункера и собираемся в гостиной. Сегодня все проведут ночь здесь, дома, чтобы не рисковать, если они снова осмелятся напасть на нас. Я не знала, который час, но уж рассветает и сидя на диване, я кладу голову на плечо Амо, который сидит рядом со мной, всегда настороже.

Он наклоняет голову ко мне, помещая нас в пузырь, изолированный от разрозненных разговоров, которые летают по комнате.

Я хотела бы обратить внимание на каждую стратегию и план, которые должны были быть разработаны, но моим глазам трудно было оставаться открытыми.

- Эй, отдохни, - мягко говорит Амо, его тёплая кожа прижимается к моей щеке. Я прижимаюсь к нему ещё ближе. - С тобой ничего не случится. Я прямо здесь.

И его голос - последнее, что я слышу перед тем, как погрузиться во тьму.

Свет почти осязаемый и он внезапно будит меня. Мое тело кажется тяжелым и я оглядываюсь по сторонам. В какой-то момент и каким-то образом я оказалась в комнате моего брата, и его куртка, брошенная через кресло через всю комнату, говорит мне о том, что он вернулся.

Я вскакиваю с кровати и бегу в коридор, тихо спускаюсь по лестнице и на ходу осматриваю дорожку. В доме несколько солдат и я узнаю несколько лиц. Все серьезны, с ушами и внимательно следят за своей новой функцией безопасности. Все еще сонная, я замечаю, что если они находятся здесь - куда папа не любит впускать своих солдат - должно быть снаружи их ещё больше и взгляд, который я бросаю на стеклянные двери, открывающиеся в сад, подтверждает эту теорию. После вчерашнего вторжения, зная моего отца, он превратит особняк в настоящую крепость.

Мои шаги ведут на кухню, но я останавливаюсь перед входом, так как слышу разговор.

- И я почти нажал на курок. Это было незадолго до этого - эхом отзывается голос дяди Савио, хотя он и заметил, что его тон ниже обычного. - Но Фабиано начал болтать.

- Мы оба знаем, что ты на самом деле не собирался стрелять из этого пистолета, - бормочет Фабиано. - Но я не мог больше смотреть, как ты хочешь застрелить Амо, пока он нам просто помогал.

Я подношу руку ко рту, сдерживая удивление и шок. Они говорили об Амо? Я слышу звук посуды и затем голос дяди Адамо.

- Дай парню шанс. Он вчера дрался рядом с нами, даже был ранен.

- Черт возьми, ты на чьей стороне? - раздраженно говорит папа.

- Конечно, на твоей. Но разве кто-нибудь подумал о Грете вместо того, чтобы просто ненавидеть его? Мне не нравится идея о ней с Витиелло так же сильно, как и вам ребята, но это не конец света.

- Знаешь, Адамо, я никогда не думал, что в таком возрасте мне придется отшлепать тебя за то, что ты говоришь так много дерьма, - бормочет отец и раздается скрежет стула. - Все, что я делаю, это думаю о ней.

- Дочь твоя, ты делаешь, что хочешь, Римо. Но я уже высказал свое мнение - комментирует дядя Адамо и я мысленно благодарю его за то, что он высказал свою точку зрения.

Наступает тишина. Я слышу стук своего сердца в ушах. Почему все должно быть так сложно, а мужчины - такими глупыми?

- Кто-нибудь еще хочет высказать свое мнение о том, как мне управлять этой семьей и растить дочь? - сарказм звучит в голосе отца и мне не нравится эта его версия, та, которую он предпочитает скрывать от меня, насколько это возможно. - Отлично, давай, Фабиано.

- Я ничего не сказал, не втягивай меня в свой бардак.

- Твое лицо говорит само за себя. Теперь ты начал дружить со своим племянником? Дай угадаю, ты видишь в нем свою сестру-предательницу?

- Римо, хватит - в голосе дяди Нино присутствует спокойствие и осторожность.

- Нет, я хочу услышать, что он скажет. Если бы это касалось твоей дочери Фабиано, ты уже был бы охвачен гневом.

- Ты прав. И поэтому я не вмешиваюсь. Потому что в следующий раз, когда я найду Невио, пытающегося ворваться в мой дом посреди ночи, клянусь, я не буду снисходительным. Мы знаем, что ему не нужна была книга законов.

Снова наступает тишина и я выбираю этот момент, чтобы встретиться лицом к лицу с мужчинами моей семьи. Я проглатываю страх и боль, и иду на кухню с высоко поднятой головой.

- Доброе утро - говорю я, идя к стойке. Я беру кружку и наливаю себе немалое количество, пока слышу, как они здороваются в ответ.

- Доброе утро, миа кара, - говорит папа и я смотрю ему в лицо, кивая головой.

Я оборачиваюсь лицом к своим защитникам. Я прислоняюсь к стойке и подношу кофе к губам. Горький вкус пробуждает мои чувства, и я благодарна за то, что выбрала его вместо обычного апельсинового сока.

- Вы действительно хотите его убить? - спрашиваю я, глядя на каждого из них, но сосредотачивая свое внимание на том, кто диктует правила.

Темные глаза отца выглядят мрачно, если не считать усталых кругов под ними. Я просто хочу обнять его и сказать, что скучала по нему, что я так счастлива, что он вернулся домой целым и невидимым. Но девушке нужно знать, за какие бои стоит драться и это был один из них.

Увидев что-то в моем выражении лица, папа удерживает мой взгляд, теперь серьезный и сильный. Взгляд Капо. Он скручивает рот, испытывая отвращение к ситуации и расплывается в мрачной улыбке.

- Не совсем, но я бы хотел, - говорит он.

Я беру еще одну кружку и наполняю ее кофе, глядя на папу.

- Ну, а я очень хочу видеть его живым, - говорю я, прежде чем выпить свой кофе и оставить их в покое.

~~~~~~~~~~~~~~~~
Боже мой, а Грета то настроена серьёзно 😏