Chapter 17
Джейден
Элизабет была совсем неопытна в постели, хоть и удивила меня некоторыми своими умениями. Очевидно, она посмотрела мастер-классы в интернете, чтобы с отличием дебютировать в постельной жизни.
— Почему твой отец выпорол тебя? — спросил я.
Стоило Элизабет повернуться ко мне спиной, как я заметил шрам на ее пояснице. Тонкий рубец тянулся от самого копчика до попы. Я знал от чего он и кто его оставил.
— Ты про тот случай, что случился три года назад? — уточнила Элизабет.
— Были еще случаи?
— Нет. Нет, что ты. Мне хватило одного раза.
Элизабет перевела взгляд на мое тело, продолжая распределять пену. Я понял, что она просто не хотела смотреть мне в глаза.
— Я хотела распространить слух, что ты на мне женишься. Мама поймала меня, когда я хотела отправить анонимное письмо в прессу.
Я понятия не имел, что Элизабет могла зайти так далеко, чтобы выйти за меня замуж. В те дни я думал, что она все-таки предприняла попытку сбежать, как и обещала.
— Поэтому я не хотела втягивать Джоша в это. Я знала, что ему достанется куда больше, чем мне.
Она была права. Отец до полусмерти бы забил Джоша, если бы он стал соучастником саботажа.
— Удивлен, что тебя поймали.
— Да, я тоже. Мама забыла телефон дома и решила вернуться за ним. В это время я должна была заниматься учебой в гостиной, но я сидела в своей комнате, набирая письмо. Я не думала, что меня сильно накажут. До этого меня никогда не наказывали физически.
— Это твой единственный шрам?
Я прикоснулся к шраму на ее спине. Элизабет вздрогнула и прильнула ко мне. Я позволил ей обнять меня.
— Да. У тебя, смотрю, шрамов куда больше.
— Нам приходилось много тренироваться. Многие из этих шрамов были получены в процессе обучения. Некоторые из них во время захватов.
Мои тренировки были в разы жестче, чем у братьев. Я был воспитан с целью стать Капо. Сильным, безжалостным и непобедимым Капо. Иногда во время тренировок я мог оставаться голодным двое суток. Меня привязывали к стулу, избивали и ждали сколько времени у меня займет, чтобы выбраться.
— Татуировками ты перекрыл часть шрамов, — заметила Элизабет.
— Это не было сделано специально. Я хотел татуировку и знал в каком месте ее хочу видеть. Мне без разницы сколько шрамов на моем теле. Брайс, кажется, перекрыл каждый свой шрам татуировками.
— Дай угадаю. Брайс терпеть не может их, потому что они напоминают ему о его слабости.
Это заставило меня усмехнуться. Элизабет неплохо знала моих братьев. Скорее всего, она выпытывала информацию у Джоша.
— Угадала.
Элизабет зажмурила глаза, когда я смыл пену с ее головы. Было чертовски сложно промыть ее волосы. Они были длинными, спускались ниже задницы. Я уже представлял, как буду наматывать их на кулак во время секса.
— Как ты?
Элизабет открыла глаза.
— Я в порядке. Думаю, мы немного заигрались, но все в порядке. Мне понравилось.
— В следующий раз будет лучше.
Это было обещание. Я не мог дать Элизабет той любви, которую она от меня требовала, но я мог удовлетворить ее физически. Я надеялся, что Элизабет хватит и этого. Я не мог позволить себе влюбиться. Роль моей жены и так прицепила ей мишень на спину. Мои чувства только усложнят нашу жизнь.
— Надеюсь, ты не фанат БДСМ? Мне бы не хотелось вновь ощущать удары ремня, плети и чего-то еще. Связывания и наручники на данный момент тоже не входят в список вещей, которые я бы хотела попробовать.
— Не волнуйся. Больше никто и никогда не поднимет на тебя руку. Я, конечно, могу отшлепать тебя, но это будет больше приятно, чем больно.
Элизабет нежно провела носом по моему подбородку, и я наклонил голову, чтобы поцеловать ее. Именно этот жест и ее нежность сбросили напряжение. Это заставило меня занервничать. Я не нуждался в ласке и нежности, не нуждался в поцелуях, если они не вели к сексу.
Элизабет почувствовала перемены в моем настроении, почувствовала, как напряглись мышцы. Она отстранилась.
— Что входит в список вещей, которые ты хочешь попробовать? — спросил я, надеясь переключить ее внимание.
Элизабет пожала плечами. Ей не хотелось открываться мне, когда я был на взводе.
— Ну же, — я поцеловал Элизабет в плечо. — Уверен, ты знаешь, что хочешь.
— Секс на столе всегда был на первом месте в моем списке. Мне кажется, это весело. Секс в душе представляется интересным. Я немного знаю об этом.
— Мы попробуем все, что ты захочешь, Барби.
Мне все же удалось промыть ее волосы до того, как закончилась вся горячая вода в отеле. По ощущениям мне понадобилась целая вечность, чтобы справиться со своей задачей. Элизабет первой вышла из душевой кабинки.
— Ох, — простонала она, приложив руку к низу живота. — Этого я не учла.
— Ты сказала, что все в порядке.
