Определение отношений

49. Цвет любви.

Высокий мужчина средних лет вышел из двери. У него были темные черные волосы, голубые глаза и приятный, низкий голос. Несмотря на небольшую седину, мужчина выглядел моложе своего возраста из-за мягких черт лица.

-Господин Гордон.

Эйден слегка наклонил голову и поприветствовал мужчину. Карлайл подошел, чтобы поздороваться. Уровень глаз мужчины был немного выше, чем у Карлайла, и казался каким-то образом знакомым. У Эша был точно такой же рост. Мужчина смотрел на Карлайла с улыбкой.

-Это тот джентльмен, о котором упоминал мистер Хейвуд?

-Карлайл Фрост.

Гордон пожал руку, протянутую для рукопожатия. Для человека с таким высоким титулом не странно было принадлежать к доминантным альфам. Говорят, что количество доминантных альфа-версий со временем уменьшилось, тем не менее, вокруг Карлайла было очень легко найти именно таких альф. Однако этот мужчина не казался авторитарным, возможно, из-за своего мягкого поведения.

-Я имел честь видеть господина Фроста несколько раз, — сказав это, Гордон указал на дверь.

Эйден, как правило, излишне интересовался делами Карлайла, но он знал свое место. Когда разговор перешел в серьезное русло, Эйден откланялся и вышел.

-Я слышал, что Вы хотите картину господина Уайтвуда. Если я не ошибаюсь, есть кто-то, кому Вы хотели бы ее отдать.

Войдя в комнату, Гордон быстро принялся за тему обсуждения. Разговор начался немного иначе, чем было принято у дворян, когда использовались формальные, ничего не значащие слова. Карлайл на мгновение замолк.

Подводя Карлайла к столу, где был приготовлен чай, Гордон пригласил его сесть. Карлайл медленно открыл рот:

-Прежде всего, спасибо, что потратили на меня свое драгоценное время.

Гордон махнул рукой, как будто все в порядке, и присел на стул. Опять же, его прямолинейное поведение отличалось от дворян, с которыми встречался Карлайл.

-Довольно странно, что эту картину кто-то ищет. Так что Вы можете рассказать мне, что подвигло Вас на поиски. Для меня будет удовольствием послушать интересную историю.

Сказав это, Гордон взял чашку. Спокойно наблюдая, Карлайл также взял небольшой молочник и добавил в чай немного молока. Держа чашку, Гордон посмотрел на него.

-Как сказал господин Гордон, я ищу картину. Если Вы готовы принять мое предложение... пожалуйста, не стесняйтесь сказать мне, чего Вы хотите.

Услышав слова Карлайла, Гордон повернул взгляд в сторону холста, висящего в центре стены, выложенной книжными полками. Без слов Карлайл понял, что это та картина, о которой говорил Эш.

Эш очень подробно описал ее. Картина точно соответствовала описанию. Фиолетовый и синий сияли под белым лунным светом. Силуэт, окутанный тенью, казался живым, хотя четко ничего не было видно. Небольшой прямой нос и углы рта человека, который, кажется, слабо улыбался, были изображены немного сбоку.

Карлайл видел бесчисленное множество картин. Среди них были коллекции, которые стоили больше, чем можно вообразить, и были работы, которые широкая общественность была бы рада увидеть хотя бы один раз в жизни. Но он никогда по-настоящему и искренне не чувствовал ничего, глядя на эти произведения искусства.

Однако у картины перед ним была определенная притягательность, которая очаровывала зрителя. Похоже, что художник очень любил человека на картине. Карлайл не мог сказать, было ли у него это чувство, потому что сама картина великолепна, или это из-за его любви к Эшу. Одно можно было сказать наверняка - какой бы ни была причина, она в конечном итоге связана с Эшем.

-Что Вы думаете?,— Спросил Гордон, когда они вместе смотрели на картину.

Странное и нежное чувство затопило Карлайла. Он на мгновение замолчал, чтобы подобрать слова.

У него не было дара говорить о художественных вещах. Хотя у него и был талант точно объяснять ситуацию, вести переговоры выгодным образом или резко указывать на лазейки, он совершенно не помнил, как выражать свои самые сокровенные мысли. Предложение, которое долгое время мучительно формировалось внутри Карлайла, наконец-то вышло из его уст:

-... Это ощущается как чистая любовь.

Гордон оглянулся на него. Карлайл все еще смотрел на картину.

-Я чувствую, что художник очень любит человека на картине.

Для Карлайла любовь всегда была сказочной эмоцией. Любовь существует, чтобы давать людям надежду, но ее нельзя найти в реальности. Помимо того, что он очень любил свою семью, он всегда так думал. Любовь, о которой говорят в литературных произведениях и фильмах, всегда такая страстная и вместе с тем нежная, но Карлайл никогда не чувствовал никаких, даже отдаленно напоминающих любовь, эмоций.

Но теперь он понял. Свидетельства о любви, которые казались раньше скучным, вымышленным преувеличением, глубоко тронули его сердце.
Его чувства к Эшу, нельзя было выразить простыми словами «я люблю тебя». Это была боль в сердце, которая кипела, как лава, и таяла по нескольку раз в день. Поэтому это было несоизмеримо больше, чем просто симпатия.

Если у человека действительно есть душа, существующая как ощутимые эмоции, то душа Карлайла, должно быть, вся была запятнана следами Эша Джонса. Таким образом, Карлайл Фрост больше не будет тем человеком, которым он был до того, как влюбился в Эша Джонса.

