Оборотень СИ

- Эмили, малыш, - идет ко мне, а я стою и не могу даже выругаться от нахлынувшей злости. Какая же я наивная и глупая! Ничему жизнь меня не научила! Снова попалась на уловки Роберто!

- Стой, где стоишь! - преграждаю рукой к себе путь. - Не смей подходить ко мне! - идет, словно не слышит.

Хватило же наглости приехать за мной, после того что сделал. Таким хитрым способом вызволить из дома. Зачем было так заморачиваться? Выжидать время, ползать под моим окном в темноте, кидать камни. Он мог просто связаться со мной телепатически, как это делал раньше в лесу. И звонить не пришлось бы! Но этот нагадивший лис, прекрасно понимает свое поведение и хорошо оценивает всю ситуацию, раз проделал такой длинный путь.

- Роберто, не трогай меня, - пытаюсь сдержанно сказать, вот только не очень получается. Злость кипит, комок в горле душит, что нормально не высказать - слезы хлынут не спросив.

- Я Ларе голову оторву за то, что влезла, - нежно ладонью ведет по щеке, трется носом о мой нос.

- За то, что помогла выбраться из лап террористов в белых халатах, которых ты на меня натравил? - голос задрожал, не могу сдержать обиды.

- Что ты такое говоришь? - пытается поймать мои губы. Как же меня достало его лицемерие! Сейчас начнет отпираться и говорить, как он любит меня и что ему важна наша семья. - Разве я мог? - ухмыляется и так не искренне звучат слова.

- Как неудобно-то получилось, скажи блондинчик, - губы нервно кривятся в улыбке, а перед глазами темно, чувствую только его запах. Сногсшибательный одеколон, вот только во мне все так остыло к нему, что это теперь совсем не трогает. А даже наоборот, начинает подташнивать. Тошнит от лжи, от не настоящих эмоций, от прикосновений, которые сулят ничего хорошего. - Кто же знал, что возьмет и поможет презирающий меня человек?! Удар ниже пояса!

- Не неси чушь! - не выдержал и встряхнул меня за плечи. А вот и настоящий Роберто - грубый и злой.

- Чушь?! - пытаюсь отпихнуть его от себя. - Ты отобрал у меня детей! Бросил меня одну в больнице! И это я здесь несу чушь?! - смотрю в голубые глаза, которые загораются от злости в темноте. - Ненавижу тебя!

- Ненавидишь? - с болью в голосе. - А когда в последний раз ты ко мне хорошо относилась? Хоть раз чего доброго сказала в мой адрес? На мое присутствие ты только фыркала и огрызалась на каждое брошенное мною слово. И все это не один, два дня, а длится с того момента, когда я тебя снял с автобуса!

- Не нужно было вытаскивать меня тогда с автобуса! - рыкнула вспоминая тот день. Не появись он тогда, все пошло бы по-другому. Уже давно бы с Джексоном наладили наши отношения...

- Эмили! - кричит мне в лицо. - Я живой! Я тоже живой человек, как и ты! У меня есть чувства, есть сердце, которое также бьется, как и твое! Как ты не поймешь, мне больно, обидно! Я пытаюсь перетерпеть, пережить те невзгоды, которые между нами. Стараюсь простить твое увлечение к Джексону, захоронить поглубже и не вспоминать. Но твои слова и твои действия бьют меня, убивают меня. Но я снова просыпаюсь утром и переживаю одно и тоже, день за днем. И плевать я хотел на эту дуру рыжую, пусть катиться к чертям! А ведь твое отношение такое из-за него! Ты всё рассчитываешь, что увлечение Джексона перерастет во что-то большее и более серьезное? Ты же его ждала здесь увидеть?! Всё летаешь где-то в облаках. Спорить буду, а он за всё время даже не позвонил тебе, - слушая исповедь Роберто, многое сказанное трогает за живое. Мне стыдно и берет обида на себя за него. Во многом он прав - я не справедлива к нему, причем постоянно. Но как речь зайдет о Джексоне, так он начинает выворачиваться и врать. Или может он ещё не знает, что Джексон вернулся или что заезжал ко мне утром? Или это очередная защитная реакция, в которой он пытается казаться лучшим для меня?

- А как насчет того, что ты забрал детей, не сказав ничего и перестал вообще появляться? - с трудом пытаюсь пойти на встречу и выяснить, что он вообще задумал?

