3 глава : Близость
Позже, когда ночь опустилась на промышленный комплекс, они находят укрытие в одном из пустых складов. Снаружи слышны отголоски далекого шума, эхом разносящиеся среди заброшенных зданий. Внутри же царит мертвая тишина, нарушаемая лишь редким капанием воды где-то в углу. Рэй сидит у холодной стены, его тело измотано, а разум переполнен мыслями, словно переполненный сосуд, готовый вот-вот лопнуть,а темные круги под глазами подчеркивают его усталость. Сквозь грязное окно пробивается лунный свет, едва освещая их укрытие.
— Почему ты продолжаешь меня спасать? — наконец, тихо спрашивает он, словно боится услышать ответ.
Сугуру не отвечает сразу. Он стоит неподалеку, прислонившись к металлической двери, сложив руки на груди. Его глаза мерцают в полумраке склада, и кажется, что он испытывает восторг , и специально растягивает молчание до предела. Он смотрит на Рэя с интересом, будто бы разглядывает редкий экспонат в музее, что-то, что стоит изучить.
— Может, я просто наслаждаюсь этим, — говорит Нираги, наигранно и саркастично. Он делает шаг вперед, а затем еще один, замедленно приближаясь к Рэю. — Или, может, мне нравится видеть, как ты страдаешь, пытаясь понять мои мотивы.
Рэй вздыхает и прикрывает глаза, пытаясь собраться с мыслями. Он обхватывает голову руками, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на его плечи.
— Ты ненормальный, — выдает он, потирая виска.
Сугуру подходит еще ближе, его шаги почти бесшумны на бетонном полу. Он опускается на колени перед Рэем, их лица теперь на одном уровне. Взгляд боевика полон любопытства; он выглядел как хищник, который играет со своей жертвой. Его лицо освещается тусклым светом луны, придавая ему зловещий вид.
— Может быть, — шепчет Нираги, слегка наклоняясь вперед, тем самым обжигает дыханием лицо Рэя. — Но ты всё ещё здесь, сражаешься, не сдаёшься. Почему?
Тишина заполняет пространство между ними, создавая напряжение, которое можно почти ощутить физически.
Рэй чувствовал, как его сердце бьется быстрее, словно барабан в ритме страха и ненависти. Взгляд его скользил по лицу Сугуру, улавливая каждую черту безжалостной уверенности, которая так отличала этого человека в этом адском мире. Нираги был продуктом этой антиутопии — хладнокровный, безжалостный, убежденный в своем праве на выживание любой ценой.
Но Рэй не мог отрицать, что именно Нираги научил его выживать здесь, среди развалин и беспорядка, где правила царили только в тех случаях, когда на них было удобно ссылаться. Его мысли сбивались в хаосе — ненависть к человеку, который заставлял его принимать такие жестокие решения, соперничала с признанием в том, что без его помощи он, вероятно, был бы мертв уже давно.
— Потому что я не такой, как ты, — шепнул Рэй.— Меня не забавляют мучения других,это отвратительно,Сугуру .
Нираги усмехнулся, его глаза сверкали удовлетворением, когда он приблизился еще больше, словно наслаждаясь контролем над своей жертвой.
В тот момент Рэй почувствовал, как внутри него что-то ломается. Он не мог смириться с тем, чтобы стать таким же, как Сугуру. Но он также понимал, что здесь, в этом мире, где правила создавались не людьми, а окружающей безжалостной реальностью, он не имел выбора.Рэй отступил на шаг назад, ощущая, как его спина вжымается к холодной стене разрушенного здания. Он по-прежнему смотрел в глаза парня, пытаясь найти в них хоть какую-то тень человечности, но вместо этого видел лишь отражение среды, которая формировала их обоих. Сугуру символ самой этой среды — выживший в хаосе, превращенный в человека, готового на всё лишь ради выживания.
Их лица были настолько близко, что Рэй мог почувствовать обжигающее дыхание Сугуру на своем лице, словно дыхание смерти, нависшее над ними обоими. Внезапно Нираги притягивает его к себе сильнее, словно хотел затянуть Рэя в свою сеть насилия. Рэй попытался оттолкнуть его, но руки Нираги остались крепко сжатыми вокруг него, как паутина, из которой ему точно не удастся выбраться.
