Часть 84
***
Последний экзаменационный день показался Драко пасмурным не только из-за погоды, что не ладилась с самого рассвета (моросил мелкий колючий дождь), но и из-за эмоционального раздрая, который формировался от одной лишь мысли, что снова придется видеть декана Гриффиндора Минерву МакГонагалл. Насколько Маккошка превозносила свой факультет, настолько же, казалось, она ненавидела представителей дома Слизерин. К Драко она всегда относилась пренебрежительно брезгливо. Морщилась и поджимала тонкие почти бескровные старушечьи губы, словно наступила в кучу драконьего навоза. Драко хотелось бы сказать, что ему всё равно, но как-то не очень получалось – неприятный осадок в душе оседал липкой вязкой мутью, разъедающей внутренности будто кислотой.
А сегодня даже думать не хотелось, что снова придется наблюдать это брезгливо- раздражённое выражение лица, причем в одиночестве. Поттера, насколько Драко помнил, на экзамене по трансфигурации не будет. Он и Северус рано утром прямо из Певерелл-касла должны были отправиться в Прагу, где Гарри намеревался пройти испытание на получение Мастерства в области артефакторики, а Драко предстояло самостоятельно добраться до Большого зала, где и будет проходить тестовый экзамен.
Слизеринец, стараясь не разбудить Сириуса, потихоньку спустился вниз, опасливо оглядел вотчину старого Кричера, аккуратно сложил мантию, которую намеревался надеть, трансфигурировал из льняного полотенца фартук изумрудного цвета с логотипом факультета и повязал его за спиной. Затем, сняв с крючка медную джезву, поставил на середину подноса с высокими бортиками, на дне которого был насыпан песок. Эльфа в кухне не оказалось, что было не совсем обычным явлением... Точнее вовсе необычным, поскольку старый ворчун рьяно следил за тем, чтобы юный хозяин Драко не появлялся в его владениях, а если уж допускал подобное, то лез с советами, ворча под руку и всячески действовал на нервы, стараясь показать насколько он не одобряет действий юного лорда Малфоя. Драко даже заглянул в каморку в углу кухни, где старый ворчун организовал себе гнездо из изношенных хозяйских мантий. Но и там его не оказалось.
Поэтому Драко разжёг плиту и присел на стул у стола, подперев голову ладонью и смачно зевнул. Акцио призвал керамическую банку с плотно пригнанной крышкой в которой хранилось мелко молотое кофейное зерно, пакетик с корицей и ванилью. Затем высыпал ложку молотого кофе в турку, добавил на кончике ножа молотой корицы и ванили, залил водой и поставил на плиту.
— Приготовь и на меня порцию, — в кухню, почесываясь со сна, вошёл Блэк и клюнув Драко в шею примостился у стола напротив.
Слизеринец всыпал в турку кофе ещё на одну порцию и обернулся к мужу.
— А ты чего так рано вскочил? — Драко снова зевнул, прикрыв рот ладонью. — Прогрей, пожалуйста чашки, — кивнул на пару кофейных пар на столе.
Сириус опустил разворот Ежедневного Пророка, за которым спрятался, погружаясь в мир новостей и сплетен, кинул согревающие чары на изящные фарфоровые чашки:
— Тебя провожу, — отстраненно ответил он, снова прячась за новостным листком.
— Я и сам доберусь, — Драко поморщился от перспективы блуждания по Хогвартсу в одиночестве, но казаться беспомощным в его восемнадцать было глупо. Пенка от закипевшего кофе поднялась, грозясь выплеснуться на плиту. Слизеринец левитируя джезву к столу снял пенку в согретые чарами ёмкости и вновь отправил кофе на плиту для повторного закипания.
Варить кофе его учила Тинки ещё в мэноре, но это, чудилось, было так давно, кажется, ещё в прошлой жизни, что Драко периодически замирал, погружаясь в воспоминания.
— Конечно, но не в этот раз, — после двух неудавшихся покушений на мужа, лорд Блэк не собирался отпускать того одного, тем более сегодня, когда в школе нет ни Гарри ни Снейпа.
Драко вновь поморщился, но скрыть улыбку не смог. Как бы ни хотелось ему показать собственную значимость, забота супруга о его безопасности была приятна.
— Ладно, — он разлил по чашкам закипевший восточный напиток и добавил ложку сахара. Затем левитировал из шкафа находившиеся под чарами стазиса тарелки с пирожными и бутербродами и с наслаждением откусил кусочек от корзиночки с вишнево-йогуртовым кремом. — Кстати, а где Кричер? — поинтересовался, прихлебывая из чашки.
