Глава 35. Решение
В небе сияла уходящая луна. Её лучи через окна и всегда открытый балкон падали прямо на кровать серебряного князя. Черноволосый мужчина расслаблено лежал и думал о предстоящей ночи. С возвращением его семьи, он стал намного счастливее и собраннее, но конкретно сейчас он был ещё счастливее, потому как рядом с ним, лёжа на животе и разметав во все стороны серебряные волосы, спала его драгоценная Селена.
Мужчина пододвинулся поближе к девушке и поцеловал её в плечо, а затем стал обводить пальцами контур чёрный пятен. Эта последовательность действий была неким ритуалом, который Оникс совершал почти каждое утро, когда они со своей невестой оставались наедине. Селена не была соней, даже наоборот, но рядом с Ониксом она чувствовала себя... расслабленной, любимой и защищённой.
— Проснись, Звезда моя. — тихо сказал мужчина, томно растягивая слова.
Селена не спешила открывать глаза. Потянувшись на кровати, она ещё некоторое время довольствовалась нежными поглаживаниями своего жениха, пока тот не начал её легонько щекотать.
— Доброй ночи, Свет души моей. — через улыбку сказала Селена.
— Я тебе уже говорил как я рад твоему возвращению?
Улыбка Селены немного угасла.
— Говорил. И я рада, что вновь оказалась дома, но, похоже, что нашему возвращению частично не рады Лунар и Сапфира.
Оникс прикрыл глаза и поджал губы.
— Верно. — согласился он, — На них лица нет.
Селена тяжело вздохнула и перевернулась на спину.
— Даже хуже. Лунар теперь ходит хвостом за нашей маленькой княжной, а та и рада его компании. Вместе они заглушают боль друг друга.
Оникс тоже лёг на спину и вместе они рассматривать хрустальные звёзды, что висели под потолком, играя с лунными лучами.
— Боль значит... Вы вернулись домой несколько дней назад, а они всё ещё не желают со мной разговаривать на тему Золотых земель.
— Они не готовы, но вот, что я скажу тебе. Мы все оставили там то, что стало дорого нашим сердцам. Просто то, что оставили они... наверное, можно сказать, что они оставили там частичку своей души.
Оникс и сам это понял, но ему нужно было, чтобы кто-то озвучил это вместо него. Благо, что у него была Селена, знающая князя, как свои пятна на коже.
— И больше ты мне расскажешь. Я правильно понимаю?
— Верно, любимый. Мы договорились не разговаривать на эту тему, пока все не будут готовы.
— Понимаю. Я согласен с этим, даже не тороплю никого. Я просто рад, что вы все дома, все в безопасности и здоровы. Но я не пониманию боль моего друга, моего и твоего брата. Что оставил там он, что так разбило его сердце и душу? Сапфира... Я, кажется, и сам догадался о причинах её боли, но Лунар.
Оникс так и продолжил рассматривать хрустальные звёзды, а вот Селена решила оторвать от них свой взгляд и оставить его на красивом лице будущего мужа. Девушка пододвинулась к Ониксу и прижалась всем телом к нему.
— Мне кажется, что они скоро будут готовы и сами придут к тебе. Потерпи ещё немного. — сказала она, а затем прильнула к губам князя.
Оникс сразу же ответил на поцелуй невесты, а руками стал гладить спину и живот девушки, постепенно спускаясь ниже.
Сад возле стен Адуляра был необыкновенно красив как днём при свете солнца, так и ночью при свете луны и звёзд. Среди белых и голубых елей текли маленькие речушки, ответвления самой большой реки Моржаны, протекающей из Лунных земель в Золотые и даже Туманные земли. Верхушки Гор Хатту, которые находились не так уж и далеко от Гало, почти наполовину замело снегом. А деревья, деревни и саму столицу также немного припорошило тем же снегом.
Лунар следил за тем, как его младшая названная сестра босиком ходила по снежным дорожкам, перескакивая иногда на речки, а затем обратно на снег. Её движения были сравни медленному танцу падающей снежинки. Её белые волосы и сияющие серебряные рога бликовали под лунным светом, а бледная кожа, которую украшало серебряное платье, делали её тонкую фигуру лёгкой и почти что воздушной.
Девушке нравилось, как холодит её кожу снег и холодная вода, но Лунар отлично понимал, что сейчас она пытается вновь привить себе любовь к родной земле, забыв о жарком песке.
Лунгард и сам шёл босиком рядом с княжной, наслаждаясь свежим и немного даже морозным воздухом.
Но пески и огонь дали снова о себе знать ярким движущимся пятном в небе.
Сапфира увидела жар-птицу и застыла на глади текущей речки. Лунар тоже заметил жёлтую птицу, летевшую с юга прямо в Адуляр. Проводив птицу взглядом до балкона князя, Сапфира заговорила.
— Кажется, наше время истекло.
Лунар ничего не ответил.
