Глава 34
Ксейден выдернул Аарика наружу за мгновение до того, как дверь захлопнулась, а тени рассыпались по полу, словно опавшие листья.
Я обмякла и уперлась руками в колени, переводя дыхание.
– Вы справились! – Рианнон склонилась ко мне, широко улыбаясь.
– И собираемся и дальше продолжать в том же духе, – напомнил нам Ксейден. – Снимайте мантии. Придерживайтесь плана.
Кое-как успокоив сердцебиение, я выпрямилась, выбралась из мантии писца и передала ее в протянутые руки Квинн.
Боди помог Аарику снять его мантию, стараясь лишний раз не задеть его обожженные руки.
«Вы достали их?» – знаками спросила Есиния, надежда озарила ее лицо.
Я кивнула.
«Тебя не заподозрят?»
Прислоненный к стене Нася выглядел скорее потерявшим сознание, чем заснувшим.
«Нет, если я быстро верну нас обратно в общежитие», – ответила она.
– Я о нем позабочусь, – пообещала Имоджен, направляясь к Насе.
– Он не должен был запомнить слишком много. Я ударил его сзади, – признался Сойер, запихивая мантии в большой кремовый мешок для стирки.
Я перевела это для Есинии.
«Я просто отругаю его за то, что он заснул», – знаками показала она, улыбнувшись Сойеру, и я перевела это для него.
Он моргнул, задумался на секунду, а затем взял последнюю мантию – Аарика – и запихнул ее в мешок.
– Проклятье, твои руки.
Вскрывшиеся волдыри кровоточили, а те, что еще не лопнули, выглядели так, словно сделают это в любой момент.
– Это рикошетный ожог, – ответил Боди. – Если его обработать, он пройдет за ночь.
– Смена планов. – Я покосилась на Ксейдена, но он даже бровью не повел. – Ридок, отведи Аарика в свою комнату, и пусть он никому не показывает свои руки. Ри, иди в лазарет и спроси Дайера. Восстановитель привлечет слишком много внимания. Если Дайер не на дежурстве, его придется подождать, но он будет держать рот на замке, особенно если ты припомнишь, что он мне задолжал. Проведи его в наш квадрант к Аарику.
– Хорошая идея. С этим я справлюсь. – Рианнон кивнула парням. – Идем. Сейчас же. – И они втроем направились прочь.
«Я заберу стирку», – показала Есиния.
Я перевела Сойеру, и он вручил ей пакет.
– Пошли, – велел Ксейден.
«Идите, – попросила Есиния. – Здесь все чисто».
«Спасибо», – знаком показала я и направилась следом за Ксейденом и остальными.
– Как все прошло у вас? – спросил Ксейден у Квинн, когда мы миновали лестницу по левую руку и направились к квадранту целителей.
– Я спроецировалась в общую комнату и активно искала лимонад, потому что мы все пьем в комнате Имоджен. – Квинн улыбнулась, и на щеке ее появилась ямочка. – А затем мне удалось прогуляться в образах Вайолет и Рианнон.
У меня отвисла челюсть, и я едва не споткнулась.
– Ты выдала свою проекцию за кого-то еще?
Квинн кивнула:
– Я могу немного искажать собственные черты, а на астральном плане все гораздо проще. Моя печать сильнее обычного, потому что Крут был драконом моей двоюродной бабушки. Но, поскольку я не являюсь ее прямым потомком, мне не нужно беспокоиться, что я однажды свихнусь, как те, кого выбирали драконы, служившие кому-то из их непосредственных предков. Драконам рекомендовано держаться подальше от потомков тех, с кем у них была связь, – но когда это драконы следовали человеческим правилам? – Она покосилась на Имоджен. – И мне все никак не удается подобрать нужный оттенок розового для твоих волос.
Мы замолкли, проходя мимо лазарета. Это последнее препятствие перед тем, как мы достигнем нашего квадранта и разойдемся.
– Что ж, к счастью, обошлось без происшествий. – Боди толкнул дверь на мост.
– Говори за себя, – ответила Имоджен, шлепнув его по груди. – Это не тебе пришлось сдерживать Ксейдена, когда Аарик затащил Вайолет с собой за барьер чар.
Я фыркнула: мы обе знали, что все было совсем не так.
Ксейден цокнул языком.
Достигнув противоположного края моста, мы разделились. Имоджен и Квинн направились по лестнице в свои комнаты, Боди и Сойер двинулись в общую комнату, чтобы наделать там как можно больше шума и как можно больше запомниться окружающим, а мы с Ксейденом сбежали во двор.
Октябрьский воздух охладил мои разгоряченные щеки.
– Как ты? – спросил Ксейден, когда мы миновали шумную группу кадетов.
– Пить хочу после пробежки, но… – Я даже не пыталась бороться с расплывшейся у меня на лице улыбкой. – Но все хорошо.
Он покосился на меня, уставился на мои губы, затем затащил в одну из темных ниш в толстой стене.
– Эта улыбка, – пробормотал он прежде, чем впиться в мои губы голодным поцелуем.
Я выгнулась, запустила руки в его волосы и вложила в поцелуй все свои чувства. Этот поцелуй был не таким долгим и чувственным, как тот, в моей комнате. Он был грубоватым, резким… и счастливым.
Когда мы разомкнули объятия, мы оба улыбались.
– Мы сделали это, – сказала я, положив руки на плечи Ксейдена.
– Сделали, – согласился он, прижавшись лбом к моему. – Ненавижу уходить раньше, чем нужно.
– Я тоже… – Я отстранилась, сняла с плеча одну сумку и достала дневник. – Но так безопаснее. Ты должен передать это Бреннану.
