Часть 3 Глава 8
Воздух застревает у меня в горле, онемение бежит от шеи до пальцев ног.
Эти четыре слова, хотя я и не понимаю их значения, должны принести мне облегчение, но вместо этого меня сковывает страх.
Я верю, что Тэхён пошел бы рука об руку со своим отцом, с этим городом, с этими людьми, если бы мог. Он сделал бы все, что в его силах, чтобы удержать меня, сражался бы лицом к лицу, если бы дело дошло до драки и не было бы места разумным решениям, если бы Вонён не подвергалась риску.
Но Джин?
Эти два брата любят друг друга всей душой, и что-то угрожает разорвать связь между ними.
Я?
– Нет, – шепчу я, качая головой, и за этим следует череда недовольных гримас – не только от Тэхёна.
– Стойте, – говорит требовательно Джин. – Ким Чиу была обещана главному Паку. – Его взгляд падает на Хоши. – Это не значит, что ее дочь по умолчанию переходит к его сыну.
– Она должна выйти замуж за Пака, – добавляет Чимин, делая шаг вперед.
– Ты прав, брат.
Меня подташнивает.
Брат.
– Джин… – кажется, я сказала это громко.
– Хоши, – говорит человек, который обратился ко мне вторым.
Хоши хмуро смотрит на Джина, но через мгновение его лицо краснеет от гнева.
– Что за черт?
– У меня есть тест на отцовство…
– В нем нет необходимости. Дженни согласилась на этот брак; теперь твоя дочь не имеет для нас никакого значения.
– Я знаю, – говорит он, вежливо и спокойно. Слишком спокойно.
– Тогда в чем дело?
Джин сует конверт в грудь Чимину.
– Открой.
– Что там? – нерешительно спрашивает он, его глаза на мгновение встречаются с моими.
Джин ничего не говорит, и несколько человек встают, пока Чимин вскрывает конверт.
Несколько мгновений его глаза скользят по сложенным документам, на лбу образуется глубокая складка.
– Это… это не может быть правдой, – говорит Чимин, глядя на Хоши, когда тот выхватывает у него конверт.
Джин обращается к остальным в комнате, избегая взгляда своего отца.
– Как вы знаете, во мне нет крови Кимов.
Хоши, злясь, швыряет бумаги на пол.
– Семья – это не только общая кровь, – издевательски произносит он.
– Я в курсе. Я не претендую на то, чем ты являешься, не представляю ничего из того, чем ты был, – решительно говорит Джин. – Но мой настоящий отец был с Паком, в то время как мой приемный отец – Ким. Разве это не дает мне права просить об этом?
– Джин, – хриплю я, моя рука движется к горлу, дыхание становится все громче.
Он продолжает:
– Меня лишили права голоса. Я здесь, чтобы вернуть его себе.
Наконец Джин поворачивается ко мне, горе, боль и осознание затуманивают его светлые глаза. Мое тело выгибается вперед от силы, с которой его боль обрушивается на меня. Его взгляд напрягается еще больше, когда он говорит:
– Ким и Пак – это ведь требуется, да? – Его глаза прикованы ко мне, когда он говорит это, но его слова предназначены оппонентам. – Это даст Кимом власть. – Он смотрит на Хоши. – Но как насчет Паков? Они получают только королеву?
Чимин вырывается вперед, но Намджун быстро встает перед ним.
Хоши обходит их и приближается к Джину, Ханыль идет к своему сыну, когда враг подкрадывается ближе.
Мгновение он смотрит на Джина и ничего не может с собой поделать. Он спрашивает:
– Что ты предлагаешь, сынок?
– Поменять правила игры. – Джин поднимает подбородок. – Дженни будет моей, я – ее, и вместе мы станем главами империи. Никто ничем не жертвует. Начинается новая эра. Оба – Пак и Ким – под Пак и Ким.
– Что заставляет тебя думать, что мы не сможем сделать это без тебя? – спрашивает Хоши.
– Неважно, что я думаю, важно то, что я знаю. Я сильнее Чимина. У меня есть влияние, которого у него никогда не будет, уважение, о котором он может только мечтать, и любовь Дженни, которую, могу вам пообещать, он никогда не получит. Ты хотел, чтобы Чиу любила своего мужа, вот почему ты выбрал Хару. Со мной тебе удастся это осуществить.
– И что ты хочешь взамен? – спрашивает Хоши.
– Ты имеешь в виду, помимо того, что я буду знать, что Дженни окружена заботой, под защитой и вдали от тебя? – Джин свирепо смотрит. – Безопасность моей дочери. Твое письменное слово, прямо здесь и сейчас и перед всеми, что она становится неприкосновенной, не имеющей отношения к тебе и всем остальным, кто считает, что она не моя и не мне следует заботиться и защищать ее. Навсегда.
У меня начинает кружиться голова, я ловлю ртом воздух.
Хоши хмурится, но ясно, что он колеблется:
– Это в интересах твоего собственного имени.