- Скажи тебе, так ты бы в бешенство пришла! А приходить и каждый раз слышать, как ты меня презираешь и ненавидишь? Прости малыш, но на это и у меня больше сил нет, - глубоко вздохнул и держась за мои плечи наклонил голову вниз. - И не собирался я отбирать их у тебя. Это не просто дети, это волчата. Маленькие сверхъестественные существа, которых нужно было отдалить от обычных врачей, которые не обнаружили их необычность. Думаю, ты бы тоже не захотела, чтоб кто-то начал изучать их, ставить опыты, как над подопытными кроликами? - тихо шепчет и так убедительно.

- Нет, конечно, - мотаю головой в ответ. - Ты бы мог это всё сказать, ещё тогда!

- Будто ты мне доверяешь! Теперь у тебя в доверии только волшебник Джексон, который своим появлением, машет волшебной палочкой и ты сходишь с ума. Веришь теперь ты только ему... - у кого-то походу от ревности крышу начинает сносить.

- А когда-то верила тебе! - перебиваю. - И ты не хуже него махал своей волшебной палочкой...

- Хочешь, поедем прям сейчас к малышкам? - умело сменил разговор, зная поругаться недолго.

- Прости меня за грубость и всё гадко высказанное тебе, - прижимаюсь к макушке щекой и пытаюсь проглотить слезы, которые предательски потекли по щекам. И когда я успела стать такой сволочью, которая вот так играла и издевалась над чужими чувствами? - Я правда не хотела тебе делать больно. Мне так жаль, что всё так вышло, - взахлеб реву, но пытаюсь высказать свои извинения.

- Эмили скажи, что ты меня не ненавидишь, - поднимает голову и смотрит на меня глазами полных слёз. - Неужели я так противен тебе? - сердце пропустило удар, а следующий был самым больным.

- Нет, - закусываю губу, а слёзы только хуже потекли. - Это всё эмоции были! - обхватываю его грудь, прижимаясь крепко, чтоб только он больше не видел моего зареванного лица. - Пожалуйста, прости меня, - слышу, как сильно бьется сердце в мощной груди, как сталь. И после его слов, кажется, что сердце разрываясь трепещет, требуя пощады от меня.

- Малыш ты нужна нам, ты нужна мне, нужна девочкам. Ты такой же полноправный член нашей семьи Ливертон, как любой другой из нас. И я больше не собираюсь тебя принуждать жить с нами, тем более запирать. Тебе выбирать, что делать и как быть, - шепчет крепко обнимая.

- Я хочу к девочкам, - поднимаю глаза на него, шмыгая носом, чтоб не потекло то, что здесь совершенно не нужно.

- Поехали! - кивнул и улыбнулся добро.

Я быстро запрыгнула в салон, пристегнулась и вытерла мокрые щеки. Роберто одним поворотом ключа завел машину и кинул взгляд на меня. Я улыбнулась ему сквозь опухшее и хмурое лицо. Откинулась поудобнее на спинку и приготовилась к скорости, которую обычно выдавливает Роберто из своей спортивной красавицы.

- Скучал по твоей довольной улыбки, - дернул рычаг скорости и выдавил педаль, что меня вдавило в сиденье.

- А фары не надо включить, - глубоко вздохнула, сжимаясь вся. Напряглись бедра от скоростного дискомфорта. Я конечно знаю, что он своим волчьими глазами видит лучше в темноте, чем я днем. Но самовнушение никто не отменял, которое пугает и накручивает.

- Эмили Браун, вы снова боитесь? - укоризненно посмотрел и снова отвернулся. Но фары включил, чтоб мне было поспокойнее. - Когда я рядом, бояться нечего!

- Если только не тебя самого, - с облегчением выдохнула и откинула голову. В свете прожекторов понеслись мимо столбы, постепенно сливаясь воедино.

- Драматизировать твой конек, - шепнул и продолжал смотреть на дорогу.

Я не стала ничего больше отвечать. Сейчас главным моим желанием было увидеть девочек. С ума схожу от разлуки с ними. Когда же прижму малышек к себе? Грудью конечно не покормить, молоко высохло. Но думаю девчата не обидеться на меня, это же все-таки волки. Небось, уже какой мясной мишурой накормили.