— Выполняет мое поручение. Так что не беспокойся, с ним все в порядке, — Сириус в два укуса прикончил второй бутерброд с приличным ломтем копчёного окорока и нацелился на третий.
— Да я и не волновался, — силой воли разглаживая складочку на лбу, ответил слизеринец и смущённо опустил взгляд в чашку.
Блэк хмыкнул и снова спрятался за листком теперь уже "Магического вестника". С момента заключения брака, Драко очень изменился. Холодное безразличие и чванство Малфоев, словно ненужная шелуха, слетели с него, обнажая страстную натуру Блэков. Видимо Люциусу все же не удалось подавить в сыне горячность блэковского характера. Тот лишь прятался за ширмой безразличия. Но стоило парню освободиться из оков жёсткого родительского контроля, страстный темперамент Блэков с толикой скрытого сумасшествия взял верх.
Экзамен по трансфигурации прошел как и предполагал Драко в атмосфере едва скрываемого неприятия и брезгливо пренебрежения со стороны МакГонагалл. На высший бал по предмету Драко в общем-то и не надеялся, прекрасно осознавая, что одно "Выше ожидаемого" не испортит общего впечатления от его успехов по остальным предметам и не повлияет на дальнейшую карьеру в целом. А потому не старался прыгнуть выше головы, ответил на все вопросы теста, а на практической части показал умение трансфигурировать живое в неживое и неживое в неживое, уделяя внимание не только точности исполнения задания, но и приданию формам изящества и красоты.
По окончании Сириус ждал его у двери и, предложив прогуляться перед ужином, повел к границе школьной территории.
— У меня для тебя сюрприз, — они остановились на берегу Черного озера. Сириус с улыбкой и нежностью смотрел на немного бледное лицо супруга. Затем заправил за ухо выбившуюся порядку волос. Он до безумия любил его пушистые, словно облако, густые белые пряди, рассыпавшиеся по подушке во время сна, с нетерпением каждое утро погружал в них пальцы, массируя кожу головы, с наслаждением проводил по ним широким гребнем, собирая тяжёлые пряди в толстую косу.
— Мне уже начинать бояться? — слизеринец чуть склонил голову набок, с улыбкой глядя в глаза супруга. Серый и голубой взгляды скрестились в незримой дуэли. Драко моргнул и не выдержал первым.
— Думаю, тебе понравится, просто закрой глаза, не подглядывай и крепко держись за меня. — Сириус одной рукой прижал мужа к груди, другой сжимая в руке активированный портал:
— Портус, -- хрипло произнес он. Мир схлопнулся вокруг них, через несколько мгновений выкинув посреди гостиничного номера, из понорамных окон которого открывался шикарный вид на готический собор серого камня.
Драко боязливо открыл один глаз и, спустя мгновение распахнул взгляд, подбегая к окну.
— Это... — он стремительно окинул восхищённые взглядом улыбающегося Сириуса, и вновь, будто боясь ошибиться в суждении, повернулся к окну. — Это же.. поправь меня, если я ошибаюсь. Но ведь это Собор Святого Креста и Святой Евлалии. Я читал о нем в атласе Грейнджер. Мы, что, в Барселоне? — Сириус, расхохотавшись, кивнул, подскочившему к нему и бросившемуся на шею Драко. Господи, Мерлин и все святые угодники, как же он любил вот такую восторженную реакцию юного супруга. Его неприкрытую чванливой холодностью радость, восторженно сверкающий взгляд серых глаз, когда кажется, что в них вращается и вихрится жидкая ртуть.
— Верно, — очередной кивок и поцелуй в висок от Блэка вырывают вздох наслаждения у Драко и крепкие счастливые объятия, — и мы пойдем туда, если ты захочешь, сразу после ужина. Что предпочитаешь, ужин в номере или в ресторанчике рядом с гостиницей на открытой веранде? Можем позволить себе все, что пожелаем. Все уже оплачено. Кричер о нас позаботился.
Драко хмыкнул и счастливо рассмеялся, чуть запрокинув голову:
— Так вот где околачивался старый ворчун все утро.. Я предпочел бы ужин на свежем воздухе и даже вредную маггловскую еду, если мы сможем побродить по городу в свое удовольствие.
