У Т/и брекеты.
Заказали реакцию "У Т/и брекеты которые ей натирают" надеюсь я правильно поняла)
Годжо
— Ты чего щёку третируешь? — спросил Годжо, появившись рядом, как обычно — внезапно.
Ты недовольно пробормотала:
— Брекеты. Натирают. Достали.
Он присвистнул.
— Ну всё, объявляю экстренное собрание по спасению Т/и.
Ты скептически посмотрела на него:
— И что в повестке?
Он серьёзно кивнул:
— Первое: заставить металл извиниться. Второе: купить тебе кучу мягкой еды. Третье... просто посидеть рядом, пока не отпустит.
Он действительно остался — молча, рядом, без шуток. На редкость.
— Уже лучше? — тихо спросил он.
Ты кивнула.
— Спасибо.
Гето
Гето заметил, как ты невольно морщишься.
— Опять болит?
Ты кивнула:
— Брекеты. Щеку изнутри сдирают.
Он молча достал из кармана маленький контейнер.
— Воск. Облегчит. Возьми.
Ты удивлённо посмотрела на него.
— Откуда?..
— Заранее подготовился. Ты ж упрямая.
Нанами
— Ты странно молчалива сегодня, — сказал Нанами, глядя на тебя.
Ты тихо ответила:
— Щека болит. Брекеты натирают.
Он вытащил охлаждающий гель:
— Держи. Используй. И, Т/и, если тебе больно — сообщай. Это не слабость.
Ты кивнула. Это звучало как забота, а не упрёк.
Мегуми
— Что с тобой? — спросил Мегуми, заметив, как ты третий раз за минуту тронула щеку.
— Брекеты. Щека болит, — буркнула ты.
Он молча протянул бутылку с прохладной водой.
— Приложи. И не трогай лишний раз — хуже станет.
Ты кивнула, прикладывая воду. Мегуми опустил взгляд.
— Если сильно болит — скажи. Найдём способ.
В его голосе не было лишних слов — только спокойная забота.
Итадори
— Эй, Т/и, ты в порядке? — спросил Итадори, присаживаясь рядом. — Ты выглядишь как будто проиграла драку... еде.
Ты криво усмехнулась:
— Почти. Брекеты опять натирают.
Он тут же порылся в рюкзаке.
— У меня где-то были мятные леденцы. Помогают отвлечься! Вот! — он гордо протянул тебе упаковку.
Ты взяла один, чуть улыбнувшись.
— Спасибо.
— Всегда пожалуйста! И если что — вызовем экзорциста на твои брекеты!
Нобара
— Т/и, ты жевала гвозди? — резко спросила Нобара, заметив твой перекошенный взгляд.
Ты фыркнула:
— Брекеты. Опять натирают. Бесит.
Нобара скрестила руки.
— Надо было ставить прозрачные. Или не ставить вообще. Тебе и так норм!
Ты пожала плечами. Она закатила глаза, но потом кинула тебе жвачку:
— Без сахара. Поможет. И не вздумай страдать молча — я не для этого рядом.
Ты рассмеялась. Она тоже.
Юта
— Ты в порядке? — Юта заглянул тебе в лицо с осторожной заботой.
Ты кивнула, но потом вздохнула:
— Брекеты опять натирают. Щека горит.
Он нахмурился.
— Больно? Очень?
Ты слегка усмехнулась:
— Я жива.
Юта порылся в рюкзаке и достал небольшой пузырёк с ополаскивателем.
— Я носил на случай ран. Он щиплет, но помогает. Попробуй?
Ты взяла его из его рук, а он добавил чуть тише:
— Не хочу, чтобы тебе было больно. Даже из-за такой мелочи.
Инумаки
Ты тихо чертыхнулась, снова трогая щеку.
Рядом мелькнула тень — Инумаки уже стоял рядом, с лёгким наклоном головы.
— Сякэ.
Ты покачала головой:
— Не еда. Брекеты. Больно.
Он внимательно посмотрел на тебя, потом достал из кармана маленькую баночку — гель с ромашкой.
Протянул. Сказал мягко:
— Суги.
Ты взяла. Улыбнулась.
— Спасибо. Ты крутой, даже без слов.
Он чуть покраснел — и показал «лайк».
Сукуна
— Опять корчишься, как будто умираешь, — насмешливо проговорил Сукуна, появляясь у тебя в сознании.
Ты с усилием прошипела:
— У меня брекеты. Щека в мясо.
Он усмехнулся:
— Жалкое человеческое страдание. Хочешь — сожгу тебе нервы. Не почувствуешь ничего. Даже вкуса жизни.
Ты фыркнула:
— Звучит заманчиво, но нет. Спасибо.
Он склонился ближе, с хищной ухмылкой:
— Тогда страдай молча. Или зови. Развлечёшь меня.
Ты закатила глаза. Но внутри стало чуть легче — он, по-своему, всё же отреагировал.
Тоджи
— Ты чего щеку так жмёшь? — Тоджи посмотрел на тебя оценивающе.
— Брекеты. Натирают. Болит, — коротко ответила ты.
Он фыркнул.
— Вот зачем себе это устроила? И так норм выглядишь.
Ты пожала плечами:
— Решила — сделала.
Он усмехнулся, чуть уважительно.
— Упрямая. Но ладно, — он бросил тебе какой-то пакет. — Мороженое. Мягкое. Без костей.
Ты открыла — там и правда мороженое.
— Спасибо, Тоджи.
— Просто не ной теперь. А то ещё привыкну заботиться.
Махито
— Ой, кто это страдает? — Махито, будто из воздуха, оказался рядом с тобой.
Ты не стала поднимать глаза:
— Брекеты. Щека болит.
— Как мило. Металл режет тебя изнутри. Ты — маленькая, мучающаяся форма искусства.
Ты скривилась.
— Я просто хочу поесть без боли.
Он наклонился ближе, глаза светились азартом:
— А хочешь, я изменю твоё тело? Без зубов. Без брекетов. Всё мягко, ничего не режет.
Ты холодно посмотрела на него.
— Нет, спасибо. Мне нужен рот. Чтобы отвечать тебе.
Он засмеялся:
— Вот за это ты мне нравишься, Т/и.
Чосо
Ты тихо сидела, прижимая пальцы к щеке.
Чосо заметил это почти сразу.
— Ты ранена?
— Нет... брекеты натирают, — сказала ты, слегка смущаясь.
Он кивнул серьёзно, будто это был рапорт на поле боя.
— Надо лечить. Успокоить ткань. У меня есть мазь. Брат когда-то страдал от похожего.
Он молча достал тюбик из сумки, протянул тебе.
— Не игнорируй боль. Даже если она мелкая.
Ты взяла мазь.
— Спасибо, Чосо.
Он посмотрел прямо, спокойно:
— Забота — это часть семьи.