Я открыла самую середину дневника Уоррика и улыбнулась, скользя пальцами по размашистым строкам, написанным на старом люцерском. От прочитанного у меня в груди разлилось ощущение победы.
– «После того как мы вывели последнюю руну, мы поместили камень чар там, где драконы почувствовали самые глубокие потоки магии», – медленно перевела я Ксейдену и посмотрела на него. – Возможно, я ошиблась в паре мест, но это оно. – Я перелистнула еще пару страниц. – «Последний шаг сделан, и защита окутала место, где… – я сморщила нос, пытаясь разобрать окончание предложения, – … где рождается железный дождь».
Я заметила еще как минимум три упоминания этого термина, затем быстро убрала дневник обратно в сумку.
– Вот оно. – Я вручила сумку Ксейдену. – Отвези его Бреннану. Он должен справиться с переводом. Они вряд ли рассчитывают, что ты улетишь до утра, так что если отправишься сейчас, то сможешь выбраться отсюда без обыска. А читая дневники параллельно, мы сможем прочесть их в два раза быстрее.
И заодно позаботиться, чтобы хотя бы один из них покинул это место.
Ксейден обмотал дневник сумкой, расстегнул летную куртку, спрятал сверток за пазуху и снова застегнулся.
– Жаль, что мы не можем провести эту ночь вместе, – проговорил Ксейден тем хриплым тоном, который всегда мгновенно меня заводил.
– Мне тоже.
В его взгляде таилось что-то вроде желания, но затем он потянулся в тень и вытащил заранее спрятанный там рюкзак. Не сводя с меня взгляда, Ксейден забросил рюкзак на плечо, затем наклонился ко мне и снова поцеловал.
Простое идеальное удовольствие.
– Ты потрясающая, – произнес Ксейден, не отрываясь от моих губ. – Увидимся через семь дней.
– Семь дней, – согласилась я, сражаясь с желанием притянуть его для еще одного поцелуя. Потом еще одного. – А теперь иди. Нам нужно придерживаться плана, не забыл?
Ксейден напористо поцеловал меня еще раз и в следующую секунду зашагал через двор с таким видом, будто все здесь вокруг принадлежит ему. Я потерла рукой грудь, надеясь облегчить боль от его ухода, но эта боль не шла ни в какое сравнение с тем триумфом, что я чувствовала.
Я вышла под открытое небо и посмотрела вверх, в надежде увидеть его в последний раз, когда Сгаэль полетит в пасмурном небе на юго-восток.
Впервые за несколько месяцев в моих жилах бурлила надежда, а не страх.
Мы справимся. Мы уже делаем это. Мы заполучили отчет из первых рук о том, как Первые Шестеро активировали свой камень чар. И я знала, что смогу уговорить Ксейдена взять меня с собой в Кордин, чтобы заполучить светоч. Ему это не понравится, но ему придется смириться. Мне нужно только сообразить, как получить очередную увольнительную. А до тех пор мы продолжим делать то, что делали, тайком возя оружие и строительные материалы из Наварры, до тех пор, пока мы не сможем постоять за себя самостоятельно. У Аретии скоро появятся собственные защитные чары, я была в этом уверена.
– Вайолет?
Я оглянулась и улыбнулась, увидев приближающегося ко мне Нолона. В одной руке целителя был бурдюк, в другой – оловянная кружка. Он выглядел таким усталым, словно только что закончил сеанс восстановления, а то и все двенадцать.
– Привет, Нолон! – Я помахала ему рукой.
– Я так и подумал, что это ты. Я как раз шел за лимонадом, когда Джек сказал мне, будто видел тебя здесь, и я вспомнил, что ты в моем списке на восстановление. – Он вручил мне кружку, затем встал рядом и посмотрел в небо. – Это твой любимый, если я не ошибаюсь.
– Ты слишком добр. – Я сделала большой глоток, наконец-то утоляя жажду, которая жгла мое горло с самой пробежки по Архивам. – И не волнуйся насчет моего плеча, оно уже зажило. Знаешь, мне так и не удалось поблагодарить тебя за то, что помог нам во время допроса.
– Я никогда не хотел, чтобы ты пострадала, а Варриш склонен причинять тебе боль. – Нолон отпил прямо из бурдюка, затем почесал заросшую щетиной щеку. – Кстати, а где Риорсон? Я редко вижу вас порознь по субботам.
И тут я увидела идущего к нам Джека Барлоу. С ним вместе были Кэролайн Эштон и еще несколько второкурсников из Первого крыла. У меня внутри все перевернулось, когда он кивнул мне, и я неловко кивнула ему в ответ.
– Вайолет? – произнес Нолон, проследив за моим взглядом. – Всё в порядке?
– Всё в порядке. А Ксейден улетел раньше. Мы не всегда ладим.
Я сделала еще глоток, затем заглянула в кружку. Должно быть, на кухне изменили рецепт, потому что у лимонада был странный, хотя и знакомый привкус.
– Я говорил правду, – тихо произнес Нолон, покосившись на кремовую сумку у меня на плече. Кремовую. Не черную.
Мое сознание затуманилось, и все поплыло перед глазами, когда я посмотрела на него.
«Тэйрн…»
Тэйрна не было. Все мои связи стали нечеткими.
Нет. О боги, нет.
Но… но я годами доверяла Нолону свою жизнь.
– Я никогда не хотел, чтобы ты пострадала, – прошептал Нолон с виноватым видом, когда кружка выпала из моей руки и покатилась по гравию. – Но я не могу защитить тебя от последствий твоих собственных поступков, когда ты подвергаешь риску жизни всех мирных жителей этого королевства.
Рядом послышались шаги. Мир плавал у меня перед глазами, но я разглядела склонившееся надо мной лицо Варриша.
– Так-так, кадет Сорренгейл, и во что это вы вляпались?