— Любой твой каприз, дорогой, но нам придется переодеться в маггловскую одежду. Мы не в магической части Барселоны. Не стоит смущать окружающих своим видом, — Блэк взмахнул волшебной палочкой, трансфигурируя наряд Драко в лёгкие летние брюки и белую футболку с принтом группы "Квин". Свою мантию он просто скинул оставшись в черных джинсах с низкой посадкой, рваных на коленях — точь в точь как на школьном колдофото, которое Драко видел в альбоме. Как и тогда, они едва держались на бедрах, а короткая футболка, плотно обтягивающая широкие плечи мужчины, при каждом движении обнажала небольшой участок живота и убегавшую под бляху ремня с волком, разинувшим пасть в грозном рычании, узкую дорожку коротких черных волосков.
Драко сглотнул, облизнул вдруг ставшие сухими губы и отвёл взгляд, щеки пылали огнем. Если он продолжит в том же духе, то весь вечер проведут на широкой кровати, которую он имел возможность увидеть мельком в соседней комнате.
— Так-то лучше, — Блэк хмыкнул. Ему безумно хотелось продолжить то, что назревало под томным взглядом Драко, но стоило держать себя в руках. Он не имел права сорваться. Не так-то много возможностей будет у них в следующие пару месяцев выбраться куда-нибудь, кроме маггловского Лондона, пока не разрешится вопрос с беременностью Драко.
Ужинали они на открытой веранде под сенью оливковых деревьев, и цветущих белыми душистыми цветами апельсинов. Драко заказал паэлью из риса и морепродуктов, тигры — фаршированные вареными яйцами, луком и чесноком раковины моллюсков, салат Энсалада Сикста и бокал апельсинового сока. Сириус, напротив, больше налегал на мясное меню, ограничившись в качестве исключения Малагским салатом с варёным картофелем, оливками, солёной треской и измельчённой мякотью апельсинов, приправленным оливковым маслом, сдобрив заказ бокалом Белой Галисии.
После ужина, когда до закрытия Собора оставалось не больше получаса, Драко с наслаждением бродил под внутренними сводами Малой папской базилики и кормил гусей во внутреннем дворике Собора.
— Их тринадцать, ты знаешь, почему их тринадцать, Сири? — нахмурился он кроша кусочек хлеба, курлыкающим птицам, оглядываясь за плечо, чтобы видеть профиль обнимавшего его со спины Блэка.
— Кажется, их по числу лет Святой Евлалии, принявшей мученическую смерть от рук спятивших язычников. — тот привычно потеребил костяшкой указательного пальца кончик носа, когда сомневался в правильности ответа. Но Драко согласно кивнул.
— Поразительное место. Как магглы без магии сумели возвести такую красоту? — он повел рукой вокруг, как бы указывая на все, что видел перед собой.
— А кто сказал, что это строили магглы? — удивился Блэк, приобнимая парня за плечо и разворачивая его к себе.
— Но об этом нет никаких сведений. Кто был архитектором магом? В атласе лишь перечислены имена тех, кто участвовал и реализовывал проект.
Сириус пожал плечами, как бы показывая сомнения в том, что собирался сказать и вновь заправил за ушко парня выбившуюся платиновую прядку.
— Не знаю насчёт магглов, но вот Жауме Сола и Андреу Эскудер были магами.
Из Собора Святого Креста они переместились в Парк Гуэля, где получили возможность полюбоваться шикарными видами природы, скульптурами и изломанными линиями архитектурных форм в музее Гауди, архитектурным ансамблем из лестниц, зданий.
— Парк был задуман Эусеби Гуэлем как жилая зона в модном в то время Англии стиле города -сада, — пояснил Сириус. — И в 1901 году он приобрел довольно большой участок земли в пятнадцать гектаров, разделил его на шестьдесят две зоны и попытался продать. Но удаленная от центра Барселоны пустынная местность никого не привлекала.
— Здесь была пустыня? — Драко удивлённо окинул взглядом буйно растущие почти джунгли и неверяще уставился на супруга. — Ты шутишь?
— Ничуть, — Блэк улыбнулся в ответ и продолжил — Продать удалось только два участка. И началось строительство дорог, подведение водных каналов, укрепление холма "Лысая гора", возведены были стены вокруг территории и построена колоннада рынка для досуга и развлечений. Был даже построен образец дома для показа будущим покупателям. Кстати, в двух милях севернее парка находится резиденция испанской ветви Блэков — Эль Негро. Я пару раз в детстве гостил у здешних родственников, и кузены Хосе и Фернандо поводили меня по здешним красотам и много чего рассказали. А вон в том доме, — Сириус указал на строение, похожее на рождественский пряничный замок, — жил Гауди.