Княжна откинула свои белые волосы назад и обратила взгляд на горы, на их снежные макушки. Давно она не покоряла вершины Хатту. В голове разыгрались воспоминания. В детстве отец и матушка часто водили всех своих детей в горы: воздух там был ещё свежее, а с самих вершин можно было наблюдать за Лунными землями. Вспомнив о том, что те холода переживать тяжелее, чем те, что у подножия горы, Сапфира горько усмехнулась, ведь в свой первый поход в горы она едва не обломала рога и не отморозила хвосты, уши, лапы и всё остальное. Едва ли в снежную статую не превратилась.
— Ты готов? — поинтересовалась она у лунгарда.
— Не уверен, но ты знаешь, что я могу так долго...
«Так долго» может и она сама. Они все это уже поняли.
— Антарес что-то нёс.
Большой мешок из красной ткани.
— Я заметила.
Сапфира сошла с реки. Расправив свое белое платье, она взяла брата за руку и повела его за собой ко дворцу.
— Пойдём, братец. Мы должны заботиться о народе больше, чем о своих чувствах. Наши слова будут ключевыми для принятия решения нашим князем.
Лунар ничего не ответил. Он лишь кивнул, полностью соглашаясь с княжной. Он понимал, что девушка права, так же он понимал, что ей, как и ему, тяжело далось это решение. Хоть она и выглядит холодной и спокойной, на самом деле это было не так.
Селена открыла дверь брату и сестре. Радостно улыбнувшись им, она предложила войти им внутрь кабинета Оникса. Сам хозяин кабинета уже ждал их за своим рабочим местом. В руках он держал длинный пергамент, за чтением которого они и застали князя.
Балкон как обычно был открыт, но на его полу сидела жёлтая жар-птица. Рядом с ней стояла поила с водой и ещё блюдце с порезанными фруктами. Брат всегда так делал, когда его навещала жар-птица, он часто забывал убирать тарелки после отлета птицы домой, поэтому Сапфира или Селена убирали всё за него.
— Полагаю, вы заметили нашего огненного друга, осветившего ночное небо. — сказал Оникс, как только он дочитал пергамент.
Жар-птица, услышав слова Оникса, оторвалась от еды и обратила свой взгляд на Сапфиру и Лунара.
— Здравствуй, Антарес. — поздоровалась Муна.
Птица счастливо раскричалась, раскрыла свои крылья в стороны, но так и не взлетела. Антарес на своих длинных лапах забежал в кабинет князя и, высоко задрав крылья и хвост, пробежал вокруг княжны и её лунгарда. Только после этого он вновь выбежал на балкон, оттолкнулся от пола и улетел обратно на юг.
Селена рассмеялась, а Лунар с Муной так и остались стоять на месте и ничего не понимающе, смотрели как жар-птица удаляется от дворца.
— Кажется, он тянул время. — сказала Селена, — Видимо сильно хотел поздороваться с вами.
Оникс усмехнулся. Его почему-то выходка птицы не удивила, возможно, она творила в этом кабинете что-то и похуже.
— Что пишет князь Ярило? — поинтересовался Лунар, как только пришёл в себя.
— Спрашивает о вашем благополучии. — спокойной ответил Оникс, — А ещё рассказывает о тяжелой атмосфере в Янтаре. Он отмечает буйное поведение своего сына, его Лучей и некой танцовщицы. Лучи, полагаю, это нечто вроде наших лунгардов?
— Не совсем.
Лунар посмотрел на свою сестру-близнеца. И вот, они снова безмолвно переговаривались, но взгляд Оникса заставил их закончить этот разговор.
В кабинет уже была принесена лишняя пара стульев, на которую Оникс предложил брату и сестре присесть. Она молча повиновались и сели прямо перед ним, их разделял лишь стол. Селена же встала рядом с Ониксом.
— Я готов вас слушать. Вы же за этим пришли ко мне?
Внешне Оникс был очень спокоен, даже голос не выдавал его истинных чувств и настроение, но вся семья князя была собрана в его кабинете и все присутствующие знали, что сейчас он пребывает в нетерпении и легкой раздражительности.
Лунар посмотрел на свою княжну, а затем опустил взгляд в пол.
Сама Муна же набралась сил и начала свой рассказ. Она поведала брату о доброте, заботе и гостеприимстве золотых драконов, их любви к своей природе, своим птицам. Рассказала о том, как улицы Всполоха и коридоры Янтаря почти всегда наполнены песнями, танцами, улыбками и смехом золотых. Всё. Она рассказала всё, что посчитала нужным, даже про дневник, который дал ей Ярило, она рассказала.
Дослушав рассказ сестры, Оникс задумался. Он был благодарен сестре за силу, что она нашла в себе, поведав всё, что с ней произошло на тех землях. Но этого было мало. Впечатлений сестры и лунгардов было недостаточно для того, чтобы принять решение о снятии Сияющей границы и довериться золотым драконам.
— Антарес принёс не только письмо, но и подарки для вас троих. — сказал Оникс.
— Что? — спросил Лунар, удивлённо вскинув брови вверх.