-Тогда мистер Фрост заслуживает этой картины.

Карлайл, наконец, отвел глаза от картины и посмотрел на Гордона с немного сбитым с толку выражением. Гордон улыбнулся.

-На самом деле, работа Уайтвуда не выдающаяся с точки зрения техники или формы. Но есть одна вещь, которая уникальна.

Гордон встал. Он прикоснулся к картине с глубоко опечаленным видом, видом сожаления и раскаяния. Такие эмоции могут почувствовать только люди среднего возраста, вступая в этот возраст.

-Только люди, которые любят кого-то глубоко, могут что-то почувствовать, увидев эту картину. В противном случае они не получат от нее никакого вдохновения.

Глядя на картину очень грустными глазами, Гордон обернулся. Он поманил Карлайла подойти ближе. Карлайл тихо подошел. Картина не такая большая. Удивительно, как холст длиной всего около 15 дюймов может содержать такие сильные эмоции.

-Шагал сказал, что если есть цвет, который придает смысл жизни и искусству, это будет цвет любви.

Сердце Карлайла пропустило удар. Чем больше они говорили, тем больше он скучал по Эшу. Он скучал по мужчине так сильно, как будто не видел его много лет, хотя они виделись только несколько часов назад.

Эш ощущался повсюду. Летний воздух, запах вина в воздухе, взгляд Гордона — во всех этих тривиальных и обыденных вещах Карлайл видел Эша.

-Вот почему мне нравится эта картина. Она напоминает мне о том времени каждый раз, когда я ее вижу, —Гордон улыбнулся, и затем неожиданно продолжил:

-Если вам так нравится картина...

Пытаясь подавить дрожь внутри, Карлайл сосредоточился на камнях преткновения в словах Гордона. Но Гордон покачал головой:

-Пора мне отпустить ее.

Сказав это, Гордон с любовью посмотрел на Карлайла. С любой точки зрения, мужчина был совсем не похож на обычного аристократа. Даже дед Карлайла, которого он хорошо знал, никогда не смотрел на него так.

-Есть одна вещь, которую я хотел бы предложить в качестве условия для передачи моей картины Вам. Ценность на самом деле не имеет значения. Эта работа не такая дорогая, потому что сам художник не хотел, чтобы это было так.

Карлайл посмотрел на Гордона непонимающими глазами. -Это нормально - заплатить правильную цену, сэр.

-Стоимостью не всегда должны быть деньги. По крайней мере, для меня. Мне хватает денег. Есть много людей, которые обладают многими вещами без необходимости прилагать усилия, что печально. Я вырос в этой среде, поэтому не ценю деньги.

Карлайл потеряла дар речи. Это правда, что никто вокруг Карлайла не испытывал нехватки в деньгах. Тем не менее, к ним всегда стремились ради еще большего богатства. Карлайл ничем не отличался. Даже если это не то, чего он хотел, он поступал как все.

-Но в будущем, когда у меня будет просьба, Вы бы исполнили ее? Я не буду просить слишком много, мистер Фрост.

-Я не знаю, будет ли этого одного достаточно. Было бы справедливо просто заплатить цену, соответствующую стоимости работы.

-Для меня достаточно того, что это поможет Вам достичь своей любви, — произнес тихо Гордон. Между ними повисла тишина.

-Пожалуйста, дайте мне подсказку о человеке, которого Вы любите. Это дополнительная цена.

-Что?

-История о любви всегда является хорошим вдохновением для художника.

[Если подумать, Гордон сказал, что очень интересуется искусством. Не уверен, что именно его интересует, но, по словам жителей особняка, круг его интересов был обширным.]

После сложного вопроса Гордона, Карлайл на мгновение замолк. Но неприятного чувства не было.

-Мистер Джонс...

-Это его имя?

Неосознанно произнеся это имя, Карлайл сделал паузу и кивнул. Гордон любезно улыбнулся. Седина проявлялась также и в бровях Гордона, что делало выражение его лица еще более теплым.

-Это красивое имя.

Несмотря на то, что комплимент исходил от кого-то, кто никогда не встречал Эша, сам Карлайл чувствовал себя счастливым. По телу разлилось приятное тепло.

Карлайл задумался. Трудно определить Эша в одном предложении. Бывают моменты, когда он кажется дружелюбным, иногда он действует без колебаний, и, в то же время, он может быть одновременно и жестоким, и ласковым. Даже сторона Эша, причиняющая боль Карлайлу, была хорошей. Потому что именно это делало из него Эша Джонса.

-Мистер Джонс... он очень, очень хороший человек.

Значение слова "хорошо" не может быть измерено. Карлайл очень любил Эша, и Эш ассоциировался со всеми хорошими вещами, которые помнил Карлайл. Итак, Эш - хороший человек. Неясно, понимал ли это Гордон, но казалось, он одобрительно улыбался.

-Если это так...,—морщинистая рука медленно сняла раму со стены....—Я уверен, что этот человек будет рад получить подарок мистера Фроста.

Ослепительно красивого цвета живопись передали Карлайлу. Медленно взяв картину, он молча посмотрел на нее. Спустя какое-то время, Карлайл, наконец, оторвал свой взгляд, светящийся от радости, и посмотрел на Гордона:

-Спасибо... большое.
Как будто понимая это, Гордон мягко улыбнулся Карлайлу.