Побродив ещё немного по парку они переместились к экстравагантному строению, с крышей, напоминающей дракона, тоже созданному, точнее спроектированному Гауди — дому Бальо. Завершили свой вояж у фонтана Монжуик. Драко был в восторге от представления свето-музыкального шоу. После набравшись впечатлений супруги вернулись в номер отеля, где большую часть ночи предавались любовным утехам. А утром Юного Блэка ожидал ещё один сюрприз — поход в торговый центр Лас Аренас, где в магической его части до сих пор проводились бои быков.
Им везло.
Волшебная фраза гоблина: "Будете делать ставки, Господа?“, подействовала как спусковой крючок на болт арбалета. Драко начал с десяти галлонов и к последнему бою быков и торреро карманы лорда Малфоя топорщились от выигранных денег.
Возвращаясь в Британию, Драко окинул последним взглядом площадь перед Собором Святого Креста и вздохнул:
— Мне будет не хватать тепла испанского солнца, низкого, что кажется можно рукой достать, безоблачного каталонского неба и поющих фонтанов Барселоны.
— Не расстраивайся, через пару дней мы вернёмся сюда на виллу Фламенко и ты сможешь побыть с родителями около месяца. В последнюю нашу встречу мне не понравилось, как выглядел Люциус, — Сириус покачал головой, неосознанно погладив руку Драко.
— Кажется его время неумолимо иссякает, — взгляд слизеринца наполнился тоской и растерянностью.
— Давай сейчас не будем о плохом. Нам следует вернуться хотя бы за пару часов до приема в Министерстве. — он со вздохом достал медвежонка и, прижав Драко к груди, произнес: "Портус".
***
Выход из портала оказался не совсем удачным. Либо министерские из "Отдела Международных Связей и транспортных перемещений" напутали с координатами, либо это было сделано умышленно, но Гарри и Северус появились не в каминном зале, как ожидалось, исходя из точки отправления, и даже не в аппарационной зоне Певерелл-касла, как можно было бы предположить, а в трёх метрах над землёй посреди зелёных грядок с зубастой геранью и лавандой.
Сначала раздался треск, и Гарри едва не выпустил статуэтку девушки с лотосом из рук. Затем портал погас, и земля резко ударила по ногам, отчего Северуса повело, он оступился, послышался глухой хруст, и зельевар завалился на бок, глухо застонав, а после и Гарри придавил его своим весом, напирая на явно выбитую из сустава ступню.
-- Мордред и Моргана, хорошо не где-то над Ла-Маншем, а уже в Британии, -- Снейп зашипел и прижал Поттера к груди. -- Ты-то хоть не ушибся? -- он поморщился, опираясь на локоть и стараясь высвободить придавленную ногу.
-- Со мной все нормально, а ты как? -- Поттер поднялся, стараясь не давить весом на ноги Сева.
-- Кажется ступню вывихнул. -- зельевар попробовал опереться на ногу, зашипел, болезненно скривившись.
Гриффиндорец шагнул в сторону и протянул супругу руку.
-- Давай, обопрись на меня, -- помогая ему то руками, то магией, он тянул Снейпа на себя, пока тот не принял вертикальное положение. -- На ногу наступить сможешь?
Гарри внимательно осмотрел и даже ощупал мужа, ожидая ответа, но тот лишь морщился, едва касаясь земли под ногами правой ступней. Та была вывернута под странным углом.
-- Если позволишь, я попробую вправить, -- Поттер опустился перед Снейпом на одно колено и навел палочку на вывернутую ступню мужа.
-- Поттер, ты решил оставить меня инвалидом? -- он бросил пытливый взгляд на парня перед ним. Левая бровь в удивлении изогнулась, придав лицу Снейпа раздраженный вид. -- Тебе когда-нибудь приходилось лечить вывихи и переломы?
Гарри хмыкнул, попытался по привычке растрепать волосы на затылке. Но, забранные в хвост, они лишь комично подергались и вновь упали на спину.
Он никогда не был силен в целительских чарах, но, как вправлять сломанные носы и пальцы, знал. Неоднократно наблюдал за тем, как эти чары применяла Гермиона, пока они странствовали по Британии, да и мадам Помфри приходилось неоднократно лечить подобные травмы после квиддичных матчей.