— Да, так и есть, пока я стою и не шевелюсь. Ходить мне будет труднее. Надеюсь, мы не собираемся выходить из номера в ближайшие несколько дней, да?
— Завтра ты проведешь день, собирая и перевозя вещи. Учитывая, сколько у тебя вещей, это займет целый день.
— Черт, а я-то надеялась, что мы отправимся в свадебное путешествие.
— Мы не можем устроить медовый месяц за пределами Италии или Нью-Йорка. В Италии теплее, чем в Нью-Йорке. Ты будешь рада остаться здесь.
— Мы переедем в Нью-Йорк?
Я не знал точного ответа. Италия являлась территорией Коза Ностры, не нашей. Нам позволили обосноваться здесь до тех пор, пока не будет заключен мир.
— Скорее всего, да. Не знаю как скоро, но нам придется покинуть Италию.
Адриана выглядела расстроенной. Без прически, платья и макияжа она вновь стала выглядеть как маленькая девочка.
— Надеюсь, у меня будет время для семьи. Не знаю смогу ли привыкнуть к отсутствию Эддисон рядом.
— Несколько дней нам придется посидеть дома, чтобы убедить прессу в том, что мы не может насытиться друг другом. Оставшиеся дни до нашего отъезда ты можешь проводить с сестрой. Не думаю, что у тебя еще найдутся занятия.
— Ты имеешь в виду, что я вообще ничего не буду делать?
— Нет. Ты можешь вернуться к своему расписанию, если хочешь. Я не заставляю тебя работать или идти учиться.
— Я думала, что буду помогать тебе...
— В чем, скажи, пожалуйста? Пытать предателей и ищеек? Собирать долги?
— Я могу быть полезной! Я хорошо разбираюсь с бумагами. Я могу управлять клубами.
— Не смеши меня.
Элизабет выглядела оскорбленной.
— Я не понимаю зачем девушки годами чему-то учатся, чтобы стать женой Капо, если их роль заключается только в том, чтобы раздвигать ноги и рожать детей.
— Потому что мы не можем позволить себе жениться на глупых курицах. Мне без разницы кого трахать. Тебя, Мэдс, шлюху из “Шоколадницы”. Но я должен быть уверен, что у моей жены есть хоть капля мозгов.
Элизабет вышла из ванной комнаты, хлопнув дверью. Каждый шаг доставлял ей боль, но она ни разу не поморщилась. Я был обеспокоен ее состоянием.
Я пошел следом за своей женой. Элизабет залезла в кровать, укутавшись в одеяло практически до самого носа. Она выглядела хрупкой, разбитой, свернувшись в позу эмбриона. Я почувствовал себя мудаком.
Элизабет моя жена. Не подружка по сексу, не шлюха, чтобы грубо с ней обращаться. Я должен был относиться к ней с уважением.
Я лег рядом с ней.
— Я не хочу, чтобы ко мне относились как к ребенку. Если у тебя хватает смелости спать со мной, то будь добр и вести себя со мной как со взрослой.
— Я знаю, что ты хочешь быть полезной, но пойми меня правильно. Никто не станет слушать твои приказы только потому, что ты стала моей женой. Они проявят к тебе уважение, но не больше.
— Я хочу, чтобы меня уважали не из-за того, что я твоя жена. Я сильная. Я могу справиться и с болью, и с кровью.
Может быть это было и так, но не в таких количествах, которую привыкли испытывать мужчины на службе.
— Хорошо. Для начала ты проедешь со мной, чтобы собрать долги. Поймешь, как это делается и, если у тебя получится, то поработаешь на этой должности пару месяцев. Дальше станешь ростовщиком. Только после этого я доверю тебе управление стриптиз-клубами. Ясно?
Элизабет повернулась ко мне лицом. Ее глаза сияли от восторга и предвкушения.
— Спасибо, — она быстро поцеловала меня в губы. — Я тебя не подведу.
Я надеялся на это. Я должен был стать Капо. Я не мог позволить, чтобы моя жена была слабой, глупой женщиной. Элизабет была совсем не такой, но мысль о том, что она приблизится к ничтожным мужчинам приводила меня в состояние сильного недовольства. Я никогда не думал, что моя жена сможет принять этот жестокий мир, но Элизабет не просто приняла его. Она хотела стать его королевой.
Это удивляло меня. Всегда обескураживала в Элизабет та страсть, с которой она подходила к своему положению в обществе. Моя мать, да и другие женщины в нашем мире, старались держаться как можно дальше от грязного, нелегального бизнеса. Им было легче и спокойнее думать, что их мужья честные бизнесмены, адвокаты, юристы. Элизабет же окунулась в этот мир с головой. Не было ни одной девушки, что была бы так же похожа на нее. Элизабет поистине была уникальна. Ее словно специально создали для нашего мрачного и жестокого мира.
Элизабет прижалась ко мне и ее тело смягчилось, дыхание выровнялось. Она так легко позволила себе расслабиться в моих руках. У меня не было проблем делить с кем-то кровать. Я до семнадцати лет делил комнату со своими братьями, иногда мы засыпали в одной постели, но им я бы доверил и свою жизнь. Ситуация с Элизабет была другой. Она заслуживала моего доверия, но это было куда сложнее.