— Что ты делаешь?
— Проверяю, на чё ты годишся , — отвечает Нираги с усмешкой, отпуская его. — И знаешь что? Ты , чёрт возьми, удивляешь меня.
— Почему ?— внезапно спрашивает Рэй. — Почему ты меня проверяешь? Что тебе нужно?
Сугуру на мгновение задумывается, затем медленно склоняется к Рэю. Их губы соприкасаются. Рэй быстро поднимается , скрывая своё смущённое , покрасневшие лицо . Нираги поднявшись с ним , нежно заключает его в объятиях.
— Это не игра, Сугуру, — почти вскрикивает он.
С этими словами он снова целует Рэя, но на этот раз более страстно и медленно. Рэй замечает, как его сопротивление тает, он отдаётся этому моменту.
— Что если нас увидят ? — Рэй тут же отстраняеться, глазами бегая по местности .
Сугуру недовольно вздыхает и прижимает его к стене, их тела тесно соприкасаются,а сильные руки скользят по спине Рэя, вызывая волну дрожи.
— Здесь никого нет , — шепчет Нираги. — Я бы не привёл тебя сюда ,будь здесь кто-то.
Нираги отступает на мгновение.
— Я проверяю тебя, потому что хочу видеть, что ты можешь выдержать, — говорит он, затем снова притягивает Рэя к себе. — Я хочу знать, что ты такой же сильный, как я.
Его пальцы уверенно скользят под одеждой Рэя, исследуя каждый дюйм его тела . Младший мгновенно реагирует, выгибаясь навстречу. Он ощущает, как пальцы боевика впиваются в его плоть, оставляя следы, которые ещё долго будут напоминать о происходящем. Он сжимает Рэя ещё крепче, не давая ему шанса отступить. Его губы находят шею , оставляя кровавые , пульсирующие следы на его коже.
Нираги приподнимает футболку Рэя, обнажая его грудь и ключицы . Его поцелуи становятся жадными, проникающими, двигаясь от шеи вниз к ключицам. Рэй тяжело дышит, его руки находят плечи Сугуру, стискивая их с силой. Нираги проводит языком по изгибу его шеи, затем спускается ниже к грудям , нежно исследуя соски на теле любимого человека.Рэй зажмуривается от накатывающих волн удовольствия, его голова запрокинута назад, когда губы оставляют влажные следы на его груди. Рэй чувствует, как Сугуру опускается на колени, его язык касается живота, вызывая судорожный вдох.
Рэй ощущает, как Нираги растягивает его ширинку , и как его пальцы опускаються всё ниже и ниже.
Рэй стоял на краю эмоционального пропасти, в глубине которой вихри чувств и мыслей обвивали его, словно туманная завеса. Слова "Сугуру" звучали для него не просто как имя любимого человека, а как символ непостижимой сложности его чувств. Эти звуки приносили с собой грозу эмоций – гнетущий тяжестью бремя, которое он нес на своих плечах.
— Сугуру,прошу , хватит ,— когда он выговаривал это имя, его глаза наполнялись слезами, ибо в каждом зове звучали воспоминания о прошлом, страх перед будущим, надежда на счастье и бесконечная тоска по утраченному.— Сугуру , мне страшно.
Губы Нираги, словно магнит, продолжали мучить Рэя , словно хотели сжечь его душу своим прикосновением. Он ощущал, как каждый поцелуй, каждый укус проникал в его самое глубокое существо, будто разрывал его на части. Но несмотря на это, Рэй просил остановиться. Ему было страшно – страшно от того, насколько сильно он отдавался этим чувствам, страшно от неизвестности, что будет дальше. Что если Нираги бросит его? Что если он останется один, со всей этой болью, которая теперь разъедает его сердце?
В тоже время в душе Рэя рождалось понимание, что Нираги – уж очень плохой. Он был связан с ним не только любовью, но и зависимостью, как от наркотика – больно, но без него уже не могло быть.И любить Нираги значило принимать боль. Эта чертова боль разъедала его изнутри, но он не мог оторваться. И вот возникал вопрос – понимает ли Нираги это так же? Может быть, оба они страшно боялись потерять друг друга, ибо страх и боль были неотъемлемой частью их любви.