-- Ты прав, -- Гарри наблюдал, как Северус покопался в кармане мантии и вытащил зачарованную на неразбиваемость склянку с обезболивающим с релаксантом, со щелчком выдернул пробку, направив на нее волшебную палочку и одним махом проглотил содержимое. Затем направил концентратор магии на ступню и с коротким взмахом произнес: "Эпискеи". Вновь раздался глухой щелчок и кость встала на место. -- Самому мне не приходилось это делать. Но я видел, как колдовали Грейнджер и мадам Помфри, вправляя суставы и соединяя смещенные переломы после квиддича. Да и Луна мне вправила нос на шестом курсе. Ты, кстати, тогда разозлился, что я опоздал, и не позволил даже кровь стереть с лица, -- в голосе парня явно слышалась обида.
-- Сам виноват. Головой надо было думать, а не искать приключения на пятую точку.
Гарри вздохнул:
-- Это все Малфой.
-- У тебя вечно Малфой виноват.
-- Сев, ну правда. Ты тогда сказал, что он только метку принял. И видок у него был уж больно загадочно-пакостный. Вот я и не удержался, увязался следом под отцовской мантией, чтобы проследить за ним. А он, видимо, увидел, как я забираюсь на багажную полку, ну и огрел меня "Ступефаем". Да ещё и в Лондон назад хотел отправить. -- Гарри подставил под руку Сева плечо, чтобы тому было удобно опереться на него. -- Обопрись на меня, -- добавил, дождался когда Снейп перекинет руку через его спину, для удобства переплел пальцы с пальцами Сева, а затем продолжил объяснение произошедшего пару лет назад. -- И если бы не Полумна и Тонкс, я бы так и лежал под чарами, пока меня в Лондоне кто-то случайно не нашел.
Снейп покачал головой и вздохнул:
-- Такой же бесшабашный, безответственный, глупый ...
-- ... как отец. Да-да, я помню, Северус, -- Поттер аккуратно протиснулся в дверь вместе со Снейпом.
***
Ветер трепал влажную от ветра тюль, и она то надувалась пузырем, то опадала влажной паутинкой вдоль окна. В надвигающихся сумерках ощутимо пахло влагой и озоном. Дневное марево сменилось лёгким бризом, заставив Нимфадору кутаться в тонкую шаль.
Сегодня она вымотались как никогда. Женщина зевнула и поерзала в кресле, бросив взгляд на Стивена, принявшегося разрисовывать вторую машинку в маггловской раскраске. Нет, виной тому был вовсе не он. И даже не Стьюи. Что тот, что другой были спокойны, тихи, уравновешенны. Присматривать за ними – одно удовольствие, хотя один ребенок, а другой собака. А вот ее волчонок, она погладила пальцем пухлую щёчку своего малыша, дал сегодня всем проср...кхем.. жару. Дора вытянула к камину затёкшие ноги и выдохнула с таким облегчением, словно не сидела в кресле, а сдавала нормативы по физической подготовке в Аврорате.
Малыш закряхтел и открыл по-волчьи жёлтые глаза. Будто понукая к действию. Она оттолкнулась ногой от пола, приводя кресло в движение, и вновь затянула тихим глубоким голосом...
***
В гостиной царила почти идеальная тишина, если не считать тихо мурлыкавшую до странности знакомую песню Тонкс, прижимавшую к груди сладко посапывающего Тедди. Кресло раскачивалось под ней, едва слышно поскрипывая. Стивен лежал на ковре перед камином и разукрашивал машину в альбоме с разными видами маггловского транспорта восковыми карандашами и яркими фломастерами.
Гарри удивлённо крутил головой, а Снейп прислушался и мелко затрясся от едва сдерживаемого смеха.
-- Черный ворон... -- тянула Дора, поправляя выбившуюся из чепчика розовую порядку, и нежно улыбалась.-- Что ж ты вьешься... над моею голово-о-ой. Ты добы-ичи не дожде-ошься, черный во-о-рон я не твой.
Гарри сглотнул ком в горле. Он не помнил родителей и пела ли ему мама, но одна только мысль о том, что точно так же Лили Поттер могла, сидя в кресле-качалке петь ему, вызывала неконтролируемые слезы, готовые пролиться из глаз. Он медленно выдохнул, переглянувшись с Северусом и залип. Снейп смеялся. Гарри с трудом мог вспомнить, когда он улыбался, а уж припомнить, чтобы директор Хогвартса смеялся, хватило бы пальцев одной руки. А тут... Северус готов был расхохотался.