– Это в наших интересах, для этого города. Города, в котором вырастет моя дочь, как и должно быть. Речь идет не о влиятельной семье. Речь идет о пуленепробиваемой империи. Она заслуживает самого сильного, что может предложить семья Пак. И это не Чимин.
– И ты возьмешь имя Пак, ты дашь его Вонён? – медленно спрашивает Хоши.
Его признание, что он знает ее имя, заставляет парней податься вперед, и руки Джина сжимаются в кулаки, но он сглатывает, высоко держа голову.
– Да.
– Что за чушь! – кричит Чимин.
Хоши затыкает ему рот, лишь подняв руку. Он оценивающе смотрит меня.
– А как насчет тебя, принцесса?
Внезапно все взгляды устремляются на меня, и больше всего на свете я хочу уйти от них.
Хоши смотрит за мое плечо, и я знаю, что там Тэхён.
– Тебе придется отказаться от него. Совсем. – Его мерзкий взгляд возвращается ко мне. – Это должен быть достойный брак, новое начало.
– Вот как? – огрызаюсь я. – Пять минут назад ты был готов заставить меня силой, а теперь хочешь поговорить о чести?
Он продолжает, как будто я ничего не говорила:
– Я не позволю тебе выйти замуж за одного и тайно быть с другим. Тэхён должен найти себе другую невесту. Примешь ли ты это, примешь предложение Джина?
Я сглатываю подступающую желчь, оставляя лицо невозмутимым для ублюдков передо мной. Мой живот сжимается до боли.
Джин поворачивается ко мне, но я заставляю себя сдвинуться с места.
Я смотрю на Тэхёна.
Он смотрит в ответ, пустое лицо, мертвые глаза – мальчик, которого я встретила в свой самый первый день в этом извращенном городе.
Мальчик, которого я люблю, который любит меня. Тот, кто сделает все для своей семьи, для тех, кого он любит. Пойдет на любую жертву.
Я люблю его, я люблю их всех.
Я оглядываюсь на Джина.
Мое решение выйти замуж за Чимина спасает Вонён. Я выхожу за него, она в безопасности. Она едет домой, где о ней будут заботиться и защищать, она будет со своей настоящей семьей.
У парней будет она, и они будут друг у друга, как все и должно было быть.
С ними все будет в порядке, а я буду в объятиях подонка, который прикасался ко мне без разрешения, который измучил меня до потери сознания, который хочет меня, чтобы почувствовать себя выше в глазах Хоши.
Я согласилась выйти замуж за Чимина, но Джин предлагает мне свою руку. Кто-то, кому я доверяю и о ком забочусь.
Если я выйду за него замуж, Вонён также может спокойно вернуться домой, но с этим обменом женихами Джин становится всем тем, что он ненавидит. Парни вроде как теряют своего брата. Тэхён вынужден будет наблюдать, как я живу с Джином.
Навсегда?
Я облизываю губы и смотрю в пол.
На любую жертву.
– Нет.
Лицо Джина вытягивается, и Чимин ухмыляется.
– Нет? – повторяет Хоши, как будто ему не нравится мой ответ.
– Я не хочу его, – отступая от Джина, я иду к Чимину.
– Нет, – говорит Джин.
– Дженни, – начинает Намджун.
– Я сказала нет! – кричу я, глядя на своих мальчиков, но это было слишком, поэтому я быстро отвожу глаза. – Ким остается на вершине. Кимы сохраняет контроль, а Чимин получает свою жену. Меня. – Я смотрю на Хоши, остальные все еще поражены моим решением. – Это то, чего ты хотел, придя сюда. Клянусь, я буду всем, чего от меня ожидают, но только для него.
При моих словах Тэхён взрывается, безразличие, которое он пытался скрыть от присутствующих, исчезает.
Он бросается ко мне, прежде чем кто-либо успевает его остановить. Схватив меня за плечи, он притягивает меня к себе.
– Прекрати, – кричит он, в его глазах горе.
– Нет, – шепчу я, пытаясь вырваться.
– Детка, – выдыхает он так тихо, что я почти не слышу. Его хватка усиливается, руки дрожат, прижимая меня, никто этого не видит. – Не надо.
– Ты знал, зачем я сюда шла.
– А теперь есть лучший выбор.
– Если это не ты, то это мне все равно.
– Да. Это так, – восклицает он. – Выходи замуж за Джина. – Его брови сходятся посередине, на лбу залегли глубокие складки.
– Я не могу.
– Могу я ненадолго выйти со своей семьей? – спрашивает Ханыль.
Прежде чем он получает ответ, Тэхён тащит меня по коридору к выходу. Он тянет меня за угол, приказывая стоящему там охраннику уйти.
Он поворачивается ко мне.
– Ты любишь его, – выпаливает он, отчаянье кричит в его зеленых глазах. – Ты могла бы любить его больше.
– Я не хочу.
– Он спасает тебя.
– Ломая тебя.
Он подходит ко мне, его руки скользят по моим щекам.
Я поднимаю подбородок, и его ладони скользят дальше, запутываясь в моих волосах, а большие пальцы остаются на скулах.