Длинная и темная дорога. Приятный запах кожаного салона и тепло от печки, раскрепостило и расслабило. Роберто пытается шутить и хоть как-то поддерживать разговор, а я с трудом улыбаюсь на дурацкие шутки. И такое ощущение, что кто-то сверху смотрит на меня, на всю эту картину и смеется. Потешается, глумится, дергая за ниточки, которыми обреченно связаны. Кто он там? Кукловод или жестокий учитель жизни? Каждый раз думая об одном, он мне подносит совершенно другого брата. Специально? Зачем? И эта пословица в народе: «Что не делается, то к лучшему!» Но поверь, это лучшее каждый раз становилось одним из худших кошмаров! Мы все запутались, все устали! Все боимся чего-то и злимся как на всех вокруг, так и на самих себя: за меланхоличность, за слабохарактерность, за трусость. Что нам делать, как быть дальше? И чувствую, что мой шаг навстречу Роберто, это снова по пояс в болоте. В болоте, в котором мир облит серыми цветами, от которых тошнит. Воздух наполнен ядовитыми газами, без которых нельзя, а с ними невозможно жить.

- Они в нашей комнате, - машину аккуратно паркует во дворе. Непонятный холодок пробежал по телу и кольнуло глубоко внутри. К чему бы такие переживания, когда я уже рядом? - Не нужно бежать сломя голову! - только хотела выскочить из машины, как Роберто дернул назад.

- Я не бегу! - нервно усмехаюсь, пытаюсь оправдаться. - Я...

- Веди себя естественно, спокойно. Они от тебя никуда не денутся, - входит в личное пространство, но я тут одергиваю.

- Ты приехали сюда обжиматься у тебя в машине или все-таки? - киваю на дом, в который мне действительно не терпится войти.

- Все-таки, все-таки... пошли! - глубоко и недовольно вздохнул.

Вышли из машины. Как он и хотел, решила не вбегать в дом, а подождать его. Медленно вразвалочку и направился к двери, расправляя ладонь внизу, тем самым намекая на то, чтобы я взяла его за руку. Но я же подняла глаза на балкон той комнаты, где жила с Роберто, как он ее сейчас назвал «Нашей». Вслушивалась и всматривалась, будто кто-то мне оттуда помашет. Сделала невинный вид, пусть он подумает, что я с тормозила, а не проигнорировала снова.

- Ты идешь или тебя закинуть на балкон? - рыкнул Роберто, стоя в дверях.

- Иду, - кивнула и вошла в дом.

Блондин психует, вот только всеми силами пытается не показывать мне этого. Переступая порог этого дома, мы снова замыкаем бесконечный круг, который построен на лжи и лицемерии. Его не хочу обижать из-за девочек, но и принимать так близко как он этого хочет, я не могу. Вот на этот раз насколько нас хватит?

- Они спят ещё! - одернул меня, стоило мне подступиться к лестнице.

- Ну и что, - пожимаю плечами. - Я просто рядом побуду, - говорю тихо и виновато, словно спрашиваю разрешения.

- Не будем дожидаться рассвета? - из-за угла со стороны кухни вышли двое мужчин.

- Рассвета? - табуном мурашки побежали. - Какого рассвета... кто это? - почти выдохнула, а не произнесла.

Вижу этих здоровяков впервые. Но без сомнения это его сородичи, слишком уж они хорошо сложены и уверенны в себе. Пафосной походкой проходят в центр гостиной, переглядываются и хитро улыбаются друг другу. Их забавляет мое испуганное лицо? Мои выпученные глаза? Что здесь происходит? Что они задумали?

- Малыш, - Роберто подошел ко мне и за руку потянул к себе.

- Кто они? И чего хотят? - ноги ватные насильно шагнули к блондину в объятья. - Роберто что здесь происходит? С девочками же всё хорошо? - в испуге начинаю лепетать. Смотрю в его голубые глаза и ищу в них ответы, ищу защиту.

- С малышками всё отлично, я же сказал: - они спят! - поясняет с умным видом, как слабоумной. - Вот только с тобой не всё ладно, - крепко прижимается губами к моему лбу.

- Что? - сердце заколотилось сильно, предчувствуя что-то опасное.