Зельевар покраснел от натуги, согнулся пополам, оперевшись ладонями в колени. Смех перешёл в кашель. Стьюи, спавший под боком у мальчика, поднял голову и противно пискляво залаял. Стивен оглянулся, бросил фломастеры и тут же вскочил на ноги и кинулся к родителям.
-- Отец! Папочка! -- взвизгнул он, утыкаясь лицом в живот Гарри, -- этот день казался бесконечным, он очень соскучился по родителям, хоть было вовсе не скучно проводить время с Дорой и Тедди. Однако с малышом особо не проиграешь, он ещё очень мал и даже ползать и говорить не научился, а Тонкс больше времени уделяла сыну, чем развлекала его, Стива.
И началось...
Захныкал проснувшийся Тедди, зашикала на Стьюи миссис Люпин, рассмеялся Северус, всхлипывал в колени Гарри Стивен. Через пять минут этой какофонии Поттеру стало понятно, что если не остановить лавиной набиравшую силу волнительную истерию, то сына не удастся уложить до утра.
-- Ну что ты, детка, мы уже вернулись. Все хорошо, -- Гарри гладил мальчика по спине между лопаток. -- Мы тебе тут гостинцев из Праги привезли, -- он достал из кармана и увеличил коробочку со сладостями, купленными на ярмарке, с парой трдельников с разными начинками. Счастливый ребенок вновь уселся у камина, похваляясь перед лезущим под руки Стьюи, так и норовившим сунуть в коробку с гостинцами любопытный нос.
-- Дора, ты хоть знаешь, что это за песня? -- смеющийся Сев помотал головой, пытаясь отогнать образ пьяного Долохова, который, опасно размахивая рюмкой огневиски в одной руке и солёным огурцом в другой, старался перекричать павлинов Люциуса.
-- Вот не смешно, Северус. Естественно, знаю. Довелось пару раз, пока стажировалась в Аврорате, побывать в Азкабане. Так этот псих Долохов орал ее, не переставая. Вот и прилипла... Я бы рада спеть что-то другое, но Тедди капризничает, пока не начну петь именно ее. И снова затянула:
-- Черный ворон...
Гарри хихикнул, Снейп вытер слезы. Дора покачала головой и, хмыкнула, направилась к себе, напевая на мотив черного ворона:
-- Доброй ночи, сладких снов вам... -- передавая, появившемуся в дверях Ремусу малыша Тедди. Тот прижал ребенка к груди, удерживая его одной лишь ладонью, обменялся взглядом с Севом, а после обратился к Гарри.
-- Приветствую вас обоих, ребята. Кстати, Гарри, тебя можно поздравить?
Снейп хмыкнул и гордо выпрямился. А Поттер кивнул:
-- Да, профессор, -- обменялся улыбкой с Севом. Ему было чему радоваться и чем гордиться. Он стал самым юным мастером-артефактором за последние три сотни лет. На пальце поблескивал перстень-печатка, на которой красовалось его личное клеймо, а магическая татуировка мастера на плече до сих пор слегка зудела и покалывала, напоминая о себе.
Ремус поправил сбившиеся на сторону одеяльце на Тедди, бросил острый взгляд на Гарри:
-- Ну, я уже не твой профессор, а вот родители тобой бы очень гордились, как и я, конечно. Поздравляю, думаю мы с вами увидимся уже завтра на приеме в Министерстве, где тоже не обойдут эту тему стороной, так что готовься принимать поздравления и почести -- Люпин хмыкнул и махнул на прощание рукой, видя, как при этом будто от кислого скривился Северус и поморщился Гарри. Тонкс хохотнула и покачала головой, прекрасно понимая, насколько их обоих тяготит излишнее внимание. Снейп никогда не был публичным магом и даже на собраниях "Ордена Феникса" старался занять место где-нибудь в тени, в темном углу, а Гарри злился, если его имя в очередной раз муссировали в "Пророке". Она коснулась локтя мужа и мотнула головой, давая понять, что пора откланяться. Ремус понял ее и без лишних слов. -- Спокойной вам ночи! Увидимся...
Махнув рукой, они оставили хозяев замка одних, скрывшись в недрах артефактных сундуков, а Гарри, подхватив Стивена на руки, в сопровождении супруга аппарировал на второй этаж к спальням – преодолевать лестницу, чтобы добраться наконец до кровати, сил уже не было. Завтра предстоял нелегкий день.