Оникс понимал, как странно это звучит для названного брата. Ладно ещё девушкам подарки отправили, но ему, парню...
— В целях безопасности, я проверил эти вещицы на чары. Они пусты. Это правда подарки. От чистого сердца, судя по написанному в письме.
Оникс поднялся со стула, взял красный вельветовый мешок со стола и прошёл чуть ближе к балкону. Сестре и лунгардам он велел подойти к нему.
Девушки и Лунар не совсем понимали как им реагировать на эту новость, но всех троих тихонько поедали нетерпение и любопытство.
Оникс вытащил из мешка небольшое серебряное кольцо, которое он протянул Лунару.
— Лунар, это тебе. Полагаю, оно от твоей танцовщицы.
Лунар взял кольцо и принялся его рассматривать. Ему было очень много лет, казалось, что оно было выковано еще в Небесное время. Само кольцо было серебряное, а по его краям были золотые высечки в виде облаков.
— Девушки, это подарки для вас. — продолжил Оникс, — Князь отметил, что эти диадемы ранее принадлежали прошлым золотым княгиням. Княгиня Ариннити предложила сыну выбрать любую диадему и он выбрал для тебя эту, а затем несколько изменил её.
Из красного большого мешка Оникс достал мешочек поменьше, тот был цвета золота. Он раскрыл его и показал всем, что там было – прекрасная диадема с ярко-синими камнями на тонкой витиеватой основе. Никто не сомневался, что самыми большими камнями в диадеме были сапфиры.
Оникс аккуратно опустил диадему на голову сестры, устроив ту между серебряных рогов.
Сама Сапфира даже не почувствовала её веса. Что на вид, что на самом деле украшение оказалось очень лёгким, едва ли не легче пера.
— Она так тебе идёт. — сказала Селена, — Такая изящная.
Лунар кивнул, а Оникс улыбнулся сестре.
Князь снова взялся за красный мешок и достал оттуда ещё один мешочек, но уже бледно-жёлтого цвета. Оникс сразу же его раскрыл и достал оттуда другой подарок, для Селены.
Селена громко ахнула от удивления. Она увидела необыкновенно красивую серебряную диадему с серо-белыми камнями, кажется, селенитами. Этот подарок в размерах был несколько больше, чем подарок Сапфиры, но красоты от этого не терял совсем.
— Селена, тебя без подарка тоже оставить не могли. Я уже понял, что они знают о нас достаточно много, включая о благословении Луны, поэтому тебе, как будущей княгине, тоже подготовили диадему. Её для тебя выбрала сама княгиня.
Селена округлила глаза. Пока она шокировано обдумывала свои возражения, Оникс уже надел диадему на её голову. Лунгард взглянула князю в глаза.
— Но стоит ли нам носить символ чужих земель...
Оникс покачал головой, а затем коснулся своими губами лунши невесты.
— Носите с удовольствием и гордостью.
Положив мешки на свой стол, Оникс повернулся к балкону и, глядя на голубые огни ночного города, заговорил:
— Я понял, что у вас о Золотых землях и золотых драконах сложилось хорошее впечатление. Я не могу принять решение о снятии Сияющей границы, основываясь на ваши слова. Я должен сам увидеть то, что и кого вы так полюбили. И также должен лично пообщаться с кем-то из венценосной семьи. Князь и княгиня, думаю, нас не посетят в целях их же безопасности, поэтому я хочу пригласить к нам Данко. Также я разрешу ему взять с собой одного сопровождающего.
Друзья пребывали в смешанных чувствах, дослушав слова Оникса. Они были рады тому, что князь всё же склоняется к миру, но были не слишком рады тому, что смогут увидеть не всех друзей.
— Брат, это хорошее решение, но один сопровождающий...
— Я понимаю, что вы хотите увидеть своих друзей ещё раз, но в связи с недавним нападением мрака на Янтарь, им самим нужна защита сильный и опытных драконов.
Лунар себя одёрнул. Он даже не понял, как с его губ могли слететь слова надежды. Раньше Лунар никогда бы себе такого не позволил, но теперь...
— Да, Оникс. Ты во всём прав.
Оникс был не только князем, но и братом. И хорошим братом. Он отлично понимал, что происходит с Лунаром и с Муной, но Лунару было несколько хуже, ведь он ранее никогда не испытывал ничего подобного. Ониксу хотелось поддержать друга и брата как только можно было. Он подошёл к лунгарду и обнял его, похлопывая по спине.
— Я рад, что ты это понимаешь, брат мой.
Близнецы удалились, а Сапфира осталась с Ониксом. В тишине и спокойствии они стояли на балконе и рассматривали ночной Гало, каждый погружённый в свои мысли.
— Надеюсь, нам это ничем не аукнется. Не хочу допускать мысль, что всё это время они водят нас всех за нос, но я должен думать во всех направлениях.
Сапфира ничего не ответила. Она лишь взглянула на брата, не отводящего взгляд от города, а затем перевела взгляд на убывающую луну.