Мужчины резким движением сняли с себя майки, оголяя торс, блеснули волчьими глазами. В воздухе запахло злобой и предательством, от чего волосы на теле встают дыбом. Что значит со мной неладно? Почему не ладно, как это понимать? Следя за их реакцией, понимаю, что они собираются обратиться в волков. Вот только что это им даст? Какой смысл, меня этим не напугать! Прогнать? Зачем тогда было вообще приводить? Если только он не задумал обратить меня в оборотня прям сейчас?

- Ты же не хочешь сказать, что они сейчас... - от одной мысли, что меня сейчас цапнет волк, больно закололо в груди.

- Смотря, что ты имеешь виду, - устало и глубоко вздохнул, переводя косой взгляд на парней сзади.

- Пожалуйста, можно я пойду к девочкам? - с трудом глотаю вставший комок в горле. Чтобы он там не задумал, нужно как-то его от этого отговорить. Жалостью, нежностью, чем угодно. Только бы это было не то, о чем я сейчас думаю! Пусть это будет что-то совсем другое, пусть даже безумное, но только не обращение в оборотня.

- Всё зависит от тебя самой, Эмили. Детям нужна мать, подобная их происхождению, подобная мне. Достойная их, достойная меня, нашей семьи...

- Нет Роберто, - чувствую, как тело немеет от страха. Он говорит именно то, чего я так боялась услышать. - Я не достойна своих детей? Я их родила! Я их мать! - начинаю в испуге психовать и отталкивать блондина от себя. - Что ты вообще говоришь такое?! - захлебываюсь, словно не хватает кислорода. - Не достойна тебя?! - выкрикиваю. Причем вообще здесь он? Как бы хотела сказать, что я не люблю его, что не хочу его. И не нужен он мне ни как муж, ни как друг. Разве близкий тебе человек, может сделать больно? Разве можно насильно обратить против воли, того кого любишь? - Ты этого не сделаешь! - начинаю брыкаться.

- Конечно не сделаю! - сильно прижимает меня к себе и шепчет сверху. - Я не могу тебе сделать больно, это не в моих силах, - жар его тела начинает душить меня. - Но рано или поздно тебе придется через это пройти. Зачем тогда тянуть?

- Роберто не надо! Ты же сам сказал, что ты не можешь причинить мне боль... - снова пытаюсь убедить его в обратном.

- Я не могу, зато они могут! - парни в тот же миг обернулись в волков.

Волки начали кругами мерить гостиную, порыкиваю и поглядывая на нас из-под лобья. Да волков не боюсь, но то, что они задумали, выбивает из привычной колеи. Страх выматывает и не оставляет сил на какие-то слова или размышления. В голове кружится вся жизнь недолгая, все события последние, словно готовлюсь к смерти. Не чувствую ног и начинаю медленно спускаться по росту Роберто вниз на пол.

- Не нужно так драматизировать, - садиться на корточки, всё ещё придерживая меня за руки. - Это только выглядит так страшно, ты можешь даже боли не почувствовать... - можешь даже не почувствовать, уже сомнительно звучит. Слёзы встали поперек горла, а выплакать не могу. Кислород будто затвердел и не проникает в легкие, что ещё хуже душит. - Я люблю тебя, солнце. - встает.

- Не уходи! - в отчаянии хватаюсь за его руку и пытаюсь не выпустить. - Роберто не оставляй меня, не делай этого! Я прошу, пожалуйста, - но ладонь обессилено скользит по его сильной мускулистой руке вниз.

- Поверь так надо! - холодно сказал. Презренно взглянул сверху вниз и тряхнул кистью, чтоб я отцепилась от него. - Лучше будет для всех...

- Лучше для чего? Для кого? - кричу ему вслед. - Это ничего не поменяет! И не изменит моего отношения к тебе! - с обидой и напоследок, чтоб задеть и снова побольнее ударить, хотя зарекалась так больше не делать.

- Лучше для детей! - рыкнул напоследок и отошел назад к выходу, а волки начали медленно подходить.

- Ненавижу тебя! - кричу в отчаянье. А что остается делать, когда ты не в состоянии что-то изменить? Когда нет той силы, чтоб ты могла защититься? Остается только истерично кричать, когда постепенно и на это сил не остается. - Черт тебя побрал Роберто, ненавижу, ненавижу... - шепчу и отползаю назад, когда волки подходят с двух сторон, опускают головы и скалят острые клыки.