– Никто не может сломить меня, кроме тебя, Дженни, – шепчет он. – И ты это сделаешь, ты разорвешь меня на куски, если выйдешь замуж за Чимина, когда вместо него у тебя мог бы быть Джин.
– Нет. Мы или оба выиграем, или оба проиграем.
– Это просто глупо! – шипит он. – Зачем, когда ты можешь получить больше, быть в безопасности?
– Я не буду разрушать твою семью ради того, чтобы мне спокойнее спалось по ночам.
– Ты думаешь, нам будет легко жить дальше, зная, что ты отдала свою жизнь за нас? Так не выйдет.
– Тэхён, пожалуйста…
Его губы прижимаются к моим, но не двигаются. Они не требуют и не берут так, как должны. Они умоляют.
Он отстраняется:
– Отпусти меня, дай мне душевный покой. Джин будет любить тебя, он будет тебя защищать.
– А ты?
Он смотрит в землю.
– Я никем не заменю тебя, но, если ты не примешь его, я тебя возненавижу.
– Меня это устраивает.
– Я разрушу твой мир.
– Он уже разрушен!
Он свирепо смотрит, отпрянув от меня, разрывая мое сердце еще на несколько частей.
– Я брошу их.
Я замираю, мои глаза мечутся.
Бросит свою семью?
– Я покину это место, прямо сейчас, блядь, и всех, кто здесь находится, даже не оглянусь.
– Тэхён…
– Не испытывай меня, Дженнифер. – Его взгляд превращается в камень, замораживая меня в мгновение ока.
Мои глаза начинают слезиться, поэтому я смотрю в потолок, сдерживаясь.
Будь я проклята, если сделаю это, будь я проклята, если не сделаю.
– Ты загоняешь меня в угол, здоровяк.
– Где я смогу защитить тебя.
Я оглядываюсь на него, медленно качая головой.
– Я не буду под твоей защитой.
Клянусь, его глаза затуманиваются, но он моргает, прогоняя боль.
– Ты всегда будешь моей там, где это имеет значение.
– Не заставляй меня делать это.
– Не заставляй его ждать.
С этими словами он поворачивается и уходит обратно внутрь, а я остаюсь стоять на месте, дюжина мужчин ждет всего в нескольких футах, чтобы решить мою судьбу.
Я зажмуриваю глаза, вытираю лицо рукавом и делаю глубокий вдох.
Я знаю, что выгляжу разбитой и слабой, как и все девушки в их мире, но я возвращаюсь с высоко поднятой головой.
Я делаю шаг вперед, в комнату, полную мужчин, которых я не знаю, мужчин, которых я знаю, с единственными троими людьми, которым я доверяю.
Те, кому я доверяю, которые просят меня отвергнуть одно, отказаться от другого и взять третье.
Все знали, что я отдам себя за них, вот почему парни боялись и почему Паки чувствовали уверенность. Показать мне Вонён, и я бы спасла ее для них. Это то, что имел в виду Дже Сон, когда сказал, что я приму решение, как только узнаю альтернативу. Вот почему Чимин помогал прятать Вонён от своего уважаемого главы так долго, как только мог, – ради меня.
Он хотел моего доверия, но они заслужили его первыми, это Ханыль не продумал.
Он хотел, чтобы я научилась терпимо относиться к его мальчикам, если не заботиться о них. Он знал, что если бы я это сделала, то поступила бы правильно, пока время шло, и я была в своей новой роли в качестве трофея Пак, но он недооценил связь, которую надеялся создать.
Он не знал, что парням не хватает чего-то, чего они отчаянно жаждали, – свободной, незапятнанной любви, чего-то, что они украли у меня без разрешения, что я охотно дала бы им сейчас.
У всех нас были разорванные связи, потерянные части, которые мы не могли вернуть и отказывались признавать.
Никто не мог предсказать или подготовиться к силе, стоящей за четырьмя слитыми душами.
Сегодня вечером Джин посвятил мир в тайну, которую никто никогда не должен был узнать, в надежде, что это даст ему власть заявить права на меня вместо Чимина, на девушку, которую никто не хотел защищать до этого дня.
Джина никто не принуждает. Он самый разумный из троих, глубокий мыслитель и сверхпроцессор, спокойный. Он человек стаи, защищает своих, как может, и вот я отказываю ему ради кого-то, кого он ненавидит, когда он просто стоит перед своим отцом и братьями, глядит в глаза человеку, которого он ненавидит, и отказывается от своего будущего ради моего.
Ради нашего?
Я вкладываю свою липкую руку в руку Джина.
Я жду, когда Ханыль посмотрит мне прямо в глаза, тогда я ослаблю бдительность и покажу ему все, что он сделал.
Одна ночь, один выбор.
Четыре сломанных Кимов.
– Ты победил.
В его взгляде читается вопрос, которым он задавался. Я надеялась, что этот вопрос раздавит его изнутри.
А победил ли?
Продолжение следует...
•2145 слов•
______________________________________________________________________
Надеюсь у вас и вправду не случился инфаркт 😁
Вас ещё столько всего ждёт...