5. Из хищника в защитника?
— Акира, я правда не брала твое кольцо, — девушка, чуть ли не рыдая, жалась к стенке в женской раздевалке.
— Правда, что ли? — усмехнулась она, разминая свои пальцы и угрожающе подходя ближе.
— Да! — голос девушки сорвался от страха перед Акирой.
Все в этой школе знали, что Мацубара лучше не злить, иначе об этом можно сильно пожалеть. Многие пытались провоцировать девушку и смеялись, когда она не поддавалась провокациям (просто игнорировала их оскорбления в свой адрес). Ну, а после, по совершенно случайной цепочке событий они оказывались в больнице со сломанной челюстью, но к Акире никаких претензий не было, ведь у девушки всегда было непоколебимое алиби.
— Тогда покажи сумку, — холодно приказала Мацубара, указывая на вещь, которую загнанная жертва прижимала к груди. — Или ты хочешь, чтобы я сама ее забрала? — пригрозила она, увидев, как колеблется эта девушка. — Ты же знаешь, я могу.
— Держи, — через силу протянула девушка свою сумку, понимая, что, возможно, сегодняшний спокойный день был последним.
Копаясь в сумке, Акира внимательно осматривал каждый кармашек. Поглядывая на запуганную девушку, она испытывала двойственные чувства. С одной стороны, ей нравилось это доминирование, страх в глазах людей, которых она встречает по коридору в течение перемены, непонимание и даже ненависть, когда она разбирается со всеми, кто ей не угоден. Но с другой стороны, она не понимает, когда стала такой.
Ее отец — военный, который до сих пор продолжает свою карьеру. С самого детства он прививал Акире философию: «защити слабого, если можешь», именно поэтому ее обучали боевым искусствам. Ее отец хотел как лучше, он даже не мог представить, что его единственная дочь будет издеваться над слабыми.
Конечно, не все были такими. Кого-то, кого Акира отпинала на заднем дворе школы, за то, что тот испортил ее доклад, и поэтому ей поставили низкую оценку. Другой поставил подножку и ржал над этим вместе со своими тупыми друзьями, собственно, они потом оказались в больнице с переломанными ногами.
А все, казалось бы, началось с мелочи. Акира случайно замахнулась на какую-то девушку, и та сразу же испугалась. Этот день стал переломным. Мацубара почувствовала это прекрасное ощущение: страх другого человека перед тобой. С этого дня в этой школе Акиру знали как девушку, которая выглядит хрупко, но способна сломать любые конечности и не привлечь за это никуда.
Акира давно осознала, что месть сразу — удел слабых. А вот обдуманный план, где нет камер и свидетелей — идеальный момент для свершения правосудия.
Но, как уже было сказано, некоторые не верили в это и пытались проверить, правда ли настолько опасна Акира. Вот и, видимо, эта девушка решила нажить себе приключений на пятую точку.
— А это значит не твое? Подкинули, да? — Акира взялась двумя пальцами за свое кальцо, которое подарила ее мама.
Девушка бросила в сторону теперь уже ненужную сумку и стала подходить к испуганной жертве.
— Я… Я честно не хотела, — она начала захлёбываться в собственных слезах, пытаясь также прикрыть своё тело, ведь Акира явно церемониться с ней не будет.
— Конечно-конечно, я тебе верю, — с наигранной милой улыбкой говорила Мацубара. Девушка присела на корточки, чтобы быть примерно на одном уровне с воровкой. Акира стала гладить ее по голове, тем самым специально нагнетая обстановку. — А ты знаешь, что в Японии в период Эдо делали с ворами? — девушка говорила легко и без угроз, но девушке, которая практически лежала на полу, казалось, будто сейчас Акира прямо здесь ее и зарежет.
— Нет, — отрицательно покачала она головой, нервно сглатывая слюну. Она понятия не имела, что будешь дальше и какое наказание придумала Акира.
— Ворам делали процедуру тэдзумэ, — объяснила Мацубара, но, судя по ничего не понимающей девушке, ей было, что дала эта информация. — Как плохо ты изучаешь историю, — усмехнулась Акира, а затем резко схватила девушка за волосы на затылке и больно притянула ее ближе к своему лицу, чтобы легче было прошептать: — Отрезали мизинец. Но раз ты не знаешь эту традицию, то мы изменим ее. Отрежем тебе все пальцы, чтобы ты больше не смела ни у кого воровать, — на лице Акиры появилась безумная улыбка. Ей нравилось то, как меняется взгляд этой девушки. Буквально из ужасающего в панический.
— Отпусти меня, — она пыталась вырваться, но хватка на ее волосах была крепкой.
— Отпущу, только если зарекнешься больше не воровать. Ты знаешь меня, еще раз увижу тебя за этим делом — сгнию тебя и твоих никчёмных подружек, которые стоят прямо на входе в раздевалку и не помогают тебе, — прошипела она сквозь зубы и наконец отпустила девушку настолько резко, что та ударилась головой об лавку.
Акира хмыкнула и, подхватив свой рюкзак, пошла на выход из раздевалки, надевая параллельно своё кольцо.
— Где была? — неожиданно вырвали ее из воспоминаний.
— Тебе какое дело? — спросила Акира, смотря на своего одноклассника, который явно отлипать не планировал.
— Учитель недоволен. Только второй день, а ты уже прогуливаешь, — ухмылялся парень, положив голову на ладонь, и смотрел прямо на лицо Акиры.
— А ты беспокоишься? — язвительно произнесла девушка, углубляясь в чтение учебника, хотя там ничего интересного и не было, общаться с этим придурком намного хуже.
— Конечно, нет. Просто хочу предупредить тебя. Не связывайся с хулиганами. Не надо защищать Сугуру, а то сама можешь огрести, — предупредил ее парень.
— Смотри, чтобы ты не огреб, — пригрозила она и резко посмотрела на него ледяным взглядом, от чего парень вздрогнул и чуть не упал со стула. — Так что вали к себе и не общайся со мной хотя бы до конца семестра, — девушка вновь отвернулась от него и посмотрела на вход в кабинет. Нираги только пришел и, цепляясь за стенку и парты, медленно продвигался к своей. Ну конечно, очки разбиты. Он же ничего не видит, а Акира бросила его по середине коридора.
«Черт…», — выругалась она про себя, понимая, какую оплошность допустила. Нираги только начал ей доверять и открываться, а она вязала его и бросила.
Скорее всего, парень вновь закрылся, думая, что Акире на него все равно. Но это не так. Девушке действительно не все равно на Сугуру, вот только она видит в нем лишь тех жертв, над которыми измывалась в прошлом.
Когда она проходила там, под мостом, и видела все, что происходило, она осознала, что хочет меняться. Девушка больше не желает издеваться над слабыми, а чтобы загладить свою вину, хотя бы косвенно перед ними, Акира решила спасти Нираги. Так что теперь для нее это как долг: «спасти Нираги до конца».