Отползаю назад, знаю что не убежать, но

Волки прижали меня к стене - мне некуда ползти и даже нет шанса подняться на ноги. Не знаю, что мною движет (инстинкт самосохранения, не сдаваться до самого последнего?), но я не сдаюсь и начинаю со столика нащупывать что-нибудь, который узкий стоит у стены. Хоть чем-нибудь им долбануть! Но разве это их остановит? Только хуже разозлит и перекусят чего-нибудь посильнее.

Я одна, чувствую себя такой крошечной и ничтожной по сравнению с нависшими надо мной волчьими мордами. Почему их двое? Я бы и от одного не скрылась здесь никуда! Это чтоб было пострашнее - испуг до смерти? Креативно придумал! Это чтоб я всю жизнь свою помнила этот день и этих уродских волков. И если я действительно выживу после этого - я убью их всех! Наконец рукой сталкиваю вазу, хватаю ее за край горлышка и швыряю на ту морду, которая ближе всего. С грохотом разбивается о волчий оскал, и прям перед носом те же клыки щелкнули у самого лица.

- А-а-а... - жуть какая, когда огромный зверь пытается тебя запугать. Ну чего же они тянут? Невыносимо почти лежать под ними и дышать волчьим огненно горячим, углекислым газом.

- Эмили уймись! Ты только провоцируешь их агрессию! - так спокойно, словно происходит что-то обычное. Вижу только ноги Роберто и его раздражающий мелодичный голос, который доносится где-то сверху.

- Молитесь чтоб я сдохла после этого! - сквозь зубы прям в морду одному из оскалившихся волков.

Ну раз так, так этому и быть! И если я действительно останусь живой и невредимой. И как они говорят, обращусь в оборотня, а значит сильнее, быстрее и проворнее. Вот потом будет совершенно другой разговор! И несдобровать тому, кто будет стоять на моем пути!

- Давайте же уже! Твари! - кричу в панике и со страхом сжимаюсь вся и зажмуриваю глаза.

Дышу через раз и каждая последующая секунда, испытание для моей нервной системы. Каждый вздох кажется последним и через боль. Какого сидеть так? Сидеть на холодном полу? Ждать и знать, что перед тобой два здоровых сверхъестественных существа и один из них должен сейчас укусить. А кто знает, возможно они должны и оба проделать одно и тоже то есть вонзить свои клыки. Должно же быть логическое объяснение присутствие обоих оборотней? Как бы там не было перед глазами темно, в душе страшно. Не чувствую под собой земли, не чувствую себя. Такое ощущение я словно под водой, в которой как во сне не нужен кислород. Меня подхватывает подводная волна и нежно колышет то влево, то вправо.

Но что-то долго тянется их ритуал. С трудом открываю глаза, веки которых словно намертво слепились. Волки стоявшие надо мной, на шаг от меня и продолжают аккуратно отступать. А сзади их медленно обходит коричневый волк - Джексон. Когда же он успел тут появиться? Как же он вовремя, нет предела моей безумной радости и благодарности за его вмешательство.

Оглушающие рыки, злобные морды, оскаленные клыки, по которым стекают слюни. Бешеные горящие глаза, полные злости и ненависти. Грозно рычат, то опускают голову, то как-то странно мотают ими. Если присмотреться повнимательнее, то такое ощущение, что они переговариваются телепатически. Но ведь Джексон не говорил таким образом никогда, так только Роберто мог. Который как раз стоит позади всех с разъяренным видом. Шерсть дыбом у обоих братьев, а те медленно, но верно отодвигаются по сторонам. Освобождают пространство для разборок? Они что серьезно, прям здесь? В доме?

Ходят полукругом и обратно, пронзая друг друга бешенным взглядом. Ещё бы понять, о чем они сейчас думают, или о чем говорят друг с другом? Незнание сводит с ума, а сама картина перед глазами приводит в ужас. Хочу подняться и не могу, ноги как костыли не сгибаются и не слушаются. Руки слабые и дрожат, а язык так вообще не шевелиться чтоб что-то вымолвить. Только бы они не перегрызлись и не покалечили друг друга. Где Марго? Где Алекса? Как мне их в одиночку остановить? Как остановить то безумие, которое сейчас может произойти?!